Crepus Ragnvindr Is A Good Dad

      Крепус Рагнвиндр оторвался от работы и внимательно посмотрел на маленького голубоволосого мальчика перед собой. Он не мог сдержать улыбку, которая расползлась по его губам при серьёзном взгляде на лицо ребенка, который покорно раскрашивал свой последний шедевр оранжевым мелком. Кэйя высунул язык и нахмурился.       Он зашёл так далеко...       Прошёл всего год с тех пор, как он стал жить с Рагнвиндрами, и Кэйя практически ворвался в их жизни с такой энергией, что винный магнат задумался, был ли он когда-то такой же напуганной, робкой маленькой штучкой, которую они нашли, блуждая среди виноградных лоз.       Он встал со своего места, чтобы обойти стол. Он посмотрел вниз через плечо мальчика, и Кэйя моргнул глядя на него единственным небесно-голубым глазом.       — О, и что у нас тут...       — Это Вы, мистер Рагнвиндр! Я работаю над волосами!       Крепус улыбнулся. Это было... На самом деле прилично впечатляюще для нескоординированных рук восьмилетнего ребенка.       — Хорошо! Очень хорошо! Молодец, Кэйя!       Маленький мальчик покраснел, прежде чем вернуться к своей раскраске.       Крепус улыбнулся и погладил его по голове:       — Не хочешь перекусить, Кай?       Он тут же оживился:       — Да, пожалуйста! И... И... Кхм... — Крепус терпеливо ждал, пока мальчик найдёт слова, — гм... Немного яблок в... — мальчик нахмурился.       — Немного сидра?       — Да! Пожалуйста!       Крепус усмехнулся:       — Я посмотрю, что я могу сделать, букашка, — он взглянул на часы на стене кабинета:       — Хм... У твоего брата скоро должны закончиться уроки, мы должны пойти забрать его!       Маленький мальчик хмыкнул, закрашивая очередную прядь волос винного магната. Мальчик нахмурился, затем снова посмотрел на своего опекуна:       — Мистер Рагнвиндр?       — Да, Кай?       — Когда я смогу поиграть с лошадьми?       Крепус улыбнулся мальчику и взъерошил ему волосы:       — Дилюк не играет, Кэйя. Он берёт уроки. Чтобы однажды он мог должным образом позаботиться о своей лошади.       Кэйя надулся:       — Хорошо. Могу... Могу ли я тоже взять уроки?       Он, наверное, достаточно взрослый... По крайней мере, для начала...        — Я думаю, это можно устроить. Если ты думаешь, что готов.       Маленький синеволосый мальчик подпрыгнул на своём стуле:       — Я готов! Я даже буду убирать их какашки, потому что их ненавидит Дилюк!       Крепус фыркнул:       — Хорошо, хорошо. Я поговорю с тренером, когда мы пойдём забирать твоего брата сегодня вечером. А пока я пойду за твоим перекусом.       Он снова взъерошил ребёнку волосы, прежде чем покинуть комнату. ~~~~       Он вернулся с тарелкой фруктов и кружкой сидра в руке.       Крепус обогнул стол и направился к мальчику, который, казалось, всё ещё рисовал.       — Кэйя, я принёс тебе...       Мужчина замер, когда приблизился к ребёнку.       Кэйя даже не смотрел на бумагу перед собой — его лицо было совершенно пустым, когда он смотрел прямо перед собой — прямо сквозь стол...        Крепус поставил еду рядом с работой мальчика.       — Кэйя?       Ребенок не ответил, его маленькая рука просто продолжал обводить странные фигуры...       — Кэйя, что ты делаешь? — Крепус протянул свою руку к руке мальчика, и Кэйя сильно вздрогнул.       Мальчик задыхался и моргал, его маленькая голова моталась из стороны в сторону...       — Эй, теперь... Ты в порядке... — мужчина опустился на колени, чтобы положить руки на плечи ребёнка, — посмотри на меня, малыш...       Кэйя моргнул, глядя на своего опекуна — он казался напуганным и дезориентированным... Но успокоился, как только узнал человека перед собой.       — С тобой всё в порядке? Что ты рисовал?       — Я... Я не... — Кэйя продолжал моргать, затем поднял маленькую руку, чтобы потереть больной глаз под хлопковой повязкой.       Крепус почти остановил его — месяцы лечения неприятных ожогов и удержание мальчика от чесания заставили его приучиться к этому. Но теперь они были исцелены. Поэтому он позволил ребенку протереть себе глаз.       Мужчина изучал своего подопечного. Он изо всех сил старался скрыть своё беспокойство... Но он беспокоился. Прошло довольно много времени с тех пор, как Кэйя... Так пугался.       Надеюсь, он не регрессирует...             Он выдавил из себя улыбку.       — Дай мне посмотреть, над чем ты работал...       Он напрягся, когда посмотрел на ранее очаровательный рисунок...       — Кэйя... — он не смог сдержать шок в своём голосе.       На бумаге, даже на самом рисунке, были нацарапаны... Странные знаки и глифы — символы, которые винный магнат не узнал.       — Я этого не делал!— голос Кэйи повысился почти в панике:       — Я не хотел этого!       У ребенка начиналась гипервентиляция, поэтому Крепус спрятал своё беспокойство и быстро заключил мальчика в объятия.       — Я не...!       — Ш-ш... Кай... Ш-ш... Всё в порядке, я не злюсь... — он провёл кругами по спине ребёнка и убедился, что мальчик не смотрит на бумагу.        Впрочем, ему не нужно было об этом беспокоиться. Кэйя уткнулся лицом ему в плечо.       — Я не... Я не хотел... — мальчик вцепился своими маленькими ручками в рубашку мужчины.       — Всё в порядке, Кай. Но мне нужно знать: что ты не хотел? Что это за символы?       Кэйя крепче прижался к его шее:       — Я не знаю!       Крепус вздохнул.       Это... Вероятно, было ложью. Но он знал, что на ребёнка нельзя давить. Это только вызовет ещё большую панику, а Кэйя и так уже был расстроен.       Он просто... Позже он зайдет в библиотеку и посмотрит, сможет ли он найти что-нибудь похожее.       Ребёнок утверждал, что ничего не знает о своём прежнем доме, так что вполне возможно, что эти фигуры были... Каким-то подавленным воспоминанием. Это бы объяснило, почему Кэйя так расстроился, когда понял, что нарисовал их...       — Ты в порядке, Кэйя, всё в порядке...       Кэйя захныкал, и что-то сжалось в груди винного магната.       — Тсс... Почему бы нам не пойти в комнату? Ты можешь перекусить и выпить сока, а если почувствуешь себя лучше, можешь пойти со мной, чтобы забрать Дилюка с его занятий, хорошо?       Единственным подтверждением, которое получил мужчина, была копна синих волос, утвердительно кивающая. ~~~~       Крепус не нашёл ничего похожего на странные символы и через некоторое время перестал искать.       Зима уступила место Весне, и Кэйя начал брать уроки у дрессировщика лошадей. Ему по-прежнему не позволяли спускать их с поводка, но к животным он привязался, как рыба к воде.       Верный своему слову, мальчик даже без проблем помогал убирать стойла. Хотя он был ещё совсем маленьким, и Крепус беспокоился, что...       Мужчина фыркнул, наблюдая, как оба мальчика выходят из конюшни. Гордость переполняла его грудь, когда он наблюдал, как Дилюк подождал, пока младший мальчик догонит его, а затем взял его за руку.       Эти двое были уже практически неразлучны. Это было и благословением, и проклятием.       Как оказалось, у Кэйи была озорная черта характера... И ему регулярно удавалось привязать к себе более уравновешенного Дилюка...        Он также был склонен просто подставлять старшего мальчика.       Дважды за последнюю неделю Аделинда ловила мальчика на краже сладостей.       И дважды он солгал и обвинил своего брата.       Дилюк был совершенно возмущен.       