Блудный сын: сборник

(pov Мартин) Мой сын, я простил тебя за эту ошибку, Ты меня сдал, но я прощаю тебя. Мне жаль только времени, что у нас отняли, Эта разлука огорчает меня. А ещё твои кризисы с надрывом, побегами, Ты мне отомстил, сын, значит, можно и я? Я устал прятать зверя - нет, я не монстр, Но я хочу показать всего себя, наконец-то, тебе. Мартин напевал. Он тщательно причёсывался, поправлял поднадоевшую больничную робу. Эх, рубашечку бы. Белую. Хотя, нет, лучше синюю. И не этот дешёвый хлопок, что на нём. А шёлк, дорогой шёлк. Но выбирать не приходилось. Перед едой надо бы прополоскать горло. Освежителя нет, здесь не курорт. Мартин потёр зубы пальцем, вроде блестят, да и палец не воняет. Понюхал подмышки. Запаха пота нет совсем, зато лекарственный дух в него въелся намертво. Ничего. Вот он выйдет. Когда он выйдет... Мартин надел улыбку Чеширского кота. - Мистер Дэвид, я готов! Надзиратель, давно уже нетерпеливо постукивающий по циферблату своих наручных часов, закатил глаза, но тем не менее послушно вкатил тележку. - И что у нас на обед? - Мартин потёр ладони. - Всё как всегда, доктор Уитли, - надзиратель не поддержал игру. - Всё как всегда. Улыбка Мартин чуть погасла, но вскоре вновь засияла. Треклятый пудинг в печёнках сидел, но на что ему воображение? Кроме того, питательно же. А ему нужны силы, чтобы выбраться отсюда. Мартин только поудобнее уселся, как закрывшаяся дверь камеры вновь открылась. - Мистер Дэвид, что такое? - удивился он, но его удивление превратилось в шок, когда, подняв глаза, он увидел перед собой Малькольма. - Доктор Уитли, - сын состроил кислую мину. - Обедаете? - Собираюсь, - сглотнул Мартин. - Хочешь? - он протянул своему мальчику пластиковую вилку. И на выразительный взгляд сына добавил. - У меня их две. - Обойдусь, - Малькольм заморгал. Внезапно Мартин почувствовал себя как на королевском приёме. Он поерзал на стуле, ощущая себя почти прежним. Малькольм с неловкостью примостился напротив, усевшись прямо на пол. "А мог бы позвать мистера Дэвида. Тот бы не отказал такому воспитанному юноше в лишнем стуле", - Мартин умилился. - Держи, - протянул он сыну вилку во второй раз. - Ты хочешь что-то спросить у меня, но я не стану разговаривать на пустой желудок. - Так ешь. Упрямый ребёнок. Мартин хмыкнул. - Я ем либо с кем-то, либо в одиночестве, Малькольм. Верно, ты забыл, и это простительно. Но тюрьма не изменила моих привычек. Малькольм осторожно принял вилку и неуклюже затыкал ею в пудинг. Овсянка с тыквой - та ещё мерзость. Мартин его отлично понимал. - Вкусно, - сын всё-таки попробовал кусочек. Счастья его лицо по этому поводу не выражало. Мартин незаметно усмехнулся в бороду. Мальчик, что никогда не мог скрыть своих чувств. - Наслаждайся, мой мальчик, - широкая улыбка уже непринуждённая. - Когда я наемся, я отвечу на все твои вопросы. Обещаю. Малькольм под пристальным взглядом отца взялся за вилку вновь. - Да, понял. Понял, - заворчал сын. - Ты не ешь один. - Именно, - Мартин ликовал. Вот тебе и рутинный план на обед. Реальность вдруг стала в разы лучше. - Именно так, мой мальчик. Никогда ещё неизменный пудинг в обед с понедельника по среду не был для Мартина Уитли так прекрасен. Чудесен на вкус. А, может быть, всё дело было в том, что в этот раз в него положили изюм. И весьма недурной.