Объединение Миров

      Хогвартс — ужасно шумное место, по мнению Гердера. Вечно снующие куда-то ученики, кричащие и хлопающие крыльями по утрам в большом зале совы, некоторые учителя, не менее шумные, чем дети… К концу дня голова просто гудела от такого обилия звуков вокруг. Но иначе воспринимать окружающий мир он не мог. Первый год в школе был, пожалуй, самым сложным для Гердера из-за его слепоты. Постоянно слышать смешки за спиной, каждый раз когда он врезался в кого-то и во что-то или потому что он ходил, вытянув руки вперёд, было невыносимо, и мальчик злился. Потом он, конечно, научился передвигаться по замку, но воспоминания и лёгкая обида остались. Фридрих безмерно благодарен профессору Флитвику, который помогал и продолжает помогать с освоением заклинаний и просто был хорошим человеком; благодарен сломанным часам Альберта, ведь если бы не этот случай, они бы не подружились. До этого года мальчик общался только со старшим Мориарти, единожды поговорил с Уильямом и был вынужден просить кого-нибудь из одноклассников прочесть ему нужную главу учебника, всё-таки постоянно просить о помощи Флитвика было бы наглостью. И его это, в общем-то, устраивало. Но в этом году на Когтевран поступила странная девчонка по имени Луна Лавгуд, и с самого первого дня она крутилась рядом и задавала самые разные вопросы.       Однажды Гердер пришёл в библиотеку, чтобы просто посидеть в тишине, но странная девочка нашла его и здесь. Она просто вышла из-за стеллажа и меланхолично, и как бы нараспев выдала: «Я понимаю тебя, Фридрих фон Гердер, тебя тоже считают странным, я это знаю. Ты думаешь, что со всем свыкся, но тебе очень одиноко».       С этого дня они общались всё время. Гердер больше не просил одноклассников читать ему учебники, это делала Луна в своей немного рассеянной манере, а потом рассказывала про какие-то невероятные истории о которых её отец пишет в собственном журнале «Придира». Гердер мало что понимал, но внимательно слушал.       От Луны он вообще узнавал большую часть школьных новостей, правда, эти самые новости обсуждались довольно редко, потому что подруга не считала их чем-то важным. Как и в случае с кровавой надписью на стене. Луна, как бы невзначай, упомянула об этом, словно, в Хогвартсе каждый день кто-то занимался настенной каллиграфией, причём кровью. Так и после окаменения первокурсника Колина Криви… Луна куда чаще говорила, что её однокурсница Джинни Уизли из Гриффиндора, с которым у них часто совместные уроки, последнее время сама не своя. Гердеру оставалось только гадать, почему подруга так считает, потому что она вряд ли знала Джинни Уизли до Хогвартса, да и общалась только с самим Гердером. Поэтому мальчик остановился на том, что Луна просто хорошо чувствует людей.       Сегодня, подруга максимально скучающим голосом сказала, что в школе будет организован Дуэльный клуб, первое собрание которого будет сегодня в восемь часов вечера в Большом зале, и приходить могут все желающие.       От сочетания «Дуэльный клуб» стало не по себе. Фридрих слышал от отца, работавшего в Отделе Магического Правопорядка, о таком явлении, но оно имело негативный, и даже противозаконный характер. Так назывались тайные сборища, где волшебники бились друг с другом на потеху зрителям. Подобные вещи, вероятно, есть и в мире маглов, просто должны назваться иначе.       — О чём ты думаешь, Гердер? — Луна прерывает свой рассказ об очередной бесовщине из «Придиры».       — О Дуэльном клубе, — честно отвечает Фридрих и зевает, ему ужасно хочется спать, но первым уроком Зельеварение. Будь то история магии, он бы тихо вздремнул за партой, Бинсу абсолютно всё равно, он читает лекции себе под нос, словно для себя, а не для класса, а вот Снейп за такое и выговор сделает, и баллы отнимет, и отработку влепит, уж где-где, а в наказаниях для него все равны. Гердер, вообще, не любит зелья, потому что многое там определяется визуально: «Готовое зелье должно иметь такой-то цвет, пар должен завиваться такими-то спиралями, и так далее», здесь уже не попросишь одноклассников помочь — они своими зельями занимаются, поэтому Гердер обычно пытается определить готовность на слух, а ингредиенты на ощупь или запах, и если с ингредиентами получается, то с зельями только в половине случаев, среди всех третьекурсников чаще всего что-то взрывается именно в котле Гердера, — Не понимаю, как это может быть в школе, они же незаконны.       