Блудный сын: сборник

(pov Мартин) Двух отцов не бывает, Это же очевидно, Но он занял мой трон, Он отнял тебя. Все эти долгие годы Без тебя в одиночестве... Он, смеясь, отбирал тебя... Я уничтожу его! Мартин с волнением ожидал возвращения сына. Сумасшедший банкир был ниточкой, которая приведёт Малькольма к нему. Хирург был уверен, что его мальчик легко сложит два плюс два. А до тех пор ему просто снова нужно набраться терпения. - К вам посетитель! - мистер Дэвид предупреждающе взглянул на него. Мартин даже на секунду оскорбился. Он умеет себя вести с гостями! Тем более, что это, скорее всего, его сын. Его любимый мальчик. Так оно и оказалось. Но Малькольм был не один. - Посмотрите-ка, кто у нас тут, - Мартин расплылся в улыбке. Которая, впрочем, была только с виду дружелюбной. Уж на кого у Мартина Уитли была аллергия, так это на Гила Аройо - ведущего лейтенанта полиции Нью-Йорка. - Их двое. - Доктор Уитли, - тут же встрял Малькольм, расстраивая Мартина. Мало того, что защищает этого выскочку, так ещё и называет так...отчуждённо. Конечно, Мартин Уитли - доктор. Он - хирург высокой квалификации, но для Малькольма он, прежде всего, отец. Для чего искусственно создавать пропасть между ними? - Нет, - Аройо перебил Малькольма. - Нет, пусть скажет. - Скажет? - глаза Мартина загорелись. Разумеется, не от радости, а от ярости. - Хочу посмотреть, насколько хирург изменился за годы пребывания...здесь, - Гил фыркнул, оглядывая хоть и весьма комфортабельную, но всё же камеру осуждённого Мартина Уитли. "Я ему что цирковая обезьянка?" - Мартин рассвирепел, но вовремя поймал взгляд сына. Голубые озёра Малькольма были полны настороженности, а ещё готовности. Готовности прийти на помощь. Но не Мартину. "Вот оно как, - змеёй пригрелось на груди. - Он смотрит на него. Он слушает его. Он защищает его. Как отца." - Смотри, - Мартин улыбнулся ещё шире. Хотя слюна во рту уже, определённо, была ядовитой. - Наслаждайся, лейтенант. Мартин мельком перевёл взгляд на сына, чтобы увидеть, как тот заботливо ищет глазами своего наставника. Вся поза Малькольма, обращённая к Гилу Аройо, неосознанно была ведомой, подчиняющейся. Мартин через свои источники был наслышан о норовистом, непослушном, ужасном профессиональном характере сына, поэтому он никак не ожидал увидеть подобную картину. А ещё в присутствии лейтенанта Аройо Малькольм не искал одобрения отца. Он и...не нуждался в нём? Мартин повёл плечами, покрутил головой, зажимая свой гнев. Почему об этом молчали его источники? Почему он сам упустил это из внимания? - Я не могу, - Гил тем временем повернулся к Малькольму. - Я думал, что я смогу, но я не могу. Он невыносим. - Я знаю, - ответил Малькольм. И Мартин поморщился. Эти двое разговаривали так, будто его здесь нет. Смотрели друг другу в глаза. Понимали фразы друг друга с полуслова. Отвра-ти-те-льно. Мартина внутренне трясло. Но он продолжал хранить молчание, наблюдая. - Как ты его терпишь? - не унимался Гил. - Не то что бы у меня был выбор, - Малькольм застенчиво улыбнулся. Гил нахмурился и положил ладонь на его плечо. - Малькольм, выбор есть всегда, - серьёзно сказал лейтенант. - Не позволяй ему снова проникнуть в твою голову. И помни - я всегда рядом. - Спасибо, Гил, - Малькольм поддался вперёд, и на мгновение Мартину почудилось, что он собирается обнять старшего мужчину. Но, к счастью, этого не случилось. К счастью, для лейтенанта. Иначе, кто знает, чтобы тогда с ним сделал Мартин Уитли. - Ты не должен себя заставлять. Я сам с ним поговорю. Всё будет нормально, - Малькольм всё же тоже коснулся плеча Гила. Правда, совсем легонько, но и этого было достаточно, чтобы дьявольский огонь в Мартине Уитли вспыхнул вновь. - Ты уверен? - Гил сомневался. - Мы можем обойтись