V. Сложная анатомия
20 августа 2025 г., 14:20
— Мария… — настойчиво раздавалось где-то не здесь, где-то далеко, где-то, где всё глухо и бесцветно.
Всполохи полицейских мигалок погружали глубже в гипноз. Ветер уже не жёг кожу. Лишь царапал. Склеивал волосы, заставляя из раза в раз соприкасаться с липкой кровью.
К такому Машу никакие уроки анатомии в художке, маячившей позади, не готовили.
***
Восьмью часами ранее Гудящая толпа поглощала её. Возникало ощущение, что всё вокруг — болото. А попытки выбраться из него — топтание на месте. Мало ей было внеплановой контрольной от биологички по анатомии, которую они едва начали изучать. И хоть одноклассницы и говорили ей: «Забей, это для галочки». Сама Соня так относиться к учёбе не привыкла. Что ж, осталось ещё застрять в этом аду, пока народ не разбежится по домам. Этого ей совсем не хотелось. Поэтому, отчаянно расталкивая всех на пути, прежде вежливая и миролюбивая Соня выскочила наконец на улицу. Пропитанный смогом воздух резанул лёгкие. Но хлопок тяжёлой двери позади заставлял облегчённо выдохнуть. Всё. Хватит с неё на сегодня. Сейчас дойдёт до дома, запрётся на все замки и будет заниматься своими делами. Вон, например, ту же книжку, которую вечно с собой таскает, но до которой вечно не доходят руки, почитает. Соня уже поправила рюкзак на плече и собралась спускаться по массивным, наполовину сколотым ступенькам. Как её окликнул знакомый, но уж точно не желанный голос. — Максимова! Да постой ты, — её плеча коснулись. Пришлось шумно выдохнуть, закатить глаза, но всё же обернуться. — Убегаешь, будто боишься меня, — усмехнулся, игриво прищурившись, невысокий кудрявый парень. Что заставило Соню посмотреть на него ещё более гневно. — Я извиниться хотел. — Ну так извиняйся. Я тут причём? — она сложила руки на груди. Ей так и хотелось его выбесить. Тот же непонимающе застыл. Пару секунд рассеянно смотрел на неё. Пока не услышал: — Извиняются перед собой. А у других прощения просят. Он нервно усмехнулся и вернулся в реальность: — Окей, подушнили. Я серьёзно. Тот розыгрыш с мелом… Это глупо было. Ну по крайней мере то, что я тебя толкнул, — заметив скептический взгляд одноклассницы, он на время замолчал. — Саша-Саша, — безэмоционально покачала головой Соня, — так и признайся, что это часть очередного спора с друзьями. Саша машинально тряхнул кудряшками. Будучи в напряжении он делал это не осознавая. И знала бы Соня его чуть дольше, может, и заметила бы этот жест. Но сейчас, казалось, ничто не может убедить её в его искренности. — Это не так, — напряжённо выдал он. Но то не получило никакой реакции. Максимова лишь развернулась и продолжила путь. Попутно она встретилась взглядом с группой девочек из класса. И что-то в их глазах внезапно покоробило. Но, списав всё на усталость и паранойю, Соня не придала этому значения и поспешила домой.***
Арина коснулась кончиками пальцев витиеватой маски на столе, словно та была невиданной драгоценностью. Хотя в целом, учитывая, пропуском куда она стала, её можно было оценить и так. Оплата за мероприятие была такой, какую она в руках-то никогда не держала. Так ещё и гости там вполне «приемлемые». Не старики и не алкаши, каких ей подкидывали всё лето. Ковалёва накинула пальто и аккуратно сложила маску в карман. Прислушалась. В душе лилась вода. Значит, мать ещё там и можно легко прошмыгнуть к выходу. Шаг за дверь. Тихий хлопок. Поворот в скважине. И ощущение присутствия кого-то за спиной. Арина прикрыла глаза, выдохнула и уверенно развернулась на каблуках, на всякий случай зажимая в руке ключ. — Тим? — стараясь скрыть в голосе облегчение, приветственно с привкусом соблазна улыбнулась она бывшему. — Поджидаешь меня в подъезде, будто маньяк. Конечно, она понимала, что с таким, как он, шутить не стоит. Особенно, если он под кайфом. Но почему-то была уверена, что Тимур ничего ей не