В съемках принимали участие

- Итак, представь себе, - пожилой мужчина, облаченный в бордовый халат, экспрессивно взмахнул руками, - далекий, далекий космос… - Где конкретно? – тут же вклинился его помощник, что-то старательно записывающий. - Это не столь важно, - отмахнулся мужчина, - «Энтерпрайз», корабль-призрак, плывет сквозь мрачное пустое пространство, заполненное безразличными звездами… - Почему призрак? – снова перебил его молодой человек, поправляя очки. - Прекрати мешать, - рассвирепевший мужчина вскочил с кресла, в котором сидел весь вечер, предаваясь мечтам, и запустил руки в волосы, с силой дернув. – Почему сценарист так долго возится? - Сэр, вы дали ему задание написать продолжение саги «Стартрек» всего час назад. Скорее всего, он даже не успел написать слова «Часть первая. Сцена первая. Капитан Кирк и коммандор Спок на мостике», а вы уже хотите получить готовую историю. - Как там моя главная звезда? - Если вы про мистера Спока… - К черту Спока, с ним уже все договоренности достигнуты, что там с моим Кирком? - Боюсь, здесь все сложнее, сэр. Человек, который сейчас лишает свою голову остатков шевелюры, почти вырывая волосы в немом отчаянии, не зная, как пережить тот период невыносимого ожидания, пока эти «отвратительные писаки» не представят на суд детище его жизни – Зефрам Кокрейн, мультимиллиардер, создатель варп-технологий, человек, убеленный сединами, переживший огромное количество приключений во время путешествий на своем любимом космическом корабле «Фениксе», обставленном со всеми удобствами и старомодной роскошью – мистер Кокрейн обожал Жюля Верна и, поскольку мог себе это позволить, постарался воссоздать, хотя бы приблизительно, обстановку знаменитого «Немо». Впрочем, многим, естественно, пришлось пожертвовать, но уж свою каюту он устелил коврами, в которых ноги тонули по щиколотку, а небольшое количество мебели, по всем стандартам прикрученной к полу, было слегка вычурным и скорее отражала представления Кокрейна о девятнадцатом веке, чем реальное положение дел. Изобретение варп-двигателя, помимо того, что принесло немыслимые деньги создателю, и дало ему возможность путешествовать в самые дальние и пыльные закоулки космоса, также помогло установить контакт с жителями одной из далеких планет. Особенно не заморачиваясь, их назвали вулканцами, в честь развитой цивилизации, подчинившей свою жизнь логике и точным наукам, из киноэпопеи «Стартрек», толком не уточняя, поскольку название на местном диалекте было поистине непроизносимым. Жители планеты с новообретенным именем «Вулкан» слегка недолюбливали излишне экспрессивных землян, и переименование их родины тепла отношениям не добавили. Но новейшая технология была слишком интересной, чтобы не потерпеть какое-то время общество этих созданий, и поэтому правительством была создана группа, состоящая сплошь из выдающихся ученых, которую и отправили на корабль Кокрейна с миссией изучения двигателя и его возможностей. Две тысячи шестьдесят третий был годом межгалактического мира, спокойствия и благоденствия. И Зефраму, что не удивительно при любви к бунтарской музыке двадцатого века, как отметили на Вулкане, когда изучали его личность, ужасно хотелось встряхнуть это убогое существование и придать космосу немного забытой романтики. План, как именно это сделать, пришел в его голову совершенно внезапно, мысль, словно удар молнии, поразила его в самое сердце и заставила застыть с неприлично открытым ртом. А все потому, что вулканец, возглавлявший экспедицию, при встрече с хозяином корабля, вежливо кивнул и представился: «Спок», не заметив, что этим простым действием он поверг Кокрейна в оцепенение, граничащее с шоком. В ответ землянин, подтвердив свою славу человека эксцентричного даже по меркам землян (то есть, для вулканцев его состояние и вовсе граничило с буйным сумасшествием), обхватил руку Спока двумя ладонями и стал судорожно ее трясти, приговаривая, что для него это большая честь, перемежая речь бессвязными выкриками «Как же похож!» и просьбами приподнять бровь, чем смутил того окончательно. Объяснение этим странным действиям Зефрама Кокрейна было простым до невозможности: в его жизни были две главные страсти – авантюры и космическая одиссея «Стартрек». И когда, образно выражаясь, на