Малыш в большом городе

–Уважаемые пассажиры, – суровый голос капитана корабля раздался из колонок, – Наше судно начинает посадку в аэропорт Окинавы. Прошу всех сесть на свои места и застегнуть ремни безопасности.       Прошло около шестнадцати часов. Сейчас мы уже летим другим рейсом, ведь из Минска до Окинавы без пересадки не доберёшься. Парни были помятыми, хотелось спать и уже выйти из этого дурацкого самолёта, даже не смотря на условия, в который мы летели.       После того, как в колонках раздался голос командира, Стас с Димой шлёпнулись на кресла, быстро застегнув ремни. Лёша спал на своём месте, а я держал в руках книгу. Читать, если честно, я не люблю, но сети нет, карты надоели, а делать больше нечего. Я отложил книгу и повернулся к сонному медведю. –Лёш.. – пальцами я прошёлся по его плечу, – Скоро посадка, давай просыпайся и пристёгивайся.       Майсак поморщился, но открыл сонные глаза и промычал что-то вроде "Угу".       Самолёт начал снижать высоту, в иллюминаторе показались облака, но чем ниже мы спускались, тем темнее они были. –Лёш, что это? – я не понял, почему в таком замечательном месте, как Окинава, на небе висят тяжёлые и тёмные тучи. Да и волна страха начала накрывать меня. –Это дождь, Даник, – Майсак улыбнулся, до конца проснувшись, – Не волнуйся, мы сядем хорошо, это проверенная компания, – Он заметил, как я сжался в сиденье, – Может.. Тебя снова взять за руку?.. Ну...Чтобы тебе не страшно было.       Его щёки залил румянец и он отвёл глаза. Я медленно залез своей кистью под ладонь Лёши и сжал его пальцы. Майсак дёрнулся и посмотрел на меня: я улыбался. Он тоже поднял уголки губ и расслабился в кресле.

***

      Мы вышли из аэропорта, когда на улице сыпал дождь. –У-у-у-у, - расстроено протянул я, – Вот тебе и приехали за теплом! –Ладно, Даник, – Лёша хлопнул меня по плечу и глянул в телефон, – Завтра должно быть солнце, вот и отдохнём. А сегодня уже поздно, пока заселимся в отель, уже вечер будет.       Под групповое одобрение Лёшиного плана мы сели в такси и направились в один из лучших отелей, которые были ближе к морю. Япония очень красивая и чистая страна: даже несмотря на плохую погоду, она будто "светилась". Аккуратные домики, стоявшие ровно вдоль улиц, хорошие магазины и приятная атмосфера - я влюбился в эту страну. Воздух был пропитан свежестью и прохладой, редко в небе мелькали молнии, но было не страшно. Закутавшись в свою кофту, я сидел и смотрел в окно, на завораживающую картину японского города. –Даник, ты не замёрз? – рядом сидящий Лёша наклонился ко мне, чтобы лучше слышать. Я повернулся. –Немножко, но мы скоро же приедем? –Не совсем скоро, но половину пути мы уже проехали, – Майсак обнял меня за плечи и прижал к себе, – Так теплее?       Я улыбнулся и слегка покраснел: –Угук, спасибо, Лёш.

***

–Ну нихуя себе!       Я прыгал на диване, который находился в нашем с Лёшей номере. На моё удивление, здесь не было высоченных зданий с множеством больших окон и красивыми девушками за стойками. Это был небольшой, но очень удобный и уютный домик, который стоял близ моря. Он был выполнен в холодных тонах и планировкой напоминал японский. На первом этаже располагалась гостиная, кухня и ванная комната. Аккуратная лестница уводила наверх, где находились две спальни и балкон с мягкими креслами. Он выходил на море: синее и спокойное. Такой же дом находился в нескольких метрах от этого, и они оба были предназначены для двоих жильцов. Лёша не нашёл большой дом на четверых, так как все варианты были раскуплены. Но ничего страшного, мы уживемся и по двое. Мы поговорили и решили, что я буду жить с Лёшей, потому что я самый младший и юноша дал обещание присматривать за мной. Хотя, мне в этом году будет девятнадцать! –Даник, не скачи! – беловолосый затащил сумки в дом и с облегчением выдохнул, – Чего ты там набрал?       Он потряс большой сумкой. –Игрушки, – я заулыбался и грохнулся на диван, после чего вскочил и подбежал к Лёше, – Спасибо тебе огромное, Лёша!       Я запрыгнул на него и обнял, словно панда на бамбуке, от чего парень чуть не грохнулся. –Даник, тяжело же! – он рассмеялся и обхватил меня руками, не давая съехать вниз. Я закинул ноги и теперь всем телом висел на Лёше, а он не позволял мне упасть.       С минуту мы улыбались и смотрели друг другу в глаза. Но с губ пропала улыбка, как только мы поняли, как близко находятся наши лица. От удивления и смущения я широко раскрыл глаза, а щеки залились румянцем. Лёшина кожа оставалась такой же бледной, только в тёмных глазах я уловил какое-то мешканье. Он будто боялся, но отпускать не хотел. Медленно, боясь напугать белого принца, я положил ладонь на его щёку и провел большим пальцем по розовым, словно только проснувшийся бутон тюльпана, губам. Лёша никак не отреагировал а лишь только поддался вперёд, аккуратно и осторожно, будто я могу уколоть его. Наши взгляды были прикованы друг к другу, и я понемногу утопал в его тёмных, как звёздное небо, глазах. Раньше они были тёмные и тяжёлые, без единой звезды. Но сейчас...сейчас в них загорелись тысячи огней. Они были живые, в которых мелькало множество мыслей. Секунда. Он становился всё ближе и ближе ко мне. Я чувствовал его дыхание и этот запах, который я так любил. Ещё секунда. Моё сердце не находило себе места. Внутри поднималась волна бабочек, который бились о стенки и старались выбраться наружу. Я прикрыл глаза, слегка приоткрыл губы. И третья секунда. Его мягкие губы накрыли мои, руки сжали моё маленькое тело и прижали к себе. Я обвил его шею руками и прижался всем телом, стараясь почувствовать тепло тела белого принца. –Хах..       Было тяжело дышать, и я аккуратно отстранился от друга, хватая ртом воздух. Лёша тоже дышал тяжело, руки ослабли и потихоньку опустили меня на пол. Я смотрел на него. Хотел снова увидеть его тёмные глаза, с тысячью живых огней в них. Но он не поворачивался. Он спрятал глаза под белыми прядями. Он избегал моего взгляда. –Лёш... –Прости. Больше такого не повторится. Я пойду в душ.       Слова прозвучали резко, грубо. С опущенной головой он обошёл меня и прошёл дальше, в глубь дома, скрываясь за дверью ванной. Я стоял так же с поднятой головой, смотря в потолок. На глаза навернулись слезы и я начал тихо всхлипывать, медленно сползая на пол. Но меня никто не слышал. Звук воды в ванной заглушал мои всхлипы. Я лёг на пол и сдерживал слёзы. Я сдерживался.