Better late than never

- Ты дурак, - выплевывает Локи. – Ты просто неимоверный, непроходимый глупец! - Не злись, - добродушно отзывается братец, вышагивая рядом попутно кутаясь в красный плащ. – Но не мог же я бросить тебя! - Я бы бросил. - Я знаю. - Отец убьет тебя, так что будь добр – исчезни. - Чей отец? Мой или твой? Локи пропускает вопрос и следует дальше, конечно от Тора всего можно ожидать, но заявится в Йотунхейм после всего что он натворил здесь, каким-же бестолковым надо быть. - Как ты вообще упросил Хеймдалля открыть тебе путь, после всего что случилось? - Никого я не упрашивал. Сам нашел, - Локи не видит, но слышит это мерзкую самодовольную усмешку, от которой, как он думал, он сбежал навсегда. - В любой случае, я рад что ты не в кандалах, да еще и встретил меня вот так сразу, думал буду прорываться к тебе с боем! Локи останавливается и это вынуждает Тора затормозить тоже. Они идут быстро, снежный ландшафт сливается для Тора в одно белое пятно, но Локи явно знает куда идет. На нем другие одежды, не то чтобы Тор ожидал увидеть перед собой все того же Локи, но…он определённо не готов был увидеть это. Во-первых, сам Йотунхейм изменился, они прошли уже прилично с той ледяной пустыни в которую он попал и где так удачно встретил брата, сам лед стал…светлее и его определенно стало больше, сугробы больше не таяли, наоборот - они наращивали сами себя, если такое вообще уместно в ледяном царстве, дворец Лафея из груды обломков, продуваемых всеми ветрами, превратился в нечто смутно напоминающее крепость. По крайней мере в нем появились нормальные стены и укрепления. А во-вторых, сам Локи. Он был синим. Настолько синим, что смутил бы даже асгардское небо своей синевой. - Почему я должен быть в кандалах? - Ну…ты же вроде как…пленник, разве нет? Темница, заточение в ледяной глыбе, знаешь я о разных вариантах думал. - В Йотунхейме нет темниц, к твоему сведенью. - О, - выдает Тор. - Здесь сразу убивают, пронзают сердце и окропляют лед кровью, чтобы передать ему знание умершего. - О, ну да, примерно так я себе и представлял. Так если ты не пленник, то ты… - Принц, - договорил Локи, по его лицу невозможно было сказать рад он этому факту или опечален. – Принц Йотунхейма. - Ваше высочество, - Тор отвесил шутливый поклон, шаркнув ногой и взмахнув плащом. - Теперь ты уберешься? Твое праздное любопытство удовлетворено? - Даже если бы я и мог я больше не знаю, как, - пожал плечами Тор. – Я воспользовался той штукой, ну, помнишь ты учил меня на озере, особая магия которая открывает портал, я конечно не то чтобы прямо открыл его… А я еще мне понадобилось вот это, - Тор порылся в своем одеянии и выудил оттуда потрёпанную книгу. - Мать сказала, что нужна вещь, с которой у тебя есть эмоциональная связь и я покумекал что единственная связь у тебя была с книгами. Лед под Тором пришел в движение, но Локи быстро успокоил его, он опустился на одно колено и прикоснулся голой ладонью ко льду, чужаков не любили в Йотунхейме, а уж асгардцев особенно, но Локи пообещал, вполне искренне, что Тор никого здесь не тронет и лед послушно затих. Пришлось продолжить движение, хорошо, хоть Лафей сегодня патрулирует территорию, вряд ли он учует неладное. И все же, это просто невозможно, чтобы его недалекий братец помнил тот единственный раз, когда Локи решил показать ему магию перемещения, а уж о том, чтобы повторить все самому. И книги, откуда он вообще… - Ты был в моих покоях? Как прошел мимо змея? - Вырубил его молотом, но ты не думай, он не исдох, я проверил. - Тебе помогла мать? - Немного, да, - согласился Тор. По его интонации Локи понял, что скорее она сама открыла для него портал, вот только…зачем. - Как она? Она…вспоминает обо мне? - Локи, все вспоминают о тебе. - Ты лжешь. - Преувеличиваю, возможно. Они достигли Ледяного Града, Локи пришлось повозиться чтобы древние льды, защищавшие крепость, не пришли в