сделает. Ведь, несмотря на национальность и стереотипы, в сравнении с Ярославом он был безобидным зайчиком. — Надо поговорить, — он шмыгнул носом и подошёл ближе. По походке можно было понять — он нетрезв и никакого диалога у них не выйдет. — Обязательно запомни свои мысли и приди с ними, когда будешь в адеквате, — Арина продержала зрительный контакт столько, сколько было необходимо, а затем ускользнула от него. В ушах Тимура вихрем пронёсся стук её каблуков и скрип входной двери. После чего его обдало холодным потоком воздуха, и он в бессилии рухнул на колени. Ему было до звёзд в глазах больно. Но отчего? Этого он не понимал уже несколько дней.***
Маша не любила занятия, затянувшиеся допоздна. Безусловно, у них был особый вайб — уютная темнота за окнами, шелест высоких деревьев из лесополосы рядом, лампы, которым не мешает пробивающийся в студию дневной свет. Но стоило осознать, что ещё около получаса идти до дома, как темнота из уютной превращалась в зловещую, деревья — в монстров, а естественного света хотелось как никогда. Открепив лист с мольберта, Маша сложила его в папку. Анатомия опять вышла проблемной. Провозилась с ней больше половины пары и ничего не успела. Задумалась. Не стоит ли взять на доработку домой? Дедлайн не поджимает — вряд ли она возьмёт его в руки в ближайшие дни, а значит, и смысла нет. С этими мыслями она убрала материалы. Напоследок вдохнула запах акрила. Он почему-то всегда её успокаивал. Почему ей нужно было это именно сейчас — она понятия не имела. Среди последних Меркушева вышла из здания. Окинув вывеску «Художественная школа №15» и застегнув на ходу кожанку, она поёжилась. Не то от промозглого ветра. Не то от страха встретить Ярослава. Не то от предчувствия чего-то нехорошего дома. Маша хотела было закурить, но взгляд её зацепился за байк на парковке. Всё её тело, от и до, онемело от страха. Бежать. Изо всех сил. Спасая жизнь. Расталкивая любые препятствия. Только бежать. Она сорвалась с места, прокручивая в голове эти мысли. Но далеко убежать, несмотря на старания, ей не удалось. Несколько секунд — и Ярослав обхватил её локтем за шею и рывком развернул к себе. Единственное, за что успела ухватиться Маша, — его огромные, поглотившие радужку и мир вокруг зрачки. — Побегать от меня решила? — вопрос его прозвучал не столько злостно, как обычно, сколько издевательски. Новиков нечеловеческой хваткой обездвижил её, затащил в злосчастную лесополосу и повалил на землю. И как бы Маша ни пыталась вырваться, как бы ни пыталась кричать и бить ногами и руками куда попало, лишь бы отбиться… Ничто уже не могло ей помочь.***
Занять себя хоть чем-то всегда было для неё проблемой. Лера знала, что делать надо. А вот что делать хочет — так и оставалось для неё загадкой. Надо сделать домашку — сделала. Надо забрать брата с тренировки — забрала. Надо вымыть голову — вымыла. Сидя перед зеркалом, она провела ладонью по розовому пигменту в волосах, который с каждым мытьём становился всё бледнее и бледнее. Хотела ли она на самом деле это окрашивание? Возможно. То было порывом. Но спроси она себя, сделает ли его снова, ответом вряд ли будет «да». Из соседней комнаты слышался заливчатый смех брата, шутливый бас отчима и звон посуды. Хотела ли она появления отчима и брата? Пожалуй, её мнение здесь и не спрашивали. Лера задумчиво взяла в руку телефон. Там уже несколько часов висело не отвеченным сообщение от Руслана. Чёрт его знает, где он взял её телеграм. Да и какое ей до этого дело? Главный вопрос был в сообщении. И ответа на него она не знала. Мажор, которого она видела раз в жизни. О котором она знала только то, что он друг её нового одноклассника. У которого, ах да, есть крутая тачка. Приглашал её на какую-то тусовку-маскарад. И увенчал всё фееричным: «Хочешь?». Откуда ей знать... За неё всегда эту проблему решало слово «надо» или кто-то из