Можешь опустить свои дубинки, стручковый перец

Никто не знает, когда впервые появился Шут. Виджиланты не редкость, конечно, не в таком большом городе. Но их всегда ловят в течение нескольких дней после появления. По правде говоря, никто не помнит, когда появился Шут. Или, по крайней мере, ничьи истории не совпадают. Некоторые говорят, что два года назад он раскрыл подпольную сеть бизнеса, арестовав всех лидеров, вооружившись только ножом и своим остроумием. Некоторые считают, что он появился всего шесть месяцев назад, когда остановил крупное ограбление банка в центре города. По другим данным, он всегда сторожил улицы Лманберга, выжидая в тени, пока он не понадобится. Шут всегда был рядом. Однако, несмотря на его непоколебимое присутствие, о нем никто ничего не знал. Он говорил постоянно, отпускал шутки и постоянно падал на пол. Несмотря на его бесконечные речи и монологи, он никогда не издавал ни звука, оружие летало в воздухе без предупреждения, пистолеты заглушались глушителями; сам он словно растворялся в воздухе. Любой, кто когда-либо видел его, видел его только на мгновение. Его фотографии были редкостью, он, как известно, ломал камеры и любую другую электронику, которая могла бы запечатлеть его присутствие. Но на трех известных его фотографиях он представляет собой пятно из красной кожи, джинсов и голубых глаз, которые контрастируют с темной маской, которую он носит на нижней половине лица. Шут действует в тени, никогда не появляясь при дневном свете. Тайна его личности преследует Общество Героев, СМИ, кажется, хвалят его, а мирные люди любят его. Но это не значит, что его действия правильны. Десять лучших героев хранят в себе длинный список всех оскорблений, которые Шут имеет против него. Ходят слухи, что на нем более сотни отметок, некоторые из которых граничат с военными преступлениями. В средствах массовой информации ходят разговоры о том, что правительство запросило целевую группу из своих лучших героев, чтобы уничтожить его. Фил — один из таких героев. Занимая третье место в официальном списке десяти лучших героев города, он возглавляет указанную оперативную группу. Его коллеги, Уилбур и Техноблейд, должны были ему помочь. Если бы они могли прекратить ссоры на достаточно долгое время, чтобы работать вместе, то есть. — Послушай, абсолютный шут, — отрезал Уилбур, — шут заставил нас всех выглядеть кучкой дураков, он практически танцует чечетку на всех наших работах! Техно приподнял бровь. — Танцы чечетки? Уилбур бесшумно плюхается обратно на свое место, его глаза пробегают по обширной карте города. Фил усмехается, ставя перед собой кружку дымящегося кофе. — Вы смотрите на эту карту уже пять дней, Уил, — говорит он, — он еще не рассказал вам секреты линчевателя, не так ли? Уилбур стонет и кладет голову на стол. Техно откидывается на спинку стула. — Давайте будем честными, Фил, ты правда думаешь, что мы его поймаем? — Вы двое входите в первую десятку героев, как и я, — Фил убирает прядь светлых волос с глаз, — я думаю, что если кто-то способен его поймать, то мы. Техно пожимает плечами. — Может быть, но Дрим — номер один, и он может продолжать свою обычную работу. Уилбур садится. — Ты вообще хочешь поймать этого парня, Техно? Кажется, я не знаю, он тебе немного нравится, а? — Я никогда этого не говорил, — невозмутимо отвечает Техно. Он снова пожимает плечами: — Но я скажу, что его работа непростая, особенно с учетом того, что он должен контрабандой ввозить все это оружие в страну и получать аналитику, чтобы определить, в каких частях города самый высокий уровень преступности. Это похоже на то, как в голове Уилбура загорается лампочка, когда он вскакивает со своего места, проливая кофе на свою помятую рубашку, когда он бежит к доске в дальнем конце зала заседаний. Фил озабоченно наблюдает. — Уил? Уилбур крепко сжимает в руке красный маркер, когда