Идя одной дорогой.

— Так значит, здесь недалеко есть озеро?       Фили выглядел заинтересованным, а Бильбо лишь удивился такому интересу. — Да, стой, а как ты...       Лицо Фили озарила самая невинная улыбка, в то время как хоббит густо покраснел. Милостивый Илуватар! Он их слышал! А может ещё и видел?! Бильбо глубоко вздохнул и сказал уже менее дрожащим от стыда и злости голосом: — Если кто-нибудь из гномов об этом узнает, я надеру твои уши, ты меня понял, Фили?       Гном поднял руки в примирительном жесте: — Спокойно, дружище! Я не собирался рассказывать кому-то о том, что было у вас с дядей! Я прекрасно помню, что ты у нас очень стеснительная особа, Бильбо... Но на счёт озера... Мне и остальному отряду и правда не помешает искупаться, да и вам с Торином это тоже наверняка нужно.       Бильбо уже было хотел укорить юношу за бестактность, но так и не смог ничего сказать, ведь Фили был прав.       Вода и впрямь оказалась очень теплой. Этот факт удивил отряд гномов, но не Бильбо, который, благодаря Гендальфу, прекрасно знал, чем был обусловлен данный феномен, но пока он решил просто молча наблюдать за реакцией остальных, а она была смешанной.       Кто-то из гномов с недоверием относился к столь теплой воде в такое холодное время, другие, тем временем, чуть ли не выпрыгивали из штанов, лишь бы поскорее искупаться и смыть наконец с себя накопившуюся дорожную пыль и грязь, и лишь два гнома из всего отряда были спокойны. Торин и Фили наблюдали за хоббитом и его выражением лица, которое было весьма выразительным и слегка лукавым. Торин сразу понял, что на уме у его сквайра, и, пока остальные были заняты озером, подошёл к нему. — Так что с этим озером, Господин Бэггинс?       Улыбка хоббита стала шире. — Когда мы с Гендальфом в прошлый раз шли через эту рощу, он рассказал мне кое-что: под этим озером течёт лава. Раньше здесь находилась гора, в жерле которой она бушевала, но время взяло своё и гора ушла под землю, а на её месте образовалось озеро. По словам Гендальфа, это озеро способно исцелять раны как физические, так и духовные. — Тогда нам нужно непременно искупаться, тем более после недавнего...       Узбад не закончил предложение. Его остановило выражение лица хоббита. — Святая Йаванна! Можно, пожалуйста, это говорить не при всех?! — Так "все" сейчас заняты исключительно озером, и возможной опасности от него. Которой по сути нет. Так что "им" сейчас точно не до нас, — парировал гном.       И, в качестве подтверждения слов, он вплотную подошёл к полурослику и поцеловал. От дальнейших выговоров Бэггинса узбада спас Фили, который чуть ли не силком потащил обоих к озеру.

***

      Каким бы недовольным снаружи хоббит не казался, внутри он чуть ли не ликовал. Что-что, а купания Бильбо любил больше, чем любой другой хоббит. От Торина не укрылась эта блаженная улыбка на лице сквайра. Отделившись от остальных гномов, узбад тихо подплыл к Бильбо и обнял со спины. Тот сначала вздрогнул от неожиданности, но, услышав знакомый голос, успокоился. Слегка. — Чтоб тебя, Торин! Ты решил проверить на прочность мои нервы? — тихо бурчал хоббит но не отстранялся, уж слишком сильно ему нравились прикосновения гнома. Тот, в свою очередь, чуть крепче обнял хоббита и поцеловал за ушком, которое, после подобного действия, стремительно покраснело, как и шея. — Т... Торин?...       Хоббит сильно смутился и не знал, что делать. Но, к счастью, Дубощит больше ничего вопиющего не делал, лишь начал заплетать влажные волосы Бильбо. Разделив волосы на пряди, гном начал плести две клановые косички, после чего переплел их в одну и зафиксировал одной из своих бусин, которую предварительно сняв со своих волос.       Услышав щелчки металлических украшений, Бильбо решил осторожно спросить: — Ты использовал свои украшения? — Торин одобрительно хмыкнул и заплел ещё одну косичку, теперь уже за ушком полурослика. Послышался ещё один металлический щелчок. Закончив свою работу, узбад не без нежности и гордости сказал: — Это — клановые косы. Обычно гномы заплетают их родственникам или любимым, с которыми хотят соединиться узами брака.       