Пристегните ремни, следующая станция-Китай.

Хуанди ухмыльнулся и оторвался от монитора. Его малышки совершенно не умеют себя вести. Надо непременно заставить Базеля постараться, чтобы между девочками больше не было склок. Если слуга не справляется со своими обязанностями, его следует утилизировать, как он поступает со всем ненужным хламом. — Кай, приготовь мне чистую рубашку, — приказал он юноше, что торчал у его ног, — И не заставляй меня обращаться к тебе. Ты должен и сам всё понимать. Сегодня приезжает Госпожа и мне хотелось бы видеть на её лице улыбку. Знаешь же, что она любит красный. Юноша молча подал ему алую стопочку белья. Поклонился так, что видна была только его длинная чёлка. Отошёл назад, когда Хуанди забрал у него одежду. — Принеси мне завтрак прямо сюда. Надо успеть ещё на одну встречу. Незапланированную заранее… Юноша осторожно поднял глаза и мягким голосом спросил: — Думаете, леди-писатель уже проснулась и хватилась дево…? — Не задавай глупых вопросов, — перебил его Железный босс, — Если мне не с кем будет поговорить, я позову маму… — Но Госпожа же ещё не вернулась, — негромко напомнил Кай, — А вы слишком надолго остаётесь наедине с собой… Хуанди бросил одеваться и наклонился над юношей. Поймал его за подбородок и притянул к себе. Парень закрыл глаза. Его пушистые ресницы слегка дрогнули от напряжения. — Мой милый мальчик, — прозрачным голосом начал хозяин, — Ты же знаешь, что бывает с теми, кто много болтает? Кай кивнул. Открыл глаза, на миг пропуская солнечный свет внутрь: — Простите, Хуанди… — Знаешь, твою внешнюю красоту не испортит огрызок, что останется тебе взамен языка… Но мне не очень нравятся уроды и тебе придётся пойти чистить котлы на кухню… Хочешь этого? — Нет, мой хозяин… прекраснейший из смертных… Я не вынесу расставания с вами. Хуанди отпустил подбородок юноши и продолжил одеваться. Он немного помолчал, примеривая перед зеркалом брошь. Рубин сверкал всеми гранями и выделял ядовито красный цвет. Как застывшая кровь… — Госпожа обожает этот камень… — негромко проговорил хозяин, — Надо бы её порадовать… — он отвернулся от своего отражения и аккуратно намотал локон на палец, задумчиво рассматривая затылок юноши, который снова склонил голову, — Кай…поцелуй меня, — почти попросил он, — У меня сегодня будет очень трудный день… Юноша осторожно подошёл. Снова опустил глаза. — Можешь смотреть, — улыбнулся Хуанди, — Никто не испортит мне настроения сегодня, дружок… — Но леди-писательница уже по дороге сюда, — предупредил юноша, — Я только что видел её на экране монитора… — Что ж, — намотал на палец новую прядь хозяин, — Я давно хотел с ней поболтать… С нашей прошлой встречи прошло так много времени… — Вы же виделись вчера… — удивлённо заметил Кай. — Да что ты понимаешь, милый ребёнок… — улыбнулся ещё шире хозяин дома, — Тогда твои родители ещё не знали друг друга… Парень склонил голову и снова прикрыл глаза. Опустился к ногам. Поцеловал мысочки кожаной обуви. — Кай! — уже требовательно позвал Хуанди, — Не думаешь ли ты, что я после этого позволю тебе прикоснуться к моему лицу? — Один лишь поцелуй, Хуанди… — взмолился юноша. — После ты вылижешь языком каждый ангстрем*… — саркастично заметил Железный босс, — В следующий раз будешь расторопнее… И, кстати, о завтраке можешь больше не беспокоиться… Я поем с писательницей внизу… Он оттолкнул юношу ногой и быстро вышел из комнаты. Окликнул мажордома на французском: — Мариэль, сейчас к нам пожалует госпожа Таша…проводи её в мой кабинет. И принеси чего-нибудь перекусить… Седовласый дворецкий целомудренно склонил голову. Удалился. Хуанди хмыкнул и снова намотал на палец прядь волос. Уставился в высокое окно холла, задумчиво облизывая губы. *** Ташка запыхалась так, что дышала, как кузнечные мехи, отжившие свой век ещё в прошлом столетии. Антон её не преследовал, но она бежала и бежала вперёд, останавливая взгляд на встречающихся на её пути кустах, подстриженных в виде динозавров. Или это всё же драконы? Спросить бы кого-то...