Разбитые зеркала

Два дня спустя. 26 декабря Квартира Драгнила 00:12

Люси сидела на большой кровати в спальне, поджав ноги под себя, и снова рассматривала записи с камер наблюдения. Может быть она что-то упустила? Больше всего вызывала вопросов запись с разговором Греха Лени и его таинственного собеседника. Грей говорил о том, что Нацу как с цепи сорвался, когда увидел эту запись. Почему? « ключом ко всему оказалась та самая запись с видеокамеры, на которой Грех Лени разговаривал с неизвестным сообщником» Слова Лексуса в палате Макарова после похищения крутились в её голове. Должно быть, собеседником Лени был именно брат Нацу. Неизвестно, жив ли сейчас Зереф. Возможно, именно из-за своего брата Нацу так воодушевился. Хотя, вряд ли. Он ненавидит своего брата так же, как и Зереф ненавидел Нацу. И опять всё происходит на территории какой-то больницы, пусть и на парковке. Множественные знаки о местах для инвалидов, а также несколько дряхлых, брошенных машин скорой помощи на заднем фоне. Дождь слегка размывал изображение на камере. – сколько вам нужно? – не меньше обычного. И чтоб только качественное, не смей подсовывать мне наркоту со вкусом говна. Ты же не хочешь, чтобы Гнев разозлился? Ничего необычного в расшифрованном диалоге нет. Обычная встреча по закупке наркотиков. Тогда что так заинтересовало Нацу? Он тоже понял связь между Грехами и психбольницами? Котик Хеппи мирно развалился рядышком на краю большой кровати. Люси даже почти не обращала на него внимания. Скорее не убирала руки со своего слегка надутого животика, едва выпирающегоиз под футболки. В последнее время она начала носить футболки Драгнила, что были ей в два раза больше. В них она смотрелась как ребенок во взрослой рубашке, но так ей становится легче. К тому же, так она прикрывает свой живот. Как установила Джувия, срок беременности – 2,5 месяца, потому и живот потихоньку начинает проявлять себя. Она ненавидит жалость к самой себе от других людей. Особенно сейчас, когда агенты не хотят её нагружать из-за беременности. Только с Драгнилом она может ластиться. Только с ним она может из свирепой пантеры становится милым котенком. Он – единственный, самый дорогой на свете человек, что может быть рядышком, ведь мама совсем далеко. Но даже родная мать – Лейла, не сможет залечить горе дочери, если человек её сердца погибнет. В комнату тихо вошел Локи. Он бесшумно открыл дверь, но закрывать не стал. И также беззвучно подошел к кровати, на которой сидела Люси. Но никакого намека на внимания к нему не было. Люси продолжала рассматривать каждый кадр следующей записи. Он тихо присел, и мягко сложил свою широкую ладонь на её оголенное плечо от спадающего края большой футболки. – Лев, – её холодный голос заставлял ужаснуться, но руку Локи не стал убирать. – знаешь, 3 года спустя ты стала еще прекраснее. – прошептал он и ближе прислонился к ней. Она снова проигнорировала его. – на случай, если Драгнил не вернется, я всегда… Он не успел договорить. Люси резко развернулась и со всей силы ударила ему в челюсть. Мужчина упал на пол от её удара, хватаясь за подбородок. – не смей. Никогда. Я не стану предавать Нацу, особенно с таким лицемером, как ты. Я люблю его. – прошипела она стальным голосом. Локи ужаснулся, когда заметил её свирепые карие глаза на себе. – Нацу жив, и я его верну. С ним всё будет хорошо. Хеппи зашипел, а его шерсть встала дыбом, когда он встал с нагретого места и остановился на краю кровати возле Локи. Он не собака, чтобы охранять её, но он чувствует в его сторону угрозу. Даже кот ему не доверяет. – это же был Нацу.. – проговорила она, усмирив свою ярость. Она присела на край кровати, и стала гладить злого кота. Тот тут же стал тереться об её руку. Локи непонимающе смотрел на неё, пока струйка крови скатывалась по его губе. – это ведь он попросил тебя охранять меня? Если бы это был кто-то из других Зодиаков, ты бы сказал об этом, а не держал бы в тайне. Лев нахмурился. Он встал, потирая рукой подбородок. Люси не сводила с него глаз. – да. Это был он. – он медленно повернул голову к фотографии