близких. Но сейчас Лера чувствовала непреодолимую потребность чем-то заняться. А чем — не знала. И какая-то поверхностно описанная в сообщении вечеринка с адресом звучала даже неплохо. Пономарёва подошла к шкафу. Распахнула его. Вытащила пару платьев. Кинула их на кровать и оценочно оглядела. Стоп. Там маскарад. Нужна маска. Ну не медицинскую же, с 2020 оставшуюся брать. Она задумалась, уже разозлившись на саму себя, что так долго думала над предложением, не узнав, есть ли у неё самое главное. А потом резко метнулась к комоду. Там красовалась маска. Пластиковая, конечно. Зато с красивыми узорами и лентами. Решив, что и такая сойдёт, Лера быстро написала ответ Руслану: «Если ещё актуально, я приду». Понимая, что вечеринка наверняка уже началась и ждать сообщения придётся долго, если оно вообще будет, она взялась за укладку. Однако не успела она включить фен, как раздался сигнал мессенджера. На экране красовался адрес и стикер, заставивший её невольно улыбнуться.***
Земля была неестественно холодной. Мокрые комья путались в волосах. Прочёсывать их придётся явно долго и мучительно. Но сейчас её волновало совсем не это. Он ушёл. Свалил, только его и видели. Как давно — она не помнила. Но кровь из разбитого носа течь перестала. Её размазывали по лицу лишь слёзы. Пытаясь усмирить истерически дёргающееся дыхание, Маша сжала в кулаке пожухлую траву. Она чувствовала, как кровь сочится ещё и по ляжкам. Превозмогая боль, она нашла в себе силы перевернуться на бок. Зажмурилась. От боли, горечи и желания всё это с себя смыть. Да смывать подольше, потщательнее. Однако, ища ладонью точку опоры, чтобы встать, Маша наткнулась на что-то, чего здесь быть не должно. Осознание пришло не сразу. Неопределённость. За ней — могильный холод. И наконец — крик. Пожалуй, она никогда так истошно не кричала. Маша в ужасе и отвращении отбросила холодные костяшки пальцев, которые сжимала, и вскочила, забыв о боли. Покрытая трупными пятнами и кусками земли кисть валялась рядом с ещё одной находкой, которую ей на милость потрогать не довелось. Обглоданная, с оттисками зубов кость. Судя по познаниям в анатомии, Маша сказала бы, что когда-то это было ключицей. Крик уже не рвался из неё. Всё стало настолько нереальным, что она упала обратно, на землю. Сжимая в руках телефон и забывая, зачем он ей.***
Чувствовала ли она себя неловко? Ещё бы! Один вид подъезда с киношной отделкой и четыре светлых, словно офисных, лифта, навеял на Леру головокружение. «Вот и на кой чёрт я сюда припёрлась?», — вертелось в мыслях, пока пальцы искали кнопку с цифрой 16. Деваться было некуда. Приехала же. Чего теперь метаться? Лифт поднимался бесшумно и быстро. Но Лере казалось всё происходящее вечностью… странной вечностью, едва ли не сюрреалистичной. Она машинально вертела в руках маску. Что будет здесь делать — ещё и одна, даже без Машки — она совершенно не знала. Но полноценно осознала это только сейчас — в момент, когда двери разъехались и её встретил пустынный коридор. Здесь же раздавалась приглушённая музыка. Источник было несложно определить. Стоило ей подойти к двери, как она распахнулась и музыка зазвучала уже совсем не приглушённо, а оглушительно. — А как же маскарад? — на пороге стоял Руслан с какой-то крафтовой бутылкой в руке и с ухмылкой смотрел на неё. Если бы не эта ухмылка и взъерошенная причёска, она бы наверняка и не узнала его. Сама не понимая, как и зачем, Лера кокетливо поднесла маску к глазам. Хозяин квартиры лишь довольно кивнул в сторону дверного проёма, приглашая войти. Несколько шагов. И она уже была в помещении. Залитом неоновой подсветкой. Задымленном. Засыпанном какими-то блёстками. Заполненном людьми без лиц. А ещё — поглощённом музыкой с характерными басами. Последнее никак не укладывалось у неё в голове. Неужели здесь настолько хорошая шумоизоляция, что из коридора были лишь