Так ведь не скажут... Она очень удивилась, когда двери хозяйского дома распахнулись прямо перед ней и её взору предстал дворецкий. Он молча поклонился и жестом предложил следовать за ним. — Мне срочно… нужно видеть… Железного босса, — пролепетала Ташка, переводя дыхание, — Или как его там… Хуанди? Мажордом снова поклонился и поманил её за собой. Ну надо же! В этом месте не очень-то любят разговаривать? Или этот старикан просто проглотил язык? Ташка вдруг представила, что у дворецкого действительно нет языка. А что, нечему удивляться, Ташенция! Нечему и удивляться. Прошли несколько коридоров в полном молчании, но мысли же за пояс не заткнёшь. Они так атаковали глупую черепную коробку, что впору было ума лишиться. Но чего уже нет — того не отнимешь. Ведь так? Дворецкий остановился возле массивной двери из чёрного эбена. Обернулся на неё, будто хотел убедиться, что она не затерялась в этих залихватских потайных ходах… Улыбнулся зачем-то и при этом бакенбарды на его скулах дрогнули и заколыхались. Причудливый старец, словно из сказки про гномов. И откуда только взялось это сравнение? Уму непостижимо… — Входить? — спросила Ташка, когда мажордом пропустил её вперёд. Но он молча прикрыл за ней дверь. Ташка огляделась, в запальчивости не обращая внимания на убранство комнаты. Так, какие-то шкафы из почти прозрачного дерева. И очень много книг. Переплёты теснились ровными рядами и были разложены по цветам. Справа — красные, слева — сиреневые, снизу и сверху жёлтые и зелёные. А еще было очень много черных корешков. Это казалось безвкусным, но почему-то притягивало взгляд. Так и пестрело в глазах, но не раздражало, а удивляло. Она не захотела присаживаться за инкрустированный столик, прошла к окну, которое скрывали плотные портьеры. Но они не казались плотными, потому что совпадали с цветом мерцающего дерева: прозрачные, наполненные глубиной застывшего дневного света. Дверь скрипнула и Ташка обернулась. Попыталась придать выражению высокомерия и злости. Но тут же забыла об этом, когда увидела Хуанди. — Я ждал вас позже, — тихо проговорил хозяин дома, его мягкий голос успокаивал, вселял уверенность в благополучном исходе. А какой может быть «благополучный исход» для похищенного человека? Смерть? — Присаживайтесь, — продолжил мужчина и грациозно опустился на резную кушетку, не дожидаясь девушки. Поправил полы своего элегантного красного наряда. Ворот туники стягивала яркая, матовая брошь. У Ташки даже дыхание перехватило от алого, насыщенного цвета одежды. Ладно, что это ещё не кожа на первый взгляд. А то бы она была нескончаема удивлена. Поневоле пришлось вспомнить Морд-Сит*… Вспомнить и тут же забыть об этом. Ташка попыталась сосредоточиться не на своих ощущениях, а на цели. Видишь врага — победи его. Не это ли ей вдалбливали на протяжении пятнадцати лет, когда она занималась борьбой. Но телом овладевала апатия. Она присела на диванчик, молясь, чтобы не было заметно, как дрожат её ноги. — Где Мария? — выдавила она непослушными губами и получилось это так вымученно, будто мышку придушила мягкая кошачья лапа. Хуанди приподнял одну бровь и улыбнулся ей искренно и нежно: — Вы говорите о вашей девочке? Она играет с другими детьми… — хозяин дома помолчал немного, наматывая прямую прядь на палец, — Поверьте, Таша, я не стал бы вам лгать… Зачем мне это, когда вы разделяете её участь… — Что вы хотите этим сказать? — набралась решимости Ташка. Ему не удастся её запутать! — Я никогда не использую игру между строк и не подразумеваю никакого подтекста… — чуть ухмыльнулся Хуанди, а Ташка поневоле запала на его глаза. Влажные…мерцающие. Но было в них и что-то отталкивающее. Глаза будто не пропускали свет. Оставались непроницаемыми как болото или мазут, — Ещё я не люблю играть словами. Выбираю самые простые. Ещё вчера хотел сказать, что ужасно скучал по вашему запаху. А вы? Ташка вскочила так быстро, что забилось сердце. Почему он выводит её на какие-то дикие эмоции? Зачем? Ему ведь совершенно не нужна потасканная временем тётка! Почему тогда так