возмущение от присутствия чужака. Его покои занимали добрую половину дворца и, в отличии от остальной части замка, были обставлены деревом и мебелью, подходящей для его человеческого облика, даже в своим истинном обличье он не был таких же громадных размеров как остальные великаны и нуждался в нормальном сне, а не в том бессознательном состоянии в которое погружались великаны. В дальнем углу покоев нашлось место и для настоящего огня, горел он ровным холодным пламенем. - А где…все? Не познакомишь меня с новой родней? - Остальные патрулируют территорию, нас не так много как ты думаешь. - Значит, тебе доверяют, раз оставляют одного. - Ты, кажется, поумнел. - Набрался опыта. - Так зачем пожаловал? Локи не предложил ему сесть и застрял посреди покоев как ледяное изваяния, поэтому Тор позволил себе плюхнуться на громадных размеров постель, оценив при этом ее мягкость. - Нужна твоя помощь. - Нет, - отрезал братец. Синева явно не шла на пользу его характеру. - Ты еще ничего не знаешь. - Потому что не хочу. Меня не интересует ничего что связано с Асгардом или с отцом или…. - Это не связано с Асгардом. Локи помедлил. Странно и как это он не заметил. Раньше все действия Тора были хаотичны, но предсказуемы, как рябь на воде, его постоянно толкало в разные крайности, его тщеславие выплескивалось на всех из бурного потока жизненной энергии истинного асгардца. Тор требовал и привлекал внимание, был импульсивен и плохо сдержан, шел напролом и хотел всего и сразу, он распылялся. Теперь, даже вальяжно разлегшись на его постели, брат представлял собой само сосредоточение. И более того, нечто осмысленное, какое-то оформившиеся желание плескалось в глубине его глаз и взгляд его был не шутливым. - Почему не попросишь свои свиту? - Они не смогут помочь. И они не поймут. - Не поймут, что? Тор встал с постели, прошелся по комнате и приблизился к брату. Раньше он бы все выпалил за один присест и даже не обдумывал бы сказанное, а теперь Локи видел, как тот подбирает слова. - Когда тебя отослали, отец лишил меня силы и отправил в Мидгард. В наказание, - Тор замолчал, вглядываясь в брата. Эту информацию Локи не знал, он действительно не интересовался ничем связанным с прошлым домом, не только потому что не хотел. Не было времени. Лафей взялся обучать его премудрости ледяных великанов, и хотя не все йотуны приняли царевича, все же он был единственным полноправным наследником, настоящим сыном их царя. Да, он не был многоруким или многоголовым, даже принимая свой второй облик он по-прежнему больше походил на асгардца, чем на великана, но главное было иное – его признал лед. Мудрость древней воды, увековеченная в ледяных торосах не только открылась для молодого принца, с ним Йотунхейму больше не нужен был Ларец Древних Зим. Ларец был вмещением сил ледяных великанов, сердцем их земель, из-за того, что Ларец был украден в битве, Йотунхейм разрушался, не так стремительно, как другие миры потерявшие свои реликвии, но он был обречен. В хранилище Локи дотронулся до Ларца и унес с собой в ту ночь нечто куда более значимое нежели правду о своем происхождении. Он унес силу. Лафей сказал ему, что Ларец открывается не каждому йотуну, мощь Ларца неподвластна даже самому Лафею, Ларец всегда выбирает сам, и далеко не каждому под силу выдержать подобный дар. Локи был удивлен сообщением о Мидгарде, о том, что Один решился наконец-то преподать Тору урок, но известие его не шокировало, подумаешь, оказаться без молота в мире, где ни у кого вообще нет никаких способностей. - И? Ты решил пойти на них войной, как всегда напортачил там? - Хуже. - Решил стать их царем? - Еще хуже. Локи передернул плечами, ему не нравилась новая манера Тора говорить с ним, появлялось ощущение, что время проведенное в Мидгарде, довольно отсталом сов всех сторон мире, каким-то образом пошло на помощь умственным способностям брата. - Я встретил там