10 000 часов

— Мы не будем сразу лезть к нему с угрозами. Сначала, мы его вежливо так попросим дать нам полезные сведения. А уж потом посмотрим, как он себя поведёт. Если у него есть мозги, долго отпираться не станет. К тому же, он у них не самый важный боец, может ему и часть плана не поведали. Разберёмся. Главное, не рубить с плеча, ясно? — доходчиво объяснял Роше Чижику. — Лишних проблем нам пока не надо, особенно реданцам знать об этом необязательно. Мы для них итак, как заноза в заднице. Договорились? Без лишних вольностей. В ответ на своё распоряжение, от высокорослого блондина капитан услышал лишь тишину. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Но Седрика я знаю давно. Он вполне мирный эльф, если это вообще не парадокс, — командир обменялся взглядами с Чижиком. Он также упорно продолжал молчать, как рыба об лёд. Арбалетчик только искоса одарил взглядом своего капитана и выжидающе скрестил руки на груди. — А можно мне ещё немножко порции очевидных вещей? А? Так, чуть-чуть совсем, а то маловато, — Вернон Роше не упустил шанса съязвить, но затем испустил тяжёлый вздох. — Знаю я, что эльфы те ещё скотины. Но девчонка верит этому остроухому забулдыге. Поэтому и говорю, давай начнём без резкостей. Пройдя сквозь высокие ворота Вернон оказался на территории маленькой деревни, расположенной прямо под городскими стенами. Он держал свой путь по протоптанной дорожке, время от времени пиная камни под ногами. — А коль его такой вариант событий не устроит, что ж, тогда и начнём говорить по-другому, — обратился он снова к арбалетчику. — Только ты не забудь за меня заступиться, когда она меня будет отчитывать. Скажи, что я всем сердцем умолял тебя его пощадить. А ты, хмм, бесчувственный подлец, весь такой себе на уме, ослушался приказа капитана. Ясно? — Как нильфгаардское солнце, — наконец подал голос Чижик. Вместе с Роше они подобрались к стволу того самого дерева, на котором располагалась смотровая башня. К их великому удивлению, подняв глаза повыше, темерские воины не нашли там бывшего (а может быть, уже и нынешнего) скоя’таэля. Зная, что эта башня была основным местом пребывания немолодого эльфа, и видя, что сейчас она подозрительно пустует, командир почувствовал неладное. Быть правым ему обычно нравилось, особенно в начале своей карьеры, когда к неопытному, но проницательному юнцу начал прислушиваться даже сам король. Но сейчас всё, что он испытывал — это нарастающая тревога. Покуда осознал, что от некоторых вещей не избавиться никогда: от навязчивой мелодии в голове, от недержания мочи и от старого врага. *** Большой помощи от полноценного восьмичасового сна Ана, к сожалению, не получила. Голова гудела и неприятно пульсировала, в ушах стоял шум, а слабость и тошнота так вообще, выбили её из колеи. С тех пор, как оказалась на Континенте, она ни разу так сильно не напивалась. Возможно, просто не было повода. Но когда твой дом сгорел дотла и твой скромный скарб теперь и вовсе уничтожен, а тебя обвиняют в пособничестве членам самой кровавой и беспощадной группировки нелюдей, которую ненавидят все от мала до велика, то рука сама потянется к бутылке, чтобы забыть реальность хотя бы на ночь. И благодаря похмелью, возвращение в неё было не самым приятным. — Какое сейчас время суток? — Ана доковыляла до комнаты, где отдыхала Бьянка. — Даже окон нет, чтобы на свет поглядеть. — Так и задумывалось. Это темница, — Бьянка не удостоила девушку и взглядом. Задрав ноги на стол, воительница мирно развалилась на кресле, приложив мокрую тряпку на лоб. — Ты в порядке? — Да. — Тебе плохо? — Нет. — А где Роше? — Там, — она небрежно махнула кистью в сторону допросных комнат. — А все остальные? — Без понятия. — Он рассказывал о вчерашней вылазке к Седрику? — Нет. — А о поджигателях? — Тоже ничего. — Ты вообще хоть что-то знаешь? Тут Бьянка дёрнулась с места, точно бешеная собака её укусила, содрала тряпку со лба и швырнула в сторону. — Я знаю, что Роше теперь злится на меня… из-за тебя, — неприветливо тыкнула она в Ану пальцем. — За то, что мы с тобой вчера напились? — За то, чем мы с тобой вчера напились! Мы его единственный оставшийся подарок от короля, мать его, Темерии опустошили! — Я совсем забыла про это… — А когда он это узнал и собрался обрушить на нас свой гнев, ты упала в обморок, прям как принцесса-девственница, ей богу. — Я — что? — Да-да. В итоге отчитываться мне пришлось дважды — за то, что хлопнула подарок его величества, и за то, что «напоила тебя» до смерти. — Ты же не виновата… — Я и говорю: «напоила», — передразнив свою же цитату, Бьянка недовольно покосилась на Ану. — А тебе хоть бы что. Запамятовала она. А вот мне, вовек не забыть всю ересь, что ты вчера несла. И да, ты как человек интереснее, когда пьяная. Вот что я тебе скажу. А теперь иди. Больше я за тобой присматривать не стану, хоть жареный петух клюнет, — с этими словами Бьянка вернулась в своё кресло и закончила их дискуссию. — Не волнуйся. Я скажу Роше, что ты не виновата. — Не смей ему ничего говорить! Ты слышишь? Эй, ведьма! Только слово ему про меня скажи, я тебя… Но Ана её уже не слышала. Она направилась прямиком в допросную, доказать Роше, что она не потерпит несправедливости; что она - — ярая сторонница правды. *** — ..