Гнездо Малиновки

***

      Прошло почти две недели. Изуку был почти уверен, что прошел, но нервы заставили его усомниться. Поэтому он делал то, что всегда делал в стрессовых ситуациях, — патрулировал.       Он, к сожалению, не смог наткнуться на Сотриголову за это время, но поймал почти в два раза больше преступников, чем обычно.       Сущий Мик, как и обещал, поговорил с ним после экзамена. Теперь он выступал в качестве гостя в своем радиошоу дважды в неделю — по пятницам и субботам. Изуку это очень понравилось, и в радиошоу его прозвали Ричардом (Ричи, как его называл Мик.), к большому замешательству Мика.       Эти двое прекрасно ладили и даже обменялись личными номерами. У него было разрешение называть его Ямада, конечно, вне радиостанции. Эти двое регулярно переписывались, и Изуку на удивление не считал странным дружить (По крайней мере, он был почти уверен, что они дружили.) с кем-то, кто может скоро стать или не стать его учителем.       Он не встречал никаких других учителей или героев за это время, но он все еще наслаждался временем, которое он проводил по вечерам, чтобы расслабиться. В те ночи он патрулировал после радиошоу до восхода солнца.       Сегодня вечером он нашел своего любимого героя сидящим на крыше. — Я искал тебя, Стёрка. — Он усмехнулся, когда увидел, что Герой удивленно дернулся. — Мидория. — Он кивнул в знак приветствия. — Таким образом, вы решили эту загадку. — Робин ухмыльнулся, подмигнув Герою. — Не так уж и сложно — твои движения были отработаны, и этот крюк для захвата был подарком. — Я не обязательно пытался спрятаться от тебя. Я упростил эту игру. — Он беззаботно положил руки за голову. — Знаешь, ты произвел впечатление на Незу. Это немалый подвиг. — Произвёл? Как? — Робин подумал, что, может быть, это было из-за его быстрых движений, а может, дело в роботе в конце? — Ты издеваешься надо мной. Ты взломал Нулевого. Безопасность и кодировка этой штуки не уступают правительственной. — Сотриголова недоверчиво взглянул на него. — Ой. Да, было бы быстрее, если бы мне разрешили взять мое обычное оборудование, но у меня с собой был только телефон, так что мне пришлось обойтись. — Быстрее… — повторил он. — Ты на самом деле проблемный ребенок. — Вы знаете, однажды я взломал Пентагон. — Он усмехнулся, когда Сотриголова подавился слюной. — Почему ты… знаешь что? Я не хочу знать. — Нет~. Чем меньше ты знаешь, тем в большей безопасности. — Робин ухмыльнулся. Однако он не упомянул, что взломал ЩИТ. Были ли они еще здесь? Он должен будет рассмотреть это позже. — Я ожидаю, что после начала семестра ты перестанешь патрулировать в одиночку. — Знаю, знаю… — Робин вздохнул. — Значит, Незу одобрил обучение? — Он сделал это при условии, что вы встретитесь с ним в какой-то момент в течение первой недели в школе. — Наступило затишье, когда они осмотрели окрестности в поисках неприятностей. — Кто тебя, черт возьми, тренировал, малыш? — Мой наставник… Он один из величайших героев, которых я когда-либо знал. — Робин мягко улыбнулся, глядя на горизонт. — Он научил меня всему, что я знаю…       Сотриголова ждал. Робин знал, что ему нужно имя, но, честно говоря… это имя будет узнаваемо — пусть и нечетко — даже сейчас. Отголоски его наставника доходили даже здесь, на триста лет в будущее. — Он ушел, сейчас. Давным-давно умер. — наконец сказал Робин, пытаясь не обращать внимания, как сердце болезненно сжалось, когда слова сорвались с его губ. — Мне жаль. Никогда