крутые кроссовки.

- Ну вот и хорошо. Голос раздаётся по всей комнате, где один втыкающий парень смотрит вниз, тычась носком в паркет. Неожиданная тишина, которая разбавлялась каким-то бубнежом, отрывает его от очень важного занятия. Он смотрит на собирающихся коллег, половина из которых уже ушла на обеденный перерыв и с зевком спрашивает: - Закончили? - Да. А теперь приступай к работе, а то в одиночку не успеешь всё сделать. - Эй! – возмущается Тэхён, смотря на своего друга, складывающегося папочки в одну стопку. – Мин, ты совсем обалдел?! Как в одиночку? - А нечего в облаках летать на собраниях. И возразить нечего! Но, как бы просим прощения, у Ким Тэхёна кое-какая проблемка, появившаяся месяц назад. Живёт вот на два этажа ниже, горячо выглядит в костюме, который Ким увидел случайно, когда они пересеклись в лифте неделю назад. А ещё мужчина может смотреться на несколько лет младше, если прикрыть глаза волосами. Тэхён пробовал быстренько, по шутке получилось урвать своё. Выглядит очень мило, аж пищать хочется. Наощупь ещё круче, кстати. - Вот сам и разрабатывай эту детскую площадку, - завершает Юнги и забирает свой кофе, удаляясь из кабинета. - Да чёрт с ней, с этой площадкой… - бубнит себе в руку Тэхён, думая только о перерыве другого человека. «Интересно, у них он уже начался?» Он включает телефон и не видит никакого сообщения. Грустно вздыхает, мысленно давая подзатыльник своего здравому смыслу. Ну конечно, Чонгук же занятая креветка. А как вечером написать и позвать попить пива в круглосуточном магазине, так пожалуйста! Тэхён мог бы ещё весь перерыв так бурчать, если бы не звонок. Да ещё какой. - Ого, ты не спишь, – без всякого энтузиазма говорят на том проводе. Ким хотел бы провернуть колесо по комнате, но может кто-то увидеть. Да и звонки от Чонгука это тебе не то, что можно прерывать. Не каждодневная процедура, между прочим. - И тебе доброе утро. - Уже двенадцать, Тэхён, пора бы тебе установить режим сна. - Вот сам и устанавливай. – Флиртует он наверное ужасно, но Чонгук никак не критикует. У Кима нет времени на мысль, что мужчина уже давно привык и принимает такие жалкие подкаты почему-то теперь только от него. Бедная помощница где-то грустно вздыхает, когда Чон спрашивает: - Сам предложил. Свободен вечером? – слышно, как он выдвигает какие-то ящички и затем щёлкает ручкой. – Я раньше заканчиваю, подвезти? - Великолепно. Не придётся слушать от своего коллеги, что я скупой на проезд. Притворись таксисом. - О чём речь, хозяин. До куда едем? – быстро подключается Чонгук, изображая пусанский акцент. Тэхён вот теперь знает, что он из Пусана, обломись та подозрительная соседка из тридцать пятой. Он не следил, просто знает. - До дома, а потом мне надо будет посидеть на площадке. Чонгук молчит, пока Ким встаёт и разминает шею, что затекла от лежачего положения. Он смотрит в трубку, не понимая тишины и зовёт соседа, который шёпотом интересуется: - Ты что… достиг кризиса среднего возраста быстрее меня? - Да ты обалдел, идиот! – кричит Тэхён и сдерживает смех, представляя, а что бы он сказал на такую просьбу от Чона. – Мне нужно придумать что-нибудь для проекта детской площадки, остряк престарелый. - Ценю наши клички. – Говорит мужчина как-то спокойно, будто расслабляясь от разговора и молчит несколько секунд. – Что за проект? Опять один делаешь, потому что уснул? - Да как ты..! Неправда. Мне их дают одному из-за моей профессиональности. - Тэхён, засыпать на совещаниях - не профессионализм. - Всё, до вечера! Тэхён лыбится, как идиот, смотря на сброшенный вызов «Чон-пятый этаж». Чонгук тогда обалдел от такого посреднического ника и возмутился, мол: «У меня ты хотя бы Ким Тэхён - седьмой этаж записан». Вот встретятся и точно переименует. Он и пароль знает. Потому что его и нет. Просто палец Чонгука возьмите и приставьте для разблокировки, он и не скажет ничего. Тэхёну точно не говорил. Только сказал, чтоб руки мыл и не пачкал его бедный чистый экран. Об этом Тэхёну тоже отчего думается по-другому. Ему разрешено. Но вот он не знает, а какой Чон с другими. Немного не хочется видеть, честно говоря. А вдруг ему вообще меньше всего дозволено? А знать, что ты особенный для такого мужчины, как Чон Чонгук, очень приятно и будоражит. Пусть и окажется неправдой, но чувство приятное. А пока он ждёт вечера, чтобы вновь увидеться с тем, чьи телефон и волосы он может трогать без спросу.