Весь день Гердер думал о Дуэльном клубе, он вряд ли смог бы сказать, что именно его так взволновало, но он чувствовал, что ничем хорошим это не обернëтся. После урока заклинаний профессор Флитвик спросил мальчика всё ли с ним в порядке, потому что ученик на редкость невнимательно слушал. В конце концов Гердер не удержался и спросил, что это за Дуэльный клуб и как он будет организован. Флитвик успокоил мальчика, объяснив, что клуб создан для обучения и тренировки практических навыков колдовства для самозащиты, но посоветовал на сегодняшнем занятии быть внимательнее и осторожнее, потому что вести будут профессор Снейп и профессор Локонс.       В этот момент Гердер совсем перестал сомневаться, в том, что что-то пойдёт не так.       В восемь вечера ученики собрались в Большом зале, где было непривычно просторно, вероятно, столы убрали. Скорее всего где-то были сооружены подмостки или что-то похожее, для показательной дуэли. Гердер затерялся в шумящей толпе.       «Интересно, кто будет тренером? — взволнованно спрашивает какая-то девочка, — Надеюсь, профессор Флитвик, говорят, в молодости он был мастером дуэлей!»       Гердер лишь тихо хмыкает и тут же печально вздыхает, видимо, только он знает, кто будет вести занятия клуба. Он и сам бы очень хотел, чтобы обучал их профессор заклинаний или профессор МакГонагалл, но увы.       На подмостки всходит, почти что вскакивает, профессор Локонс, за ним хмуро шагает Снейп. Гердер научился различать учителей по походке, и всегда знает, кто идёт рядом по коридору, ещё до того, как они скажут что-нибудь, правда, нужно время, чтобы привыкнуть к новому преподавателю по Защите, но на это уходит пара месяцев.       Локонс взмахнул рукой, требуя тишины. — Подойдите поближе! Ещё! Меня всем видно? Всем слышно? Прекрасно! Профессор Дамблдор одобрил мое предложение создать в школе Дуэльный клуб. Посещая клуб, вы научитесь защищать себя, если вдруг потребуют обстоятельства. А мой жизненный опыт подсказывает — такие обстоятельства не редкость. Читайте об этом в моих книгах. Ассистировать мне будет профессор Снейп — вещал Локонс с улыбкой на губах, уже в этом сомневаться не приходилось. — Он немного разбирается в дуэлях, как он сам говорит, и любезно согласился помочь мне. Сейчас мы вам продемонстрируем, как дуэлянты дерутся на волшебных палочках. О, не беспокойтесь, мои юные друзья, я верну вам профессора зельеварения в целости и сохранности.       — Вот было бы круто, если бы они поубивали друг друга! — шепчет какой-то мальчик.       «Действительно, было бы забавно, — думает Гердер, — Но, скорее, Снейп превратит Локонса в горстку пепла»       — Обратите внимание, как держат палочки в такой позиции! — объявил Локонс.       Вероятно, дуэлянты приготовилсь к показательному поединку.       Гердер всерьëз задумался вернуться в комнату и выспаться хотя бы сегодня, какой толк от него здесь, если он ничего не увидит? Но зачем-то же он пришёл… Только вот, неясно зачем? Явно, не ради зрелища, просто какое-то чувство, которое зовëтся интуицией подсказывало, что что-то случится, и что он должен быть здесь. Остаётся только ждать.       — Экспеллиармус! — восклицает Снейп, и слышится грохот — оказалось, что Локонса отбросило к стене.       — Отличный посыл! — довольно произнёс Локонс. — Профессор Снейп применил заклинание Разоружения, и, как видите, я лишился моего оружия. Благодарю вас, мисс Браун! Без палочки я как без рук. Браво, профессор Снейп, браво! Вы уж простите меня, проще простого было бы разгадать ваш замысел и отразить удар. Но ученикам очень полезно увидеть… — Локонс на мгновение замолчал — На этом показательная часть окончена. Перейдем непосредственно к учебной тренировке. Сейчас я разобью вас на пары.       Гердера поставили напротив какого-то мальчишки, который тут же возмутился: «Как я с ним буду сражаться?»       — Обыкновенно, — с раздражëнным вздохом отвечает Гердер.       — Что? — оппонент, видимо говорил себе под нос и думал, что его не услышат.       — Я говорю, колдуй, как колдовал бы против кого-нибудь другого, — повторил Гердер.       — Но ты же…       — Ты меня недооцениваешь.       — Ладно…       «Начали!» — раздался вопль Локонса. Оппонент вздыхает. Гердер крепче сжимает палочку и прислушивается. Откуда-то слева донëсся свист, и Гердеру пришлось отклониться, наверное чьë-то заклятие промазало.       — Экспеллиармус! — восклицает оппонент, видимо решив опробовать новое заклинание.       — Протего! — Гердер применяет щитовые чары. Но ничего не происходит. Не слышно удара заклятия о щит…       — Ай-ай-ай, — доносятся причитания оппонента и тут же переходят в ругань, — Глупая бесполезная идиотка, что мне с тобой делать?       До Гердера не сразу доходит, что это адресовано волшебной палочке, которая как-то неверно воспроизвела заклинание. Этот мальчишка стал звучать немного тише, видимо отбросило его самого.       Гердер осторожно, стараясь не попадать под летящие во все стороны заклинания, подходит к оппоненту.       — Что с твоей палочкой? Позволь изучить.       В ответ молчание.       — Я просто хочу понять, что не так. Мальчишка неуверенно кладёт свою палочку в руку Фридриха.       — Когда мы с Гарри летели в школу на машине, палочка сломалась на пополам, и я…       — У тебя пудинг вместо мозгов? — почти утверждает Гердер, чувствуя под пальцами скотч.       — Чего?! - собеседник уже готов возмутиться.       — Того! Каким дураком надо быть, чтобы склеить волшебную палочку скотчем! Даже если соединить две части, магическая связь между деревом и сердцевиной уже нарушена, и палочка не будет работать должным образом! Так ещё и окружающих подвергаешь опасности, и самого себя!       — Что делать-то?       — Лучше и проще всего новую купить, — Гердер продолжает изучать палочку.       — Как тебя зовут?       — Рон Уизли.       — Ты, кажется, второкурсник, да?       — Ну, да… Зачем ты спрашиваешь?       — Палочка не принадлежит тебе, — внезапно резюмирует Гердер.       — Что? Как ты узнал?!       — Она используется куда больше двух лет, иначе она не могла бы так износиться.       — Ты прав, это старая палочка моего брата Чарли.       — Ты знаешь, что у каждого волшебника должна быть своя собственная палочка. Это не то, что можно передать или подарить, и уж тем более, не то, что можно склеить скотчем!       — Приглашаю двух добровольцев! — Восклицает Локонс, — Уизли, Гендер, не хотите ли попробовать? — профессор оказался прямо за спиной Фридриха.       — Неудачная мысль, профессор Локонс, — подошел Снейп, — Палочка Уизли отвечает катастрофой на самое простое заклинание, а мистер Гердер…       На это Фридрих только закатил глаза под повязкой.       — …Я бы предложил Малфоя и Поттера, — коварно усмехнулся Снейп.       Гердер надеялся, что сломанная палочка Рона — единственное, что может пойти не так, но о вражде Гриффиндора и Слизерина, а особенно Гарри Поттера и Драко Малфоя слышали все. И Фридрих чувствовал, что ничем хорошим это не закончится.       — Вот и отлично! — восклицает Локонс.       Ученики, толкаясь, расступились, освобождая пространство для дуэлянтов. Пару минут шëпот толпы перемежался с восклицаниями Локонса. И вот, наконец…       — Раз… Два… Три!       — Серпенсортиа! — раздался звук выстрела, что-то шлëпнулось на землю. Те кто стоял ближе всех к дуэлянтам отпрянули, заставив остальных сделать шаг назад, кто-то закричал. Гердер услышал шипение змеи.       — Стойте смирно, Поттер, — с наигранным добродушием произнес Снейп. — Я еë сейчас уберу.       — Нет уж, позвольте, я! — вмешался Локонс.       Но змея не исчезла, Гердер снова услышал удар о землю и злобное шипение, и испуганный вздох какого-то мальчика. Потом снова шипение, но уже какое-то другое, более чëткое, и с интонацией.       — Устроил тут представление! — воскликнул мальчик и, судя по торопливым шагам, пулей выскочил из зала.       Вокруг все зашептались, Гердер стоял в непонимании. Нужно найти кого-то, кто объяснит ему, что произошло.       Слева от себя он услышал знакомый голос.       Альберт! Вот кто всё объяснит!       Фридрих пробрался к старосте Слизерина и коснулся его плеча.       — Альберт, не мог бы ты объяснить, что произошло?       — Если вкратце, то Драко наколдовал змею, Локонс решил её убрать, но только разозлил, и змея едва не напала на ученика. Но Гарри неожиданно остановил её…       — И что такого?       — … На змеином языке.