не бывает легко потерять людей, о которых ты заботишься. — Может быть, однажды я расскажу тебе эту историю… может быть, даже его имя… но не сегодня. — Я буду здесь, когда ты будешь готов; до тех пор, пока твоё прошлое не вернётся и не доставит тебе проблем больше, чем ты сможешь выдержать. Если всплывет что-то из твоего прошлого, я ожидаю, что ты расскажешь мне, прежде чем кто-то подвергнется риску, в том числе и ты. — Сотриголова мягко взглянул на Робина, чтобы подчеркнуть его точку зрения. — Справедливо. — Робин усмехнулся. — Хотя шансы на то, что это произойдет, ничтожны. — пробормотал он. «Почему-то я сомневаюсь, что Джокер сможет пережить три века, безумный гений он или нет.»       Вечер прошел относительно спокойно, вероятно, из-за чрезмерной активности Робина в последнее время. Солнце начинало освещать горизонт, когда они расходились. — О, и поздравляю, малыш. Увидимся в моем классе в понедельник. — Сотриголова ухмыльнулся и сказал это не оборачиваясь.       И если он ухмыльнулся возбужденному возгласу Робина, никто этого не увидел.       К тому времени, когда Изуку проскользнул в окно своей спальни дома, он был измотан. Нервная энергия в сочетании с тем, что наконец- то получил ответ на поступление в UA, приравнивается к чрезвычайно уставшему линчевателю.

***

— И я думал, что тесты в нормальной средней школе действуют на нервы. По крайней мере, в Америке у них нет экзаменов для поступления в среднюю школу. — Он покачал головой.       Он знал, что его мать спит. Его отец, к счастью, уехал в командировку.       После того, как Изуку исчез в нежном возрасте девяти лет из-за несчастного случая с чужой Причудой, его мать запаниковала, позвонив его отцу домой. Конечно, Изуку снова появился всего через несколько дней. (По крайней мере, через несколько дней для всех остальных.) Но он так сильно изменился за эти «несколько дней», что его мать все больше беспокоилась.       Его отец, с другой стороны, надеялся, что Изуку наконец-то развил Причуду — он ошибался.       Но с тех пор он то и дело метался между попытками заставить проявиться несуществующую Причуду Изуку и просто жестоким обращением с ребенком. Его мать понятия не имела, а Хисаши ударил ее только тогда, когда напился.       В обмен на молчание Изуку о насилии, он будет держать руки подальше от Инко. И он угрожал убить Инко, если Изуку когда-нибудь скажет кому-нибудь прямо.       Случайные описки, которые можно было объяснить, были встречены «случайной» пьяной яростью на Инко, перед которой Хисаши «извинялся», когда был трезв, и она прощала его, потому что была слишком мила.       Его отец обещал, что умышленные промахи будут встречены смертью Инко и бесконечными страданиями Изуку. Будет ли это страдание означать новые побои или продажа его злодеям, еще неизвестно. В любом случае, его отец был дома всего неделю или около того, прежде чем уехать на несколько недель по делам.       Изуку не жаловался, когда мужчина исчез, хотя Инко казалась слегка разочарованной (Этот человек был блестящим актером.), она никогда не мешала ему уйти. Изуку был благодарен.       Так что он знал, что сможет спокойно отдохнуть еще несколько дней, прежде чем Хисаши вернется из указанной командировки.       Помня об этом, он позволил своим векам прикрыться и погрузился в странный сон, который смутно вспомнил после пробуждения. Что-то о Брюсе, Барбаре, Уолли и Альфреде, и по какой-то причине, Сотриголова и Сущий Мик тоже были там.