трепыхается душа, будто загнанная в силок птица… — Говори, где ребёнок?! — вскричала Ташка, — Просто пусти меня к ней! Я что, многого прошу?! Я даже убегать никуда не собираюсь… — Убежала бы, если б могла, разве нет? — улыбнулся ей открыто Хуанди, — Вот и в прошлый раз… Хотя…чего это я? Всё же должно быть немного по-другому… — мужчина негромко хлопнул в ладоши и дверь сразу же открылась. Слуги внесли всевозможные яства и накрыли столик. Это произошло так быстро, что Ташка не успела среагировать. Стояла и смотрела, оцепенев от изумления, — Вы же разделите со мной трапезу? Кстати, я заметил, что мы негласно перешли на «ты». Так вот, я бы хотел сказать: не разделишь ли ты со мной этот завтрак, Таша? А, нет, это даже и не вопрос. Просто присаживайся обратно. Дела подождут. Поверь, у тебя тут будет много времени… Ташка только сейчас почувствовала голод. Ну да, она же не ела целую ночь! Боже, как чрезвычайно вероломно это использовать. В голове водили хороводы мысли. Почему этот странный человек разговаривает с ней так, будто они давно знакомы? Память изменчива, она может утаить некие факты. Поменять местами отношение к чему бы то ни было… Со временем ты даже не будешь понимать: было это на самом деле или тебе всё приснилось. Но забыть эти глаза…этот прозрачный до оскомины голос… Но Хуанди ждал, когда она к нему присоединится и Ташка выбрала бесстрастное спокойствие. Если она будет истерить — это никому не поможет. А скорее убьёт. Хуанди молча разглядывал её, пока она нагребала себе полную тарелку овсяной каши. Она чувствовала его всеми потрохами, но старалась игнорировать этот интерес. Если пришло время открытий, то пусть всё идёт своим чередом. Постепенно, и без рытвин и зигзагов для её измученного мозга. Хочешь вывести противника из равновесия — держи свои эмоции при себе. — Почему такое прозвище — Железный босс? — задала свой вопрос не по существу Ташка, когда расправилась с первой ложкой каши. Вкус был таким божественным, что хотелось смаковать и смаковать это произведение искусства местных поваров. У неё вот эта каша периодически подгорала и воняло потом на всю квартиру… Ах, Ташка, где твоя далёкая родина? Как там было всё просто и понятно… Хозяин дома хмыкнул и погладил свои запястья. Ташка невольно перевела взгляд на тонкие кисти рук, его ухоженные пальцы, совершенные и холёные. Такими руками не то, что врага, курицу не убьёшь… — Ты правда хочешь это знать? — нахмурил брови мужчина, — То есть, я хотел сказать, тебе нужны знания дословные или глубокие, таящие какой-то смысл? — Всё равно… — откликнулась Ташка, но душа вдруг заныла, как будто она сейчас чего-то лишилась, но не могла понять - чего. Словно порвалась ниточка, что связывала её с внешним миром. И остался теперь только её внутренний. Ограниченный и шаткий. — Первое железо, попавшее в руки человека, было не земного, а космического происхождения: железо входило в состав метеоритов, падающих на Землю. Поэтому шумеры называли его «небесной медью», а древние копты — «небесным камнем». В эпоху первых династий Ур в Месопотамии железо именовали ан-бар (небесное железо). Железо — это прародитель всего самого крепкого не только на Земле, но и во Вселенной. Поэтому, наверное — «Железный босс». Я словно само ядро… — Неплохо так вызубрил Википедию, — усмехнулась Ташка, — И чем это можно считать — "дословным" или "глубоким смыслом"? Что-то я не поняла. — Не имеет значения, — усмехнулся Хуанди и принялся за кофе. Он смаковал напиток и поглядывал на неё время от времени. Когда Ташка прикончила кашу, он отставил чашку в сторону и взял салфетку. И снова эти запястья. Которые можно перешибить карандашом… — У меня слишком много вопросов, но я понимаю, что они останутся без ответов, — начала издалека Ташка. Ей очень захотелось увидеть Марию. Понять, что всё с ней в порядке. Но если существуют другие девочки, стало быть не всё так плохо. Они совсем не похожи на жертвы… Глупая Ташка! Держать их тут насильно — разве это уже не преступление?! Никак, подхватила стокгольмский