Пристегните ремни, следующая станция-Китай.

Хуанди задумчиво накручивал на палец локон и тихо улыбался. Он не замечал, сколько стоит вот так, около окна. И даже не следил за тем, как слепые дождинки, попадая на стекло, растекаются влажными следами. Капли расползались немыслимыми узорами и всё больше заполняли собой пространство окна. Словно картина пишется в реальном времени невидимым художником… Его отвлёк какой-то тихий звук со стороны двери и Хуанди вздрогнул. Но всё было тихо. Только где-то беспрерывный метроном принялся отбивать исчезающие в вечность секунды. Хуанди ненавидел кварцевые часы. Он избавился от них раз и навсегда. Но что делать, когда этот маятник звучит у тебя в голове? Каждый раз, когда что-то выходит из-под контроля и становится неизбежным решать проблему… — Мариэль! — воскликнул Железный босс и в ту же секунду в комнате появился дворецкий. Его худенькое тело было упаковано в синий камзол, бакенбарды на щеках мило подрагивали от быстрого дыхания, — Кай ушёл? — Да, Ваша честь, — склонил голову мажордом и его руки, в белых перчатках, приложились к груди, — Он взял с собой рюкзак… — Прикажи охране, чтобы проследили за ним… Незаметно и ненавязчиво, — приказал Хуанди, — Этот мальчишка заигрался… — Слушаю, Ваша честь, — снова склонил голову дворецкий. — Я не против, пусть развлекается… — вздохнул Хуанди, — Но зачем мне лгать? Разве я плохой хозяин? — Вы — самый лучший, — не моргнув и глазом, сообщил старикан. — В детстве, я любил следить за жуками, которым отрывал головы, — улыбнулся Хуанди, — Они смешно бегали по-кругу, пытаясь продолжать жить… но мне было понятно, что это всего лишь агония… и я наслаждался каждым последним для них мгновением… — сказал Хуанди. Мажордом молчал. Он просто ждал, когда хозяин выговорится всласть и отпустит его исполнять приказы, — Я понимаю Кая… Он ведь тоже наслаждается своими игрушками… Но он никогда раньше не скрывал от меня ничего… — Хуанди задумался и накрутил на палец локон. — В конце пути он всё сделает правильно… — проговорил всё же дворецкий, — Это просто игра…ничего более… — Он сказал мне, что Антон мёртв… — спокойным голосом проговорил Хуанди… — Почему? — Видимо, на то были какие-то свои причины… — поклонился дворецкий, — Так что, просто проследить за ним? Ничего не предпринимать? — «Лабиринт» для этой убегающей «мышки» стал слишком просторен. Когда появляется надежда выжить, есть сотня причин разбить эту надежду вдребезги… — ухмыльнулся Хуанди, — Если Кай, по каким-то «своим причинам», не сделает этого, это сделаю я сам. Кстати, хорошая была идея притащить с собой девчонку… Дворецкий ещё раз поклонился. На его лице появилась саркастическая улыбка, а потом оно снова приобрело нечитаемое выражение. — Значит, просто следить? — снова спросил он. — Подожди…с ним же снова будет Цезарь… — вдруг остановил его Хуанди. Он подошёл совсем близко и пробуравил своего слугу пронзительными глазами, — Не надо охранников… Я сам… *** Ташка давно знала, что отца Марии уже нет в живых и сейчас грызла себя поедом, что сама не сказала об этом девочке. Но разве помогут хоть какие-нибудь слова? — Мы должны прогуляться…прямо сейчас… — попросила девочка. Ташка поняла. Здесь всюду понатыканы камеры. А у Марии точно есть новая информация. Когда они беспрепятственно вышли к высоким соснам, что сбились тесной кучкой на заднем дворе, Мария тихо сказала: — Антон нуждается в помощи… он валяется в лесу совершенно раздетый и раненый… Кай натравил на него тигра… — Зачем ты вообще отправилась с этим человеком куда-то? — вскричала Ташка, когда Маша обо всём рассказала, — Ты не понимаешь, как это опасно?! — Я должна была разведать территорию, — всхлипнула девочка, — А Кай — хороший! Он просто запутался! — С ума сошла?! — удивлённо посмотрела на неё Ташка, — Как ты определила? — Я знаю, — Мария сжала кулачки, — А про папку я чувствовала! Тогда вы шептались с Антоном и он так странно посмотрел на меня… Я сразу поняла… — Мы не знаем правды, — тихо вздохнула Ташка, — Они могли наболтать тебе чего угодно… Я не верю Антону, а уж тем более — Каю… — Его уже нет, Ташенька, — вдруг заплакала Мария, — И мамки нет… Ташка и сама готова была расплакаться. Она молча кусала