***

— Так. Я потерялся. — Изуку вздохнул, глядя на коридор, через который он был уверен, что проходил уже несколько раз.       Он услышал чей-то смешок позади него. Обернувшись, он обнаружил Снайпа — профессионального героя. Борясь с желанием стать маленьким, фанатичным… (Проехали. Хотя он не мог сдержать возбужденный блеск в глазах), он надулся. — Мо… Нехорошо смеяться над чьей-то бедой. — Извини, малыш — Снайп ухмыльнулся. — Ищешь 1-A? — Ага. Айзава-сенсей убьет меня, если я опоздаю. Ты знаешь где это? — Ой? Так ты и есть он. — Он ухмыльнулся. — Айзава предупреждал нас о тебе, Робин. — Он ткнул за спину большим пальцем. — Назад туда, два налево и направо. Лучше поторопитесь, через шесть минут прозвенит звонок. — Спасибо, Снайп-сенсей! — С этими словами Изуку помчался в направлении, указанном блондином. Через минуту он стоял перед очень большими и внушительными дверями класса 1-A. Не теряя времени, он тихонько толкнул дверь и проскользнул внутрь.       Не в первый раз поблагодарил за обучение. Оставаясь тихим и безмолвным, он не позволил классу его заметить. Хотя казалось, что все они были слишком увлечены, узнавая друг друга.       Там был тот синеволосый парень, который прервал речь Сущего Мика во время его выступления. То же самое было с Бакуго и той девушкой, с которой он познакомился незадолго до экзамена. Он тихо проскользнул на свое место — прямо за взрывоопасным блондином — и стал ждать. Он знал Айзаву. И этот мужчина непременно захочет произвести впечатление.       В конце концов… анонимность была идеальным способом проверить чей-то опыт, и когда вы выглядите как бродяга, который не спал месяц, это отличный повод увидеть, готовы ли люди обращать внимание на детали.       Вещи, которые Робин заметил, когда впервые увидел этого человека. Вещи, которые кричали, что этот человек был профессиональным героем, а не бродягой. Как острота его взгляда, суровость голоса, как каждое движение — каким бы ленивым оно ни казалось — сохраняло энергию и ничего не тратило зря.       Или, знаете, очевидные вещи, такие как его Оружие Захвата и нож, который он держал в левом ботинке.       Движение привлекло его внимание, и он обнаружил, что застрял в недолгом состязании взглядов с человеком, о котором только что думал. Хотя сказал, что учитель сейчас лежал на полу… в спальном мешке?       Он видел какое-то странное дерьмо. И он думает, это имеет смысл, но… зачем ему ползти сюда из Учительской комнаты в спальном мешке? Это кажется… излишне утомительным. Он приподнял бровь, чтобы передать эту мысль, на что Айзава закатил глаза и ждал, пока другие ученики заметят, что они больше не одни.       На это ушло восемь секунд. Изуку был в них сильно разочарован.       По-видимому, Айзава был таким же, когда мужчина начал читать нотации тем тоном, который говорил, что он действительно не хочет быть здесь, и сказал им всем переодеться в спортивную форму и встретиться с ним на поле.       Изуку усмехнулся. Годы в качестве линчевателя — особенно годы, которые он провел как Робин, сражаясь вместе с Бэтменом, — научили его, как измениться за секунды. В конце концов, время было драгоценно, и потратить даже одну минуту на переодевание или те десять секунд, за которые он мог теперь это сделать, было бы потерей пятидесяти секунд, которые могут стоить кому-то жизни.       Он знал это. Он видел, как это произошло. Так что, несмотря на то, что это была школа, и ничья жизнь не была поставлена ​​на карту, Изуку изменился и вышел на поле за тринадцать секунд ровно — выпрыгнув из окна и припарковав свой путь вниз по внешней стене UA, к большому шоку и трепету со стороны окружающих, горстки одноклассников, которые видели, как он это делает (Киришима и Каминари).       