Тихое место

«‎Иногда ты просто делаешь прыжок и надеешься, что там не будет обрыва»‎.

«‎Красный, белый и королевский синий»

© Кейси Маккуинстон

Так они прожили ещё полторы недели, пока Чу Ваньнин не решил наведаться к Сюэ Чженъюну и узнать о его самочувствии. Да, он мог бы просто написать ему и ждать ответа, но находиться в этой напряжённой обстановке, которую он сам же и создал, уже становилось трудно. Чу Ваньнин нуждался в общении, но напрямую сказать об этом Мо Жаню, конечно, не мог. Выпрашивать что-то у других людей — максимальный уровень неловкости. Поэтому с рассветом Юйхэн собрался и отправился в сторону дома соседей. Идти было далековато, но это как раз то, что ему нужно. Мо Жань ещё спал и вряд ли видел, что Чу Ваньнин покинул дом в такой ранний час. Госпожа Ван развешивала простыни, чтобы те скорее высохли на солнце. Она не заметила, когда позади нее появился человек. Женщина вздрогнула и резко обернулась. Положив руку на солнечное сплетение, поджала губы и удивлённо взглянула на гостя. Чу Ваньнин жестами извинился, понимая, что он бы и сам испугался, если бы кто-то подошёл со спины. Госпожа Ван махнула рукой и пригласила его войти. Внутри их подвал был похож на его собственный, но атмосфера казалась попроще, да и никаких подсобок не было. В смежных комнатах располагались спальни, а сразу у порога начиналась и гостиная, и кухня, и столовая. Ютиться в таких небольших домах всё же было лучше, чем где-нибудь ещё. После того, как двери были плотно закрыты, женщина сразу же упрекнула Юйхэна: — Почему ты так рано пришёл? Неужели что-то стряслось? — выглядела она немного обеспокоенной. — Нет, конечно, нет, — заверил её Юйхэн. — Хотелось проведать вашего мужа, как он? — Все в порядке, — наконец-то ответила женщина. Она вздохнула и расслабилась, закинула полотенце на плечо и прошла чуть дальше, где находилась, плита и условная столовая. — Чженъюн сейчас у Ши Мэя, ему гораздо лучше. — Госпожа Ван без вопросов начала готовить завтрак и усадила Чу Ваньнина за стол. Тот бросил взгляд влево, где за ширмой виднелась темная макушка Сюэ Мэна — он ещё крепко спал и никак не отреагировал на посторонние шумы. Чу Ваньнин нахмурился. — У Ши Мэя? — Да, они вчера вместе ушли собирать травы. Ши Мэй готовится сделать для меня отвар от мигрени, — женщина поставила перед ним целую тарелку с блинами и чашку горячего чая. — Ему уже гораздо лучше. Мужчина кивнул и посмотрел на еду. Если бы кто-то месяц назад сказал ему, что он не захочет блинчиков, Юйхэн бы не поверил. Они вкусно пахли на весь дом, но Чу Ваньнин чувствовал, что совсем не был голоден. Видимо, аромат был слишком сильным, что Сюэ Мэн начал ворочаться на кровати, после чего, сонно протерев глаза, поднялся и вышел на кухню, зевая и открывая рот так широко, что от этой картины становилось плохо. — У нас сегодня блинчики? — пробубнил он, фокусируя взгляд на тарелке. Чу Ваньнин подвинул её ближе к нему, а сам принялся пить чай. Сюэ Мэн наконец-то осознал, кто перед ним сидит и заряд бодрости мигом повысился. — Чу… Парень завис на несколько секунд. — Чу Ваньнин, — Юйхэн чётко произнёс каждый слог вместо него, не отрываясь от напитка. Сюэ Мэн присел напротив и неловко поёрзал на стуле. — Почему вы здесь? — спросил он, протягивая руку к еде. Госпожа Ван резко обернулась и недовольно устремила взгляд на сына. — Ты что забрал все блинчики? — она изумилась нахальству Сюэ Мэна. — Возьми пару штук, а остальное я заверну Чу Ваньнину с собой. Сюэ Мэн молча последовал её совету, все время чувствуя, как от Юйхэна исходят волны непонятного давления. Он всегда так действовал на людей, когда был не в настроении или о чем-то усердно думал долгие часы, а то и целые дни. — А вы не хотите? — поинтересовался парень, чтобы хоть как-то заполнить неловкое молчание. — Нет. Краткий ответ, который совсем не хотелось хоть как-то дополнять. — Ладно, — хмыкнул Сюэ Мэн. — Наверное, вам тех конфет хватит на ближайшие полгода точно. Юйхэн приподнял одну бровь и сделал ещё один глоток чая. Тот был горячим, но сейчас он не ощущал практически ничего, все его мысли занимало странное поведение Сюэ Мэна. Конфеты и вправду оказались вкуснее некуда, но вот только при чём здесь это? — Не