губы, поглаживая девочку по спине. Любые слова бессильны против горя. И только время сможет когда-нибудь излечить душевные травмы… Любой психолог скажет… А на деле — полная чушь… Боль никогда не исчезнет. — И вот где носит чёрт этого Роя, когда он так нужен?! — не выдержала Ташка, — По-моему, ты выбрала не того героя своего романа… Именно в этот момент двое вышли из зарослей кустарников и направились прямо к ним. Это был Рой, вместе с низкорослым парнем. — Что-то я не вижу, чтобы кто-то собирался на обед… — окинув всех серьёзными глазами, сказал Рой, — В гардеробе не нашлось синих платьев? Маша кинулась к парню и он подхватил её на руки. — Ты же ничего не знаешь, — снова вздохнула Ташка, — У Маши погиб отец… — Его убили, — дополнила девочка, заглядывая Рою в глаза, — Антон. — Откуда такие сведения? — изумился Рой. Он глянул на Е Иня, беспокоясь, что тот ничего не понимает сейчас. Но парень лишь кивнул головой. Сказал тихо, почти без акцента: — Я немного учил русский… Понимаю легко, только говорю медленно… Потом Марии снова пришлось рассказать о своих приключениях и все совершенно забыли про голод. — Мы можем перетянуть Кая на свою сторону? — спросил Рой, — Он был бы хорошим билетом на свободу. — Кай знает все лазейки, — влезла Мария, — И у него есть личный тигр… — Не думаю, что это возможно, — почесал свои дреды Е Инь, — Мы не уверены в его надёжности… — Тебя мы тоже не знаем, — хмыкнула Ташка, — Только если Рой даст гарантии… — Я тоже могу поручиться за Кая! — снова влезла Мария, — Он — мой друг. — Табаки вне подозрений как жена Цезаря, — усмехнулся Рой, — Точнее некуда… — У Цезаря есть жена? — тут же повернулась к Е Иню девочка, — Правда? Е Инь кивнул. Он о чём-то задумался и машинально сорвал одуванчик, коих тут было валом. Зачем-то растрепал цветок и оставил одну серединку. — Венок хочешь сплести? — ехидно заметил Рой. — Из одуванчиков может получиться прекрасное снотворное, — Е Инь говорил медленно и сам всё время о чём-то думал, — Пока не знаю, что это может нам дать… но…скоро узнаю… — Непогрешимый ты мой, — улыбнулся Рой, — Для меня проще стукнуть Кая по затылку и заставить работать на нас силой… А не поить его снотворным из одуванчиков… Ташка махнула на парней рукой, подошла к Марии и прошептала ей тихонько: — Твой Робин и мухи не обидит, не волнуйся за Кая… Мария тяжело вздохнула, посмотрела на всех блестящими глазами, заметила серьёзно: — Наверное, лучше всё же пойти на обед… А то вы до такого договоритесь… Маша не стала рассказывать про тёмную комнату с мониторами. Словно Кай обнажил перед ней душу и девочка не способна была пока что делиться этим ни с кем другим. Если понадобится — она сама первая использует эти знания по назначению. Ещё хотелось отыскать Юн, которая сбежала, когда пришёл Хуанди. Но кошка рано или поздно вернётся. В этом Мария была уверена. Покормили их в небольшом зале, недалеко от холла. На обеде никого, кроме них, почему-то не было. И это очень удивило Ташку. А она-то боялась, что нарушив дресс-код, они вообще останутся голодными. Е Иню пришлось объяснить, что это за «дресс-код» такой. Но он только кивнул головой и это можно было расценить двояко: то ли он согласился с местными правилами, то ли просто посмеялся. — Нам бы нужно занять совместное жильё, — предложил Рой, вытирая рот салфеткой. Обед состоял из трёх блюд и они прекрасно насытились. Умеют в этом доме готовить. Знать, приличные повара нашли здесь свою нишу. Ни больше-ни меньше… — Тогда проще будет контролировать Хуанди. — Это ему проще будет контролировать нас, — усмехнулась Ташка, — Но я согласна. Стоит ли об этом попросить или всё же мы и сами способны это сделать? Боюсь, у Хуанди другие планы… Мария посмотрела на Е Иня, который молча о чём-то думал, допивая чай со сливками. Откуда такие английские предпочтения? — Всё же, милый мой Табаки, — начал вкрадчиво Рой, — Не расскажешь ли ты нам, откуда так хорошо знаешь русский? Ты —вне подозрений…но любопытно же… Е Инь поднял голову, словно очнулся от грёз, прошептал задумчиво: — Они же откуда-то привозят продукты… Что-то я не видел здесь полей… Рой хмыкнул, а Мария горько усмехнулась. Ей нравился этот небольшой человечек, было в нём