Он вышел на поле одновременно с Айзавой. — Проблемный ребенок. — Он приподнял бровь. — Что? Я не люблю тратить время зря. — Он скрестил руки. — Потраченное на переодевание время могло убить людей. Мой рекорд сейчас — десять секунд. Я работаю над этим. — Я впечатлен, что ты можешь сделать это так быстро. В наши дни это не тот навык, который есть у большинства Героев.  — Старые герои делали это все время. — Изуку вздохнул. — Это хороший навык. — Он остановился на мгновение. — Не обижайся на сегодняшнюю тему. Это оценочный тест на причуду. — Ой? — Изуку ухмыльнулся. — Тогда я приму это за вызов. Есть у меня причуда или нет, но я могу выстоять в бою. — Я не сомневаюсь в этом. В награду за то, что вы первый на поле, дам вам один намек — не паникуйте. — Изуку взглянул на озорную улыбку своего учителя и ответил на нее своей собственной. Он знал, что где-то там чувствовал родство — товарищ-шутник. (Просто, очевидно, шутник, любивший более тихие и тонкие шалости.)       Через несколько минут его одноклассники начали уходить. — Чувак, ты серьезно только что выпрыгнул из окна?! Это было так мужественно! — Киришима ухмыльнулся, хлопнув озадаченного Изуку по спине. — Э… спасибо? — Ты должен научить меня, как это делать! — Каминари усмехнулся. — Я уверен, что вы приобретете такие навыки во время наших занятий. — Он ответил, принимая расслабленную позу. — Двенадцать минут. — Айзава заговорил, как только последний человек присоединился к группе. — Это были двенадцать минут, которые злодей мог использовать, чтобы убить заложников. — Улыбки замерзли и погасли, пока студенты переваривали то, что он сказал. — Единственный человек, который, кажется, серьезно относится к этому, — Мидория. Я сказал то же самое раньше: время дорого, и вы не можете позволить себе его тратить. — Он вздохнул. — Помимо этого, сегодня у нас будет тест на оценку причуды. Итак, вы все должны быть знакомы с… — А как же церемония поступления? — спросила Урарака, и Изуку пришлось вздрогнуть. Она его прервала… — У тебя есть три года. Вот и все. Три года, чтобы узнать, как не умереть, защищая жизни окружающих вас людей. У нас нет времени тратить время на церемонию. UA гордится своим подходом к обучению в свободной форме. Это относится и к учителям. — Он послал девушке мягкий (по его мнению) взгляд, прежде чем продолжить. — Как я уже говорил, эти тесты будут теми же, что вы проводили всю свою жизнь. Прыжки в длину, бег на выносливость, броски мяча… Но на этот раз вам будет разрешено использовать свои причуды. — Звучит забавно! — Девушка с розовой кожей — Ашидо — усмехнулась.       Изуку почувствовал вспышку гнева. Они просто дети. Они понятия не имеют, что их там ждет. Он напомнил себе. Конечно, он чертовски весело патрулировал и сражался со злодеями, но он знал об опасностях этой профессии. Он много раз смотрел в лицо своей смерти и смотрел, как свет покидает глаза тех, кого он не смог защитить.       Он был подготовлен. Ему было весело, потому что это был его механизм выживания и его собственный жизненный выбор. Он вошел в эту профессию, прекрасно зная, во что ввязывается, и даже тогда чуть не умер. Эти дети воспитывались с верой в то, что это что-то вроде знаменитости, и это искренне вызывало у него отвращение.       Он стал героем, не ожидая благодарности или признания. Он сделал это, потому что не хотел, чтобы другие люди страдали. Он хотел помочь людям. Но в «эру причудливых» большинство детей делали это, потому что это было «круто». Потому что они хотели быть популярными или чувствовать себя важными, или потому что считали, что это быстрый путь к богатству.       