ещё она сказала мне пить, пока из ушей не будет выливаться, прямо до посинения, до рвотного рефлекса. До беспамятства. Да, так и сказала. А не то, грозилась распороть мне живот и влить мне водку прямо в печень, представляешь, — в подробностях рассказывала Ана. — И ещё, говорила что-то про «напыщенного индюка».. — проверила реакцию Роше, и решила не рисковать, —..не помню, правда, про кого она так сказала… Вернон Роше скрестив руки на груди выжидающе смотрел на Ану. Её увлекательный и занимательнейший рассказ хотя и был весьма забавным, но внушал ему мало доверия. Капитан наклонив голову, как преданная собака, продолжал заинтересованно слушать её небылицу. — ..потом просто бум! И провал в памяти, представь себе. Просыпаюсь в кровати, благо одетая, хаха… И вот, сразу прямиком к тебе! — неловко улыбнулась Ана и распахнула руки навстречу Вернону, сымитировав встречу старого знакомого. — Ты закончила? — Роше сей спектакль не впечатлил, но виду он старался не подавать. Если хочешь победить, делай вид, что не понимаешь правил игры своего соперника. — На этом всё. Кажется. Может, потом вспомню ещё какие-то казусы. Ухохочешься! — Значит, ничего про свою фразу о моей смерти не помнишь? — командир понимающе кивнул головой. — Странно, я был уверен, что говорила ты вполне осознанно. — Перебрала чутка, что тут сказать! Лечиться пойти что ли? Не то такую дурь нести, ещё и про тебя, — постучав себе по голове, жестом показывая, что она у неё пустая, Ана принялась расхаживать по допросной комнате, избегая взгляда Роше. Ведь привело её сюда совсем другое дело и настроена она была довольно решительно, пока не переступила порог комнаты и её не застали врасплох ответным огнём. На самом деле, память её не подводила. Образы из сна, будто части огромной мозаики, отчаянно хотели сложиться в одну картину, между тем заставляя Ану чувствовать на своей шкуре все произошедшие события, будь то чей-то праздник или чье-то убийство. Проснувшись этим утром раньше, чем следовало, Ана провела некоторое время прокручивая в голове события, что снились ей вчера за столом. Её не покидало ощущение, что то, что она видела, были реальными событиями. Обрывки из жизни Геральта, Трисс, незнакомого ей короля, Роше, эльфа... Что-то из прошлого, другое из будущего, но всё было связано с людьми, которые её окружают. Возможно, у неё есть возможность оказаться очень полезной в новом мире и даже, спасти чью-то жизнь. Но для начала нужно отделить факты из прошлого и узнать, происходили ли эти конкретные события в жизни конкретных людей. Повернувшись к Роше после долгой паузы, она уже было хотела начать собственное расследование и разговорить командира. Но её опередил Фенн, тот самый солдат, у которого главным отличием было малосущественное количество зубов. — Капитан, я привёл её. Фенн затолкал в комнату женщину средних лет. Она была довольно высокая, но хиленькая, с выступающими нижними рёбрами и огромными грудями, выглядывающими из-под расстёгнутой рубашки. Войдя в комнату, её глазки сразу забегали, как у маленького грызуна. Возможно, она ожидала увидеть орудия пыток: например, стул, утыканный шипами, дыбу, раскалённые угли или железо…Она пока не подозревала, что Роше мог справиться и без этих инструментов. — Фенн, будь добр, проводи Ану в другой зал и закрой дверь. У девушки не было намерения ослушаться приказа, но любопытство, всё же взяло верх, и она скромно уточнила: — Зачем тебе допрашивать эту женщину? Роше, на удивление, ответил: — Здесь без пол литра не объяснишь. Это дооолгая история, — сказал Вернон, попутно ухмыляясь арестантке. — И сейчас, ты мне её поведаешь, как и договаривались. Согласна? — 1000 оренов и согласна, — женщина не моргнула и глазом. — Тогда приступим, — Вернон тоже. Женщину подвели к скамье, усадили перед столом. Роше сел по другую сторону. Ану благополучно вывели из комнаты. Фенн нашёл место в углу комнаты, встал, скрестив руки и принялся любоваться потолком. Допрос начался.