пороге его корабля возник сам коммандор Спок, собственной вулканской персоной, выглядящий восхитительно молодым и непередаваемо фотогеничным, он решил, что более ясного знака от вселенной, которая разве что не пнула его, чтобы добавить ясности в свое послание, в своей жизни Кокрейн еще не получал. Такой формальности, как придумать светлую идею, в рамках которой вулканцы и земляне смогут положить начало долгой и крепкой межпланетной дружбе, он уделил максимум час времени. Еще полчаса ушло на то, чтобы уговорить на это правительства обеих цивилизаций. Еще три минуты – чтобы всучить директиву Споку и дождаться, пока он ее прочитает (утвердительный наклон головы и легкое удивление, промелькнувшее в глазах). Теперь оставались самая важная часть – написание сценария и самая приятная – найти звезд для своего фильма. Основная сложность заключалась в поиске Джеймса Кирка, капитана, симпатичного дружелюбного парня, чье открытое лицо было знакомо каждому землянину с юных лет, а значит, никаких промашек тут быть не могло. И Зефрам считал, что все закончится быстро – мало ли на Земле голубоглазых мальчишек, желающих прославиться. Как оказалось – их действительно было много. Вот только Джеймса Кирка среди них не было. «Слишком смазливый». «Слишком угрюмый». «Недостаточно голубоглазый». «Вообще похож на женщину». Помощник Кокрейна сбился с ног в поисках идеального, того самого единственного и уже было подумывал самому сделать пару пластических операций и вставить линзы нужного цвета, лишь бы только босс прекратил гонять его, организовывая кинопробы одни за другим. Все эти бесконечные миловидные мальчики слились перед его глазами во что-то тысячеголовое и огромное, норовящее поглотить его разум, прожевать и выплюнуть, оставив пустую оболочку, бывшую когда-то Уильямом Деккером. «Не волнуйся, - радостно пообещал ему Кокрейн, - тебе мы тоже какую-нибудь роль найдем. Будешь одним из веселых ребят в цветной форме, с обожанием смотрящим или на Спока, или на Кирка, выбирай сам. О такой роли можно только мечтать!» В данный момент Уильям больше всего мечтал о сне, длиною больше трех часов, и возможности хотя бы полчаса в день не смотреть на фотографии, голограммы, видеопроекции мужчин одного и того же типажа. *** Джеймс Тиберий Кирк, названный в честь «Того Самого Кирка», почитаемого его мамой больше, чем почитали всех богов за все время существования всех религий, в данный момент талантливо, неподражаемо, с треском проваливал экзамен в Технический Университет штата Айова. Если бы он посмотрел хотя бы одну серию или хотя бы один фильм из всего того наследия, что оставил позади себя его тезка, он бы знал, что тот тоже иногда любил повеселиться. Впрочем, Джим, как он предпочитал себя называть, вряд ли бы стал смотреть дальше первого же кадра с голубоглазым блондином, чей собирательный образ, представленный на экране, до отвращения напоминал его собственное лицо. Что означало определенные проблемы в семье, где оба родителя были темноглазыми брюнетами, а появление голубоглазого и светловолосого отпрыска было классифицировано его мамой как «чудо», а папой как громкий стук дверью, после которого он так и не вернулся домой. Хорошенькая шатенка послужила причиной, по которой Джим совершенно не подготовился к экзамену. С громким грохотом свалившись с ее кровати, он попрыгал к выходу, напялив на голое тело джинсы, завязывая на ходу разноцветные шнурки, вдетые в белые кроссовки, и одновременно пытаясь влезть в растянутую серую футболку. Вслух благодаря за незабываемую ночь, про себя ругаясь на чем свет стоит. На нее - за то, что она забыла поставить будильник, на себя – за то, что у него для этого были слишком заняты руки (девушкой) и голова (бутылкой виски). - Итак, молодой человек, - преподаватель неодобрительно смотрела на него с огромного экрана, - потрудитесь ответить на вопрос. Джим, пригладив волосы, торчащие в разные стороны, сразу выдающих, что вряд ли он провел эту ночь в объятьях конспектов и повторения материала, глубоко вдохнул и определился с ответом, начинающимся с набора умных и непонятных слов, призванных мгновенно убедить экзаменатора, что перед ним серьезный студент. - Простите, мистер Кирк? – чей-то голос прервал экзекуцию, словно Дамоклов меч нависшую над его