Ты похож на Филиппа Бедросовича

      Мычащее "бля" послышалось в особняке Кирилла Гречкина, а точнее, его отца. Последнего на данный момент не было дома: он уехал в командировку. Сын хозяина дома лежал, как не может лежать ни одно полено, на полу. Ещё восемь часов назад он умудрился поглотить рекордное количество алкоголя, так что неудивительно, что сейчас его преследовала бесячая головная боль. Глаза только начали открываться, и он только осознавал, что происходит вокруг. -А, блять Нараспев выматерился на всю комнату Кириллушка. Сонным нефокусирующимся взглядом он окинул бардак вокруг: на стене виднелось красное пятно, которое образовалось от бутылки дорогого вина, которое его будущий муж кинул в стену. Будущий муж. Точно. Кирилл резко обернулся и увидел, как на его итальянской двухместной кровати блаженно спал его благоверный: Куроро Люцифер. "Да, конечно, папаша. Спасибо за такую подлянку. Как всё пришло именно к этому?"

Неделя назад. В доме у Гречкиных

Кирилл шёл к отцу в кабинет на втором этаже. Он позвал его зачем-то. Похоже, чтобы обсудить что-то важное, потому обыкновенно обсуждают поведение сына, и в зависимости от тяжести его поступков, они обсуждали или между делом, или в гостиной, или где-нибудь ещё. Кирилл пытался вспомнить, что конкретно он натворил. "Может быть, дело в том, что мы с пацанами пошли захуяривать бутылками соседскую собаку? Нет, собаку оттащили, и все закончилось без травм. Нет, скорее всего, дело в моём стиле вождения. Штрафов, видите ли, слишком много. А тебе что так сложно оплатить?" Гречкин шёл неспеша и рассуждал, почему отец его вызвал. Зайдя в кабинет, он увидел своего отца, сидящего за рабочим столом перед ноутбуком. Подняв глаза на вошедшего сына, он жестом предложил сесть ему на диван. И начал. -Почему ты заставляешь меня ждать? -А тебе что сложно, что ли? Ты итак бесконечно сидишь. -А ну-ка не огрызайся! -отец неожиданно поднял голос. -Ладно-ладно, чего звал-то? -оскалил свою неповторимую улыбку Кириллка. Отец тяжело вздохнул, прикрыл глаза, потёр переносицу и сказал: -Сын, я устал терпеть твои выходки. Это происходит из раза в раз: ты творишь неподдающуюся описанию анархию, тратишь деньги, а я разбираюсь с последствиями. Я думал это пройдет, когда ты вырастишь, но не тут-то было. Мне жаль, но ты неприспособлен к жизни самостоятельно. Это ещё полбеды, но ты пытаешься откусить руку, которая тебя кормит. Ты лезешь в мою работу, портишь отношения с бизнес-партнерами. Ты сплошной убыток. Сердце отцовское не позволяет мне тебя выкинуть на улицу без ничего. У меня есть компромисс: ты поможешь мне заключить один контракт с одной крайне влиятельной дамой. Она может кардинально изменить наше положение. -В каком это смысле? -Скажу так: я утрою свое состояние, если всё пройдёт гладко. В общих чертах, она причастна к производству легендарных сырков. Однажды она вложила деньги в маленькое семейное предприятие своей подруги, и тут же пошли деньги и успех... Сырки - это золотая жила. -И что ты хочешь чтобы я сделал? Заделал ей ребёнка? -Гречкин-младший усмехнулся при мысли, что ему нужно будет общаться с какой-то пожилой леди и радовать её своим общением. -А ну-ка, заткнись! Как меня уже достали твои дебильные шутки. Все, что тебе нужно сделать, это выйти замуж за... -Вообще-то, жениться, если ты не знал. -Не перебивай. Я сказал все правильно. Ты должен выйти замуж за сына этой женщины. Первые несколько секунд Гречкин охуевал от услышанного. Нахальная улыбка медленно слезала с лица. Если он все правильно услышал, из него хотят сделать петушка. Сосательного петушка. -Бать, а ты ничего ещё не хочешь? I fuck your bullshit, I fuck за такой расклад. Иди лесом, проще говоря. Совсем охуел. Юморист. Гречкин-младший направился к двери, желая прокатиться на Ламборгини в какое-нибудь казино. Или ещё куда-нибудь и просто забыть об этом нелепом разговоре. -А ну-ка быстро сядь, -совершенно спокойно сказал Всеволод. -Ещё чего. Всё. Нет. Хочешь выставить из дома, рискни. Я уехал. -Ты никуда не пойдёшь. Ключи от твоей Ламборгини я спрятал, а твоя карта заблокирована. Я знал, что ты так среагируешь, так что я все сделал заранее. Быстро сядь на диван. "Ебучий комбинатор. Мне теперь слушать его бредни?", -думал Кириллка, но все же согласился присесть. -Этот брак будет только на бумаге. По закону нашей страны такое невозможно, но в одном районе России это всё же легально. Это республика Хантер-ха-Хантер. Уникальный район. -И что, что на бумаге? Это значит, что чисто формально я пидор, но в жизни я нормальный. Я так буду объяснять это, да? Отец, ты что детей в киосках набираешь, чтобы ими так разбрасываться? Кирюша смотрел на отца, как на конченного человека. Ему явно пытались втереть какую-то дичь. -Да успокойся ты! Ты можешь просто об этом никому не говорить. Зато я смогу гарантировать свою преданность новому бизнесу. Выдавая тебя за него замуж, я как бы клянусь своим сыном, что не кину её на деньги, вопреки нашей цыганской крови. После продолжительного размышления о плюсах и минусах данной авантюры, после размышления длиною в пять минут, несчастный сказал: -Ах, ладно! Но только если это реальный профит, как ты говоришь. -Спасибо, сынок.