знаю, как вам удалось их достать, — равнодушно произнес Чу Ваньнин. Парень налил себе целый стакан воды и выпил половину за раз. Недурно. — Ну, — замялся он с явным раздражением в голосе, — я это всю жизнь теперь вспоминать буду. Чу Ваньнин ещё пристальнее уцепился за Сюэ Мэна, не унимаясь и продолжая сверлить в его голове дыру. На работе люди шарахались его именно по этой причине. Если отчет был готов не вовремя — получай ненавистный тяжёлый взгляд, хочешь уйти пораньше — сперва доделай весь недельный план фирмы, повышение — только если привлечешь потенциальных клиентов. Каждый шаг должен быть обдуманным, только такой порядок помог Юйхэну достигнуть успеха. Поэтому сейчас, когда ему пришлось вытягивать из мальчишки информацию, он ненадолго вернулся в то время, когда ещё мог окунуться в офисную рутину. — Из-за конфет нас заметили, — признался Сюэ Мэн. — Мы могли бы уйти сразу, как только нашли антибиотики, но Мо Жаня занесло в соседний магазин, где он и обнаружил остатки всяких сладостей. Ещё чуть-чуть, и я б уже здесь с вами не разговаривал. Эта информация повергла Юйхэна в шок. Что за безрассудство? Как можно было так рисковать. — Но Мо Жань сказал, что это ты уронил пистолет и… — Что? У меня с собой был только кинжал, который мне одолжил Мэй Ханьсюэ. «‎Попробуй, — кивнул он. — Я что, зря жизнью рисковал?» Чу Ваньнин медленно прикрыл глаза и мысленно начал себя успокаивать. Чай, вроде, был с ромашкой, но это вообще никак не ощущалось на его готовой вот-вот взорваться нервной системе. Он проглотил всю ту злость и раздражение, которое копил в себе в последние дни и медленно поднялся с места. — Куда вы? — спросил Сюэ Мэн, словно не понимал, что происходит. Госпожа Ван шумно вздохнула и облокотилась о тумбу. Она никогда не вмешивалась в дела своего ребёнка, считая, что он уже достаточно взрослый и ему не нужны никакие наставления. Разве что могла заставить сына делать уборку по дому или помочь ей с огородом, но не более того. — Только не убивайте Мо Жаня, мальчик хотел как лучше, — она встала на защиту парня, заранее предугадывая, что его ждёт. Чу Ваньнин сдержано кивнул, но в его глазах отражались все виды древних пыток. Он был готов применить линчи* на этой бестолочи, как только снова увидит её.

***

Мужчина зарылся в свои мысли так глубоко, что чуть не хлопнул дверью, вернувшись домой. Эмоции контролировали его, что ещё больше раздражало. Он осторожно закрыл замок и опустился на корточки, облокотившись о дверь. Дыхание слегка сбилось, поэтому Юйхэн прикрыл глаза и принялся мысленно считать от одного до десяти. Из-за угла выглянула чёрная макушка Мо Жаня, которого он пообещал себе казнить, но в данный момент у него не было сил, чтобы это сделать. — Эй, что случилось? — завидев его, подскочил парень. Он подобрался поближе, присел рядом и устремил внимательный взгляд на Чу Ваньнина. В его глазах читалось беспокойство и растерянность. — Ты идиот, Мо Жань, — заключил Юйхэн и посмотрел на него. В помещении повисло молчание. Если Вэйюй и надеялся, что они начнут разговаривать, то не думал, что стартовая фраза будет камнем в его огород. — Не отрицаю, — немного подумав, ответил он. — Почему ты здесь сидишь? Чу Ваньнин взглянул на свои руки и длинные худые пальцы. По дороге домой у него имелось множество вопросов к Мо Жаню, но сейчас в голове просто перекати-поле. — Думал, я не узнаю? — тихо пробубнил себе под нос Юйхэн. — Ты совсем спятил? — Мо Жань всё ещё с непониманием взирал на мужчину. — Как бы мне не хотелось читать мысли, но я не сверхчеловек, чтобы понять, что у тебя сейчас на уме, — ответил парень, почёсывая затылок и щурясь. Юйхэн осторожно поднялся и принялся снимать с себя джинсовую куртку. Это была относительно новая вещь в его гардеробе, и опять-таки её подарил ему Вэйюй, который сейчас сидел и смотрел на него снизу вверх. — Ты соврал мне, — заключил он. — У Сюэ Мэна не было с собой оружия, это ты виноват в том, что вас заметили, — он устало потёр глаза и, обойдя Мо Жаня, прошел вглубь подвала. Парень не был особо удивлен тому, что его небольшая тайна раскрылась. Сюэ Мэн всегда докладывал всем правду и говорил то, что думает, независимо от того, как это может отразиться на