Свет во тьме

***

Утром первым проснулся Анатолий, он повернулся в сторону и увидел, что Ира ещё спала. Сегодня у них был выходной, поэтому они позволили себе поспать намного подольше. Но лучи солнца, что так настойчиво пробирались сквозь шторы, попали в глаза женщины. И та зашевелилась, недовольно что-то пробурчала. — Доброе утро, — проговорил Анатолий, все ещё не оборачивался в её сторону. — Доброе, — недовольно прошептала Ирина. Она надеялась, что тот хотя бы ради приличия ляжет на диван. Она уже не надеялась, что тот соберёт свои вещи и покинет её квартиру. В конце концов, у него есть и своя. Павлова уже хотела встать, но мужская рука и грубый голос заставили её лечь снова. — Кто тебе разрешал вставать? — Толя отложил свой телефон и обратил внимание на женщину. Та приподняла бровь, не понимаю, что происходит и почему ей уже нельзя встать с собственной кровати в собственной квартире. — Почему это я не могу встать со своей кровати? — поинтересовалась она, а Толя приподнялся на локти и наклонился к ней. — Вообще-то это моя квартира. — Ирина Алексеевна, мне кажется, мы ещё не решили один вопрос. Важный, — четко прояснил Толя. Ирина, конечно, поняла. — Я не хочу пышное торжество, — проговорила Ирина, продолжая лежать и смотреть на мужчину снизу вверх. — Давай распишемся по-тихому. — Нет, — мужчина был категоричен. — Ты понимаешь, что на свадьбе будут не только важные для меня, но и для тебя люди. — Нет, ты меня не слышишь. И мое мнение тебя не волнует, — фыркнула Павлова. — Я не хочу такое торжество. Слышишь? — Нет, это ты меня не слышишь, — он взял подушку и слегка смял её, борясь с очередным приступом агрессии. А затем положил её обратно и посмотрел на женщину. — Сейчас можешь вставать. И собирайся. Мы поедем покупать тебе свадебное платье. Белое, шикарное платье. — Нет, ты меня не слышишь, — крикнула она мужчине, который уже скрылся в ванной комнате.

***

— Может все-таки? — попыталась убедить его Ира, когда они уже сидели в машине и ехали по пути к свадебному салону. — Ира, помолчи, немного, — мужчина прислонился к окну, прикрыл глаза. Его снова настигла головная боль, но под руками не было никаких таблеток. Так ещё и Ирина добивала его. — Опять голова разболелась? — спросила она, а затем открыла свою сумку. Она точно помнила, что где-то завалялись таблетки от головной боли. Она достала блистер с таблетками. — На, выпей, — протянула Анатолию таблетку. Тот посмотрел на неё и все-таки взял её. — Спасибо, — коротко поблагодарил её Толя. — Может ты обратишься уже к врачу? А то мне не нравится твоё состояние. — Я делаю так, как считаю нужным. Не лезь, — Анатолий был чужим, отстранненым, грубым. А Ира не понимала в чем причина — такого поведения мужчины. Почему она заслужила такого обращения к ней. Что она вообще ему сделала? То, что боролась за место, которое было для неё дорого. Ирина сдерживала эмоции, хотя понимала, что долго не продержится. Ей было больно, невыносимо больно, сердце разрывалось на части. Она отвернулась от мужчины и следила за дорогой. Всю дорогу они молчали, не проронив ни слова. — Приехали, — голос водителя вывел их из собственных мыслей.

***

Ирина уже мерила десятое платье. Но так и не смогла выбрать что-то стоящее. Да, и она считала, что в её возрасте надевать свадебное платье — было нелепо и смешно. — Мне не нравится, — выходя из примерочной в очередном платье проговорила Ирина. Толя, который сидел на диване, улыбнулся. Первый раз за несколько дней. Это было искренне, отчего и Ира не сдержалась и улыбнулась, стараясь не засмеяться. Платье было длинным, с небольшим шлейфом позади, с длинными руками, а в области груди было отделанно кружевами. — А мне нравится. Сидит великолепно, — проговорил Толя, оценивая платье. — И ты в нем красивая. — Да? — та оглянулась. — Как-то в моем возрасте надевать такие платье уж больно-то смешно. — Ну что берём? — Ну другого я же не нашла. Берём это, — глубокий вздох, а затем выдох. — Я тебя жду в машине. — Хорошо…

***

Уже на следующий день Ирина вышла на работу. — Добрый день, Ирина Алексеевна, — поздоровалась Нина. — Как вы? — Ой, Нина, так много всего изменилось за последние дни. Даже не знаю, что и сказать. — Не хотите рассказать. Может легче станет, — предложила Нина. В последнее время Нина стала для Иры в каком-то роде подругой. Она могла поделиться тем, чем нельзя было поделиться с другими. И Нина внимательно все выслушивала, а где-то могла дать дельный совет. — Да, Нин… Ты права… — задумалась Павлова, а стоит ли вообще об этом говорить? — Ты согласилась выйти замуж за него? — Дубровская была в шоке от услышанного. — Но как же… — Понимаешь, Нин. Другого выбора у меня нет. Да и я вроде как люблю его. — Любишь? — Да… — Стой, получается он вернул тебе должность из-за свадьбы? — Нина хотела убедиться в своих же догадках. — И это тоже послужило поводом. Но сейчас это вообще не главное. Меня напрягает то, что у него постоянные головные боли. И он столько таблеток от раз пьёт. — А к врачу? — Говорит, что пройдёт. Да, и не хочет показываться. Мне страшно за него, — голос дрогнул, она понимала, что с этим что-то надо делать, но как? — Может поговорить с Мариной, а то мало ли… — Да, ты права, Нин. Но теперь стоит вопрос в другом. Как убедить Толю пройти обследование. Он же не согласится. — Согласится, поверь. Ты поговори с ним, только аккуратно. — Сегодня вечером поговорю, а то мне тоже это не нравится. — Да, все будет хорошо.