пишет на доске. — Вот и все, Техно, ты взломал. Два других героя переглядываются. Уилбур разворачивается, с растрепанными и необузданными волосами, когда он жестом указывает на эти грязные слова. Фил отмечает темные круги под глазами. — Откуда он берет эту информацию? Он не может патрулировать улицы, собирать оружие и исследовать криминальную аналитику! — Он работает не один. Должен быть по крайней мере еще один человек, помогающий ему, — говорит Фил, и его осенило. Уилбур с энтузиазмом кивает, опуская маркер на серебряный поднос. Глаза Техно просматривают красные слова, которые Уилбур написал в спешке. Кто участвовал? *** — Это Стингер, свяжется с Шутом. Обессиленный подросток плюхается на свое место. У него болит спина, а глаза расплываются после того, как он смотрел на эту стену экранов много времени. Красный световой индикатор на его экране выключился десять минут назад, что могло указывать на множество вещей. Большинство из них были сценариями, в которых линчеватель просто баловался с ним, но некоторые вызывали беспокойство. Он щелкает по экранам и лениво печатает на клавиатуре. Он сдувает длинные пряди каштановых волос с глаз, прежде чем наклониться к микрофону перед ним. — Это Стингер, выясняется у Шута. Нет ответа. Он чувствует, как его пульс учащается, когда он с тревогой перемещает курсор по тысячам вкладок. Если линчеватель попался… — Шут, это уже не смешно. Ничего такого. Мальчик сутулится над своей клавиатурой, пальцы летают над буквами, когда он пытается перезапустить трекер. На экране перед ним прыгают тысячи ящиков отключения. Он хлопает рукой по столу, стуча по пустым чашкам и грязной посуде, разбросанными по площади. Еще одна попытка. Он снова наклоняется к микрофону, его голос дрожит от беспокойства и раздражения. — Шут, это Стингер, проверяет, — он сухо сглатывает, — отвечай, или я больше не буду готовить для тебя ужин. Дребезжит входная дверь. Рука брюнета летит к его левому ящику, срывая его, когда он хватает пистолет внутри и направляет его в свою дверь, а другой рукой все еще с тревогой щелкает язычками. Шаги в коридоре, ведущие к его комнате, говорят ему, чтобы он держал палец на спусковом крючке. Дверь распахивается, и прежде, чем он успевает среагировать, высокая фигура уже вырвала оружие из его руки и засунула его в пустую кобуру сбоку. — Таббо! Мой друг! Он медленно поворачивает голову. В дверном проеме, в желтом свете коридора, очерчивающем его тощий силуэт, был линчеватель, с которым он пытался связаться последние пятнадцать минут. Его джинсы совсем не те темно-синие, какими были, когда он уезжал несколько часов назад. — Тебе лучше найти очень хорошее объяснение того, почему ты выключил трекер и не ответил на мои сообщения, Томми. Линдсей сдувается. Таббо мычит и протягивает руку, а Томми передает пистолет хакеру. Он открывает ящик, бросает его и захлопывает, прежде чем полностью переключить свое внимание на неприятности в своей комнате. Его маска свободно свисает с одного уха. Туббо протягивает руку и забрасывает кусок ткани в корзину для белья. — Итак, скажите мне, — говорит он, сложив руки на груди, — что случилось, что заставило вас выключить устройство слежения? Почему ты проигнорировал мои попытки установить контакт? Томми опускает голову. — Я пытался… — бормочет он до конца предложения. Туббо хмурится. — Томми, ты же знаешь, я не слышу, говори. Томми стонет, проводя руками по лицу. — Я пытался поговорить с девушкой! Туббо нахмурился еще больше. — Позвольте мне уточнить это. Вы пошли на опасную миссию в Slevir в лабиринте с явными заказами держать устройство слежения и динамик на все время, и вы повернули оба off- поговорить с девушкой? Томми морщится. — Ну, я не очень их отключил… Он смущенно потирает рукой затылок, а другой копается в кармане джинсов. Он появляется в сжатом кулаке перед тем, как открыть, чтобы