Вселенское возрождение для Учиха

— Тут у нас театр, классные представления показывают. А буфете продают такие сладкие штуки, как плетенки или слойки, не знаю как называется, но вам обязательно понравится, я вам отвечаю. Ну а это вы знаете – прошу сюда. Отсюда открывается вид. Это наша скала с лицами всех Хокаге. Надеюсь вы узнали седьмое лицо? Это я – Наруто Удзумаки. Кое-кто из Учих грохнулся в обморок и его поддержали остальные, более стойкие Учихи. У кого-то отвисла челюсть. Наруто осклабился: в общем, равнодушных не было. За время экскурсии толпа Учих всё время что-то восклицала, всхлипывала и норовила разбежаться в разные стороны, но хорошо, что Наруто не давал им опомниться, подгоняя вперёд и вперёд словесными изречениями. — Так… сколько прошло лет? — Хокамару из полиции оказался самым устойчивым из Учиха. — Шестнадцать, — радостно выдал Наруто под общих всхлип, возгласы и вздохи. — Но не волнуйтесь, ведь я самый лучший Хокаге. Мы вас быстро наделим работой и приведем в порядок жильё. Добро пожаловать в Коноху!

***

Изуми приподнялась с кровати и потерла глаза. Какой странный сон, — подумала она. Сон был действительно странный, и если бы он не был про любовь, она бы решила, что это кошмар. Хорошо, что все закончилось. Ей снился Итачи. Правда другой, совсем взрослый Итачи. Их семейная жизнь, праздники, рождение детей… Изуми потёрла лицо. Всё смялось в ужасную гармошку, так что даже слегка побаливала голова. Что последнее она помнит? Что она умерла. От… от старости. Нет, это было во сне. А наяву – Итачи. Голова болит просто от мысли. Сколько сейчас времени? Пора собираться в академию или сегодня выходной? Если кондитерская работает с утра, значит не выходной. Изуми высунула голову на улицу. Выходной. Улица была пуста. Только пара человек спешила по своим делам. Изуми снова рухнула в кровать. Странные руки. Они, вроде бы, должны быть меньше. Прошлёпав босыми ногами по полу, который оказался жутко грязным, - что же все-таки с ней произошло? – Изуми остановилась напротив зеркала. Вздохнув, она стёрла ладонью застарелую пыль, толщиной не меньше сантиметра. Хм? Изуми нахмурилась, не понимая она ли это. Ладонь провела ещё одну широкую полосу чистоты. Девушка в отражении тоже нахмурилась. Прислонилась носом к стеклу, вглядываясь в глаза. Шаринган. Нету. Шаринган. Нету. Изуми потерла глаза. Может это какой-то эксперимент? Ведь у нее же была техника глаз. Теперь глаза начали болеть от перенапряжения. Изуми открыла кран. Пара плевков грязью и неприятное шипение подсказали, что умываться ей сегодня не придётся. Изуми снова посмотрела на свои руки, волосы, родинку на щеке. — Вот чёрт, я кажется женщина, — пробормотала она. Кома? – выдало версию подсознание. Это глубокий сон, когда спишь и просыпаешься уже взрослой. Разве не об этом она мечтала все детство? Изуми улыбнулась своему отражению в зеркале. Она такая красивая женщина! Шикарные волосы, вьются. И грудь. Совсем не такая, какая раньше была. Теперь будет совсем легко понравится Итачи. А вдруг – Итачи не вырос? Сколько же ему сейчас лет? Тринадцать? Так. Надо взять себя в руки. Если ты проснулась в своем доме спустя сколько-то лет, взрослая, то что надо делать? Хм… топать в больницу! Удивительно правильное решение! Чем быстрее, тем лучше. Только для начала надо одеться. Изуми распахнула шкаф… Мда. Не то чтобы одежды было мало, но имея широкие бедра и грудь, теперь она не влезет даже в жилет. К тому же одежда оставляла желать лучшего. Пыль ещё можно было стряхнуть, если не опасаться, что с пылью исчезнет и одежда. Слишком уж ветхо выглядела. Изуми сжала губы, решительно оглядывая дом.