головой. - Да? – с облегчением отозвался Джим, посылая виноватую улыбку нахмурившейся экзаменаторше. - Вы не могли бы на секунду прерваться, нам нужно задать вам пару вопросов. Прямо сейчас. Мисс Делански? – обратился посетитель к женщине, занимающей восемьдесят процентов стены напротив Джима. – Я по поручению мистера Зефрама Кокрейна. Он передает вам привет, напоминает о незабываемой ночи на планете с названием, которое не способен выговорить мой речевой аппарат, и просит извинить мистера Кирка, который, конечно же, сдал этот экзамен. Церемонно поклонившись и знаком позвав Джима за собой, мужчина вышел за дверь, осторожно ее прикрыв. Мисс Делански, зардевшаяся, словно юная девушка, до слез смущенная представляла собой зрелище, которое Кирк никак не ожидал сегодня увидеть, поэтому он смотрел на нее во все глаза, замечая ставшие неловкими движения, которыми она поправила прическу, смахнула невидимые крошки с невидимой Джиму поверхности и при этом… напевала!? - Мистер Кирк, вам что, больше нечем заняться? Ступайте! – она наконец обнаружила, что ее все еще видно и, сквозь зубы выругавшись, отключила камеру. Джим так и не понял, что потрясло его больше: «Железная леди», как звали ее на курсе за несгибаемую волю к заваливанию студентов, мурлыкающая пошлые песенки или выражающаяся так, что любой грузчик достанет блокнот и ручку, чтобы обогатить словарный запас, и, захватив свой рюкзак, кепку и разбросанные конспекты, отправился прочь, недоуменно качая головой. - Мистер Кокрейн считает, что вы очень похожи на человека, способного воплотить на экране Джеймса Кирка, главного героя знаменитого «Стартрека». Мужчина в дорогом костюме испытующе посмотрел на Джима и улыбнулся, стараясь его подбодрить. Джим в ответ натянул кепку почти до носа, втиснулся поглубже в стул и принялся изучать что-то на своих джинсах, делая вид, что ему совершенно неинтересно все происходящее. - И мистер Кокрейн, - продолжал упорствовать мужчина, - приглашает вас сняться в продолжении этого фильма. - Ага, - протянул Джим, - старый извращенец хочет снять какое-то порно. С чего вы взяли, что я соглашусь? - Ну что вы, мистер Кирк. Никакого порно, все вполне прилично. Итак, во-первых, - мужчина порылся во внутреннем кармане пиджака и достал оттуда чек, - я надеялся, что мне поможет вот это. Сумма действительно производила впечатление. - Во-вторых, - перед ним веером разложили фотографии, - вот это - остальные участники. Как видите, участие в съемках примут известные звезды, вы сможете пообщаться со своими кумирами на равных, этот фильм даст вам старт в карьере актера, разве это не захватывает дух? Взгляд Джима, миновав фото симпатичной девушки, парня с забавными кудряшками и кого-то в форме врача, упал на симпатичного неулыбчивого парня с заостренными ушами, выдающими в нем вулканца. - А это кто? - нарочито небрежно спросил он. - Это мистер Спок, играет роль первого помощника. Вы же будете играть капитана Энтерпрайза. - То есть, он будет мне подчиняться? – Джим облизал внезапно пересохшие губы и постарался отогнать непрошенные картины того, в чем еще этот красавчик сможет ему подчиниться. - Именно так, - не заметив возникшего напряжения, подтвердил собеседник. - И это не порно? - Да. - Но у нас с ним будет секс? - Нет. - Точно? - Да. - Вы уверены? - В фильме – точно нет. Я читал первоначальный вариант сценария. В жизни – вам придется уговорить его самому, тут ограничений нет. Джим прикинул варианты. Дома его ждало еще десять экзаменов по разным предметам, проблемы с матерью, ссоры с которой становились величиной постоянной, и еще целый ворох разнообразных проблем. Внезапно идея сняться в каком-то там фильме показалась весьма удачной. - А где будут проходить съемки? - Предварительно вы будете жить на корабле мистера Кокрейна, для первоначальной вычитки сценария. Затем будет построен корабль, точь-в-точь повторяющий Энтерпрайз, и вас перевезут туда. Там и будут проходить съемки. - Как вы вообще меня нашли? - Вы как-то раз пробовались для рекламы зубной пасты. Фотографии остались в базе данных. - Деньги, слава, инопланетянки любых мастей в моей постели… В чем подвох? - Нет никакого подвоха, - мужчина устало вздохнул, снял очки и принялся их протирать, - считай, ты выиграл в лотерею, парень.