***

На улице становится жарко с каждым днём. Тэхён даже снимает свой белый кардиган, несмотря на вечернюю прохладу. Приближается июнь. Как и машина, что подъезжает к воротам его офиса, когда они с Мином начинают расходиться. - Такси вызывали? – серьёзно спрашивает Чон, смотря на улыбающегося Тэхёна. - Уже иду. – Машет рукой, прося подождать, - Ну я пошёл, Юнги. Скажи потом на какой ветке круче ехать. - Гадёныш. Этот самый гадёныш садится около Чонгука и пытается не взорваться прямо сейчас. Успевает уже по дороге, когда они отъезжают на другую улицу. Чон краем глаза смотрит на него и надеется, что не врежется. Ким Тэхён, сидящим рядом с тобой, на чьё лицо так гладко ложится свет от садящего солнца, смеётся так заразительно, не оставляя ни единого шанса на нормальное сердцебиение Чонгука. Его волосы всегда были чёрными, тот говорил, что ни разу их не красил, во что очень сложно поверить, но сейчас в свете лучей они кажутся намного светлее и Чонгук не знает, как ему нравится больше. Когда у Тэхёна тёмные волосы? Когда у Тэхёна светлые волосы? Когда Тэхён просит заехать в магазинчик и купить энергетик, иначе он уснёт один прямо на лавочке площадки и все примут за пьяницу? Правда с одним Чон не согласен. В смысле один? - В смысле один? – не выдерживает своих мыслей он, всё-таки спрашивает, заворачивая в их двор. - Потому что мне нужно сосредоточиться на горках и качелях.. чтобы спроектировать площадку, мне нужно стать площадкой.. Они останавливаются так удачно сразу после этой фразы и мужчина выгибает бровь, смотря на строящего умный вид Тэхёна. Сдаётся быстрее, чем двигатель перестаёт работать. - Ладно! Перегнул с артистизмом, – говорит Тэ, хлопая дверью машины и шмыгает носом, - просто это наверное странно? Зачем мне тебя звать с собой сидеть на площадке? Ты же… - Конечно же соглашусь. – Говорят сразу же, а Тэхён не знает, благодарить уже сейчас или поломаться и сделать вид, что не вовсе не хотел и не был расстроен, что не получится подольше побыть вместе с Чоном. Он как раз-таки сейчас и обходит машину, хмуря по странному брови и подходит впритык к Тэхёну. Прикладывает руку ко лбу и Тэ думается, а сердце через лоб не ощущается? Видимо не особо. Там по-прежнему измеряется только температура и когда Тэхён это понимает, то уже поздно. Чонгук недовольно цокает и достаёт с места, где сидел сосед кардиган, который тот совершенно случайно забыл. Может и не случайно, а чтоб всякие не садились. Без понятия, как это поможет при защите своей территории, которая вовсе и не его, но это всё, что он может сделать. Но эту вещь уже накидывают на его плечи. Чонгук совсем не удивлён, что она была там. Тэхён забывчивый и порой забывает свои вещи где попало. Ему не трудно оставлять их у себя, мешают что-ли? Мешает сейчас только ещё не полностью заметная температура младшего, который собрался сидеть на лавочке ночь напролёт. - Давай лучше завтра посидишь? - Я сегодня хотел. – Грустно делится больной, смотря печальными глазами на Чонгука. Почти получается. - Нет, давай лучше завтра. – Блокирует машину и треплет по волосам не зная, какой оказывает эффект. – А сегодня хочешь я приду, и ты опять включишь тот тупой фильм? - Который я тоже смотрел три дня? Давай! – воодушевленно соглашается Тэхён. Прекрасно понимает, что вряд ли радуется так сильно фильму. Скорее, видеть