109.4 по F

В салоне лимузина, в котором Лора очнулась, прохладно. Воздух пахнет ароматизатором «зеленый чай». Через затемненные окна машины забегает свет пролетающих мимо фонарных столбов, освещая пустой кожаный салон. Сердце Лоры охватило скользкое чувство страха и тревоги, зажимающее все ее нутро своими острыми когтями. Она делает несколько глубоких вдохов-выдохов и принимает сидячее положение, к своему удивлению заметив, что не связана. Двигает ногами-руками, расправив плечи, обнимает себя и понимает, что она в порядке, и никто ее еще не изнасиловал. А как все было? Последнее, что она помнила, это визит к психологу и его стервозному менеджеру. Она поднимает помутневший взгляд, который ранее изучал зацепки на ее колготах. Она не знает, что делать в таких ситуациях. Да, кто знает?! Ее похитили. Кажется, на выходе из офиса Хорни. Да, плевать, где, главное сейчас она должна предпринять меры. Лору заносит влево, и она понимает, что водитель сменил свой курс. Очертания улицы, на которой она находится, знакомы, но она не может сказать точно. Свет в салоне практически исчез, если не считать синей подсветки в баре. Но все это неважно. В какой-то момент она чувствует мягкое торможение машины. Ее сердце начинает биться так сильно и быстро, что ребра встают шипами вокруг него. Дыхание пропадает совсем, и она слышит лишь шум в ушах, и жужжащие в ее голове мысли, которые не могут найти выход наружу, ведь в горле застрял горький комок. Единственное, что ей сейчас приходит на ум – притвориться спящей. Она ворошит волосы, задирает подол платья и ложиться на правый бок, лицом к выходу, пытаясь не жмурить сильно глаза. Двигатель заглушен, музыка перестала играть. Она слышит, как водитель с кем-то долго разговаривает на чужом языке, а затем хлопок двери. Это ее шанс! Она еще вначале заметила еле заметную щель в стеклянной перегородке, и сейчас удивительно резво пробирается к ней, намереваясь перелезть на водительское сидение. Стекло поддается и уходит вправо, открывая ей пространство. Теперь главное не застрять. «Не привлекай внимания. Не шуми. Не привлекай внимания, нешуминепривлекайвнимания! Черт!» Что-то из ее одежды зацепилось, и она застревает в разделении. Звуки паники вырываются из ее рта, когда она замечает фигуру, возвращающуюся к машине – всего в трех метрах от нее. Ее онемевшая, ледяная рука нащупывает кнопку блокировки. Временную преграду, которая выиграет время, ведь на счету секунды. Она затихла. Мужчина потянул руку и дернул за ручку двери. Никакой реакции. Лора смотрит на него и не может пошевелиться, ее широко распахнутые глаза улавливают его движения даже через выбившиеся перед лицом волосы. Нужно продолжать, твою мать, делай что-нибудь, пошевели рукой! Чудом тело ее послушало, и она продолжает выбираться из пассажирской части. Дверная ручка продолжает дергаться, но в какой-то момент… стихает. Ее тело дергается от звука глухого удара, и она чуть не плачет, истерично выкрикнув. Она видит, как он пытается разбить стекло. Дрожащая женская рука заводит машину, и она переключает скорость. -Эй! – слышится глухо, но очень, очень разъяренно. Последний удар мужчины разрывает стекло, и оно осыпается мелкими камушками на девушку. Он тянет ее за джинсовку и вытаскивает из машины, больно бьет по голове и животу, ногам, оставляя кровоподтеки. – Гха! – глухо выплевывает Лора. Во рту появляется отвратительная горечь. Ее худое тело сморщилось на прохладной голой земле, теплые слезы стягивают кожу лица. – Сука! – рука громилы стеной встречает ее лицо, когда она пытается встать, – Еще что-нибудь выкинешь, и я тебе пальцы переломаю. Тьфу, блядь, – он харкнул и плюнул на землю. Больно, больно, больно! Почему она не может дышать? Она дралась в школе, она встречала физическое воспитание от мамы и дедушки, но так ее еще не избивали. Было ощущение, как будто ей вышибли мозги. Мужчина отходит от нее и включает фары. Встает возле нее с телефоном у уха. Теперь она его разглядела: щетина, винировые зубы, темные длинные волосы, довольно крупное сложение, волосатые руки. Двигающиеся в разговоре губы подчеркивают шрам на верхней губе. «Дыши. Просто вдохни. Только не сдавайся» Закончив разговор, он достает из бардачка тонкую сантиметровую в диаметре веревку и тряпку. – Теперь и слезы не сможешь вытереть. Ох, зря ты это сделала, малыш.