других. За спиной у Чу Ваньнина послышался шорох — Мо Жань поднялся и последовал за ним. — Погоди, — он схватил его за локоть, разворачивая к себе, — разве ты не был рад? Я принёс твои любимые конфеты… От сказанного у Чу Ваньнина покраснели кончики ушей. Конечно, он безумно благодарен за заботу, но только если поступки Вэйюя не выходят за рамки благоразумности. Какой человек рискнёт всем ради непонятно чего? Разве можно быть таким беспечным? — Послушай, это глупо, — процедил Чу Ваньнин сквозь зубы. — Ты не раз выделывал нечто подобное. Я уже устал постоянно переживать за тебя, потому что каждый раз, когда мы уходим куда-то, мне страшно, — он тяжело сглотнул и прикрыл веки, давая себе отдышаться. — Ты не понимаешь? Мне страшно, что в один не такой уж и прекрасный день ты погубишь себя из-за меня? Сколько можно, Мо Жань? — Чу Ваньнин выдернул руку из его захвата. В этот момент его, наконец-то, прорвало. Он так долго молчал и держал всё в себе, что не выдержал наплыва эмоций. — Ты молчишь? — продолжил мужчина. — Ладно, но я больше не хочу трястись из-за каждой твоей выходки, — промолвил он, разворачиваясь и направляясь к своей подсобке. Мо Жань плотно сжал челюсти и сложил руки перед собой. — По-моему, ты утрируешь. Разве не помнишь? После аварии я пообещал тебе, что сделаю всё для твоего комфорта, принесу всё, что попросишь, и тогда ты вообще не был против, а сейчас? Что изменилось? Чу Ваньнин хмыкнул, но не повернулся. Он склонил голову немного влево и сказал: — Многое изменилось. Авария — прошлое, жизнь в этом доме — настоящее. Юйхэн никогда не любил жить воспоминаниями и таким образом делать себе больно. — Ваньнин, — тихо промолвил Мо Жань. Мужчина вздрогнул. Никто не позволял себе такой фривольности. — Ты забываешься, Мо Вэйюй, — отчеканил он и потянулся к двери своей названной мастерской. Мо Жань сократил расстояние между ними и обвил руки вокруг пояса Юйхэна. Он уткнулся носом ему в макушку и прикрыл глаза. Чу Ваньнин остался стоять в потрясении с протянутой рукой к дверной ручке. Он не намеревался обниматься с Мо Жанем, ему вообще хотелось прогнать его и остаться наедине со своими проблемами, чтобы решить, как быть дальше. Вэйюй вцепился крепко, обнял так сильно, что казалось, будто так и надо, будто изначально это именно то, кем они должны были стать — одним целым. — Ваньнин, — вновь прошептал он, — только не злись. Юйхэн положил руки на его сомкнутые на животе пальцы, пытаясь их разъединить и отмахнуться от этого контакта. Однако хватка Мо Жаня оставалась непоколебимой, он как хищник, который твёрдо вцепился в жертву и больше не собирался отпускать. — Что ты делаешь? Сейчас же прекрати, — приказным тоном проговорил Чу Ваньнин. Правда, он сохранил в себе всё спокойствие, которое только мог, чтобы ответить ему. Это далось тяжело, так как мужчина не представлял, что говорить дальше. Мо Жань всегда был таким，и Юйхэн не понимал, что его так мощно привлекло, что теперь они оказались в таком положении. — Делаю то, что давно хотел сделать, — тихо проговорил парень, опускаясь к его уху, горячо дыша на кожу. Мо Жань почувствовал, как тело Чу Ваньнина резко напряглось под его руками. — Ты так долго молчал, — с каждым словом губы парня волей-неволей касались волос на затылке. — Теперь дай мне выговориться. Чу Ваньнин хотел возразить, но через секунду ощутил лёгкий, как прикосновение бабочки, поцелуй за ухом. Его будто прошибло током — Юйхэн дёрнулся в сторону, но Мо Жань сжал его ещё крепче. Далее поцелуй повторился вновь и вновь, и его язык прошёлся по едва заметной родинке за ухом. Дыхание Чу Ваньнина участилось, а сердце грозило перестать работать и качать кровь по всему организму. Он мог поклясться, что сейчас упадёт замертво и это последние мгновения его жизни. — Мо… Мо Жань, — прохрипел Юйхэн. — Не надо. Его просьба была проигнорирована, так как следующее, что сделал Вэйюй — принялся медленно водить ладонями по его торсу через футболку. Каждое такое движение, казалось, отнимало у мужчины как минимум десять лет жизни. Его щёки окрасил румянец, а в ушах отчётливо тарабанил пульс, снося все разумные мысли, как цунами. Мо Жань проник одной рукой под футболку Чу Ваньнина и прикоснулся горячими