Истории домашнего Тедаса

— Вы не понимаете, — Фэрбенкс начал ходить из стороны в сторону, как зверь в клетке — титул дворянина не даёт никакой власти или выгоды. Кажется, что мы свободны, но это всего-лишь другая клетка. Прошу вас, Инквизитор, отдайте мне доказательства. Анаан сжала в руках стопку бумаг, что так тщательно искала на Изумрудных могилах. Её эта ситуация совсем не устраивала. Девушка слабо улыбнулась лидеру беженцев и наклонила голову. — Простите, но мне нужно срочно отойти. Под тяжёлый вздох Фэрбенкса, она вышла из его домика вместе со своими спутниками. Кунари стала взглядом искать крестьянку, что попросила найти её все эти доказательства. Хрупкая блондинка зашла через ворота завоёванного Инквизицией лагеря, неся какой-то мешок с провизией. — Клара! — Ты что делаешь?! Не успела Анаан сделать и шага, как почувствовала на своём плече крепкую хватку. Девушка повернула голову и посмотрела на хмурого Стража. — Ты с ума сошла? Ты не слышала, что он тебе говорил?! — И что мне теперь, отдать всё это ему? Мы же можем вынести из этого выгоду. У нас будут связи! — Тебе мало того, что есть сейчас у Инквизиции? Почти весь Орлей пал к твоим ногам вместе с Императрицей. Оставь парня в покое. — Связи не бывают лишними. — Анаан, послушай… Блэкволл потёр переносицу, всё также хмурясь. — Ты ведь слышала его. Ты посадишь его в клетку ради собственной выгоды? — Да. — Хорошо. Поставлю вопрос иначе. Ты посадишь пацана против его воли, обременив ненужной ответственностью ради выгоды для Инквизиции? — Я… — Ты сама говорила, что ты хочешь уйти когда-нибудь из Инквизиции. Забыть всё это как страшный сон и исчезнуть. И я готов идти за тобой, ты это знаешь. Но когда мы исчезнем — он останется в той же клетке, в которую ты его посадила. Ты вечно кричишь о свободе выбора, но при этом сама сейчас поступаешь как… Как кунари. Адаар резко отстранилась от Блэкволла. Посмотрев на него с неподдельной злобой и яростью за то, что он сравнил её с фанатичным представителем её расы, она уже замахнулась для удара. — Да как ты смеешь-! — Смею что? Говорить правду? Скрепя зубами, она всё же опустила руку и направилась обратно к Фэрбенксу. Оттолкнув мужчину в сторону, она ускорила шаг, чтобы отдать эти злосчастные бумаги их владельцу. Да, она была пристыжена, и единственное, что сейчас могла сделать — это поступить правильно.