Дядя Воли 2: Здравствуй, Хогвартс

      Аллея поразила моё воображение. В жизни не видел ничего подобного. Здесь было всё что угодно: от бочек с глазами и крыльями, как на картинках в сказках про злых ведьм, до мебельных магазинов. Честно, у меня глаза разбежались, и я очень пожалел, что их всего два, а не хотя бы восемь, как у паука. В витрине одного магазинчика я увидел метлу и, судя по разговору двух рассматривающих её мальчиков, она была гоночной. К несчастью, рассмотреть эту странную модель мне не удалось, Хагрид потянул меня совсем в другую сторону.       — Нам нужно зайти в банк, — пояснил он. — Взять тебе немного наличности, а мне кое-что забрать.       — Что забрать? — сразу же спросил я.       — Кое-что для директора Дамблдора, — с улыбкой ответил Рубеус и уже серьёзно вполголоса добавил: — И наверняка связанное с начавшейся игрой.       Я понимающе кивнул.       — А потом уже пройдёмся по магазинам, купим тебе всё для школы, — вновь беспечно продолжил он. — Заодно сделаю тебе настоящий подарок.       — А дядя? — тихо поинтересовался я.       — С ним мы тоже встретимся, — подмигнул мне Хагрид. — Ну, вот мы и пришли.       Я обернулся и увидел величественное белоснежное здание с огромными отполированными до блеска бронзовыми дверями. Я так на него засмотрелся, что не сразу заметил маленькое существо в алой с золотым униформе. Оно походило на карлика с весьма некрасивой, даже отталкивающей внешностью. Вот только меня всегда учили, что внешность может быть обманчива.       — Это гоблин, — пояснил Рубеус, видя мою заинтересованность. — Весь банк принадлежит им. Эти ребята хоть и маленькие, но самомнения у них, пожалуй, больше, чем роста у великана. И, должен заметить, не зря. Так что будь с ними повежливее.       — Я читал про них, — ответил я, продолжая разглядывать кланяющегося посетителям гоблина. — Они принадлежат к фэйри Неблагого Двора. Очень обидчивые и любят подшучивать над другими… Ну, так пишут в магловских книгах.       — Постарайся не упоминать это при них, — кашлянул в бороду Хагрид.       А потом мы мчались по подземному лабиринту в маленькой тележке, которой управлял гоблин по имени Крюкохват. Это оказалось очень весело. Гораздо веселее, чем на американских горках, куда мы ходили с Хагридом в прошлом году. Мы так веселились с Рубеусом, что гоблин, по-моему, принял нас за сумасшедших. До сейфа семьи Поттер тележка домчала нас минут через десять. Крюкохват открыл ячейку золотым ключиком, который Хагрид передал старшему гоблину. Внутри оказались медные, серебряные и золотые монеты.       Пока Рубеус нагребал монеты в сумку, я потихоньку спросил у Крюкохвата, правда ли то, о чём рассказывают в людских мифах о гоблинах. Тот сначала очень удивился, а потом вздохнул и тихо ответил: — Много воды с тех пор утекло, мистер Поттер. Гоблины теперь совсем не те, что в легендах. Но мне приятно знать, что хотя бы маглы помнят, как оно было раньше.       Потом мы снова мчались по подземельям к сейфу, откуда Хагрид должен был забрать какую-то вещь для Дамблдора. У этой ячейки ключа не было. Как пояснил Крюкохват, открыть её мог только гоблин, работающий в банке. Он провёл пальцем там, где должна была располагаться замочная скважина, и огромная тяжёлая дверь совершенно бесшумно отворилась. Я успел заглянуть внутрь, ожидая увидеть там горы золота, но в сейфе ничего не было. Кроме маленького свёртка, лежавшего на полу, который поспешно сгрёб Хагрид.       Когда мы оказались на улице, Рубеус отправил меня прогуляться по магазинам, сказав, что ему надо с кем-то встретиться. Я не возражал. Пообещав Хагриду не тратить деньги на всякую ерунду, я перешёл на другую сторону Косой аллеи и с интересом стал разглядывать витрины. Сладости меня не привлекли: и папа, и дядя не раз привозили такие из своих поездок в Лондон. К тому же, любое пирожное или печенье Хагрида было гораздо вкуснее. Травы и другие ингредиенты я побоялся брать без точного списка, который, к сожалению, остался у Рубеуса. Котёл, весы и другие инструменты я тоже брать не стал. Не таскаться же мне с ними потом. По той же причине я не стал брать и книги.       Случайно я зашёл в магазин по пошиву школьной формы. Там уже был один бледный худой мальчик с белокурыми волосами, вокруг которого крутилась одна волшебница. Вторая занялась мной.       — Привет, — заметив меня, произнёс мальчик, немного растягивая слова. — Ты тоже поступаешь в Хогвартс?       — Да, — кивнул я, одновременно выполняя просьбу волшебницы повернуться. Она как раз снимала с меня мерки.       — Мой отец сейчас выбирает мне книги, а мать смотрит волшебную палочку, — продолжил мальчик. — Потом потащу их смотреть гоночные мётлы. Не понимаю, почему первокурсникам не разрешается их иметь. Ну ничего, я уговорю отца купить мне метлу, а потом как-нибудь протащу в школу. Кстати, ты в квиддич играешь?       — Нет, — качнул я головой, раздумывая, как бы поскорее отсюда уйти. От болтовни этого белобрысого у меня начала болеть голова.       — Мой отец говорит, что если меня не возьмут в команду, то это будет настоящим преступлением, — несколько спесиво заявил мальчик.       — Он так тебя ненавидит? — устало спросил я.       — Мой отец… ЧЕГО? — вытаращился на меня белобрысый.       — Ну, насколько я знаю, квиддич довольно опасная игра, — равнодушно пожал я плечами, радуясь про себя, что он замолчал. — Поэтому первокурсников туда и не берут.       — Ха! — с деланным безразличием ответил мальчишка. — Мой отец…       — А ты знаешь, что изначально квиддич был не просто игрой, а частью ритуала, — не дал я ему закончить. — И довольно кровавого. Проигравшая команда, ну, та её часть, что оставалась живой к финалу, приносилась в жертву. А спустя некоторое время проигравших стали разбирать на ингредиенты. Это потом уже квиддич стал просто игрой. Но кровавая её часть осталась. Для большей зрелищности. Поэтому я и спрашиваю, неужели твой отец так тебя ненавидит, что хочет поскорее от тебя избавиться?       Белобрысый на мой рассказ только открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба. Мне даже стало немного жаль его. О квиддиче я знал довольно мало, зато помнил историю происхождения футбола. Вот и соединил две игры, лишь бы этот болтун замолчал.       — Всё готово, — с милой улыбкой сообщила волшебница, занимающаяся мной, и я с удовольствием направился к выходу. Тем более что за окном появился Хагрид.       — Откуда ты это знаешь? — спросил мальчик, когда я уже достиг двери.       — Из истории квиддича, — с улыбкой ответил я и покинул магазин.       — Ну, как ты? — спросил Рубеус, вручая мне мороженое.       — Да так, — неопределённо пожал я плечами. — Встретил одного белобрысого парня, у которого почти не закрывался рот.       — Белобрысого? — переспросил Хагрид. — А, Малфой. Его семья из чистокровных и в своё время была на стороне Сам-знаешь-кого. Так что поосторожнее с ним.       Я кивнул, поедая вкуснейшее мороженое. Тут к нам подошёл высокий мужчина в тёмно-синей мантии, с рыжеватыми волосами и такой же бородкой — клинышком.       — Вижу, ты уже освоился, — тихо произнёс он, глядя на меня.       Я чуть мороженым не подавился.       — Дядя, — просипел я, вытаращившись на него. — Я бы тебя и не узнал…       — Главное, чтобы кто-нибудь другой не сделал этого, — проворчал Хагрид, загораживая нас от посторонних.       — Люциус не узнал, — улыбнулся дядя. — Я столкнулся с ним, покупая Гаррету учебники.       — Ну, значит за книгами нам уже не надо, — хмыкнул Рубеус.       — Так же как и за перьями, котлом и подобной мелочью, — кивнул дядя.       — А за чем нужно? — поинтересовался я.       — За волшебной палочкой и животным, — охотно ответил дядя. — Этого без тебя, увы, купить не получится.       — А младшему Малфою палочку мама покупала, — заметил я, доедая мороженое.       — Ну, в чистокровных семьях, постоянно проживающих в магических землях, палочку возможно подобрать, так сказать, заочно, — пожал плечами дядя, увлекая нас в сторону очередного магазина. — А вот с остальными волшебниками всё не так просто. К тому же Олливандер любит производить впечатление на юных волшебников. Не стоит огорчать старика.       Встреча с мистером Олливандером прошла почти так же, как встреча с магами в «Дырявом котле», с той лишь разницей, что он был более сдержан. Зато он устроил отличное шоу с выбором волшебной палочки. Такое по телевизору точно не увидишь. Мне понравилось. Несмотря на то, что пришлось перебрать кучу палочек, свою я всё-таки нашёл. Или она меня, если верить мистеру Олливандеру. И сердцевина у неё была такая же, как у дядиной, с которой я успел немного позаниматься дома. Мистер Олливандер очень удивился, что мне досталась именно эта палочка, но забирать не стал. Попрощавшись с ним, я вышел на улицу, где меня ждал дядя.       — А где Хагрид? — поинтересовался я, показывая ему свою покупку.       — Пошёл покупать тебе подарок, — ответил дядя, рассматривая палочку.       — Какой?       — Сам увидишь… А вот, кстати, и он.       Я обернулся и увидел Рубеуса, в руках у которого была клетка с белоснежной совой.       — С днём рождения, Гарри, — с улыбкой произнёс он, протягивая мне клетку. — Я подумал, что подарок должен быть не только приятным, но и полезным.       Я с благодарностью взглянул на него, а потом на спящую птицу.       — А теперь, малыш, пора возвращаться, — сказал дядя. — Хагрид проводит тебя до выхода из «Дырявого котла». Там и встретимся.       Он погладил меня по голове и ушёл, а мы с Рубеусом отправились туда, откуда пришли. Потом мы прошли через арку, через паб, Хагрид передал меня дяде и, попрощавшись, ушёл. А мы с дядей отправились на вокзал.