ладонями к его коже. Юйхэн инстинктивно, словно защищаясь, втянул живот. Он прикусил губу, чтобы не выдать реальные эмоции, которые ему доставили эти манипуляции с его телом. Вэйюй всегда смотрел на него голодным взглядом. Скорее всего, все вокруг замечали это, но Чу Ваньнин решил делать вид, что всё в порядке, что он справится, что не даст случиться чему-то невообразимому. Но перед Мо Жанем он оказался слишком слаб. От одного шёпота ему уже становилось плохо, от прикосновения в жилах стыла кровь, и он представить не мог, что случится дальше, если они продолжат. Парень медленно провел рукой вверх до самой груди, почти задевая соски. Он нарочно не касался их, чтобы завести Юйхэна и сделать его более податливым. Как бы ему не хотелось смести весь тот хлам со стола в мастерской и разложить на нём Чу Ваньнина, он сдерживался со всех сил, чтобы не напугать его настойчивостью. Вэйюй подтолкнул его к двери, поэтому тот уткнулся щекой об неё и шумно выдохнул. Вторая рука парня прошлась по бокам мужчины и вернулась к его торсу. Мо Жань продолжал целовать каждый миллиметр шеи и, воспользовавшись моментом, когда Чу Ваньнин немного повернул голову вбок, оставил лёгкий поцелуй на его скуле. — Мо Жань, — выдохнул он. — Я не… Юйхэн не успел договорить, прежде чем его резко развернули и впечатали лопатками в дверь. Его глаза чуть покраснели и покрылись пеленой возбуждения. Парень поставил ладони по сторонам от головы Чу Ваньнина, наклонился и прикрыл глаза. Они застыли в этом моменте, и никто не предпринимал попытку сдвинуться с места. — С самого начала, с того, момента, как ты появился на дороге, я больше не мог не думать о тебе, — тихо произнес Мо Жань. Чу Ваньнин нервно облизал пересохшие от частого дыхания губы. Он хотел бы, чтобы подобные фразы имели на него минимальное влияние, но вернуться назад во времени, и предотвратить их столкновение было уже невозможно. К тому же, посмел бы он сделать такое после того, что сейчас творится? Мо Жань зажмурился, словно пытался отрезвить себя. — Ты говоришь, что я глуп, что мне не хватает мудрости, чтобы понять, что это уже не та жизнь, которая была раньше, — продолжил Вэйюй. — Но я не понимаю, почему тогда ты со мной… Чу Ваньнин и сам много раз спрашивал себя об этом, но вразумительного ответа так и не нашёл. Он горько усмехнулся и опёрся ладонью о грудную клетку Мо Жаня, чтобы тот совсем уж на него не навалился. Возможно, он слишком долго молчал, потому что парень решил продолжить свою речь: — Можешь не отвечать, если не хочешь, — бросил он. — Просто не отталкивай меня. Его просьба звучала отчаянно и, по мнению Чу Ваньнина, неразумно. Он, видимо, один боялся близости, хоть и понимал, что его тянет к этому человеку, но настойчиво продолжал отрицать это. — Мо Жань, — ещё тише ответил Юйхэн, — я не тот, кто умеет строить отношения. У меня никогда никого не было и мне до жути страшно, что однажды я проснусь один в этом доме, но ещё страшнее, что кто-то из нас позволит себе жить как ни в чем не бывало. Что ты будешь делать, если один из нас умрет? Разве не лучше ли не привыкать друг к другу? Чу Ваньнин не желал ещё больше усложнять существование на этой планете. Он всегда был один, ему хватало знакомых, чтобы иногда скрасить праздничные вечера, но не более. Семья Сюэ Чженъюна заменяла ему собственную, поэтому он не видел потребности в отношениях, а после наступления полной тишины, так вообще не думал об этом. Они прожили с Мо Жанем два с половиной долгих года, но никто из них не позволял себе перейти черту. Впервые, они были так близки, как сейчас, и Чу Ваньнин просто-напросто растерялся. — А что мне делать, если я уже привык к тебе? — ответил парень, одновременно обхватывая лицо Юйхэна ладонями. Он заставил его посмотреть себе в глаза, чтобы убедиться, что их эмоции и все переживания взаимны. Зрачки Чу Ваньнина были расширены, он непонимающе глянул на Мо Жаня, будто снова хотел спросить: «Что ты несёшь?». — Тогда… Тогда я… Мужчина не мог связать и двух слов. Он даже не знал, как закончить предложение. Быть может, Вэйюй наверняка понимал, что поставит его в тупик своей речью, поэтому и не ждал полноценного ответа. Он просто разрушил, раскроил время и пространство