***

Они едут, слушая Indian calling. Иногда мужчина бросает на нее отвратительный в своем характере взгляд. Проходит где-то час, когда они приезжает к месту, которое по ее мнению будет ее конечной точкой. По крайней мере, концом ее прошлой жизни. – Ммм! – пытается что-то сказать Лорейн, когда он вылезает из машины. Он обходит машину, открывает дверь в ее стороны и даже не обращает внимания на ее порывы освободиться. Мужчина молча тянет ее за связанные ноги, перебрасывая через плечо. Она утыкается в потную рубашку. Господи, почему нельзя облегчить последние минуты жизни? Опять слышится неродной слуху язык, ее куда-то несут, кладут на каталку. Молодая женщина в салатовом медицинском костюме прогоняет мужчину-водителя, делает ей укол в локтевой сгиб и что-то бормочет, смотря ей в глаза своими, карими. Лора улавливает в них интерес, пока медленно проваливается в искусственный сон.

***

Тем временем. – Рикко, все готово? – интересуется стройный мужчина с «Андре М.» на бейджике, обращаясь к подчиненному со смешанной расовой внешностью. – Последнюю отправили спонтанно, босс. Сейчас Аманда ее обработает и определит, что, куда и кому нужно, – Рикко подошел к Андре, отчитываясь. Что-то вспомнив, продолжил, – Ха! А эта смелая, знаешь. Андре, в тот момент, следивший за еще двумя мужчинами у него в подчинении, бросил на него осуждающий взгляд. – Мне плевать. У меня был тяжелый день, и я не хочу здесь больше задерживаться, – мужчина замолчал. Рикко понял, что тот чего-то боится, – Приготовь медицинский автомобиль и контейнеры, сколько нужно, – продолжил Морис уходя, – И быстрее! – Считай, что готово. Рикко ушел выполнять поручение, исчезая в полумраке арендуемого здания. В гигантском высоком помещении незакончен ремонт, где-то лежат сухие смеси, лампы работают через две. Часть здания занята пристройкой и передвижной лабораторией. Местный управленец, Андре Морис, поднялся по лестнице к пристройке для его офиса. Снял свой бейджик и помятый халат. «Андре М.»… Сын адвоката. Второй год крутиться на черном рынке, прислуживая правой руке Фальконе. Ухмылка перечеркивает его привлекательное лицо. Вшииик! Механический звук прерывает тишину. На его смартфон пришло сообщение. Он вытаскивает устройство из кармана. Полумрак комнаты разбавляет холодный свет прямоугольника. «Я одна. Приезжай, как освободишься» Сирша. Дальше незамеченные ранее смс. «Дай знать, как отправишь последнее» неизвестный номер «Ублюдок, подними телефон!» неизвестный номер Два пропущенных. Один от его кореша. И от него же сообщение, которое он ожидал и не желал увидеть одновременно. Реакция на информацию последовала незамедлительно: телефон на стол, автомат с кресла в правую руку, жилет на плечи и вон из комнаты. Замерев, прислушивается к звукам вторжения. В огромном пространстве здания стоит относительная тишина. Гудит многомилионная аппаратура. На его рабочем столе лежит не потухший смартфон. Текст на экране: «Беги от Бэтмена, он хочет знать, где сейчас Сал». Сал. Сальваторе Морони. Босс их группировки. Прячется в данный момент как крыса где-то в пределах штата. Совесть просит предупредить или забрать с собой всех с объекта. Но эгоистичной заднице Андре сейчас не до подчиненных. Он хочет избежать правосудия. Его окаменевшее лицо вглядывается в темноту, покрывшую теперь все. Он знал, что Бэтмен уже здесь. Он знал, что, скорее всего, умрет. Или его увезут инвалидом, если успеют… точнее, если узнают. Морис думал. Покориться судьбе? Помолиться для милости фортуны? Его взгляд улавливает движение. Слишком поздно. На него идет массивная черная фигура, будто окруженная крыльями летучей мыши. Значит, придется молиться. Под его боевой крик вспыхивает желтый огонь от пулеметной очереди. Андре надеется, что попал, но, кажется, черной твари все равно. А как ты думал? – Вот мы и встретились. Принц Готэма безразлично молчит. К своему короткому удивлению, Морис замечает на его костюме кровь. Так, он человек? За резким, смазанным движением черной руки следует чудовищный удар в ключицу Андре.

