Белые и пушистые

— Шесть штук, никого не потерял, — доложил Сенька, когда Макс вернулся, таща стопку коробок с пиццей. — Я пошел. — Куда? А пицца? — запротестовал Макс. — Не-не-не, у меня там сериалы, чай, куры, куча дел. Всё, Максик, держись, удачи тебе и хорошего настроения, как говорится. — Сеня! — взмолился Макс, неожиданно испугавшись. — Не бросай меня! — Ты справишься, я в тебя верю, — ответил Сенька. — Станет совсем тяжко — приходи за притчей. Он ободряюще похлопал Макса по плечу и ушел. Бомонд вел себя на удивление тихо, включая Мишку и Стрельцова. Все собрались в гостиной, зачем-то расстелив на полу одеяла. — Чё, тут спать будете? — удивился Макс. — Будем есть пиццу в постели, — пояснил Мишка. — В разных комнатах не так интересно. — И правда, — кивнул Макс, сгружая коробки на пол. — Так, чё тут у нас… С ананасами, с оливками, без оливок, с бананом, с грибами, с этими, как их там… Налетайте, короче. Народ не заставил себя ждать. Пока все разбирали пиццу, Джек не сводил взгляда с коробок, чуть наклонив голову и поставив торчком левое ухо. — Ему же можно? — спросил Стрельцов, и Юрка пожал плечами: — Немного. И без лука. Все тут же принялись выделять Джеку кусочки повкуснее. Степан умильно смотреть и выпрашивать не собирался. Он изящно пролавировал между коробок, подошел к Максу и вгрызся в кусок пиццы в его руке. — Ну эй! — воскликнул Макс. — Не эйкай, — мстительно сказал Мишка. — Он тебя от ожирения спасает. — А заодно и себя — от голодной смерти, угу, — фыркнул Макс, опуская руку, чтобы Степану было удобнее. — Кто вас всех так разбаловал-то? — Ты, — бодро отозвался Мишка. — Так чё, мы мстить-то будем? — Кому? — оживился Стрельцов. — Ну, у нас тут эта самая, типа вендетта, — начал Макс, беря себе новый кусок пиццы. — Короче, много-много лет назад, когда я еще был мелким пиздюком, ходила тут легенда… Будущие оскароносцы слушали с интересом, иногда забывая даже чавкать. Правда, сцену с вытаскиванием колючек из Мишки Максу пришлось вырезать, чтобы не нарваться на кровавую месть, но всё остальное он рассказал честно и подробно, вставляя в нужных местах метафоры и эпитеты. — Короче, этот блядский дед — дело чести, — заключил он. — Курдыш всем местным пацанам явно передал опыт, так что нам нужно что-то новое. — Можно надеть на швабру ботинок и понатыкать им следов на потолке, — предложил Стрельцов. — А можно вместо ботинка присобачить штемпель из картошки. Колька так Селёдке писюны на потолке рисовал, я помню. — Не, писюны — это, конечно, красиво, — согласился Макс, — но нам же их напугать надо… — Может, поймать голубя и придушить? — предложил один из Яровых. — И на крыльцо им. Мишка задохнулся от возмущения, Стрельцов в ужасе прикрыл рот рукой, а Юрка твердо сказал: — Мы не будем никого убивать. — Ну, может, сразу дохлого найти, — смягчился второй Яровой. — Сбитого машиной или там чё… — Никаких покойников, — объявил Макс. — Тут вам не этот ваш Стивен Кинг. Лучше уж хуи на потолке нарисовать… Только это самое, Мишань, как нам туда пролезть-то? — К Курдышу? Хуй знает… Может, ты к его бате напросишься в гости? — предложил Мишка. — А к остальным — не знаю… — И всё равно это не то, — задумчиво сказал Кудрявцев. — Надо же как-то это всё к легенде привязать… — Ну, дед Кузьма — мужик же, значит, писюн у него был, — рассудительно сказал Стрельцов. — Это не то, — повторил Кудрявцев. — Вот если бы у них на крыльце оказывалась каждое утро ветка этого шиповника… Можно начать с маленькой, а потом всё больше и больше. — Типа дед всё ближе, как гробик на колесиках, — радостно кивнул Макс. — Угу, а вдруг они решат, что это кто-то втюрился? — спросил Мишка. — Без цветка надо. Просто колючую ветку, — сказал Юрка. — Тогда не решат. — А вдруг, — упрямо сказал Мишка. — Ну ты же не подарил бы даме просто колючую ветку? — сказал Макс и охнул от удара под дых. — Ну эй, я же жру! — Значит, ветки, — сказал Юрка. — Миш, есть бумажка? Надо список набросать. Мишка сбегал за блокнотом, в котором они с Максом вели счет игры в крестики-нолики. Юрка пролистал до чистой страницы, записал пункт первый и спросил: — Что еще? — Так, этот самый. Мозговой штурм, — объявил Макс. — Просто перечисляйте любые подлянки, если чё подойдет, запишем. — Измазать зубной пастой, — хором предложили Яровые. — Обвязать всю мебель в комнате леской, а потом, когда они будут спать, дернуть, — сказал Кудрявцев, и Макс присвистнул: ничего себе, тихоня! — Напечатать их фотки типа фоторобота, ну, в фотошоп и контраст подогнать, потом написать, за что они разыскиваются, — предложил Стрельцов, старательно наглаживая Джеково пузо. — Дай угадаю, Колька так делал с Селёдкой? — спросил Макс. — Ага, — жизнерадостно согласился Стрельцов. — Она у него за каннибализм с особой жестокостью сидела и убежала за три дня до расстрела, помощь при поимке живой или мертвой — миллион рублей. — Хорошо, но не по теме, — вздохнул Мишка. — Можно сложить нитку зигзагом под простыню и потом потянуть. Будет казаться, что там насекомые, — сказал Юрка и добавил извиняющимся тоном, увидев отвращение на Мишкином лице: — Папа рассказывал, они так в общаге делали. — Записывай, — решительно сказал Макс. — Будут знать, как доёбываться. — О, я еще один фокус знаю, только нужна будет спонсорская поддержка, — сказал Стрельцов и глянул на Яровых.