между ними, прижавшись тёплыми губами к Чу Ваньнину. Он хотел наброситься на него и истерзать его рот, пока Юйхэн не начнёт стонать. Но тот лишь застыл в недоумении, ещё не осознавая, что произошло. Мо Жань начал двигаться, прижимаясь к нему ещё ближе, и только когда Чу Ваньнин, наконец, прикрыл глаза и позволил ему этот поцелуй, парень провел языком по чужим губам, в глубине души радуясь тому, что, в конце концов, это теперь реальность, а не его фантазия. Чу Ваньнин медленно приоткрыл рот, впуская Мо Жаня поглубже. Его язык несмело прикоснулся к языку Вэйюя, из-за чего Юйхэн, наверное, покраснел ещё больше. У него не было опыта в подобных делах, поэтому каждый раз, когда парень прикусывал и посасывал его нижнюю губу и слегка оттягивал, он подавлял очередной стон. Это волшебное чувство подобно наркотику вызывало привыкание. Чу Ваньнин сначала приобнял Мо Жаня за талию, сминая его одежду по бокам, и запустил пальцы ему в волосы. Поцелуй постепенно становился слишком голодным, и чтобы дать Юйхэну отдышаться, Вэйюй замедлился. Сначала он поцеловал его в уголок губ, затем опустился к скулам и, не удержавшись, прикусил кожу сбоку на шее, оставляя видимый след. Именно это заставило Чу Ваньнина издать то ли полукрик, то ли полустон. Во всяком случае, что бы это ни было, данный звук заставил Мо Жаня почти сорваться. Он сильнее прильнул к мужчине, вновь пробираясь ловкими пальцами ему под футболку. На этот раз парень не стал играться с ним, а просто потянул вещь вверх, заставляя Чу Ваньнина поднять руки, чтобы быстро стянуть её и откинуть в сторону. Юйхэн ухватился за плечи Мо Жаня и с испугом уставился на него. Тот смотрел одновременно с нежностью и страстью, навевая опасность. — Не бойся меня, — уверено промолвил Вэйюй. Чу Ваньнин едва заметно кивнул. Этого было достаточно, чтобы Мо Жань вновь приник к его рту, но уже не так дико и бездумно, как раньше. Он целовал его медленно и настойчиво, смакуя каждую секунду и наслаждался тихими вздохами Юйхэна ему в губы. Мужчина набрался смелости и потянулся к кофте Мо Жаня, задирая её вверх. Парень разорвал поцелуй и мигом избавился от неё и затем прижался к нему, на этот раз чувствуя тепло его тела и впитывая в себя новые ощущения. Губы Чу Ваньнина заметно покраснели, когда Вэйюй отстранился, потянул его на себя, взял за руку и повел в сторону кровати. Там им будет удобнее, чем просто стоять у стены, хотя для Мо Жаня не имело значения, где заняться этим, но не для Чу Ваньнина. Он уже упоминал, что ещё никогда не был в отношениях, что лишь в школьные годы за ним бегали девушки, которые похоронили все свои надежды, когда он решил с головой уйти в астрономический кружок, не обращая внимания на слабый пол. Мо Жань заставил сесть Чу Ваньнина на кровать. Оставшись стоять, наблюдая за ним сверху, парень дотронулся до мягких волос Юйхэна, поглаживая его и успокаивая. Глаза мужчины прошлись по подкачанному телу парня и вновь быстро вернулись к лицу. Вэйюй, заметив его смущение, кривовато усмехнулся и прошёлся пальцами по острому подбородку, заставляя мужчину посмотреть ему в глаза. — Прежде, чем что-то случится между нами, я бы хотел сказать тебе кое-что, — он растягивал слова и медленно опустился на корточки, поравнявшись с ним взглядом. — Я не жалею, что был таким глупым, я не жалею, что влюблён в тебя, Ваньнин. Его глаза блестели и были такими же темными, как ночное небо, усыпанное миллионами звёзд. Сколько бы он не признавался, всё равно все его слова казались чем-то сказочным. — Мо Жань, ты уверен в этом? — шепотом спросил Чу Ваньнин. Парень взял его руку в свою и оставил на тыльной стороне ладони теплый поцелуй. — Я никогда ещё не был так в чем-то уверен, как в своих чувствах к тебе, — смело произнёс он. Чу Ваньнин уже не мог больше краснеть, ибо если произойдет ещё парочка таких моментов, он превратится в помидор. Повисло неловкое молчание. Юйхэн ещё никогда не признавался никому в том, что творится у него в сердце, а сейчас, когда они оба голые по пояс и разгоряченные после поцелуев, он вообще не в состоянии мыслить здраво. Внутренняя борьба с собой и со своей гордостью дала трещину, когда он позволил Вэйюю вытворять подобные вещи, и, кажется, все