Это была одна из причин, почему Старых Героев так уважали — они ничего не получали взамен и все равно становились невероятными героями. — Весело? — Глаза Айзавы стали резкими, и Изуку понял, что этот человек думал в том же духе. — Думаешь, это будет весело? Тогда все в порядке. Давайте кое-что добавим. Человек с наименьшим баллом по всем тестам будет считаться имеющим нулевой потенциал и исключен.       Студенты возмущались, насколько это несправедливо, потому что это был только первый день в школе. Изуку снова почувствовал вспышку гнева. — Жизнь несправедлива. Привыкайте к этому — рявкнул он, глядя на остальных. — Ты думаешь, злодеи сражаются честно? Вы думаете, что они позаботятся о том, чтобы это был ваш первый рабочий день, и не будут вас беспокоить? Мне очень жаль, но мир устроен не так. — Он усмехнулся и прикусил язык, удерживая себя от разглагольствования. Его одноклассники уже смотрели на него широко раскрытыми глазами. Некоторые из них просто покачали головами, отвергая его слова как слова ребенка с такой же неопытностью, как и они. — Он прав. — Заговорил Айзава. — Сделать это честно — задача героя. Воспользуйтесь преимуществами всего, что вас окружает, чтобы выровнять игровое поле. Анализируйте, адаптируйте, побеждайте. Плюс Ультра.       После этого класс довольно быстро встал в очередь, и хотя Изуку не разрешили использовать свое снаряжение, он все же чувствовал, что справляется намного лучше, чем некоторые из его других одноклассников. И он все равно выложился на полную.       По крайней мере, он гордился собой за то, что был лучше Яойорозу в испытании на выносливость. — Как, черт возьми, вам удалось это?! — Киришима разинул рот. — Она сделала чертов мотоцикл, с ума сойти! — У меня был жесткий наставник.       Даже Айзава не мог полностью скрыть свое недоверие к Изуку, который перегнал мотоцикл. Пш! Не она гонялась за злодеями по Готэму всю ночь. По сравнению с этим, опередить мотоцикл — проще простого!       Затем последнее испытание — бросок мяча. Изуку понял, что ему нужно, чтобы не забить худший для этого. (Который не доставил много проблем, принимая во внимание тот факт, что Ашидо расплавила половину мяча, и невидимая девушка успела получить несколько ниже среднего счет.)       Он стоял в кругу и на короткое время задумался, прежде чем ухмыльнуться. Он быстро снял туфли и носки и смастерил самодельную рогатку. — Что ты делаешь? — спросил один из студентов. Остальные выглядели так же сбитыми с толку. — Выравнивание игрового поля. — Изуку ухмыльнулся, прежде чем совершить очень отработанное движение. Как только он почувствовал пик удара, он выпустил мяч. С подходящей перевязью он мог бы бросить мяч примерно на 400 метров, но так как его мяч был в лучшем случае рудиментарным, он добрался только до 297. Тем не менее, все же лучше, чем многие другие дети.       Без особого пафоса он развязал носки и снова натянул их, прежде чем сменить обувь. — Э-это вообще разрешено, сенсей? — Кто-то спросил. — Я сказал, делай, что хочешь, пока не покидаешь круг. — заявил Айзава. Для кого-то еще он бы казался монотонным и покончил с этим днем, но Изуку мог слышать одобрение в его голосе. Он произвел на него впечатление. — ДЕКУ! — закричал Бакуго в ярости, когда он атаковал Изуку. Он просто стоял там, ожидая подходящего момента, чтобы увернуться, когда шарф Айзавы обернулся вокруг мальчика, его Причуда стерла взрывы, которые только что потрескивали на руках ребенка. — Перестань заставлять меня использовать причуду, это вызывает у меня серьезную сухость глаз. — Айзава зарычал, отводя отбивающегося блондина от другого ученика. — Я не потерплю распрей в моем классе. Сделаешь еще один такой трюк, и будут последствия. — пообещал Айзава, прежде чем отпустить причуду и удержаться. Бакуго стоял там, глядя на Изуку. — Ты думаешь, что лучше меня, да?!       