и без него. - Гил, - Малькольм закатил глаза. Будучи настолько расслабленным в общении с лейтенантом, что Мартин уже мог поджечься от запаха дыма. Этот вор. Это вор! - Хорошо-хорошо, - поднял ладони вверх Гил. - Но у тебя только пять минут. За ним закрылась дверь. Сын и отец остались вдвоём наедине. - Так ты что-нибудь о нём знаешь? - Малькольм только что закончил пересказывать суть их нового расследования. Как будто Мартину до него есть хоть какое-то дело. - Он твой бывший пациент, причём не такой давний. Ты консультировал его операцию, припоминаешь? - В тюрьме время тянется иначе, Малькольм, - Мартин улыбался, но горечь раздражала язык. Горечь от осознания, что сын занят кем-то другим. Что его мысли не крутятся вокруг Мартина Уитли денно и нощно. Что отец - не центр вселенной Малькольма, или же законное место Мартина как отца занял кто-то иной. И Мартин знал его имя. Гил Аройо!... - То есть, ты не помнишь? - откликнулся Малькольм с пренебрежением. - В таком случае, мне тут нечего делать. Прощайте, доктор Уитли. - Как часто? - заговорил Мартин, останавливая сына на полпути. Малькольм замер над ручкой двери. - Как долго? С каких пор он заменил тебе отца? Когда ты уволился из ФБР? Или когда бросил меня на мучительные десять лет? Или это случилось намного раньше? После ареста? В день ареста? Мартин говорил быстро, чётко. Слова лились стройным потоком без малейшего затруднения. - Что же ты молчишь, Малькольм? Плакался насчёт своей бессонницы, дрожи в руках, ныл о кошмарах, а сам в это же время нашёл себе другого отца? Ну пусть, он тогда тебя и лечит. Мартин знал, что пожалеет. Его ранимый, чувствительный мальчик плакал слишком легко. Расстраивался от всего. А Мартин не хотел, чтобы между ними выросло ещё больше стен. Однако, и смолчать он не мог. Игнорировать отца - одно, но заменять его вынужденное отсутствие кем-то другим... Тем более, это был тот, кто засадил его в клетку. Гил Аройо! - Я, может быть, и стал твоим разочарованием, но и ты становишься моим. - Мой мальчик, - добавил Мартин после паузы, уже привычно ласково. Но это не смягчило до этого сказанных им слов. Малькольм обернулся. В его невинных, кристально-голубых глазах стояли слёзы. Правая рука дрожала. - Снова тремор, мой мальчик? Снова? "Из-за меня?" Мартин бы солгал, если бы сказал, что это не доставляет ему некоторое удовольствие вопреки его преданной любви к сыну. - Я зря пришёл, - очень тихо произнёс Малькольм. "Нет, не зря. Но ты зря привёл его. Теперь я хочу его убить. И, может быть. Может быть, однажды я его убью." Мартин временно запер зверя и расслабленно растянул рот в широчайшей улыбке Чеширского кота, с доброй насмешкой смотря сыну в глаза. - Ну что ты, мой мальчик. Конечно, не зря. Я вспомнил его лицо. Мой пациент. Неугомонный банкир Бэн. Третья фотография в папке сверху. Это он. - Спасибо, - выдавил Малькольм и поспешил ретироваться. - Надеюсь, ты его не убьёшь? Он мне нравился! Хотя, что я? Я буду это только приветствовать, мой мальчик! Малькольм ни разу не оглянулся, но Мартин не был огорчён. Для него это был не конец, но ИХ начало. - Он сказал? - Гил заботливо осмотрел Малькольма с головы до ног. Тот слабо кивнул. - Он с тобой ничего не сделал? Ты плохо выглядишь. - Гил... - слабо начал Малькольм, но Аройо перебил его, заканчивая свою мысль. - Хуже, чем до того, как мы зашли к нему в камеру. - Всё нормально. - Нормально? - брови Гила взлетели вверх. - Тогда ты точно не в порядке. Хирург дурно на тебя влияет, Малькольм. - Это просто мой отец, - болезненно улыбнулся Малькольм. - Хорошо, - Гил не был убеждён, но дело о новом серийном убийце - возможном подражателе "хирурга" не терпело отлагательств. - Пока что. "Да, - мысленно согласился Малькольм. - Пока что."