Бильбо целиком покрылся румянцем от этих слов. Он повернулся к гному лицом и спросил тихим голосом: — То есть, прямо сейчас ты мне сделал предложение?! — Я не жду, что ты прямо сейчас согласишься, но да, это было моё предложение. Я буду ждать твой ответ столько, сколько понадобится.       Уже никого не стесняясь, Бильбо кинулся на шею узбада и пылко поцеловал. Тот опешил от неожиданности и еле удержал равновесие — хоббит явно застал его врасплох.       Оторвавшись от Торина, Бильбо улыбнулся самой счастливой улыбкой и сказал (хотя это скорее был крик на всё озеро): — Да! Да! И ещё раз ДА! Я согласен! — после чего, крепко обнял любимого. Торин от такого только ещё сильнее растерялся и спросил: — Ты правда согласен? — Конечно я согласен! Что ещё за вопрос?       Он слегка отстранился от гнома и прикоснулся ладонью к его лбу. — Ты случайно не перегрелся? Думаю, нам уже стоит вылезать. — Да, пожалуй ты прав, — хриплым голосом сказал Торин.       После купания весь отряд перекусил и отправился дальше. Уже к ночи они прошли Бри и решили немного отклониться от маршрута, чтобы пройти вдоль реки, тем самым сократив путь. На этот раз всё не было так уж гладко. Когда все устроились на привал, Фили поручил Дрейну и ещё одному гному осмотреть окрестности. Не прошло и десяти минут, как разведчики вернулись с не очень хорошими новостями. Кузнец не стал ходить вокруг да около и перешёл к сути: — С восточной стороны мы увидели отряд орков. Он не большой, всего десять тварей, но пара из них на варгах, так что отбиться будет сложновато.       Фили лишь кивнул и посмотрел на узбада. — Что думаешь?       Торин нахмурился и, осмотрев весь отряд, достал свой меч. — Будем отбиваться, но с учётом того, что здесь не так много хороших воинов, будет сложно.       Молчавший и стоявший до этого в стороне Бильбо, сказал достаточно холодным тоном. — Идти на них в лоб сродни самоубийству особенно с учётом того, что воинов не так много. Лучше всего будет устроить засаду и разделить отряд орков, чтобы было легче с ними расправиться.       Так они и сделали.

***

      В итоге, от орков они избавились минут за пятнадцать. Правда не обошлось без раненых, одним из которых был Бильбо. Торин был, мягко говоря, встревоженным. И хотя хоббит всеми силами старался показать, что всё в порядке, Торина это не успокоило. В дело влез Дрейн. — Успокойся, Торин. Я не только кузнец, но ещё и обучался целительству, пока жил в Эреборе, так что, я осмотрю и подлатаю твоего ненаглядного хоббита. Главное, не мельтеши перед глазами, пока я занят, и лучше помоги другим, они тоже не без ран.       Гному оставалось лишь стиснуть кулаки и пойти помогать раненым, хотя, на протяжении всего времени, узбад постоянно оборачивался и посматривал на Бильбо и Дрейна.       Наконец закончив с перевязкой (у Бильбо был ранен левый бок), кузнец позволил Дубощиту подойти к полурослику. Бильбо и глазом моргнуть не успел, как был вовлечён в крепкие гномьи объятия. За это его подгорное величество получило по шее от Дрейна. — Я этого бедолагу только подлечил, а ты вцепился в него мертвой хваткой! Ты хочешь, чтобы его рана снова открылась?       После этих слов хватка Торина немного ослабла, но он так и не отстранился. — Мне уже гораздо лучше, Торин, к тому же, мы проходили и более тяжёлые битвы, так что это всего лишь пустяк. — Для меня нет, это не пустяк! Я очень тебя люблю и не хочу потерять, а потому я так испугался!       Торин коснулся губами макушки хоббита и нежно погладил его спину, а Бильбо обнял гнома в ответ и уткнулся лицом в его плечо. Он тоже очень испугался, когда на Дубощита побежал орк, который решил атаковать со спины и поэтому узбад его не заметил. Зато заметил сквайр, и со всех ног побежал на помощь, вследствие чего и получил ранение. В тот момент Бильбо лишь думал о том, какой он идиот, что забыл надеть мифрильную кольчугу. Хотя хоббит всё-таки поблагодарил удачу за то, что ему удалось таки вовремя увернуться и увести удар клинка. Таким образом, он хотя бы уменьшил нанесенный клинком урон.       И вот теперь, когда битва позади, Торин и Бильбо могут расслабиться и отдохнуть. Они уснули, крепко обнимая друг друга.       