в рамке на тумбе возле кровати. На ней была Люси, счастливо обнимающая Драгнила. – за день до похищения он позвонил мне. Просил присмотреть за тобой. Сказал, что его не будет некоторое время, но не сказал ничего о похищении. Похоже, он разговаривал с Водолеем, потому что следом она отдала мне этот приказ. – ясно.. – Люси не измнилась во взгляде. Спокойно смотрела на мурчащего котенка. – наша связь с тобой 3 года назад.. была ошибкой. Между нами ничего не может быть. Так что больше никогда так не делай. Нацу – единственный, кого я люблю. Локи хмуро кивнул головой, и молча покинул комнату, закрывая за собой дверь. На том и закончили. ***

Этим же утром. 05:56

Фургоны ФБР были рассыпаны в разных местах вокруг психбольницы Лонкив, что забросили еще около 30-ти лет тому назад. Говорили, что пациенты устроили бунт, и в процессе произошел выброс угарного газа из завода, что стоял здесь в паре километров, после чего его тоже зарыли. Все люди в больнице погибли от смертельного газа. – перекличка. – в микрофоне по общему каналу послышался Аркадиос. – Лексус здесь. – его отряд прятался в ближайшем лесу меж деревьев. – Люси, Локи, Стинг, Грей и Джувия на месте. – Хартфилия оглядывала фургон. Каждый был занят своей работой. Грей проверял связь с каждым оперативником через ноутбук; Джувия готовила свежие бинты и пробирки, сидя рядом; Стинг сидел на полу фургона и поддерживал связь со снайпером Роугом. А Лев просто сидел рядом со Стингом на полу и задумчиво пялился себе в ноги. Стингу пришел указ из столицы о том, чтобы тот помог Магнолии в операции. Роуг Чени уже наблюдал в сугробе снега и смотрел в окна больницы через снайперку. – Роуг на связи. – кратко сказал он. – Гажил и Эльза готовы. Ждем команды. – отозвался черноволосый. – отлично. По пятерке оперативников заходят с каждой стороны. Окружаем. Начинаем операцию «Финал». Операция «Финал» была спасательной и штурмовой. Из-за зимы, как темного времени года, рассвета еще долго не будет. План был продуман до мелочей. Люси лично с доверенной командой составляла этот план, обдумывая все ходы событий. Всё должно пойти как надо. Но несколько вещей всё же не удалось исключить. Нацу – их ценный заложник и способ шантажа. Грехи знают, что агенты готовы пойти на что угодно ради того, чтобы спасти его. Это и есть главная проблема. Люси невольно прикоснулась к плечу, где был шрам, оставленный со Дня Провала. Другая рука беспрерывно потирает кольцо на пальце. В этот раз она сделает риск гибели минимальным. Она не одна. – окружить периметр. Отрезать им все пути к возможному отступлению. Ни одни из Грехов не должен выйти отсюда живым! – приказывал Аркадиос. Оперативники разбежались из укрытий, медленно приближаясь к большому заброшенному зданию. – ладно. Поехали. – выдохнула Люсьена. Остальные друзья, что были с ней в фургоне, с улыбками её подхватили. *** По темному голому коридору несколько бандитов вели Драгнила и Ромео с Венди с туго затянутыми наручниками на руках. Дети очень переживали за него. Прошло два дня с того момента, как Грехи поставили Нацу метку греха Гнева на груди, и с тех пор Драгнил был словно живой мертвец. Кожа совсем бледной, лицо безжизненным, глаза холодными и пустыми. Ребра стали четко видны из-за сильного исхудания. А Грехи, как самые настоящие ублюдки, воспользовались его безжизненностью и стали мучать как только хотят. Теперь, в том же подвале они подвешивают как Иисуса на кресте, ноги вместе, а руки по сторонам. Детей всё также не выпускали из камеры. Кнут почасово оставлял на теле детектива все больше глубоких царапин и кровавых ран. Вся его одежда пропиталась его собственной кровью. Он приглушенно кричал, но не пытался вырваться. Тело будто отказывалось от его души, и он не сопротивлялся. Не рычал, не плакал, так ничего и не говорил. Лишь иногда кричал об невыносимой боли и грыз свою губу со всей силы, лишь бы сдерживать свои крики. Эрик всегда вставал раньше всех, и уже находился в любимом подвале, а его подчиненные снова притащили свежее тело новой жертвы безумца. Чего только Кобра не вытворял