кое-кого. - Прорицательницу? – Локи был наслышан о том, что настоящие норны как раз-таки искали уединения в странных и забытых всеми мирах, дабы никто не беспокоил и не охотился на их сокровенные знания. - Да нет же, глупый, я встретил женщину, свою женщину! - Женщину? – повторил Локи, но у Тора было полно женщин и в Асгарде. - Да. Ту самую. - Ту самую? – он сам разозлился на себе за то, что бессмысленно повторяет за братом. - Единственную, - почти по слогам произнес Тор. Он говорил это серьезно и уверенно. Локи оглядел его с головы до пят. Он пришел сюда, прямиком в лапы великанов, чтобы поделиться очередным похождением, как всегда бестолково и глупо. - Брось, ты забудешь ее, к тому же она скоро умрет, если уже не…. Локи встряхнули из всех сил и он почувствовал, что брат едва сдержался чтобы не швырнуть его через всю комнату, странно что при этом брат даже не испытал омерзения к тому, что дотронулся до настоящего ледяного великана, которых он, помнится, ненавидел всей душой. - Я просто хотел сказать, что их жизнь коротка, короче, чем твоя, на…дай подумать…на столетия. - Да, и именно поэтому я здесь. Локи вопросительно поднял бровь, то что Тор считал очевидным, увы, не было так прозрачно для него. - Ну ты же у нас волшебник! - Думаешь я могу просто взять и наколдовать ее тебе? С чего мне вообще что-то делать для тебя? - Ты же мой брат. Локи вздохнул. Если он мог вышвырнуть из своего разума любые связи с Асгардом, то Тор видимо по-прежнему считал их братьями, которыми они с натяжкой были в детстве и почти никогда после. - Тебе что никто не удосужился поведать мою тайну? Я – украденный ребенок из Йотунхейма, сын Лафея, твой названный брат, которого держали в Асграде только чтобы мир окончательно не рухнул в Хель. - При чем тут это? – Тор отмахнулся от его слов как от надоедливой песенки. – Ты же не перестаешь от этого быть мне родным. Тор все еще держал свои руки на его плечах, но теперь он аккуратно расправил складки его одежд. Локи ощутил злобный всполох, как всегда когда кто-то дотрагивался до него без разрешения, какая-то часть требовала оторвать мерзавцу руки. - Локи, все это чепуха, мне все равно что ты великан, ты кстати и не похож на них вовсе, выглядишь нелепо, словно тебя в чан с мидгардской краской окунули. И вообще, ты единственный кто всегда поддерживал все мои затеи. - Я поддерживал их потому что они всегда были глупыми! - Но ты спасал меня тысячи раз! - Потому что отец убил бы меня, случись что-то с тобой. - Ты показывал мне фокусы, когда я плакал. - Чтобы ты наконец заткнулся! - Мог заткнуть меня и магией. Это был пустой спор, хотя, признаться, Тор удивил его. Локи никогда бы не подумал, что пустоголовый братец способен воспылать к кому-то подобными чувствами, но… мидгардка, тут уж действительно ничего не поделать. - Неужели ты никогда не был влюблен? – Тор наконец оторвался от него и поковырял льдистую корочку стен, прислонившись к колонне, как будто все равно нуждался в чей-то поддержки чтобы стоять на ногах, ах да Локи совсем забыл, что Йотунхейм мог подкрепляться жизненной силой асов, но ничего страшного, Тор переживет, в нем этой силы, что воды в океане. - Ты знаешь, что нет. А к чему тебе все это? Ты же хотел стать царем, править мирами, ходить войной на другие царства, биться с великанами, в конце концов. - Это может подождать, а она не может. - Это хотя бы взаимно? - Я полагаю, что да. У нас было мало времени, чтобы узнать друг друга. - Тогда почему бы тебе самому не остаться в Мидгарде? - Всеотец запретил, - в голосе Тора натянулась струна. - Неет, только не говори, что ты действительно хотел остаться в той дыре и бросить все девять миров ради... Этого просто невозможно, немыслимо даже для тебя! - Это любовь, Локи, если я не могу быть с Джейн, кчему мне девять миров, мне тошно и в одном. - Но… давай просто сделаем одну из асинь похожей на твою Джейн, тогда ты будешь