Это всё — Лжелюбовь

Просыпаюсь. Потягиваюсь. Вдруг понимаю, что я не у себя в квартире. Становится страшно. Рядом кто-то лежит. Этот «кто-то» кладёт на меня руку и прижимает к себе. Встрепенулась и оборачиваюсь. Морозов? Вспоминаю клуб. Ой, думаю дальше не надо. А мозг как специально всё воспроизводит. Кое-как прерываю воспоминания. Опять смотрю на Макса, такой нежный… А я ведь не жалею, что произошло. Понимаю вдруг это. Смотрю на время. Оуу, час дня уже. Надо вставать. Переворачиваюсь на бок. И целую его, тем самым пытаюсь разбудить. Получается, но не с первого раза. Что-то нужно мычит, все, также не открывая глаза. Целую татуировку. По-моему уже с родной надписью DOC. Наверно, не уверенна до конца. Открывает глаза и прижимает меня к себе. — Доброе утро, зай! — целует в макушку. — Доброе! Зай? Почему это? — Ну, думал, тебе это понравится. И тем более, я думал что могут тебя так называть после всего этого. — нахальная улыбка, как всегда. — Ну да, мне нравится, — улыбаюсь, как ребёнок. — Наверно имеешь право, я ничего не помню. — Да? — Да. — А почему когда я пьяный и с кем-то занимаюсь сексом, я всё помню? — У тебя мозг под это заточен, — усмехаюсь я. — А у меня нет. — Ну ничего, ещё всё вспомнишь, — опять целует в макушку. Вспоминаю, зачем его будила. — Макс, надо вставать. Час дня уже. — Да, надо. Но почему Макс? Я думал ты меня какой-то понежнее назовешь. — Хорошо. А как? Пупсик, котёнок, мишка, зайчёнок, золотце? — А можно без вот этого всего, просто любимый или милый? — Хорошо, милый, — как будто мурлыкаю я. Отворачиваемся одновременно, ищем вещи. Нашла свою кофту, штаны, лиф, трусики конечно же нет. — Вик, то есть, зай, — запнулся он. — Ты там не находила мои штаны? — Находила, — кидаю их ему. — А ты мои трусы не находил? — Находил. — опять полетела вещь. Вскоре Максим оделся, я всё ещё сидела на диване. — Любимый, дай какую-нибудь рубашку? — Хорошо, — подошёл он к шкафу и начал в нём искать нужную вещь. — Тебе подлиннее, или покороче? — Без разницы. — Значит покороче, — улыбнулся он. — Извращенец. — Допустим, но я же хочу видеть обворожительную попку и тем более, ты в этом будешь намного сексуальнее. — сладко говорил он, перебирая одежду. — Да ты что? Правда? — встала я и замотавшись в простынь, подошла к Максу сзади. — Конечно, дорогая. А ты не помнишь, что я тебе шептал ночью и что ты мне, да? — Не помню. А что? — Да так, уже не важно. — Если ты это сейчас вспомнил, значит важно. — Ты действительно хочешь это слышать? — резко развернулся, держа в руках рубашку. — Да, очень. Он повернулся ко мне, вручил в руки рубашку, положил одну руку на плечо и подвинувшись к уху, прошептал: — Я шептал тебе «я люблю тебя». А ты в ответ «я тоже тебя люблю!» Я не могу быть уверен, что твои слова, это правда. — Ты не веришь мне? — отодвинулась я от него и посмотрела в глаза. — Не знаю, ты была пьяна. И я не уверен, что ты не скажешь, что эта ночь не была ошибкой. — ты не веришь мне, понимаю. — Ты хочешь знать правду? — Очень. Теперь я подвигаюсь к нему и шепчу: — Я говорила правду. Это ночь — не ошибка, я уверена. Поверь мне. — Скажи эти три слова! — Хочешь? — Да, ты скажешь? — Скажу! — Говори! — Я люблю тебя! — Громче! — Я люблю тебя! — Громче! Крикни! — Я люблю тебя, твою мать, Морозов! — кинулась я к нему на шею. — И я тебя, Кузнецова! — Теперь ты скажи! — Я люблю тебя! — Громче! — Я люблю тебя, милая Вика. — Громче! — Блять, я люблю тебя, Кузнецова! — Ааа! — крикнула я и поцеловала его в губы, манящие меня. Макс повалил меня на кровать и начал целовать шею, переходя все ниже. — Ну хватит, хватит! — прошептала я. Он встал с меня и помог одеть рубашку. — Ну как? — покрутилась я перед зеркалом. — Ну очень-очень сексуально! — Попа выглядывает? — Конечно, — сидел он на кровати и смотрел на меня. — Ты доволен? — Вполне. — улыбнулся он и поднявшись, поцеловал в шею, придерживая за талию. — Я хочу вспомнить, что ночью было. — Кофе поможет, уверяю, — отлип он от меня. — Так что, готовить? — Да, но… — убрала я его руки с талии. — Я первая! Побежала я по квартире, а Максик за мной со словами: — Догоню всё равно! — Не догонишь, не догонишь! — орала в ответ я.