Кэйю наказали... Хотя и не сурово. Крепусу не хватило духу. Видя мальчика таким предприимчивым и полным жизни, это...        Даже если он был непослушным, Крепус не хотел делать ничего, что могло бы погасить искру, на разгорание которой ушли месяцы...       Аделинда назвала мальчика избалованным.       Крепус называл его энергичным.       Во всяком случае, ребенок был милым и нежным до глубины души, так что Крепус не слишком волновался.       — Папа!       Ах... Они меня заметили...        Дилюк потащил голубоволосого мальчика за собой:       — Папа! Кэйя забрался на Спиннера* сам! Мне даже не пришлось ему помогать!       *Пони, на котором Кэйя иногда ездит на уроках. Есть несколько лошадей меньшего размера, которые обычно зарезервированы для младших школьников. Спиннер — один из лучших в своей группе*.       Кэйя подпрыгнул рядом с ним.        — Миссис Лина сказала, что у меня отличный... Кхм... У меня...       Дилюк прервал его:       — Она говорит, что у него отличный баланс и, вероятно, скоро она потеряет лидерство! Хоть он и маленький!       Кэйя нахмурился:       — Я не настолько маленький!       Крепус рассмеялся:       — Дилюк, не перебивай его, а дай подобрать слова.       — Но ему нужно время, и я знаю, что он хочет сказать...       — Пусть говорит за себя. Ему нужно тренироваться, — Крепус одарил Дилюка взглядом.         Красноволосый мальчик фыркнул:       — Хорошо...       Кэйю это, похоже, не слишком заботило:       — Я не настолько маленький! Я могу... Я могу... — мальчик в отчаянии подпрыгивал на ступнях, — я сам забрался на Спинстера!       Дилюк закатил глаза:       — Его зовут Спиннер, а не Спинстер, Кай.       Кэйя сморщился, глядя на своего брата:       — Хорошо, тогда я сам забрался на Спиннера!       — Хорошая работа! — Крепус улыбнулся двум своим мальчикам. Он взъерошил волосы Кэйи, прежде чем подвести их обоих к тележке:       — Давайте вернёмся, уже почти время обеда.       Дилюк сел первым, затем потянул за собой Кэйю:       — Что у нас на обед, папа?       — О, кажется, Лиам готовит суп из редьки и овощей…       Его сын сделал гримасу:       — Фу...       Кэйя сразу же стал подражать своему брату:       — Фу!       — Дилюк, — Крепус строго посмотрел на сына.       Дилюк заерзал.       Крепус фыркнул:       — Не будь грубым, мальчик. А что касается тебя, юный мистер... — Крепус ущипнул Кэйю за нос, и ребенок взвизгнул:       — Я точно знаю, что ты ещё не пробовал знаменитый овощной суп Лиама с редисом! Так что перестань быть попугаем и попробуй, прежде чем осуждать!       — Хорошо...       Крепус усмехнулся, когда мальчик потёр свой нос. Он щёлкнул поводьями, и они поехали. ~~~~       Крепус не знал, что заставило его проснуться и встать с постели той ночью.        Было далеко за полночь, и что-то казалось... Неправильным. Хотя он не мог понять, что и как.       Он бродил по коридорам поместья, а затем... Ну, тогда он сделал то, что сделал бы почти любой взволнованный родитель.       Он открыл дверь в комнату Дилюка очень медленно и тихо, как только мог. Он вздохнул с облегчением, когда обнаружил, что мальчик крепко спит, а его волосы спутались в гриву вокруг головы.       Спи спокойно, росток...       Улыбнувшись, он осторожно закрыл за собой дверь.       Он бесшумно пересёк коридор.       Он вошёл в соседнюю комнату.       Кровать Кэйи была пуста.       Хм...       Не время волноваться. Пока что.       Крепус тихо прошёл по комнате, проверяя каждый угол, затем ванную и даже под кроватью.       Он нахмурился.       Он, наверное, улизнул на кухню...       Крепус отправился на поиски своего сына. ~~~~       Кэйи на кухне не было, и Крепус начал волноваться.        