представить разрушенную электронику. — Ваш крик начал воздействовать меня и устройство слежения было так неудобно в моей обуви! Таббо смотрит на черные и серебряные монеты, прежде чем его взгляд поднимается к испуганным глазам Томми. — У тебя есть три секунды, чтобы начать бег. — Ага, — кивает Томми. Он выбрасывает разбитые осколки в ближайший мусорный бак, прежде чем побежать по коридору. Дверь Таббо захлопывается, когда Томми снова сворачивает к входной двери, бросая свою красную кожаную куртку на диван и схватив с крючка серую толстовку с капюшоном. Он наслаждается холодным воздухом на лице, взбираясь по перилам своего многоквартирного дома. Он улыбается, когда его ботинки ударяются о крышу. Он сидит на выступе, с которого открывается вид на город, позволяя ногам находиться прямо над приоткрытыми окнами на этаже под ним. Солнце давно село, и герои патрулировали. Он мог видеть темные очертания крылатых героев в ночном небе, когда улицы были активны, а другие ходили по тротуарам и закоулкам. — Привет, Томми. Томми закатывает глаза и оборачивается. Парень из соседнего дома стоит позади него, нервно теребя руки в кармане толстовки. Ледяной ветерок развевает его длинные волосы, окрашенные в разрез, по его лицу. Томми снова поворачивается к открывшемуся перед ним зрелищу. — Привет, — коротко говорит он. — Не возражаешь, если я сяду? Томми указывает на место рядом с собой. — Спрыгивайте, пока вы это делаете, — бормочет он. — Это что? — спрашивает мальчик, плюхаясь на землю. Он сглатывает, глядя через край. — Ничего такого. Чего ты хочешь, Ранбу? Парень кивает, глядя на огни города, когда ветер усиливается, зачесывая волосы за уши. Ранбу пытается приручить его, нежно похлопывая по бокам. Томми раздраженно вздыхает и протягивает мальчику резину для волос с его запястья. Ранбу удивленно смотрит на него. — Да ладно, просто возьми это уже! — огрызается Томми. Ранбу подпрыгивает, вырывая браслет из пальцев Томми, и начинает собирать его волосы в руки. Он искоса смотрит на Томми, стягивая волосы в небольшой хвост на затылке. — Зачем тебе резинки для волос? — Я считаю, что вежливо нужно сказать спасибо. Ранбу бормочет. — Конечно, извините, спасибо. Томми кивает. Двое подростков сидят в долгом молчании, только звуки далеких сирен внизу прерывают их, прежде чем Томми наклоняется и снова заговаривает. — Я храню эти резинки для волос для Туббо, — говорит он, — его волосы стали достаточно длинными, чтобы закрывать глаза, и, если он не видит, он не может выполнять свою работу должным образом. — Это мило. Томми фыркает. — Нет, это не так. Мне нужно, чтобы он делал свою работу. Ранбу медленно кивает, снова глядя на город. — Кстати о работе, — говорит Томми, — хорошая работа над этим техническим пикапом. Ранбу смотрит на него сияющими красными и зелеными глазами. — Спасибо! Это было изрядно нервозно, эти ребята были такими большими… Томми кивает, складывая руки на груди. — Да, хотя они и есть кучка кисок. Как прошло интервью? — Я не знаю, — признается Ранбу, — думаю, неплохо, учитывая, что я получил работу. Томми усмехается. Он бьет старшего мальчика по руке и смеется. — Как раз об этом я и говорю! Хорошая работа, здоровяк. Ранбу робко потирает рукой затылок. Томми некоторое время наблюдает за ним, прежде чем подняться с уступа и встать рядом с другим мальчиком. — Хорошо, у нас впереди новая миссия. Ранбу кивает. — Думаешь, все пройдет хорошо? Томми ухмыляется. — Это всегда хорошо, здоровяк. Ранбу улыбается. — Я знаю. — Увидимся, Ранбу. — Увидимся. С этими словами линчеватель подходит к перилам, по которым он взобрался, прежде чем салютовать Ранбу двумя пальцами и перепрыгнуть через край. Ранбу снова поворачивается к городу перед ним, слабая улыбка расползается по его лицу, когда маленькие пурпурные частицы плавают в воздухе вокруг него. Его соседи были такими крутыми.