эти размышления отражались на его лице, так как Мо Жань почему-то улыбнулся и неспешно начал надвигаться на него. Он наступал словно зверь и не видел ничего и никого, кроме Чу Ваньнина. Поставив колено меж его ног и толкнув мужчину подальше к спинке кровати, он навис над ним и наклонился к манящим губам. В этот раз Юйхэн решил, что лучше начать действовать, чем говорить, ведь из-за этих признаний ему становилось совсем дурно. Он приблизился навстречу ко рту Мо Жаня и первый инициировал поцелуй, обхватив его лицо руками, как прежде это делал Вэйюй. Их языки встретились, что заставило Чу Ваньнина с поражением принять то, что его тело слишком бурно реагирует на всё происходящее. Он ещё никогда не ощущал сладкую тягость внизу живота так остро, как в этот момент. Одно только осознание того, что они зашли настолько далеко, сводило с ума. Юйхэн представить не мог, сколько времени Мо Жань дожидался их близости, но, вероятно, не меньше его самого. Парень принялся покрывать мелкими поцелуями горло, плавно переходя ключицам и опускаясь всё ниже. Он по очереди обвел языком соски и прикусил кожу под ребрами, оставляя засос. Чу Ваньнин не хотел быть слишком очевидным и показывать, что каждое движение Вэйюя сводит его с ума, поэтому старался вести себя как можно тише, задерживая дыхание на каждом прикосновении. Мо Жань добрался до пояса джинс и остановился, посмотрев на мужчину исподлобья. Тот зарылся рукой в его тёмные волосы, с толикой страха всматриваясь в помутневшие от желания глаза парня. Они не стали задавать друг другу вопросов. Даже если у кого-то из них ещё оставались сомнения, никто не остановился, не прекратил поцелуи, не высказал и слова против. Мо Жань пытался не спешить, однако хотел побыстрее избавить Чу Ваньнина от этих штанов. Расстегнув ремень и ширинку, он прошептал: — Приподнимись. Юйхэн поднял вверх бедра, давая Вэйюю возможность стянуть с себя джинсы, но никак не ожидал, что, как только те упадут на пол, парень сразу же потянется к нижнему белью и так же молниеносно стянет его вниз. Не дав опомниться, он жадно поцеловал Чу Ваньнина, на этот раз впившись глубоко, вырывая стон из его рта. Мо Жань устроился между его ног, раздвинув их коленом и расставляя пошире, чтобы Юйхэн обхватил его ими за бёдра. Мягкие пальцы парня прошлись по животу Чу Ваньнина, минуя пах, вновь огладили бока и медленно опустились на его ноги. — Почему ты не раздеваешься? — голос мужчины отдавал хрипотцой. Мо Жань оторвался от истязания его шеи и, едва сфокусировавшись на лице Юйхэна, простонал: — Потому что одежда — единственное, что сдерживает меня от того, чтобы перевернуть тебя на спину и трахнуть. Чу Ваньнин почти пожалел, что спросил об этом. Но в то же время ответ парня и нечто твёрдое упирающееся в его промежность сквозь штаны, заставил поверить в то, что он действительно желаем для этого человека. — Расслабься, — выдохнул ему в губы Мо Жань, перед тем как опуститься ниже. Сначала он нежно поцеловал внутреннюю часть бёдер, чувствуя, как дрожит Юйхэн. Он нарочно не касался самого чувствительного места, подразнивая его и заставляя хотеть близости ещё больше. Дыхание парня оказалось слишком близко к члену Чу Ваньнина, из-за чего мужчина шумно втянул в себя воздух, боясь посмотреть на то, что Мо Жань собирается сделать с ним. Конечно, он уже имел представление о том, как это всё происходит между мужчинами, когда-то ему такие действия казались отвратительными, он всеми силами отрицал симпатию к своему же полу, но против природы трудно устоять. Чу Ваньнин ощутил, как горячий рот накрыл его член и то, как после язык Мо Жаня медленно прошёлся от головки и вниз, до самого основания, затем действие повторилось снова и снова, но мужчина не рисковал смотреть на Вэйюя, предположив, что его выдержки тогда совсем не хватит. Он прикрыл рот рукой, чтобы не быть слишком громким и глухо простонал в свою ладонь. Мо Жань ускорил темп и принялся насаживаться ртом на Чу Ваньнина с ещё большим энтузиазмом, в то время как тот почувствовал, что каждый миллиметр его тела превратился в сплошную эрогенную зону. Где бы парень ни касался его, везде становилось немыслимо приятно. Неужели так бывает всегда? Неужели он избегал этого