что-то особое. То ли улыбка от уха-до уха, то ли сдерживаемый пыл. Она просто всеми своими маленькими потрохами чувствовала скрытую силу этого малого. Но к чувствам же не приложишь доказательств. — Ты о том, что есть вход, который можно будет использовать как выход? — шепнул Рой. Ему не хотелось рассуждать о побеге здесь. Наверняка, и камеры тут запрятаны и микрофоны… — Я что, это вслух сказал? — улыбнулся Е Инь и снова задумался. Рой понял, что его вопрос останется без ответа. И не придерёшься. По крайней мере, не сейчас… — Какие планы на сегодня? — спросил Бо, когда они вышли на свежий воздух. Он и правда был «свежим», только накрапывал дождь и небо затянулось сизыми тучами. Зато листва сочно блестела всеми оттенками зелёного и казалось, что по траве рассыпали серебристый бисер. — Вы где устроились? — спросила Е Иня Ташка, — Далеко от нас? — В конце этой аллеи есть гараж, переделанный в дом, — объяснил Рой, — Я считаю, нам всем нужно туда переселиться… — Я бы выбрала «пряничный домик,» — вздохнула Ташка, — Но не думаю, что Хуанди разрешит… Антон же перенёс все мои вещи в маленькую комнату Маши… — Я не хочу жить в той комнате! — сразу откликнулась девочка, — Ненавижу хозяйский дом!.. Там я всё время думаю о папке… — Ты не останешься одна, — решительно проговорил Рой, осторожно обнял девочку, присев на корточки, — Я и Ташка — твоя семья. — А Кай? — спросила девочка, — Его ты тоже усыновишь? — Но он же уже взрослый… — удивился Рой. — Сделаем так, — вдруг проснулся Е Инь, — Сами переселимся в один дом и посмотрим, что из этого получится. А потом займёмся людьми. Кого бы тебе хотелось узнать получше? — обратился он к Рою, — Хуанди или Кая? — Зачем это? — подозрительно спросил Рой. Они медленно шли по асфальтовой дорожке, продвигаясь в парк. Было немного прохладно и Ташка укрыла Марию своей растянутой кофтой. — Я не знаю, сколько у нас времени, — объяснил Табаки, — Поэтому надо разделиться: я, например, изучаю повадки Железного босса, а ты — Кая… Таша — дворецкого. — Я возьму себе Кая! — встряла девочка, — Мы же с ним друзья. Вряд ли он подпустит к себе Робина. — Вы сами можете выбрать кого захотите, — Табаки покусал свою хлипенькую бородёнку, — Только Марию надо подстраховать. Она не должна быть одна. — Мне не страшно! — выпалила девочка, — Если мы с вами — игрушки, то зачем нас уничтожать? Нас же ценить надо. — Одна ты не будешь! — констатировал Рой, — Я возьму себе Хуанди, а Ташка пусть выберет дворецкого… Е Инь подстрахует Марию, пусть они вместе сблизятся с Каем. Они все подходят друг другу, как сиамские близнецы. — Ты любишь крокодилов? — спросила девочка Е Иня. Она подошла к нему и взяла за длинные пальцы. — Я люблю всех зверей, — серьёзно ответствовал парень, — Если бы люди оставили их в покое, они бы не попадали в Красную книгу… — У Кая есть Цезарь и он прирученный, — сообщила Мария, — Что ты будешь делать, если тигр подышит тебе в лицо?.. Щёлкнешь его по носу или сбежишь? — Впаду в ступор, — ответил Е Инь, — А потом попытаюсь с ним договориться. — Ладно, ты мне подходишь, — кивнула головой Мария, — Ты не пробуешь хитрить… как некоторые… *** Кай понимал, что Антон не мог далеко уйти. Тот был слишком обессилен, да ещё эта рана на бедре… Парень умел читать следы, как раскрытую книгу, потому что всё детство провёл в этом лесу. Родителей он совсем не помнил. А помнил только детский дом, в который попал совсем крохой. С тех пор, как его забрал оттуда Хуанди, минуло десять лет. Но всё так сильно изменилось за это время… Кай с самого начала знал, что Хуанди ему не отец. Тот и не пытался строить из себя благодетеля. Он просто привёл мальчишку к себе в дом и дал ему то, чего у него никогда не было: кров и замену близких. Позже, когда Каю исполнилось тринадцать и он полюбил Хуанди по-настоящему, тот переселил его к себе в комнату и показал, что существует другая сторона любви. Всепоглощающая и пылкая. Кай не знал другой жизни, а эта ему безумно нравилась. Он принадлежал Хуанди целиком и полностью и считал, что это взаимно. Пока не появился Ан и не забрал любимого человека… Оказывается, Хуанди знал его ребёнком и эта встреча произошла ещё до рождения Кая… Мир оказался несправедлив… В