доволен? Тор посмотрел на Локи так, словно это он просил Всеотца разрешения остаться в Мидграде. - Мне не нужна асинья, мне нужна моя Джейн здесь, в Асгарде, подле меня. Навсегда. Стены в покоях вдруг начинают мерцать, Тор с интересом оглядывается по сторонам, хорошо уже то, что Локи выслушал его, даже если он откажет, все же приятно разделить с ним тайную ношу. Локи всегда был умнее, хитрее, если уж кто-то может помочь, то только он. - Это Лафей, он скоро будет здесь, - Локи смотрит на переливы льдистых кристаллов, читая их послание. - Он знает, что я здесь? – интересуется Тор. - Нет, - едва помедлив отзывается Локи. – На самом деле йотуны не сильно чувствительны к такого рода вещам. К тому же я скрыл твое присутствие, иначе здесь уже была бы целая армия. Одна из стен заиграла золотом, зияющий черный, словно пустая глазница, портал открылся прямо перед Тором, Локи молча указал на него жестом. - Что, так просто? – удивился Тор, он часто становился свидетелем того, как Локи использовал магию, и раньше это мало того, что занимало время, так еще и требовало хотя бы какого-то жеста или слова. - Здесь моя магия требует меньших усилий. - Так ты сможешь помочь мне? - Я подумаю, что можно сделать. Но тогда и ты сделай кое-что для меня. Тор уже шагнул в портал, но развернулся всем корпусом к брату, яркие искры опутывали его ступни поднимаясь по телу все выше, ощущаясь приятным покалыванием. - Скажи Одину, чтобы он проверил Ларец. - Хорошо, а что передать матери? - Ничего. - Скажу, что ты справлялся о ее здоровье, - ухмыльнувшись заметил Тор и полностью исчез в портале, зияющий проем схлопнулся и Локи остался в одиночестве. Зачем он сказал, что подумает, он не собирается даже вспоминать об этом. И все же… почему он не вышвырнул Тора сразу? Как только портал открылся он уже знал, что кто-то из асгардцев решил найти свою смерть в Йотунхейме. Может он растерялся, он все же не ожидал увидеть Тора. Или потому что он называл его родным? Даже если Тор действительно так думал, он никогда не говорил ему это. Да, брат изменился, может отсутствие силы пошло ему на пользу, или же просто прошло время. Тор так запросто обращался с ним, не побоялся прийти с ним в замок Лафея, шутил насчет его обличья великана, когда раньше мечтал снести голову всякому йотуну, рассказал ему то, что скрывает от друзей, и все это ему, Локи? - Сын, я искал тебя. Локи вздрогнул. Он не запечатывал свои покои, знал, что поданные Лафея и так никогда не сунутся к нему, но отец впервые сам пришел к нему, обычно они разговаривали в тронном зале или же лед передавал их послания. С самого первого дня Лафей словно забыл, что у него есть имя, он называл его «сын» или, иногда, Хведрунг, что у великанов означало взывающий к силе бури. Локи одинаково не нравились оба варианта. Лафей пригнулся и протиснулся в покои, он сразу же занял один из стульев у стола приглашая Локи сесть рядом. - Как прошел обход? - Без происшествий, - Лафей говорил с ним следя цепким взором красных глаз за каждым движением молодого принца. На первых порах они ограничились тем, что Лафей выдал ему историю о том, как оставил его в Храме, так как скрывал его происхождение, но вовсе не был намерен отказаться от него и все то время пока Локи воспитывался в Асгарде, Лафей полагал, что он мертв. Локи знал, что это ложь. Возможно не вся история, но теперь он и сам мог говорить со льдом, лед хранил память о всех, кто погибал в Йотунхейме с самого начала веков и хоть Лафей не мог почувствовать его сквозь миры, он определённо мог знать, что его сын не умер. Он знал это, но никогда не искал его. - Йотунхейм расцветает сын мой, и все благодаря тебе, - в голосе великана слышалась теплота, она накатывала на Локи волнам, утягивая за собой и он купался в ней, впитывал ее и упивался ею, почти разрешал себе поверить в то, что подобные слова – правда. - Думаю, когда мы будет достаточно