всю свою жизнь? Вэйюй замедлился, лизнул уздечку и открыл глаза, наконец-то встретился взглядом с Юйхэном. Он намеренно обхватил его член рукой, провел до самого основания и продолжил делать это вновь, не сводя глаз с Чу Ваньнина. От одной только такой картинки, ему уже хотелось кончить. Он понимал, что выдержка у него сейчас не самая лучшая, ведь те редкие моменты удовольствия, которые он приносил себе, находясь в одиночестве в ванной, ни с чем несравнимы с тем, когда это делал Мо Жань. — Я скоро… — Чу Ваньнин сделал глубокий вдох, когда парень принялся посасывать головку. Ещё немного и оргазм накрыл бы его с головой, но внезапно Вэйюй остановился. Он приподнялся на локтях, приблизился к раскрасневшемуся лицу мужчины, целомудренно целуя его в щеку, и промолвил: — Потерпи, — улыбнулся он. — Теперь моя очередь. Юйхэн потянул руки к его штанам, схватился за резинку и стянул их чуть ниже. — Тогда в аптеке я нашёл кое-что, — вдруг произнёс парень. Он слез с кровати, оставляя Чу Ваньнина лежать в недоумении и со стояком. Вскоре Мо Жань вернулся с тюбиком смазки в руках, указывая на неё. Как только мужчина понял, что это такое, его глаза в панике уставились на Вэйюя. Тот быстро снял с себя остатки одежды, представ обнаженным перед Юйхэном. Теперь понятно, почему он не захотел раздеться раньше, потому что, увидев его достоинство перед тем, как они начали свои постельные утехи, Чу Ваньнин вряд ли бы согласился на продолжение, так как размеры Мо Жаня одновременно наводили страх и заставляли сомневаться в возможностях своего тела принять его в себя. Парень забрался обратно в кровать, навалившись на мужчину сначала мягко прикоснулся своими губами к его собственным, затем начал целовать настойчивее, забирая себе чужое напряжение. Он сходил с ума от одного вида Юйхэна, распластавшего на кровати, от его закатывающихся от удовольствия глаз и подрагивающих ресниц, когда он глубоко вбирал в себя его член. Эти моменты уже намертво отпечатались в его памяти, поэтому каждый раз, когда он прикрывал глаза, сразу видел эту прекрасную картину с задыхающимся Чу Ваньнином. — Если хочешь остановиться, ничего страшного, — тихо проговорил парень ему на ухо. Мужчина провёл руками по его широкой спине, дошёл до затылка и вновь зарылся пальцами в его беспорядочно торчащие во все стороны волосы. — Всё в порядке, — согласился он, но ещё крепче сжал черные пряди в захвате. Мо Жань уткнулся ему в шею носом, вдохнув себя яблочный аромат и пробубнил: — Тогда тебе всё-таки лучше перевернуться на живот. Они оба нервничали, хотя Вэйюй и был опытнее в этом деле, он боялся сделать больно, боялся, что после их близости Юйхэн больше не захочет иметь с ним ничего общего. Страхи кружили в его голове ещё чаще, чем думал Чу Ваньнин. Он растягивал его медленно, прислушиваясь к каждому едва слышимому стону и бесконтрольной дрожи. Мужчина пытался быть открытым настолько, насколько это было возможно в первый раз. До тех пор, пока три пальца, наконец, не вошли свободно и безболезненно, Мо Жань не мог расслабиться. Его возбуждало частое дыхание Юйхэна, но ещё больше — смиренность, с которой он соглашался проделать все эти шаги, позволяя парню подготовить себя к большему. Спустя мгновение Чу Ваньнин вскрикнул и моментально зажал рот рукой, когда Вэйюй пристроил руки на его узкой талии и впервые толкнулся во внутрь, он старался не делать лишних движений, сдерживая себя, чтобы сразу же не накинуться и не взять своё так, как он много раз представлял. Сперва он вошёл медленно, но Чу Ваньнин продолжал сжимать его, несмотря на то, что обещал расслабиться. Он уткнулся носом в подушку, заглушая стон, и Мо Жань провёл рукой от его поясницы, до лопаток, мягко надавил на спину, заставляя Юйхэна прогнуться. Такое единение было чем-то не из сего мира, ту эйфорию, которую почувствовал Чу Ваньнин, когда Вэйюй вошёл в него до самого конца, прикасаясь своими бёдрами у его ягодицам, заставило его прикрыть веки и шумно выдохнуть. Парень продолжал сжимать его талию, когда в следующий раз немного отстранился и сделал второй толчок. Чу Ваньнин до боли прикусил губу, не зная, как держать себя в руках. Эта сладостная пытка представлялась ему устрашающей до того