лесу трещали птицы на все голоса и Кай знал, что они просто принимают его за своего. Если появится кто-то ещё, они затихнут. Цезарь почувствовал его возле самого лаза с колючей проволокой и тащился где-то рядом, но Кай его не видел, просто чуял. Дождь недавно закончился, но всё ещё было пасмурно, как будто наступил вечер. Антон не покидал берег реки и Кай быстро выследил его. Подобрался поближе, подсматривая за ним сквозь колючие кусты ежевики. Ягод пока не было и Кай понимал, что на одной траве и подножном корме далеко не сдвинешься. Река петляла, огибая огромную гору под названием «Сёу чоухва»*и приводила в тупик, заканчивающийся небольшим водопадом. Оттуда не было выхода в город, наоборот, места были глухие, не тронутые человеком. Зато зверья здесь было в достатке. Лови-не хочу! Но Антон же этого не знал. Он был уверен, что действует правильно, под руководством «хорошего» парня Кая — прихлебателя самого главного босса. Отчаянного паяца, который привык быть режиссёром своего собственного театра и его же главным героем… Вот было бы весело сообщить об этом Антону, когда он уже поверит, что почти выбрался на свободу. Дать ему эту «свободу», а потом посмотреть, как тускнеют его глаза… Только вот, никто не ожидал, что появится Мария и смысл жизни изменится до неузнаваемости… Кай привстал на цыпочки, высматривая Цезаря, но он и сам подошёл, ткнулся мордой в руку. — Сейчас, — сказал ему Кай, вытащил из рюкзака вырезку мяса. Отдал тигру. Устроился поодаль, пока Цезарь лакомился вкусным, — Ты только не напугай его, — пригрозил зверю, — Не думаю, что он захочет с тобой поиграть… Антон то ли почувствовал, что кто-то рядом есть, то ли просто прислушался. Кай не стал больше ждать: — Ну что, соскучился? — громко спросил он, наслаждаясь испуганным видом мужчины, — И года не прошло, верно? Антон вздохнул, переваливаясь через небольшую кочку у реки. Напился, черпая воду прямо ладошкой. В голове немного прояснилось, но его лихорадило и почему-то грезилось всякое-разное. То он видел отца Марии, то Ташкину Горту. Он даже разговаривал с ними, но те молчали, лишь созерцали его постыдное времяпрепровождение… Кай подошёл совсем близко. Скинул рюкзак с плеч: — Вот, как обещал… — И что здесь? — вздохнул Антон, — Верёвка и мыло? Я всё же предпочитаю, чтобы ты сам пристрелил меня в конце пути… — Здесь галеты, сухая одежда и бинты, — цинично проговорил Кай, — А ещё — вода. Тебе придётся сменить маршрут и удалиться от реки… — Почему это? — Антон уже не прикрывался от Кая, ему было всё равно. Даже «набор путешественника» его не обрадовал. — Сначала оденься, — посоветовал Кай, — или перевяжи себе ногу. Антон осмотрел свою зарубцевавшуюся рану и хмыкнул. К чему теперь эти бинты? — Продолжаем наши игры? — издевательски пропел он, уселся прямо на траву и подтянул к себе рюкзак. Вытянул оттуда вяленый кусок мяса и засунул в рот, с наслаждением принялся жевать. — Не будет больше игр, — усмехнулся Кай, — Мне надоело. Он подозвал Цезаря и пристегнул его за ошейник к своему ремню. Пусть пока побудет рядом, от греха подальше. У Антона тряслись руки и он никак не мог вытащить из рюкзака одежду. Кай увидел, помог. Близко подходить не хотелось, но Цезарь являлся методом устрашения. Бывший полицейский укутался в широкий плащ и попытался согреться. — Так почему я должен тебя послушаться и пойти другим путём? — спросил он негромко, но связки перехватило от натуги, — Власть сменилась? — Там я положил карту… — откашлявшись, сказал Кай, — С ней тебе будет гораздо проще… Я отметил место, где ты находишься… — Откуда такая забота? — рассмеялся Антон, — И почему я должен тебе верить сейчас? — Можешь не верить, — пожал плечами Кай, и, стянув свои пышные локоны резинкой, полез прямо через кустарник к тропе. Цезарь потянулся за ним. Всё это время он лишь молча смотрел на Антона, не пытаясь к нему приблизиться. Ему неинтересны были человеческие разговоры. А потом вдруг Антону показалось, что у него снова начались галлюцинации, потому что появился Хуанди в синем, плотном плаще и улыбаясь, помахал ему рукой. Нежно вымолвил: — Зачем тебе бегать по лесу одному с волчьим билетом в зубах? Добро пожаловать в стаю… Сёу чоухва* — Гортензия.