Изуку проигнорировал его, отчего блондин зарычал, но его надвигающийся взрыв был прерван, когда Айзава продолжил оценку.       Прежде чем Изуку осознал это, они закончили, и Айзава показал результаты. Изуку был очень доволен, увидев, что он занимает твердую позицию на 10-м месте — прямо посередине. Человек внизу был невероятно низким мальчиком с фиолетовыми шариками вместо волос. Парень испустил развратную атмосферу, которая Изуку не понравилась. Он сделал мысленную заметку, чтобы на всякий случай присматривать за паршивцем вокруг девочек. — Хорошо, вот и результаты. — сказал Айзава, когда ребенок заплакал. — О, и никого не исключают. Это была просто логическая уловка, чтобы убедиться, что вы все сделали все возможное. — Улыбка мужчины откровенно пугала детей, но Изуку видел хуже в облике Робина. И ни у кого нет такой жуткой улыбки, как у Джокера. — Хей~! Мне так любопытно! В чем твоя причуда? Может быть, что-то вроде ловкости? Или усилитель интеллекта? — Ашидо усмехнулась, когда остальной класс наклонился, чтобы послушать. — Глупый Деку не имеет причуды. Он беспричудный. — Бакуго вмешался с неприятной ухмылкой. Ну и дела, спасибо, что по сути выгнал меня, придурок.       Конечно, Изуку все равно собирался сказать им сам, но тот факт, что Бакуго прямо сказал им, даже не учитывая позицию Изуку по этому вопросу, разозлил его. И, судя по выражению лица Айзавы, его учитель согласился с ним. — Чего?! Без причуды? Ни за что! — Некоторые из них кричали. Изуку собрался с силами, готовясь к негативной реакции, которая, как он знал, вот-вот должна была произойти. — Это так УДИВИТЕЛЬНО! — Киришима вскрикнул с ухмылкой.       Эм… что? Изуку тупо уставился на рыжевласого. — Тебе удалось попасть на Курс Героя без Причуды?! Чувак, ты потрясающий! — Каминари ухмыльнулся, Джиро кивнула вместе с ним. — Ты, должно быть, как-то обманул. Ребенок без Причуды не может попасть сюда. — Минета усмехнулся. «Ах… вот оно. Я волновался, что на минуту перешёл в другое измерение.»       Он расслабился от знакомой насмешки. — Эй, чувак! Это не круто! — Киришима впился взглядом. — Здесь все честно заработали свои позиции! — Иида сделал выговор более низкому однокласснику. — UA никогда бы не пустил неквалифицированных на Курс Героев! Говорить такие вещи оскорбительно и грубо! Немедленно извинись! — Все успокойтесь. — Айзава заговорил, прервав ответ Минеты, прежде чем он смог начать. — Уверяю вас, что есть ли у вас причуда или нет причуды, все здесь по какой-то причине. Если у вас возникла проблема с этим, будет множество контролируемых боевых ситуаций, в которых вы сможете решить проблему самостоятельно. Я не хочу ничего слышать о том, чтобы кто-то дразнил кого-то из-за того, какими они родились. Я не терплю издевательств в моем классе. — Он впился взглядом. — А теперь беги, тебе нужно добраться до класса.       Изуку остался после того, как класс перешел к изучению учебной программы. — Спасибо. Ты первый учитель, который действительно заступился за меня. — Я ожидаю, что ты дашь мне или другому учителю знать, если что-то такое случится снова. — Айзава вздохнул. — Ты слишком привык к этому. Не думай, что я не заметил, как ты расслабился после слов Минеты. — Честно говоря, я думал, что меня высадили в Сумеречной зоне или что-то в этом роде. — Изуку усмехнулся, прежде чем сообразить, что Айзава может не знать, что такое Сумеречная зона. У них действительно есть более современная переделка, не так ли? Думаю… Это вышло в 2345 году? Лет двадцать назад? — В любом случае, ты собирался кого-то исключить. Не думай, что