момента, как он сам не испытал её на себе. Мо Жань начал постепенно наращивать темп, каждый раз не входя до конца, опасаясь, что может сделать больно, но когда контролировать своё тело стало совсем невмоготу, он перестал осторожничать, выбивая из Чу Ваньнина один стон за другим. В какой-то момент, как бы сильно Юйхэн не сдерживался, оргазм накрыл его, и мурашки прошлись по всему телу, обессиливая и изматывая одновременно. Это только раззадорило Вэйюя и он, не выходя из Чу Ваньнина, наклонился к нему и укусил его за шею. Тот и представить не мог, сколько у него теперь останется следов. Мо Жань ускорился и продолжил вколачиваться, до тех пор, пока сам не кончил. Он нашел в себе силы не рухнуть сверху на выбившего из сил мужчину, перенеся вес на правую руку и упасть сбоку, под самую стену, заклеенную толстым слоем газет. Они продолжали шумно втягивать воздух, пока не отдышались, вернув частички разума в свои головы. Юйхэн перевернулся на спину, ощущая фантомные прикосновения Вэйюя к своей талии. Кажется, вскоре там могут появиться следы от его пальцев, но это его не беспокоило. Он повернул голову вбок, чтобы посмотреть на него, убедившись, что всё в порядке. Мо Жань встретил его томным, всё ещё затуманенным взглядом. — Не могу поверить, что это произошло, — шёпотом промолвил парень. Они оба лежали обнаженные и мокрые, Юйхэн чувствовал странную вибрацию в своём теле, будто всё ещё находился в середине процесса. Вэйюй потянулся рукой к его волосам, смахивая упавшие на глаза пряди и, перевернувшись на живот и опершись на локти, приблизился к лицу мужчины, оставляя на его виске тёплый поцелуй. Чу Ваньнин прикрылся простынёй, на что Мо Жань закатил глаза. Парень перехватил руку мужчины и раскрыл его тело. — Не нужно, — пробубнил Вэйюй, — ты стесняешься? Юйхэн всё ещё был сбит с толку произошедшим, надел на лицо маску невозмутимости и ответил: — Нет. Парень издал смешок и в следующий момент вновь навис над Чу Ваньнином, пригвоздив его запястья к кровати. Он казался слишком большим на его фоне, отчего создавалось ощущение, что Мо Жань может лишь одним своим движением подмять мужчину под себя и вновь овладеть им, что, на самом деле, так и есть. — Мой рот только что побывал у тебя между ног, а ты всё ещё смущаешься, — промолвил он и оставил невесомый поцелуй на алых губах Юйхэна. По его налившимся кровью глазам было заметно, что он сейчас убьёт парня за такие слова. — Бесстыдник! — выплюнул он, пытаясь скинуть Вэйюя с себя, но, естественно, это всё бесполезно. — Я буду говорить все эти грязные словечки, пока ты не признаешься мне. Чу Ваньнин поморщился. — В чем признаться? Мо Жань сделал вид, что задумался, поморщив нос и уставившись куда-то в пустоту. — Может быть, я говорил слишком тихо, но отчетливо помню, что сказал тебе, что влюблён, — с напускным удивлением ответил он. Мужчина желал сквозь землю провалиться, лишь бы не оказаться в этой ситуации. Парень снова начал медленно оставлять влажные поцелуи то на шее, то на щеках, но, как на зло, игнорируя рот Чу Ваньнина. — Ты специально? Вэйюй прикусил мочку его уха и выдохнул: — О чём ты? Он проделывал это снова и снова, не оставляя в покое его лицо, не целуя в губы и не отпуская руки. Кажется, это Юйхэн собирался пытать Мо Жаня, а не наоборот. Он почувствовал, как возбужденная плоть парня опять упёрлась ему во внутреннюю сторону бедра, и Чу Ваньнин даже представить не мог, что вынесет второй заход. Для первого раза это было слишком, но молодой организм, видимо, достаточно вынослив. — Если не признаешься в течение следующей минуты, от тебя живого места к утру не останется, — пригрозил ему Вэйюй. Однако мужчина продолжал молчать, поэтому парень начал незамедлительно действовать — расставил его ноги пошире, заставляя почувствовать, насколько велико было его желание. — Я… Мо Жань выгнул одну бровь в ожидании. — Ты… — Ты мне нравишься, и даже больше этого, — сглотнул Чу Ваньнин, скосив взгляд на его грудь. — Я люблю тебя, Мо Жань. Хватка на его запястьях ослабла. Он медленно взял лицо парня в руки и заглянул ему в глаза. — Поэтому остановись, или у тебя больше не будет секса. Вэйюй нервно усмехнулся, но провоцировать Юйхэна своими движениями перестал.