***

Встречу с "той дамой" и её сыном была назначена на послезавтра. До этого момента Гречкин вёл свой обыкновенный образ жизни: где-то выпил, где-то погонял на спорткаре, где-то встретился с друзьями. Им он естественно ничего не сказал о планах отца на него. Если подумать, то значит ли это, что его отдают в заложники? Он думал о том, почему же он всё-таки согласился на это: благодарность отцу? Желание заработать? Чувство вины? Скорее потому что чувствовал, что нужно обеспечить себе безопасность. В конце концов, откажись он, и он был бы не на улице, а без денег и машины. Что может быть хуже? Отец прав: он не может себя обеспечивать, хотя он и имел образование, но это только потому что отец платил преподавателям, чтобы они его тянули дальше. В конце концов, ему не будет нужно общаться с этим маменькиным сынком, так что штамп в документах значит для него ничего. У него никогда не было девушки, которую он хотел бы видеть в качестве жены. Не проблема, если он не может ни на ком жениться. День встречи всё приближался. Ему было интересно увидеть человека, оказавшегося в таком же положении, как и он. Спать он с ним не будет, но, может быть, получиться завести друга. За час до этого знаменательного момента отец заставил одеться в костюм. Кириллу это явно не пришлось по душе: он даже на линейки в школе не носил что-то, напоминающее форму. Встреча должна была состояться в особняке Гречкиных в зале для встреч. Спускаясь вниз, Гречкин напрягал всё, чтобы выглядеть максимально пафосно и показать, что продажа в рабство его никак не заботит. Он зашёл в просторный зал с длинным столом, высокими потолками и шикарной люстрой. Такие залы иногда показывают в фильмах. За столом в центре сидела мадам, чем-то поможая на матушку Готель и Круэллу одновременно. Если посмотреть на неё отстранёно от декораций, её можно было принять за состоявшуюся аристократку. "Ну ебать. Я полагаю, это битва моего пафосного поведения и её. Мы, что, все пытаемся делать вид, что ничего подозрительного не происходит?" Рядом с дамой, справа от неё сидел высокий черноволосый юноша. Он не отставал от матери в манере поведения: он сидел прямо, в идеальном черном пиджаке. Деталь, которая несколько выбивалась, это его повязка на лбу. Он пытался казаться более неформальным, но что-то пошло не так? Этот пацан явно не из круга общения Кирюши. Отец Гречкина сидел слева от мадам и выглядел несколько раздраженным. Скорее всего тем, что его сын явился последним, да ещё и идёт, как самый настоящий гопник с Выхино. На столе лежали бумаги. Кириллка сел возле отца и сразу же словил на себе взгляды всех за столом. Он решил это никак не комментировать. Увидев, что пришел финальный участник мероприятия, матушка Готель первая начала диалог и с вежливой улыбкой сказала: -Здравствуй, Кирилл. Мы как раз обсуждали, когда ты появишься. Позволь представить моего сына: Куроро Люцифер. Лютик, а это Кирилл Гречкин: твой будущий партнёр. Пацан поднял на мажорика глаза, черные и чем-то похожие на кукольные и посмотрел оценивающим взглядом. Лицо Гречкина-сына в это время так и говорила: "Какой же ты несчастный эмо бой. Может тебе ещё и слезинку пустить?" Он несдержался, и выдавил из себя пренебрежительное "фе", скривив лицо в гримасе отвращения. Люцифер ответил ему убийственным взглядом. А тем временем матушка Готель, упорно не замечая, что происходит между молодыми людьми, и продолжала с широкой приветливой улыбкой: -Меня зовут Пелагея Германовна Каневская. А это, - она протянула бумагу с большим количеством букв в сторону Гречкина-сына, -Все, что тебе и Лютику нужно знать о своих обязательствах -Мамаша, я же могу вас так называть, а можно без этого? Неожиданно лицо дамы переменилось с приветливой улыбки на зловещий взгляд из ада. -Ты меня никак не будешь называть, потому что, я надеюсь, мы больше не встретимся. В зале повисла тяжёлая тишина. Батя упорно измерял взглядом окружающее пространство до этого момента. Вдруг он всё же встрепенулся и сказал: -Мне кажется, молодёжи лучше обсудить всё между собой. А мы пока разберемся со своими бумагами. Скорее всего, он боялся, что детишки сейчас будут пиздиться. А может даже и не только детишки. А может и и не может. Так или иначе, он подвинул ещё ближе документы сыну и сказал, чтобы тот сам договорился с новоприбывшим. Недовольно фыркнув, сынка-корзинка собрал то, что ему дали и направился на выход, к личному саду. Люцик понял, что звать его никто не будет, встал сам и поспешил на выход, вслед за "супругом". Гречкин даже не обернулся. Родители проводили их взглядом. Когда сладкая парочка ушла, Всеволод наконец выдохнул спокойно и вернулся к привычныму состоянию: -Ну, а теперь, касательно процентов от прибыли...