***

Дорогу на работу Сакура прошагала походкой робота. Полностью погруженная в хаотические завихрения мыслей. Отправив Сараду в школу, она думала, что успокоится хотя бы чуть-чуть. Саске пришел. Это вызывало целую бурю мыслей. Сможет ли она сегодня полноценно работать? Его не было столько лет. Дочка его не помнит. Да и она сама почти забыла. С одной стороны её душа ликовала, что теперь у неё есть шанс по-настоящему побыть женой. А с другой стороны – она так давно не видела Саске, что не знала, что ей вообще с ним делать? К тому же, он постоянно исчезает, как сейчас. Вдруг он просто бежит от нее? А ещё теперь придется убираться и готовить вдвое тщательней чем раньше. У-у-у!.. Дойдя деревянными шагами до кабинета, Сакура рухнула в кресло. На столе скопилась гора анализов, которые нужно рассмотреть и распихать по картам. Перед глазами все плыло. Может хлопнуть саке? – предложила внутренняя Сакура. Нет, Саске вернулся, нужен трезвый рассудок. Но с другой стороны, глоток алкоголя её бы слегка отвлёк. — Сакура-сама? — раздался короткий стук. — Уже принимаете? — Что? — грубо ответила Сакура. — Там девушка. — Ранена? — Нет, но… — замялся санитар. — Ладно, давайте её сюда, — дозволила Сакура. Зеленые глаза Харуно слегла округлились и брови поползли вверх. Пациентка босыми ногами прошлёпала в кабинет, с интересом оглядывая стены. — Здравствуйте, — поздоровалась она и села напротив неё. — Доброе утро, — не спеша поздоровалась Сакура. Девушка была с ней примерно одного возраста. Она шаркнула босыми ногами по полу и поправила сползающую с плеч зеленую занавеску. — Вы знаете, я не знаю, что со мной происходит, — заболтала девушка в занавеске. — Я проснулась. А потом увидела в зеркале отражение и не узнала себя. Такое ощущение, что я постарела. Такое ведь бывает, надеюсь? Сакура похлопала глазами. Мысли о Саске улетучились за миг. Девушка сделала паузу, восприняв молчание врача за желание слушать. — В моем доме не было воды, поэтому я не умывалась. А одежда вся стала вдруг мала, так что пришлось закутаться в занавеску, — откровенно призналась девушка. — А обувь? — участливо спросила Сакура. — Обувь была, — скривилась пациентка. — Только стала такой жесткой, твердой, невозможно носить, — скривилась та. Сакура сочувственно поцокала языком. — Так что вы скажете про мой возраст? — возвратилась к проблеме больная. — А сколько вам лет? — Сакура взяла в руки ручку. — Ну… по-моему двенадцать, — призналась девушка в занавеске. — Замечательно, — сказала Сакура, доставая листок. — Какой сейчас год? Изуми назвала. «Очень хорошо», — не глядя похвалила Сакура, заполняя листок. Первая строчка. — Как ваше имя? — Моё? Изуми. — А фамилия? — Учиха. У врача из рук вывалилась ручка. — Учиха? — уточнила она. — Да, — пациентка поежилась под внимательным взглядом доктора. — Это клан, у которых шаринган, — пояснила доктор, машинально ставя точки в графу «фамилия». — У вас есть шаринган? — Если честно нет, — призналась Изуми. — Хотя он был, буквально вчера. «Острый психоз», — написала Сакура заключение и выдохнула. — Не волнуйтесь, — благожелательно обратилась она к пациентке. — Сейчас придет санитар, — Сакура усиленно нажимала кнопку под столом, — и вам окажут должную помощь. — Правда? — обрадовалась Изуми. — Ну конечно, — в дверь наконец вошел тот самый санитар. — Определяйте, — вздохнув, она передала помощнику бумаги, — к чайникам и Рикудо-саннинам. «Что за день сегодня?» — выдохнула Сакура, откинувшись в кресле.