Прошло около месяца с момента начала похода и отряд делал головокружительные успехи. Даже не смотря на то, что в прошлый раз Торина и его товарищей гнали вперёд сроки, они потратили больше времени, чем сейчас. Стоит ли говорить о том, как сильно узбад был удивлен, когда понял, что они дошли до владений Беорна? — Ну надо же! Кого я вижу! Мои знакомые! —добродушно улыбнулся оборотень, встречая гостей.       На его теле добавилось несколько больших шрамов, но похоже, что хозяина это ни капли не смущало. Гномы посматривали на него с недоверием, пока Фили не рассказал им о его участии в Битве Пяти Воинств. После этого, они стали смелее и даже начали задавать вопросы по поводу того, как проходило сражение. Оборотню, похоже, было только в радость говорить о своём подвиге. Так они и проболтали до самого вечера, пока не пришло время ужина. Беорн возложил эти хлопоты на господина Бэггинса, однако тот и сам был не против, но перед тем, как начать готовку, он подошёл к хозяину дома и, прошептав что-то на ухо, вышел за ним на улицу. Торин сразу напрягся. Он понимал, что от оборотень не несет никакой опасности. Уж кого-кого, а Бильбо он точно не тронет, уж слишком тот ему понравился, но сердце не собиралось слушать голос разума и подначивало гнома пойти за ними. Благо, Торина вовремя отдернули Фили и Дрейн. — Я не думаю, что это хорошая идея, дядя, тем более тебе следовало бы больше доверять Бильбо. — Я верю Бильбо, но вот Беорн... — Я может и не так хорошо знаком с этим обортнем,как ты, Торин, но у него точно нет никаких чёрных помыслов, в отношении твоего ненаглядного хоббита.       Слова гномов, всё же успокоили Дубощита, и он спокойно ожидал прихода любимого, попутного ведя разговор со знакомым.       Когда хоббит вернулся, он держал в рука маленький мешочек, ничего при этом не сказав и лишь как-то хитро усмехнувшись узбаду. Тот проводил сквайра удивлённым взглядом до самой кухни.       Ужин был, лучше не куда! Все гномы были очень довольны и рассыпались перед полуросликом в благодарностях и комплиментах. От такого внимания Бэггинс лишь густо краснел и отнекивался, говоря, что мог бы приготовить и лучше. Гномы лишь добро посмеивались и хлопали хоббита по плечу со словами «если ты можешь и лучше, то мы явно окажемся в раю, когда попробуем твои блюда».       Примерно через час легли спать все, кроме Торина и Бильбо. Они вышли на улицу и сели на скамейку около сарая, вдыхая приятную ночную прохладу. Узбад обнял сквайра за плечи и притянул к себе. В затылке гудело непонятное беспокойство, но гном старался его отогнать, ссылаясь на излишнюю суетливость. Хоббит же, в свою очередь, положил голову на плечо гному, ничего такого не замечая, и, сладко зевнув, достал из кармана пальто свёрток. — Что это? — Разверни и узнаешь, — улыбнулся хоббит.       Такую улыбку гном уже видел ранее. Посмотрев на полурослика с недоумением, узбад всё-таки взял в руки свёрток и, развернув его, был неслабо удивлён. — Это... Пирог? С голубикой?       Хоббит утвердительно кивнул и сказал. — Я попросил у Беорна разрешения на то, чтобы сорвать немного ягод. Честно говоря, я даже удивился, увидев сколько было этих кустов, ведь уже вот-вот середина ноября, а у него ещё всё цветёт. Не зря Гендальф тогда сказал, что это необычное место.       Гном усмехнулся и откусил немного. Приятный и сладкий вкус ягод смешивался со сливочным привкусом теста, которое было воздушным и нежным. Прожевав и проглотив кусок, гном чуть ли не замурчал от наслаждения. Видя такую довольную улыбку, хоббит и сам счастливо улыбнулся, радуясь тому факту, что он смог обрадовать любимого.       Гном быстро прикончил пирог, и немного досадно вздохнул. Хоббит поспешил его утешить: — Мы пробудем здесь ещё несколько дней, и я смогу испечь тебе ещё один пирог, но уже побольше. Нужно будет только попросить Беорна взять побольше ягод и...       Гном его перебил, быстро вспомнив о том, что его беспокоило. — А где сам Беорн?       Хоббит, видимо тоже чувствуя странный холодок в затылке, посмотрел на гнома, и слегка встревоженно сказал: — Он ушел в лес. Сказал, что скоро начнёт обращаться и попросил меня предупредить остальных, чтобы никто не выхо...       