***

"В этом есть и плюсы: теперь я научусь вести серьезные дела. Посмотрим, что здесь сложного. А если задуматься, то как мы будем это обсуждать? Чего вообще от меня хотят?" Греча шел, рассуждая. Он дошел до беседки в саду. Тут удобнее всего заниматься обсуждениями. Тут спокойно, вокруг зелень, тенёк... Неожиданно возник эмо бой из-за спины. Вопрос озадачил: -Итак, кто из нас будет читать? Гречка задумывался... Он неожиданно вспомнил, что читает он, дай Бог, по слогам. Раз они собираются читать что-то на заумном, он скорее всего не знает некоторых слов. Это его опечалило. Как так вышло, что отец платил учителям за то, чтобы его тащили даже в начальной школе? Ну и ладно, зато он считать умеет. -Чего молчишь? Ладно, давай я. -Читай сам, делай что хочешь, но здесь. Вернусь через час, максимум - через три. "Да ну в хуй все это. Пускай сам разбирается. Мы все равно встретимся ещё пару раз и всё. Зачем мне тратить на это время?" -Прости, пожалуйста, но тебе не кажется, что поручать изучение документов, напрямую касающихся тебя, другим безответственно? Ты же понимаешь, что не зная, что здесь написано, ты можешь быть весьма стеснен в возможностях в будущем? Кириллка встал. С одной стороны, этот пацан говорил верные вещи, но с другой стороны, кто он такой, чтобы указывать ему? Гречкину это совсем не нравилось. Он демонстративно развернулся и с наездом произнес: -А ты чё самый умный? Провокационный вопрос не смутил Куроро. -Из нас двоих, точно. Поэтому в нашем браке я буду активом. To be continued...