зяблик пишет ласточке

я никогда не вернусь домой живым звучит лучше, чем я никогда не вернусь. по старым картам прокладываю путь: дым, прогалины, речки, гнусь. знаки "запретная зона" и "не влезай - убьет". а мне только и надо вот это вот. а время скалит щербатый рот, щурит неверный глаз: не вернешься - ну и пусть, ну и черт, проживем без вас. я никогда не вернусь домой живым, звучит как замятие кассетной пленки, как забродившее малиновое варенье, как дух сырости из деревенского погреба. звучит, как "мне нужно что-то сказать, но слов не хватает, закончился алфавит". ты выбираешь, но не выбираешь: пиф-паф, падай вниз, убит. звучит лучше, чем выглядит или кажется. со стороны ощущается как бесстрашие, изнутри как отсутствие веры. я никогда не вернусь домой живым, словно меня никогда и не было. интересно, тем детям стало страшно годы спустя, потому что мне не стало. будто лизнул на морозе железо, а меня так и оставили. "я никогда не" хорошая игра, если играть в нее не самому с собой, иначе игра быстро перестает быть игрой. шрам на коленке с детства тянет кожу, зашивали кривой иглой на живую, дезинфицировали спиртом только снаружи, было пять лет. от рождения, а словно по приговору. я никогда не вернусь домой живым. оказывается, никогда это очень скоро. земля мягкая и даже почти не холодная, если ткнуться в нее лицом, но всё-таки очень отличается от подушки. мне кажется, я не скучаю по слову дом, а еще потерял игрушки. стыдно взрослому впадать в детство, но лучше, чем в ярость или маразм. осознания: я никогда не всегда означает им будет лучше без нас.