едва-едва слышны отголоски? — Пойдём, покажу, где что взять, — Лера вздрогнула от того, как неожиданно Руслан склонился прямо над её ухом. «Конечно, иначе ты бы не услышала», — успокаивала она себя, хотя в голову уже пробирались страхи. И как она вообще пошла сюда одна? Это ж буквально вписка, о каких все столько болтали несколько лет назад и каких они в силу возраста не застали. Мало ли кто и что ей здесь подсыпет и приставать начнёт… В этих мыслях она на секунду потеряла из вида своего провожатого и врезалась в какую-то девушку. «Слава вселенной, тут хотя бы другие девушки есть», — выдохнула Пономарёва. Тут же коротко кивнула в знак извинений и стала искать глазами Руслана. Как вдруг тело что-то взбудоражило. Кого-то она ей напомнила. Её запах. Её походка. Но кого?.. — Тебя в пору за руку держать, чтоб не потерялась, — уже сам Богданов шёл к ней, усмехаясь и действительно беря за руку. На этот раз Лера сдалась. И просто последовала за ним. Мало ли кто тут, в этом донельзя незнакомом мире, ещё ей встретится. Этого чудака она хотя бы чуть-чуть знает.***
— Мария! — только дотронувшийся плеча полицейский вывел её из оцепенения. Меркушева шарахнулась, словно тот влепил ей пощёчину. Слайды один за другим вновь пронеслись в памяти. Байк. Ярослав. Лес. Ярость. Кровь. Земля. Обломки костей. Трупные пятна. Крик. Сирены. К горлу подступила тошнота. Не то от живописности пережитого. Не то от быстрой смены кадров. Но ей удалось её подавить. — Мария, вы будете писать заявление? — уже более вкрадчиво прозвучало от офицера. Маша сначала замешкалась. Заявление о чём? О том, что нашла вторую кисть и ещё пару костей? Седоватый мужчина в погонах окинул её взглядом без особой надежды, но с явным сочувствием. Секунда. Буквально мгновение дольше, чем следовало, он остановился на её окровавленных ногах. И Маше стало ясно, о чём он. — Нет, — речь никак не формировалась в полноценные фразы, и она скорее мотнула головой, чем заявила о своём решении вслух. — Вы уверены? Мы можем снять побои, генетический материал и привлечь его к ответственности, — возразил полицейский, — хотя бы попытаться. Маша снова потрясла головой. И без того спутанная копна волос сбилась ещё сильнее. — Это бесполезно, — выдавила она из себя. Хотела ли она отомстить Яру? Хотела ли, чтобы он наконец ответил за свои поступки? Да больше всего на свете! Но этому наперекор вставало одно огромное но — он отмажется. Не знает как. Но он это сделает. Он всегда выходит сухим из воды. Выйдет и в этот раз. Зато ей он этого не забудет. И тогда любые пути к спасению будут перекрыты раз и навсегда. Если вообще остаться в живых получится…***
Контроль хорош, когда он твой. Когда он не безграничен. Не то в один момент, стоит его отпустить, остановиться уже невозможно. Леру поглотил туман. Не только тот, что витал в воздухе от дымных систем, что курили подростки тут и там. Но и тот, что поселился в разуме. Сколько шотов она выпила? Сколько бутылок не то сидра, не то медовухи, не то чего-то терпко-сладкого? Счёт она давно перестала вести. Ей было хорошо. Просто хорошо. Без мыслей о будущем. О том, чего она хочет, а чего нет. О странной, чужеродной обстановке, в которой она очутилась. О том, что здесь знакомых ей людей раз-два и обчёлся. Плевать. Главное, что сейчас её не заботит ровным счётом ничего. Смеясь непонятно отчего, она вдруг завидела вдалеке Руслана и порывом направилась к нему. Пошатываясь, она не успела затормозить и перемахнула через спинку дивана. Чем невольно разделила его и какую-то девушку, с которой он целовался. Мгновение. Одна пьяная улыбка в его сторону, одна — в её. И Лера предупредила рождающиеся на устах вопросы поцелуем. Сначала у первого. А затем и у второй. Что было дальше, заволокло пеленой окончательно. И лишь знакомый аромат пробивался сквозь эту завесу. Кто она? И почему она её как будто знает?