я не слышал о тех трех классах, которые ты исключил. — Изуку сменил тему. — Есть потенциал. Тест не касался физических способностей, а чтобы оценить уровень решимости каждого ученика. — Он объяснил. — Я понял это. Нелогично проверять, как ученик контролирует свою причуду в первый день, особенно когда им по закону разрешено использовать свои причуды только дома или в специально отведенных местах для практики, что может быть дорогостоящим. Итак, логично, что вы искали что-то другое. Что-то необходимое, чтобы стать героем. Да, решительность и целеустремленность важны, но это можно проверить другими методами. — Он ухмыльнулся, когда посмотрел на Айзаву. — Нет, вы проверяли нашу смекалку. Когда шансы против нас, а ставки невероятно высоки, остановимся ли мы? Будем колебаться? Стесняться? Наше стремление сделать все возможное, чтобы выжить, когда наша спина упирается в стену… Это то, что у вас либо есть, либо нет. Этому нельзя научить. Этому нельзя научиться. — Малыш, твой разум поражает. Думаю, теперь я понимаю, почему Незу хочет поговорить с тобой на этой неделе. — Айзава ухмыльнулся. В то время как улыбка была бы кошмаром для его одноклассников, Изуку почувствовал, что ухмыляется в ответ. — Опыт — самый эффективный учитель жизни. — Но не самый безопасный. — Учитель вздохнул. — А теперь иди в класс, пока не опоздал. — Хай, сенсей~! — Изуку усмехнулся, перелезая через стену здания, чтобы проскользнуть в окно, ближайшее к его классу.       Конечно, настоящие занятия не начинались до следующего дня (В первый день просто выяснялось, где все находится и кто их учителя.), и Изуку с нетерпением ждал, какой будет школа.       Иида, Урарака, Киришима и Каминари ждали его у ворот после школы. Он удивленно моргнул. — Э… привет? — Привет, Мидория! — Каминари усмехнулся. — Мы хотели знать, не хочешь ли ты вместе прогуляться до вокзала! — П-почему? — Изуку склонил голову. — Потому что мы хотим подружиться, глупый~! — Урарака ухмыльнулась. — Так что ты сказал, Деку?       Изуку вздрогнул от этого прозвища. — Э… Деку не мое имя. Меня зовут Мидория Изуку. Бакуго называет меня Деку, называя бесполезным. — Извини! Я не знала. Но я просто подумала, что «Деку» звучит как «Декиру», как «ты можешь это сделать». — Насколько я ценю это, пожалуйста, не называй меня Деку. Это вызывает неприятные воспоминания. — Он поморщился. — Итак, чувак! Мы должны когда-нибудь потренироваться вместе~! У тебя лучшая выносливость в классе, и мне нужно знать твой секрет! — Киришима ухмыльнулся, как профессионал разрешив неловкую ситуацию.       По дороге домой они дружелюбно болтали, вскоре завязав крепкую дружбу. Четверо дали понять, что им наплевать на его отсутствие Причуды, и Изуку позаботился о том, чтобы они знали, как много это значит для него.       Как оказалось, у Киришимы и у него была одна и та же остановка поезда. — Эй, хочешь встретиться завтра на вокзале? Мы можем вместе ездить в школу! — Киришима ухмыльнулся. — Конечно! Хотя, наверное, я сяду на ранний поезд. — Нет проблем, чувак! Увидимся завтра! — Он ухмыльнулся и убежал, оставив Изуку улыбающимся ему вслед. — Мама, я дома! — позвал Изуку. — Добро пожаловать домой, милый. Как дела в школе? — Я… я нашел друзей, мам! — О, Изуку, я так рада за тебя! Сядь и расскажи мне о своем дне, пока я начинаю готовить ужин.       И он это сделал. Он взволнованно рассказывал о том, что его учителем был его любимый герой, Сотриголова, и что у него теперь есть четыре друга, которым все равно, что он беспричудный!       Если его мать плакала от счастья, слыша, как ее обычно тихий и сдержанный сын так оживленно рассказывает о своих первых друзьях с четырех лет, то он ничего не сказал.

***