Закройте занавес...

Ты стоишь возле барной стойки, нервно постукивая тонкими смуглыми пальцами о лакированную поверхность. Я наблюдаю за тобой боковым зрением, кусая внутреннюю поверхность щеки до металлического привкуса в пересохшем рту. Она крутится возле тебя, всячески выражая свою горячую преданность, но её глаза - красивые и холодные, как у дорогой куклы, не выражают ничего, кроме откровенной скуки. Она всё прекрасно понимает, просто жажда славы перекрывает чувство собственного достоинства, а иногда и здравый смысл. Бармен подталкивает к вам два бокала с ядовито-бирюзовыми коктейлями и отворачивается к кофемашине, словно и ему надоело дешёвое представление, напоминающее репетицию умилительной сценки с фантика популярной жвачки "Love is...". Как же умело ты врёшь! Иногда я сам начинаю верить в твои неземные чувства к этому ещё в сущности ребёнку. Совершеннолетнему, расчётливому избалованному ребёнку. Скорее всего, я говорю это из зависти. Я ВЕРЮ, что ты любишь меня (блядь, да я просто сдохну, если все твои слова окажутся ложью), и всё равно завидую. Она имеет право держать тебя за руку без опаски нарваться на пошлый гогот, она целует тебя, и это - нормально! НОРМАЛЬНО... НОРМАЛЬНО...Ненавижу это слово! Как можно применять его к настоящему чувству?! Влюблённый человек сам по себе - ненормален. У меня (у НАС, прости-прости, я снова позволил себе тень сомнения) есть только те редкие часы, когда выключаются камеры и опускается занавес над окружающим нас фарсом. Ты устало подходишь ко мне и утыкаешься лицом в плечо: - Заебался думать - хочу чувствовать... - И что чувствуешь, Эмилька? - Тебя... - Именно сейчас? Или когда? - Когда... Всегда. Эти диалоги понимаем только мы. - Что? - переспрашивает меня сидящий рядом Даник. - Я снова произнёс вслух последнюю фразу? - разворачиваюсь к приятелю, пытаясь не упустить тебя из вида. - Какую? - Ладно, забей... - Странный ты какой-то... - Погоди... - напрягаюсь, как кошка перед прыжком за неосторожной птицей. Ты мягко отстраняешь Её от себя и направляешься к выходу из заполненного музыкой и пьяными разговорами помещения. Слава Богу, что от Даника можно сбежать, ничего не объясняя. Он в курсе. Я застаю тебя на крыльце, жадно глотающим сырой ночной воздух: - Эмиль, всё хорошо? - Я устал раньше обычного... - Пошли-ка... Да благословит Боженька человека, придумавшего тонировку на стёклах! В автомобиле ты расслабляешься моментально, даже несмотря на то, что пока мы не сможем никуда уехать. Занавес ещё не опущен. Это антракт. - Дим... - обхватываешь ладонями моё лицо и целуешь. Не жадно... Скорее, обречённо, с оттенком непролитых слёз. Вам доводилось ощущать запах сырой травы? Где-то громыхает, небо обложено тучами, а дождя нет. Здесь - то же самое. Остаётся только обнимать вздрагивающие плечи. Большего нельзя. - Котёнок, пора... - Не пора... - Если нас начнут искать, считай, что мы... - Не пора! - Ну хочешь, я скажу, что тебе плохо? Тогда мы сможем уехать. - Нам придётся взять её с собой... - Но это - единственный шанс. - Не нужно. Нам пора. Я смирился. "Закройте занавес! Бросайте в зал финал. Проклятье шлю тебе, моя работа..." (с)