***

– Хэй, хватит лежать… Кто-то ее будит. Пытается сделать это мягко, но получается больно. Она открывает глаза и… кричит, что есть мочи. – Ааа! Уйди! Отстань от меня! – начала тараторить девушка, отпихивая протянутые руки незнакомца от себя. Перед ней стоит какой-то фрик в маске. В простой коломбине* черного цвета. – Больная? – парень отходит от нее и поднимает руки в примирительном жесте. Такие типы обычно грабят прохожих или нападают на них для веселья. Его зрачки белые и именно это так напугало Лорейн. Она невольно опустила взгляд на всю его фигуру. На нем красно-черная простая одежда, черный плащ с телесной внутренней стороной. На лицо падает тень от капюшона. Точно фрик. Сколько ему лет? – Ты кто? – выдавливает каркающим голосом блондинка. В горле очень сухо. – Это неважно, – его лицо озарила очень самодовольная улыбка, – Просто скажи спасибо, что жива. Ведь, если бы не… – Дэмиен! – речь прервалась грубым и низким голосом, исходившим из его пояса. Дэмиен взглянул на своеобразную рацию так, будто впервые ее увидел, подняв высоко брови. – Черт. Не успели познакомиться. Но, если вдруг захочешь связаться для благодарности, я уже вбил в твой сотовый мой номер. Удачи… Лорейн. Мое имя ты уже услышала. Он в спешке ушел, оставляя ее в недоумении. – Я еще здесь! – снова напугал он девушку, схватившуюся за сердце в этот раз, просунув голову между ширм, – Просто хочу прояснить: тебя похитили, чтобы незаконно лишить органов и сбыть их на черном рынке. Повезло, что мы успели до того, как тебя коснулся скальпель. Мне-то все равно, таких как ты, в день тысячу штук пропадает. И снова исчез за ширмой. Мы? Он не один? Их несколько? Где найти ее вещи? Черт возьми, ей так повезло. Она чувствовала себя глупо и счастливо. Одна мысль крутилась циклично. «Этот парень определенно имеет харизму и раздутое Эго». Набравшись сил, она встала на ноги и начала надевать вещи, лежащие у изголовья операционного стола. Это было удивительно, что они тут оказались. Возможно, над этим постарался тот же Дэмиен. Странное у него имя, и необычное, это точно. Как бы неуместно ни звучало, Лорейн боялась, что что-то из личных вещей могло сломаться или того хуже пропасть. Хотя нет, больше он боялась заглянуть в телефон. Но рано или поздно пришлось бы это сделать, и вот они, двадцать четыре пропущенных и девятнадцать из них принадлежат «Мисс Уотерс», то есть ее маме. Случайно вырывается мат, и сердце падает в пятки. А что она скажет родительнице? Она кусает губу с озадаченным и преисполненным чувством вины лицом. Что же, придется ждать полицию, чтобы родительница поверила в ее историю. Прим.автора: Коломбина* – традиционная венецианская маска для глаз.