Не успел Бильбо закончить предложение, как издалека раздался медвежий рык. Ни секунды не раздумывая, узбад и сквайр, рванули со всех ног к сараю, так как до дома хозяина они бы попросту не успели.Быстро закрыв двери и навесив для надёжности пару досок, гном и хоббит осмотрели своё убежище. Сарай как сарай, только очень большой, где лежала куча стогов сена, располагающаяся ближе к другому концу помещения. Поняв, что выбраться отсюда до утра у них не получится, Бильбо и Торин решили заночевать здесь. Улеглись они на одном из стогов сена, накрывшись меховой накидкой узбада.       Сон не шёл. Адреналин уже начал потихоньку отступать, но слышимое снаружи рычание, заставляло хоббита вновь напрягаться и прижиматься ближе к гному. Решив отвлечь внимание сквайра от рычания оборотня, узбад его поцеловал, сначала нежно и почти невесомо, но постепенно каждый новый поцелуй становился всё глубже и грубее. Хоббит полностью переключил своё внимание на гнома, полностью забыв о звере снаружи. Нависая над Бильбо, Торин расстегнул его рубашку, и, оторвавшись от губ, перешёл к шее. Наконец, он добрался и до неё.       Гном оставлял отметку за отметкой, прикусывая кожу полурослика, после чего зализывая эти следы. — Амх... То.. Торин...       Хоббит только и мог постанывать и произносить его имя, всё больше и больше плавясь от прикосновений узбада. Шершавые ладони проходились по груди и животу, после чего перемещались на бока, слегка сминая их. — Сердце моё... Ты прекрасен... Ты самое прекрасное создание на свете...       Гном укусил ключицу полурослика и также зализал укус, после чего переместился к груди и уже на ней начал оставлять новые отметины.       Бильбо больше не старался отогнать от себя возбуждение как в прошлый раз. Напротив, теперь он всецело отдавался ему, делая это настолько сильно, что даже не заметил, как сказал (хотя скорее выстонал): — Торин... Амх... Я хочу тебя...       Узбад на миг остановился. Он посмотрел на сквайра и спросил тихим, но глубоким голосом: — Чего ты хочешь, Сердце моё?       Бильбо приник к Торину и, пылко поцеловал и слегка прикусив его губу, повторил смотря прямо в глаза: — Я хочу тебя. Всего.       На губах гнома появилась та самая улыбка, и он, чуть ли не рыча, прошептал в ушко хоббита: — И ты получишь. Даже больше.       Ни секунды не медля, гном снял с хоббита штаны и пошарившись в своём кармане, достал маленький пузырёк с немного вязкой жидкостью. — Бойся своих желаний, мой милый хоббит. Ведь в этот раз я не остановлюсь.       Снаружи уже никто не ошивался рядом с сараем, а потому было очень тихо, но только не в самом сарае. Внутри помещение было наполнено звуками стонов и рычания. Гном не врал, когда говорил о своём намерении, но всё же в начале он был крайне осторожным и давал Бильбо время привыкнуть к новым ощущениям. По началу они были скорее неприятными, но хоббит доверился гному и позволил двигаться. Сначала это были медленные толчки: узбад старался быть нежным с любимым. Постепенно приятные ощущения полностью вытеснили дискомфорт, и хоббит смог расслабиться. Это дало гному возможность войти чуть глубже. И вот, после первого такого толчка, Бильбо вскрикнул от резкой вспышки наслаждения. Торин нашёл нужное место. Темп начал нарастать, и вот искусаный и зацелованый сквайр сам толкался навстречу гному, крепче сжимая руки на его плечах.       Разорвав поцелуй с Торином. Бильбо, облизнув свои покусаные алые губы, приник к шее узбада, оставив пару отметин. — Ох... Бильбо... Я сейчас... — гортанно прорычал гном, после чего излился внутри хоббита. Тот кончил следом за гномом, испачкав свой и его живот в семени.       Выйдя из сквайра, узбад прижал его к себе, поцеловав в висок, после чего накрыл обоих накидкой. — Как ты себя чувствуешь? — Мне правда очень понравилось, разве что слегка ноги онемели. И ещё укусы на бёдрах побаливают, хотя не только на бёдрах.... И зачем нужно было так кусать?! Я тебе торт или что? — пробурчал хоббит, посмотрев на гнома.       Тот улыбнулся, и, поцеловав любимого, сказал: — Ты гораздо слаще любой выпечки, сердце моё. — Где-то я это уже слышал, — прошептал полурослика, зевая. — Я люблю тебя, Торин. — И я тебя, Бильбо. Спи спокойно.