синдром? — Можешь задавать любые вопросы, — серьёзно ответил хозяин, — Отвечу на все. Я же уже говорил, что смысла нет скрывать хоть что-то… Как думаешь, чем отличается птица в клетке от другой, которая на воле? — Конечно, свободой. Даже если кормить птичку каждый день, она не будет счастлива в клетке. Разве что она не будет знать, что такое — воля. — Вот именно, — усмехнулся Хуанди, — Если она не будет знать, что есть что-то другое… Тебе ведь нравилось жить в клетке, Таша? Если бы не маленький, избалованный мальчик…который свободу любил больше, чем тебя… У Ташки закружилась голова. О чём это он? Какая ещё клетка? Какой мальчик? Он явно не в себе…этот Железный босс… У которого даже имя ненастоящее… — Что-то я не заметила, что ты любишь простые слова, — пробормотала Ташка, — Избавь меня от своих намёков. Говори, что тебе нужно от меня и девочки… И закончим на этом… — Ты куда-то спешишь, Таша? — Хуанди посмотрел на неё прямо. От этого взгляда по спине потрусила струйка пота. Стало почему-то холодно. И холод этот шёл изнутри. Словно все её органы медленно покрылись тонким слоем льда. Но ведь такое бесконтактное общение не может причинить ей физический вред! Что с тобой происходит, Ташка?! Почему ты ломаешься? Просто встань и двинь ему кулаком промеж глаз! Возможно, тебя убьют после этого… И тогда у Маши совсем не останется защитников… Рой! Когда ты только оторвёшь свой зад от дивана и бросишься уже на поиски своей сестры…и девочки? Дурацкий брат… Ташка медленно поднялась. Зачем она вообще пришла сюда? Надо было допросить с пристрастием Антона. Он бы ей всё рассказал и без давления. Он же сам хотел… Но, нет! Надо же всегда узнавать все новости из первых уст… Да, Ташка?! — Видимо, мне придётся остаться здесь надолго, — сказала она в пространство. На Хуанди смотреть не хотелось, хотя она чувствовала, как его взгляд прожигает в ней дыру, — Просто желудок мой сыт и я хотела бы с вами распрощаться на сегодня… — Снова переходим на «вы»? — улыбнулся хозяин дома, — Ты такая непостоянная, Таша… Ан мне нравился больше, но он совсем не любил меня… Ташка вздрогнула. Это новое имя родило в душе целую бурю чувств: от щемящей тоски до фейерверка страхов. В сознании что-то мелькнуло и исчезло. Она не успела ухватиться за тонкую нить воспоминаний и всё пропало! Что с ней делает память… Боже, как это невыносимо… — Я ведь пленница? — спросила прямо Ташка, — Отведите меня в мою клетку. Железный босс рассмеялся так громко и от всей души, что зазвенела на столике посуда: — Браво, моя трепетная птаха, браво, — он промокнул слёзы двумя пальцами, как это делают дети и продолжил, — Мне нравятся твои книги, Великий Писатель Времён. Обожаю твои дикие эмоции. Они ведь только там живые… в твоих книгах… И вот… Теперь… Тут… Неужели я увидел истинную душу леди-писательницы? Птаха вернулась к своему хозяину… Как это мило… Память вернётся к тебе, моя радость. Только отпусти всё на ветер. Стресс намного эффективнее спокойной жизни, не правда ли? Ташка молча выслушала всю эту тираду. Она подумает потом над его словами. Разложит всё по полочкам и придёт к общему знаменателю… Только пусть он даст увидеть ей Марию. Она должна знать, что с ней всё в порядке. Только это сейчас самое важное в её жизни. Если бросить свою сущность на произвол судьбы, то останется только девочка? Да ничего не останется, Ташка! Всё исчезнет вместе с тобой, глупая дура… — Пойдём, Таша, — вдруг позвал Хуанди. Он протянул руку и ухватил её за запястье. Она и вздрогнуть не успела, как быстро двинулась за ним. Вот это захват! Ей бы поучиться такому стальному зажиму. Даже и наручников не надо… Ах, Ташка, внешность так обманчива… Они шли по каким-то переходам и длинным, пустым коридорам. Постепенно в голове всё перепуталось от этих крутых поворотов. Но Ташка всё шла и шла, как будто лишь в этом было её спасение. Или спасение девочки? Хуанди держал её властно, но в то же время его прохладные пальцы были такими нежными... И она чувствовала их мощную силу: лишь только появлялось желание