Белые и пушистые

— Аннамский палочник! Стрельцов, блядь! — взревел Макс, выпутываясь из мешанины стульев. Женька вздрогнул, но тут же заставил себя собраться и как можно непринужденнее подпереть плечом стену коридора. — Чё ты это самое? — уже тише спросил Макс. — Чуть сердце из-за тебя не выскочило. Крадется он тут, затаившийся дракон, блядь. — Кто тебе виноват, что ты пугливый, как беременная нимфа, — тут же встрял Нестеров. — Чё орать-то? — Да вон чё, — сказал Макс, раскрывая дверь пошире и подсвечивая бардак фонариком. — Охуеть, — выдохнул Нестеров. — И не проснуться, — кивнул Макс. — Это они чё, нашу идею с леской подслушали? — подозрительно спросил Нестеров, разглядывая мешанину из мебели. — И чё тут столько стульев? — А хуй знает, — пожал плечами Макс. — Прикольная кровь, из кетчупа, что ли? Жень, ты-то чё приперся? Женька, уже понадеявшийся, что ему всё сойдет с рук, вздохнул и признался: — Предупредить хотел. — Так, стоп. Ты чё, знал? — спросил Макс. — Это ты им выболтал? — вспыхнул Нестеров. — Да чё? Нет, конечно! — возмутился Женька. — Чё я, совсем уже? — А откуда ты знал? — не отставал Макс. — Ну… — Женька принялся старательно колупать стену. — Это я устроил. — Я не понял, — сказал Макс. — Ты за них или за нас? — Так я для них же! — всплеснул руками Женька. — Ну, думал, они полезут, а тут вот. И испугаются. Он опустил голову, прекрасно понимая, чем всё кончится. Сейчас Макс позвонит Андрею, хулигана с позором отправят домой, а там будет ремень — и не будет собаки. — Ну а чё, так-то прикольно, — сказал вдруг Макс. — Страшно было. — Чё ты ломанулся-то туда, надо было всё оставить как есть, может, они реально полезли бы, — сказал Нестеров. — Так мы щас это, — не растерялся Макс. — Назад всё поставим, да, Жень? — В смысле? — переспросил Женька. — Ловушку устроим. Только надо же заранее всех своих предупредить, а то сунутся, мало ли. Слушай, у меня теперь вообще миллион охуенных идей, — воодушевленно сказал Макс. — Щас мы это самое, как дождь пройдет, цементную дуру из сарая вытащим, в лапы ей фонарь с датчиком, чтобы от движения загорался, поставим в самом темном углу, пусть охуеют, да? О, и еще леской растяжку сделаем, а там сверху каких-нибудь железяк гремучих, типа консервных банок, чтобы пиздец как громко. — Можно еще закатать голову в банку, — радостно подсказал Нестеров. — Ну, в обычную трехлитровую, у Маши возьмем. Там надо на бумажке распечатать фотку и затолкать, вообще натурально выходит. О! Деду в сарай ее подсунем, да? Женька только растерянно моргал, не поспевая за поворотом событий. В довершение всего в кармане требовательно зазвонил телефон. Женька малодушно решил не отвечать: позвонят и перестанут. — Чё там, опять Андрюха контролирует? — спросил Макс. — Скажи, что мы уже спать ложимся, и давай это самое. Нам еще леску заново перетягивать.