Чонгука у себя дома потихоньку становится привычкой. Плохой, но очень притягательной. И то, почему он не задаётся вопросом «Зачем ему это нужно? Он же устаёт на работе» даёт Чонгуку без зазрения совести довольствоваться зрелищем, которое он видит в который раз. Тэхён в домашнем виде оказывается тот ещё, как там называют, кинк? Или может не так. Кинк же что-то в сексуальном подтексте? А вот когда смотришь на домашнего Тэхёна , это вызывает только щемящее чувство в груди и в кончиках пальцев, которые так и желают пригладить пушистые после фена волосы и потрогать новую пижаму. Их так много, что Чонгук почти завидует. - Итак… Этой я ставлю три с половиной, потому что похожа на ту, в которую ты был на фильме-ужастике. Тот ещё, с очень мутной тёткой, которую возбуждали мальчики вроде тебя. - Я оскорблён. – Выносит свой вердикт младший, скрещивает руки и упрямо смотрит только на экран, где уже идут какие-то начальные титры. - Ну ладно, не три с половиной. – Прикрывает один глаз, оценивая по новой, - четвёрка? Тэхён пытается не заржать с такого взрослого мужика, пытающегося дать правильную оценку пижаме. Только вот мимо. - Я не про это, но бонусный балл заработал. – Наполовину довольно отвечает Тэ и смотрит как-то неуверенно, немного даже с обидой, которую думает спрятать за шуткой. – Почему это если возбуждают такие как я, так мутная?! И снова упирается взглядом только в экран. Он сидит на диване в позе лотоса, игнорируя прогнувшееся около него место и пытается даже не дышать. Что больше пугает? Что проигнорируют или ответят правдой? Той, где Тэхён для Чона как младший братик и бла-бла-бла. - Тэхён. - Смотри, началась самая скучная часть! Он замолкает, когда в нос бьёт до боли знакомый и уже полюбившийся запах. - Она мутная, потому что она – не я. Тэхён оборачивается, смотрит со страхом неправильно понять. А Чонгук уже так близко сидит, тоже в штанах, в которых всегда приходит к нему, так близко-близко, не то, что около бёдер, около сердца. Тянется своими пальцами до тэхёновых волос, убирая с лица и сглатывает. - Ты очень красивый, знаешь? Слишком, что аж сердце щемит, а я слишком стар для таких угроз сердечно-сосудистой системе. – Тэхён бы посмеялся, если бы так завороженно не смотрел в чужие глаза и не видел впервые неуверенность? Или же наоборот? Уверенность во всём, что говорит. – У тебя такие тёплые и мягкие волосы, улыбка, щёки, которые я вижу каждый раз и в последнее время борюсь с желанием зацеловать. – Вздыхает, оглядывая сверху вниз, – руки. Руки у тебя такие красивые, а эти кольца… Ты говорил, что они для тебя важные и что сам себе их покупал и не снимаешь никогда. И в тот вечер я хотел тоже купить какое-нибудь. Может, браслетик? Ты их тоже часто носишь. Вместе со словами движутся и его пальцы, скользя по запястью на правой руке, где у Тэхёна красуются два ниточных браслета. Пробираются до колец, очерчивая уже их. Ким с трепетом смотрит на их руки, которые Чонгук в конце концов переплетает, сжимая несильно и поднимает взгляд на него. - Нравится так держаться, понимаешь? Очень. Однажды, когда мы добегали до моей машины под дождём, ты ухватился за меня, случайно наверное, но я как придурок малолетний смотрел на неё весь вечер. У тебя рука тогда была холодная и мне понравилось. Сейчас она безумно горячая, а я всё ещё хочу её согреть или самому