на глазах детей и Драгнила. Почти каждый день новое тело, которое учёный выкручивал как только ему придет в голову. Расчленял, выворачивал органы наружу, ломал им горло, отрывал голову и засовывал в тело разные трубки и скальпели. Среди жертв были как дети, так мужчины, женщины, пожилые, и даже беременные. Крови было так много.. казалось, из её количества можно было целый бассейн залить. А сам Эрик так и не утихал. Смеялся, хихикал, воодушевленно кричал. Бедные Ромео и Венди плакали от ужаса, но отворачивались, зажмуривали глаза и закрывали уши руками как можно крепче. Их рвало от этого гнилого запаха и зрелища, которое они мельком замечали, но отчаянно пытались не привлекать к себе внимание безумца. Нацу же даже не пытался что-то делать. Сидел в клетке, словно кукла, опустив голову вниз, слушал, но ничего не делал. Сегодня была уже третья беременная женщина. Эрик вытащил еще живого ребенка из её живота, и отложил от умирающего тела женщины. – смотри! – вдруг воодушевленно Эрик развернулся к Нацу. Драгнил приподнял голову, делая вид, что слушает его. В руках у Кобры был шприц. – это яд королевской кобры. Яд этой змеи способен убить человека менее чем за 10 минут. Интересно, за сколько секунд умрёт этот младенец?! В коридоре эхом раздался выстрел, звук которого Нацу узнает из тысячи. Это был его пистолет. Лишь предположение, но от царапин на спусковом крючке его Беретта издаёт несколько другой звук выстрела, однако он слишком узнаваем для Драгнила. – это Гордыня развлекается. Черт! Он отобрал у меня твой пистолет, «чтобы я не буйствовал». Вот блин! – ребяческой обидой произнёс Эрик и вернулся к своей жертве, быстро позабыв о том, что его игрушку забрали. Ничего. У него еще много похожих игрушек. А Нацу приятно напрягся. «– Один.» – мелькнуло в его мыслях. Он вновь рассмеялся и ввёл яд младенцу в вену на руке. Нацу был готов сплевывать рвоту, но упорно сдерживался. Малыш уже через три секунды отчаянно закричал, но когда он в мгновение ока побледнел, а затем его тело ярко покраснело, он резко затих уже спустя 10 секунд. Он перестал как либо двигаться. Его ручки, что он тянул к потолку, где был свет, безжизненно упали. Нацу лишь вновь жмуриться, и закусывая итак всю искровавленную губу, опустил голову. Эрик же довольно наблюдал за результатом. Видимо, специально сказал схватить живую беременную женщину на последнем сроке, чтобы провести эксперимент. – интересненько.. – Кобра развернулся к Нацу. В его руке был еще один шприц с жидкостью внутри. – Гордыня сказал, что агенты уже не придут за тобой, так что я могу использовать тебя, как только захочу! Проверим, насколько быстро яд кобры убьёт твоё ослабленное тело! Дети сидели в камере до этого как можно тише, подальше от клетки Драгнила, в которую его сажали в свободное от пыток время, но сейчас резко зарыдали во весь голос. Кобра уже вставил ключ в замочную скважину от камеры Драгнила. Но этот ребячий плач быстро вывел Эрика из себя, и он повернулся к Нацу спиной. – ЗАТКНИТЕСЬ!! – крикнул Эрик, не сдерживаясь в голосе. Это помогло. Дети слегка испуганно притихли. – так то лучше. Он стоял максимально близко к камере Драгнила спиной, но как только вздумал обернуться, на его шее сомкнулись чьи-то руки. Это был Нацу. Он просто не мог не воспользоваться таким шансом, и обвив шею Эрика своими руками через решетку, резко прижал его к клетке. Пусть он был слаб, но упиравшись ногой об клетку, прижимал горло Эрика как можно теснее к решетке. Когда дыхательные пути были перекрыты, Эрик перестал брыкаться ногами, ему резко стало не хватать воздуха. Он цеплялся руками за руки Нацу, но не мог вырваться из железной хватки Драгнила. – это тебе за всё.. за мою маму.. и за моего брата, которого вы расчленили. – рычал ему на ухо через клетку Нацу, не отпуская Эрика из своей хватки. Эрик расширил глаза от страха, но даже шприц в руке не мог никуда деть. Хотел воткнуть его в тело Нацу позади него, но рука от нехватки кислорода резко ослабла, и он выпал из руки на пол, но не разбился. Его тело охватил безудержный страх. Так Эрик