Без чувств

— Антон, только прошу, не накосячь и не подведи меня. — Пап, ты повторяешь это уже сотый раз… — Антон! — Понял-понял. Будет выполнено, — парень редко улыбается отцу, но в этот раз он не может удержаться — Андрей слишком о нём заботиться. Они оба замолкают, стоя уже на вокзале и ожидая поезд Москва-Санкт-Петербург. Каждый думает о своём. Антон удивлён, что отец сдержал своё слово и отпустил учиться в Петербурге, а Андрей Валерьевич же не может попросту в это поверить. Его сын поступил на актёрское мастерство в СПбГУ. По его, так сказать, стопам. И лишь ради уговора. Как Шастун-старший отреагировал на поступление парня? Первая стадия — отрицание. Антон реально вкалывал, чтобы просто смотать в другой город?.. Нет, абсурд. Вторая стадия: ненависть к сыну. Это всё подстроено, просто по-любому. Третья стадия: ненависть к самому себе. Вот зачем он сделал такое условие? Отец просто забыл, что если юноше что-то нужно, он ведь обязательно это получит и неважно как, несмотря на лень. Ну, и четвёртая стадия: полное грустью принятие. Если Антон правда хотел этого, то становится меньше вероятности того, что он наделает глупостей. Но объявляется прибытие поезда. — Ну, я пошёл, — вздыхает парень, напоследок просто кивая отцу. Андрей тоже кивает в ответ. — Не забудь звонить мне хотя бы раз в неделю и всегда отвечай на мои звонки, — строго говорит он, но на лице печальная улыбка. — Будет сделано, — хмыкает он и заходит в вагон. Приключения начинаются. Будет ли Антон грустить по дому и по папе? На это у него точно не будет времени, потому что начинается настоящая взрослая жизнь. Главное, свободная. Звучит страшно, да? Свободная жизнь — жизнь без каких-либо границ, жизнь под твоим контролем. Только ты решаешь, как правильно поступить. Несмотря на свой трудный характер, Шастун понимает свою ответственность с этого дня за свои слова и поступки. Теперь он правда один. Вот теперь действительно стало грустно. Но будет ли выполнять он указания отца? Вряд ли. Это же, всё-таки, Антон. Спустя 4 часа поезд останавливается в Петербурге. Антон выходит из вагона и глубоко вдыхает свежий воздух. Конец августа — его любимое время года, несмотря на предстоящую учёбу; его любимый город, о котором он мечтал чуть ли не всю жизнь; и свобода. На улице прохладный ветерок после дождя — то, что надо, и наш герой выходит из железнодорожного вокзала, вызывая такси. Андрей Валерьевич обо всём позаботился, потому что знал, что сын вряд ли сам сможет всё организовать. Он нашёл самое ближайшее общежитие от университета и через знакомых договорился поселить туда без проблем своего ненаглядного. Через минуту уже подъезжает машина, а через тридцать юноша уже у общежития. Здание не было похоже на то, в котором будут водиться разные Иваны-тараканы, на что Антон облегчённо вздыхает. Он, не торопясь, заходит, встречая вахтёршу, милую старенькую женщину. Та же спрашивает его имя и вызывается проводить парня до комнаты, потому что «уж больно хороший мальчик». — У тебя будет сосед, — по пути предупреждает она, ловя заинтересованный взгляд. — Не переживай, он парень хороший и умный. Вы с ним точно поладите. Антон невольно тихо фыркает. Поладите? Он в жизни не имел настоящих друзей, которые вытерпели бы его характер. Да и сам предпочитал лучше оставаться в одиночестве, пока не пришла мысль просто скрывать свои чувства. Для шестнадцатилетнего парня это был единственный правильный выбор. Он обзавёлся не очень хорошей компанией, где как бы был «лидером», из-за чего считался «крутым». Шаст просто хотел, чтобы с ним боялись заговорить. Шаст хотел, чтобы все его уважали. Шаст хотел так и продолжать жить в одиночестве. — Антош, мы пришли, — улыбается женщина. Парня начинает немного крутить от такого обращения, но он, как всегда, не подаёт вида, поэтому улыбается в ответ уголками губ. Вахтёрша стучит в дверь, и её чуть ли не сразу открывают. Зеленоглазый невольно приподнимает брови от удивления. Не так точно он представлял своего соседа: мягко говоря, невысокий рост, чёрные волосы, собранные в пучок, и крупная щетина. Натуральный армянин или кавказец. — Здравствуйте, Елена Николаевна, — кивает тот, поглядывая заинтересованно на парня. — Здравствуй. Знакомься, это твой сосед по комнате — Серёжа, — та замолкает, и парни понимают, что нужно хоть что-то сделать, поэтому мелкий неловко хмыкает и протягивает руку. Антон, не хотя, пожимает её. — Вот и хорошо. Тогда я пойду. Удачи, Антон, — опять улыбается Елена и уходит. Те неловко топчутся на месте, не зная, что говорить и делать дальше. Серёжа очнулся первым и пропустил соседа в комнату. Антон следом приходит в себя и тащит две тяжеленные сумки с собой, осматривая уже своё «жилище». Комната была очень мала для них. Двухъярусная кровать, один письменный стол на двоих и, спасибо большое, шкаф, но мебель выглядела совсем новой, а значит кровати не будут скрипеть. Хотя, да, не факт. О чём он вообще думает?.. — А… Я сплю на верхней кровати. Меня Елена Николаевна предупредила, что у меня будет сосед, поэтому решил, что тебе лучше будет на нижней и, видимо, предугадал, — хмыкает Серёжа. — Спасибо, — учтиво кивает он в знак благодарности, располагая рюкзак на, уже свою, кровать. — Может расскажешь немного о себе? Откуда приехал? Куда поступаешь? — тут же начинает допрашивать его сосед, от чего Шастун в мыслях уже представляет, как он его красиво пристреливает, но светловолосый медленно поворачивается к армянину и видит в нём… Это что, искренний интерес? Парень немного теряется, но отвечает: — Антон Шастун, девятнадцать лет, из Москвы, первокурсник СПбГУ актёрского искусства, — коротко говорит он и поворачивается обратно, обращая внимание полностью к своему барахлу. — Ого, я тоже туда поступил! — улыбается Сергей, а Шастун просто хочет в голос простонать. Они ещё и на одном курсе. — Класс, я буду не один, — облегчённо вздыхает парень. — А я Серёжа Матвиенко. Приехал сюда из Армавира, чтоб получить образование по актёрскому мастерству театра и кино. Тот лишь кивает и ничего не говорит. Так они долго молчат, пока Матвиенко не выдержал и спросил: — Ты всегда такой молчаливый? — Ага. — Значит, мы точно поладим, — пожимает плечами он. Антон поднимает брови от удивления. Все часто подмечали, что он молчалив, но никто не находил в этом плюсы. Увидев реакцию соседа, Серёжа хмыкает.