согреться. Просто нравится. Ты тоже, Тэхён, просто нравишься. Очень сильно, что я.. Очень сильно, что не заметил, как младший начал приближаться ещё на слове «придурок» и накрывает своими губами чужие. Покрывается мурашками, когда его заторможено облепляют руками, вдавливая в себя и Тэхён перелезает на колени, удобно разместившись. Трётся своей задницей, когда кусают за нижнюю и запускает свободную руку в волосы, зачёсывая назад чёлку. Правая всё ещё в захвате руки, которую Чон не отпускает даже тогда, когда Тэхён заваливает его на спину, седлая бёдра. Только прерывает поцелуй, смотрит расфокусированным взглядом и облизывает губы, по которым Тэхён проводит пальцем. Легонько кусают и он тихо посмеивается, называя Чона собакой, на что тот только показательно облизывает чужие пальцы. - Собака, значит. – Тянет он, не отрывая глаз от сидящего улыбающегося чуда. – Хорошо. Буду преданным псом. - Ещё одно такое заявление и мне придётся перестать следить за той соседкой с третьего. – Чонгуку не до неё точно. Он гуляет руками под пижамной майкой холодными руками, отчего Тэ невольно выгибается. - Что за соседка с третьего? - Которой ты улыбнулся на две недели назад и как кобель пожелал доброго утра. А я видел, больше ты ни с кем из соседей не разговариваешь. - Ну почему. – Грозно смотрят в ответ, - ты не учёл ещё одну квартиру. Я одному соседу не только доброго утра желаю, но и по утрам иногда желаю. Тэхён заливается краской, отпихивая руки из-под майки и тычется носом в ключицы, несильно кусая. Чувствует мерное поглаживание уже сквозь ткань и едва скрывает довольное мурчание внутри: - Извращенец. - Кто бы говорил. – Совершенно без обиды на такую открытую ревность говорит Чон, испытывая если только не блаженство. Не сказать, что и сам не приглянулся сегодня к тому подозрительному коллеге Мину. - Ты с темы не съезжай. Что за соседка то? - Да кто знает. Может это было в тот день, когда ты меня впервые к себе позвал. Мне потом мой заместитель сказал, что я раздражающе счастливо выгляжу. Этого оказывается достаточно, чтобы успокоить тонкую натуру Тэхёна и снова подняться поцелуями от шеи до губ, которые давно изогнуты в улыбке. Он не так бодр даже для какой-нибудь дрочки, поэтому останавливается на последних нескольких чмоках, после которых чувствует приятную усталость во всём теле и голове. Кто бы знал, что не пойти на площадку сегодня была просто потрясающая идея. - Ты хочешь спать? – совсем тихо спрашивает Чонгук, не переставая водить руками по спине вверх-вниз. Прилип и не оттащишь в ближайшие пару часов. Потому и хочется буквально ликовать, когда слышит сонливое: - Лежи тут. Завтра у тебя выходной, так что я тебя забил на них. – Зевает и скользит руками под тело, обнимая крепкую спину. – Еда, кстати, на тебе. - Ну это понятно. У тебя в холодильнике я смогу найти только свои же продукты. Тэхёну даже не хочется вынимать руки из-под тепла и он решает толкнуть ногой по ступне. Вообще не больно, но Чонгук умеет поддержать спектакль без зрителей. - О нет, ты отдавил мне ногу. Ну всё, завтра всё делаешь ты. - Нет, – улыбаясь, отвечает младший и жмётся щекой к груди. - Да. – Целует напоследок в тёмную макушку и прикрывает глаза. Чонгук хочет спать. И всё, что у него теперь есть и не собирается отпускать – кажется таким прекрасным сном после трудного дня без него.