сильны и готовы, мы можем преподать Одину урок. Локи взглянул на отца. Он знал, что это проверка и знал, что с легкостью мог бы пройти ее. Лафей верил ему, потому что хотел верить. С первого дня он указал на то, что Локи волен вернутся в Асгард, когда пожелает, но… чего ради? Асгард – вот что было настоящей темницей для него, его не уважали, не поощряли, не доверяли. Его способности не могли раскрыться там, не говоря уж том, что никто не позволил бы ему стать новым царем Асгарда. НО все это сполна мог дать ему Йотунхейм. Ледяное царство вдыхало во все его существо не просто силу - настоящее неприкрытое могущество. Локи открывал в себе запретную сторону магии, мог не только менять облик и трансформироваться сам, теперь он держал в своих руках нити времени и пространства, вторгался в разум других великанов и приказывал льду, он стал почти неуязвимым, почти. Все же в картинке о его происхождении не хватало одной важной детали. Его матери. Лафей не говорил с ним об этом и дал понять, что тема под запретом, отчасти именно отказ толкнул Локи заглянуть в голову почти каждому йотуну в ледяном цартсве, но он так и остался с пустыми руками, всё сводилось к тому, что однажды Лафей просто оказался на пороге храма с младенцем на руках. Но кто его настоящая мать? Локи зашел далеко в своем желании узнать правду, он не раз наведывался в покои Лафея, перевернув там всё и каждый раз уничтожая свои следы при помощи магии, к которой были не чувствительны разумы великанов. Но он не нашел там ровным счетом ничего. Он готов был поверить, что Лафей совершил какой-то древний ритуал, ритуал из тех времен, когда на заре мира великаны могли порождать сами себя, но … достаточно было лишь взглянуть на свое отражение. Все великаны были безволосы, у Локи же волосы ниспадали до плеч и были весьма натуральны, к тому же иссиня-черные, довольно редкий цвет среди благородных асинь, что навевало мысли о том, что его мать запросто могла оказаться низкого происхождения. Глаза великанов были красны, как раскаленное дерево, они не ощущали резкого ветра и их не ранили ледяные кристаллы, Локи же защищался от подобных напастей магией, если бы не его способности он бы ослеп при первой же ледяной бури. Следующим в списке различий шла магия. Да, Фригга обучила его магии, но это как с полетом, если у птицы отсутствуют крылья – она не полетит, хоть каким премудростями ее не учи. Но…опять же в Асграде было ничтожное количество магов и все они скрывали свои способности. Куда бы не пришёл Локи в поисках ответа, он всюду упирался в тупик. Единственный кто не подвел его был лед. Возле замершего безымянного озера почти на самом краю Йотунхейма, там, где в глубоком сне спали ледяные драконы Локи видел след. Точнее лед показал ему след – маленькая, явно женская ножка ступала здесь, ступала по ледяным торосам легко и свободно, след уходил в озеро и не возвращался. Большего лед не знал. Локи обыскал там все, взорвал каждую глыбу, перевернул каждый камень, обшарил весь покров, голыми ладонями прикоснулся к каждому, без исключения, участку льда оставляя за собой кровавые разводы, не обращая внимание на царапины и боль все крепче прижимался ко льду и искал, искал, искал. Царапины затянулись быстро, снежный наст, как мог, успокаивал его бушующее сердце. В Асгарде природа не была столь благосклонна, точнее она была безразлична и отрешена от асов. Но лёд… лёд оберегал своего царевича, он укрывал его от кристаллов и кутал в снежное марево при резких порывах бурь, поверял ему все тайны и нашептывал древние заклятья. У йотунов сердце и голова были высечены из камня, но лед был живой, его энергия поддерживала Йотунхейм, а энергия Локи, полученная от Ларца, питала лед. Они были связаны и надежно защищены собственной связью и лёд обещал ему что они найдут ответы и Локи был готов на это, даже если для этого понадобиться скормить льду весь Асгард.