вырваться из этих ласковых пальцев, его захват превращался в стальные тиски. Вот тебе и тонкие запястья, которые можно перешибить карандашом… Ташка… Ташка… — Проходи, — Железный босс впустил её в какую-то комнату и закрыл за ней дверь. Всё повторяется, Ташенция, всё повторяется… Сперва с дворецким…теперь вот с… Хуанди… Когда сзади сработал замок, Ташка увидела Марию. Она кинулась к ней так быстро, что мозги не успели переварить информацию. Но тело сработало верно и правильно: она обняла девочку и заплакала от радости. Надо бы почаще выходить из состояния анабиоза, Ташка. Тогда у тебя будет шанс спасти хоть что-то… — Ташка! — орала Маша, — Наконец-то! — Ты цела? — Ташка упала на колени и ощупывала детские ручки и худенькое тельце, — Тебя никто не обижал? — Да ты что?! — изумилась девочка, — Я умею себя защищать. Видела бы ты, как я ей двинула! — Мария подняла кулачок и погрозила пространству, — Когда Робин найдёт меня, он будет мной гордиться. — Тебя пытались обидеть? — не слушала её Ташка, — Кто? — Да так, одна из этих тупых куколок… Она назвала тебя клушей и я сняла с неё скальп… — Что? — испуганно переспросила Ташка, — Что ты сделала? — Ничего особенного! Робин бы поступил точно так же… Ташка ошарашенно прижала головёнку девочки к своему плечу. Если таким маленьким приходится отстаивать себя и других, то куда катится этот прекрасный мир? — Базель обещал мне, что тебя вернут взамен того, чтобы я отпустила Несси… — рассказывала Мария, — Я отпустила. Она отделалась лёгким испугом, не волнуйся… — Кто это — Базель? — спросила Ташка, она всё ещё была слегка дезориентирована, но в голове постепенно прояснялось. Главное, что Машенька с ней! — Он наш слуга. Знаешь, у него вместо ноги — культяшка. Если мы будем плохо себя вести, то Хуанди оторвёт ему другую… Жалко, правда? Он такой старенький и совсем не умеет бегать. Ташка только сейчас обратила внимание, что на Марии муслиновое алое платье. И это тут же напомнило о Хуанди. Чёртов ананкаст*! — А ты что тут делаешь? — продолжала расспросы Ташка, — Тебя что, наказали? — она огляделась. Комната была небольшой, но очень уютной. Детская кровать в углу. Диван возле зеркала, маленький столик у окна с розовыми шторками. Вполне себе спальня принцессы, если не сильно привередничать. Явно, эта комната не предназначена для взрослого человека, стало быть, Ташка здесь всего лишь гостья. И рано или поздно её уведут отсюда… Они обе пленницы в этом огромном дворце. Ни больше, ни меньше… — Это моя комната, Ташка! После того, как я сказала, что не хочу иметь с этими дурашками ничего общего, Базель привёл меня сюда. Он сказал, что если я буду послушной, то ты придёшь! Но самое главное, что ему не оторвут ногу! Пришлось надеть это дурацкое платье. Но это совсем ненадолго. Скоро приедет Госпожа и мы просто пообедаем вместе, а потом я снова надену свою одежду. Вот, в шкафу, — Мария вскочила и открыла дверцы небольшого шкафа, — Видишь, тут вся моя одежда! Я даже не знаю, кто это принёс… — А ты помнишь, как попала во дворец? — Ташка немного успокоилась и теперь её мысли уже не прыгали, а шли ровным строем. Стало быть, этот Базель знает русский или же просто носитель языка... И девочки тоже русские? Ведь Маша разговаривала с ними... — Проснулась и оказалась тут! — рассмеялась девочка, — Просто чудеса какие-то! Я даже подумала, что ты мне приснилась… И Робин… Ангстрем*- [А][A] = 0.1 нм. Очень маленькая длина. Морд-Сит* элитная группа женщин-воинов из серии романов «Меч Истины» и новелл «Дети Д’Хары» американского писателя Терри Гудкайнда. Они были созданы, чтобы защищать магистра Д’Хары, лорда Рала, от существ или людей, владеющих магией. Они носили обтягивающие кожаные одежды красного или коричневого цвета, в зависимости от намерений. Красный цвет был для кровавой битвы, так как на одежде ее не было бы видно. Ананкаст* — патологический педант: человек, страдающий навязчивыми состояниями, чрезмерной склонностью к сомнениям, поглощенностью деталями, излишним перфекционизмом и упрямством.