Он вернулся в комнату мальчика в надежде, что ребёнок просто вернулся в постель...       Но этого не произошло.       Крепус сосредоточился на выравнивании дыхания. Он распустил персонал на вечер. Не было никого, кто мог бы видеть мальчика...       Глаза мужчины расширились, когда он понял, что ботинки и куртка Кэйи пропали.       Он быстро вышел из комнаты и надел собственную обувь. ~~~~       Это заняло какое-то время, но, обыскав все выходы из поместья, Крепус наконец обнаружил доказательства присутствия мальчика.       В какой-то момент после обеда пошёл дождь, так что крошечные отпечатки ботинок было достаточно легко разглядеть при свете фонаря.       Они вели в лес.       Через несколько минут ему уже не нужно было следовать за ними, потому что он мог слышать впереди детский голос...       По мере того, как голос его приёмного сына приближался, Крепус обнаружил, что ступает на странную поляну. Он шагнул через окружающие деревья в настоящее кольцо грязи — на краю леса не росла трава, несмотря на свободный доступ к солнечному свету, — а в центре, перед корявым мёртвым деревом, стоял Кэйя.       Мальчик говорил, но на языке, который винный магнат не узнавал. Вообще.        Кэйя смотрел на дерево — или, возможно, на что-то, что было на дереве...       — Кэйя! — Крепус быстро подошёл к нему:       — Кай, что ты здесь делаешь?! Я ужасно волновался!       Мальчик не ответил.       Когда мужчина подошёл ближе, его кровь застыла в жилах — на коре было вырезано множество тех самых символов, которые ребёнок рисовал все эти месяцы...        И пока мальчик говорил, они начали светиться...       — Кэйя! — Крепус схватил ребенка за плечо и отвернул от странных отметин. Его голос застрял у него в горле. У Кэйи не было повязки на глазу... И его шрамы — в том странном, почти цветочном узоре, который всегда его озадачивал — светились. Его глаз светился...       Фонарь упал в грязь, когда мужчина в панике схватился за плечи мальчика.       — Кэйя! Скажи что-нибудь, мальчик!       Но Кэйя, похоже, его не слышал. Ребёнок перестал говорить на этом странном языке, словно читал его...       Крепус сильно встряхнул мальчика:       — Кэйя, посмотри на меня!       Ребёнок моргнул. Его глаза на мгновение забегали по поляне, прежде чем сфокусироваться на винном магнате.        Бровь Кэйи нахмурилась, и он моргнул ещё несколько раз, и каждый раз, когда он закрывал глаза, свечение уменьшалось, пока, наконец, не исчезло совсем.       — Кэйя? Ты слышишь меня? — Крепус не мог избавиться от страха в голосе. Он никогда не видел ничего подобного. И он видел много дерьма...       — Я... — ребёнок огляделся в явном замешательстве, — г-где...       Кэйя посмотрела на своего опекуна, в его глазах был явный страх:       — ...Папа?       — Кэйя, это я, — Крепус облизнул губу, — я — Крепус. Твой опекун.       Кэйя никогда раньше не называл его «Папа». Или «Отец», или «Папочка»...       Ему хотелось верить, что мальчик на самом деле имел в виду его, но...        Почему-то он боялся, что это не так.       — Я... Я боюсь. Почему я здесь?.. — лицо Кэйи скривилось.       Крепус заставил себя смягчиться.       — Ш-ш-ш... Всё в порядке... Ты просто ходил во сне. Это всё... Это было не всё. Отнюдь не всё.       Но Кэйя явно не понимал, что происходит... Был напуган...       — Кэйя... Где твоя повязка на глаз? У тебя разболится голова, — непосредственное благополучие ребенка было приоритетом.       Он должен был вернуть его домой...       — Моя... — рука мальчика поднялась к лицу, и его губы задрожали.       — Шшш... Шшш... Всё в порядке... Крепус схватил мальчика на руки как раз в тот момент, когда он начал рыдать. ~~~~