ничего и не смог сказать. Пытался даже кричать, но от стальной хватки сильных рук Драгнила не мог издать и звука. Лишь прохрипел, и неожиданно обмяк. Руки безжизненно обвисли, ноги тоже стали разъезжаться. Кислород.. закончился. На всякий случай Нацу немного ослабил хватку и пощупал пульс на артерии Кобры. Ничего нет. Ни одного пульса даже спустя 10 секунд. Он мертв. Только тогда Нацу окончательно убрал руки и сам от усталости упал назад. Тело Кобры упало на каменный пол, словно камень. Пересилив себя, Нацу всё же встал на ноги и открыл ключом свою камеру, что был вставлен в замочную скважину. Как хорошо, что на сегодня они сняли его с цепей, что расставляли ему ноги и руки в стороны. Он давно запомнил, куда клали ключи отдеткой камеры, где сидели Венди и Ромео, и сразу же отворил их камеру. Дети тут же бросились к Нацу в объятья. – тише, всё хорошо. – хриплым голосом Нацу успокаивал малышей, прижимая их к себе ближе. Дети дрожали от страха и беспрерывных слез. Но за все время, что они были здесь, они наловчились плакать молча, поэтому и сейчас не было слышно ни одного всхлипа. Похоже, до этого они специально разревелись с криками, чтобы отвлечь Эрика. Какие умненькие. – пойдемте отсюда. – Нацу крепко взял их за руки и повел прочь из подвала. Но на всякий случай припрятал в брюках шприц Кобры со змеиным ядом в кармане. *** Оперативники окружили здание кольцом и стали дружно приближаться. Люси продолжала грызть ногти от волнения, наблюдая за мониторами. Локи оставался с ней в фургоне, ведь должен быть рядом и защищать. Также с ними остались Грей и Джувия. Их фургон оставался в одиночестве стоять совсем в непримечательном месте: в заснеженных кустах со стороны черного входа в здание. – что-то слишком тихо. – заговорил Грей. Черноволосый тоже напряженно хрустел пальцами, смотря в мониторы с камер на прикрепленной одежде оперативников. – время только 5 утра. Может, они все ещё спят? – Джувия обеспокоенно смотрела в тонированное окно фургона. – это было бы нам на руку. Но вряд ли они не оставляют на ночь шухер. – стальным голосом проговорила Люси, не смыкая глаз. На несколько минут в фургоне настала тишина. Никто не решался что либо говорить. Все внимательно слушали речь оперативников и звуки в округе. Из больницы не было ни единого шороха, ни звука. – а что если их вообще там нет? – вдруг спокойно предположил Локи. Все тут же посмотрели на Льва. Лицо его было бесстрастным, холодным. Так он ведет с себя с того времени, как Люси решительно отказала ему. Опять. А когда повернул голову на агентов, тут же ужаснулся. Свирепые взгляды Люси, Грея и даже вечно доброй Джувии заставили его тут же затихнуть. – мы не можем ошибиться. У нас нет права на ошибку. – так же хладнокровно ответила Люси, и не переставая смотрела на Локи устрашающим взглядом. Казалось, Лев хотел что-то неуверенно ответить, но по округе резко пронесся болезненный вскрик. Оперативники тут же прижались к земле, а агенты пугливо насторожились. Этот мужской голос им был знаком. Уж больно знаком. – это же… – Джувия испуганно прижала ладони ко рту. – Нацу…. – прошептала Хартфилия. Её карие глаза покрылись пеленой ужасного страха. Боли, и бешеного волнения. Грей тоже раскрыл глаза от ужаса, и резко встал. Джувия прижимала ладони ко рту, пытаясь не расплакаться от страха. А Лев же просто напрягся, вставая с пола. Лексус с Гажилом тоже сразу узнали этот голос и стали сжимать кулаки до предела. Аркадиус сразу разволновался от неожиданности. – штурм! Штурм! – стал он кричать в микрофон по общему каналу, и оперативники сорвались с места. Люси была не в силах даже пошевелиться. Её в чувство привел лишь Грей, который тряс за плечи и громко звал её по имени. Но стоило ей вернуться из своих мыслей, из её глаз невольно полились слезы. – Люси! Всё будет хорошо! С Нацу всё точно будет хорошо! – Джувия тут же стала утешать подругу, и крепко обняла беременную женщину. – точно! Это же Нацу! – подбадривал её Грей, а сам в ужасе думал, лишь бы с Драгнилом и вправду всё было хорошо. «Держись, дружище. Продержись еще немного!»