Раскачаем этот мир

— Я хочу арбуз. Олег оторвался от каши и поднял удивленный взгляд на Серого. Его рыжее чудо сидело, с недовольным видом размазывая еду по всей тарелке. Растянутая футболка и клетчатые штаны прекрасно вписывали в советский и староватый интерьер на кухне. А солнечные лучи, едва просвечивающееся сквозь шторы, придавали растрепанным волосам друга огненный оттенок. Ну точно его маленькое солнце. Маленькое и вредное. — Ты головой ударился? Сейчас октябрь. — И чо? Хочу арбуз. Олег подавил вздох. Если в светлую голову его друга что-то взбрело, то вряд ли оно оттуда в ближайшее время уйдёт. И всё же он попытался. — Да нахера тебе он? Уже не сезон, да и холодно. Может, лучше пельменей? — почти ласково произнёс Олег. — Арбуз хочу, — последовал ответ. Этот тон был прекрасно известен Волкову. И тут уже даже он ничего не сможет поделать. — Ну собирайся и пойдём тогда. Серёжа тут же улыбнулся и вскочил с места. — Кашу только доешь. Улыбка погасла, и он плюхнулся обратно на стул. *** — Ну и зачем мы премся в этот дурацкий ларек? Могли бы в магазине поближе купить. — Это не то, — с видом знатока заявил Серёжа, и под порывом холодного ветра посильнее укутался в шарф. — Ну-ну, — пробормотал Олег, подходя к палатке. Сезонные ягоды уже исчезли, и деревянные коробки были полны яблоками и грушами (Олег мгновенно вспомнил, как в детстве он с Серёжей любил лазить за ними в чужие сады, в те редкие моменты, когда им удавалось очутиться за городом), но всё равно впереди лежали огромные арбузы и пара дынь. — Серый, они же все химикатами уже напичканы, — тихо шикнул Олег. Серый, словно не слышал, с улыбкой подошёл и постучал по самому верхнему. — Этот хороший! — заявил он. — У него хороший глухой звук. Точно сладкий. Ты согласен, Олег? Олег закатил глаза. Ему, в принципе, было всё равно, какой арбуз есть: сладкий, не очень, да хоть солёный. Но для Серого хотелось лучшего. Поэтому он усмехнулся и произнёс: — Да ну? Ты ж не разбираешься в этом. — Я чувствую это, — заявил Серый. — Чувствуешь еду? Ты? У которого кофе на прошлой неделе сгорел? — Это всё из-за молока, — закатил глаза Серый. — Нет, клянусь, ты уже сейчас можешь получить Нобелевскую премию, — продолжил Олег, уже откровенно веселясь. — Потому что ты точно нарушил пару физических законов. — Слушай, это же арбуз, — прервал его насмешки Серёжа. — Сладкий сентябрьский арбуз без молока. Никаких проблем. — Сейчас октябрь, — поправил Олег. — Но поспел то он в сентябре, — с видом вселенского умника сказал Серёжа. — Да, но… Кхм, — замялся Олег, чувствуя, что потерял преимущество. — Так что, берём этот? — спросил Серёжа, смотря на него широко раскрытыми глазами. *** Олег даже не удивился, когда обнаружил себя минут через 10 идущим по аллее с арбузом в руках, слушающим весёлую болтовню Серёжи. Ветер несильными порывами сбивал листья, и они осыпались красивым красно-золотым хороводом, устилая им дорогу. Олег, даже неожиданно для себя, пнул опавшую листву, и они медленно опустились на землю, вызывая у него по-детски яркую улыбку. — В детство впал? — улыбнулся ушедший вперёд Серёжа, но в его взгляде не было и намека на насмешку, лишь привычная нежность. — Я-то впал, а ты из него и не вылезал, — усмехнулся Олег, и пошёл к нему. Серёжа среди всего этого буйства красок смотрелся великолепно: такой же яркий, как и огненный листья клёна. Такой же тёплый, как и эта осень. *** — Олег? — А? — спросил Волков, положив нож и обернувшись на Серёжу, который украл с тарелки одну из долек арбуза. Сейчас он смотрел на друга потерянным взглядом, словно пережив самое большое предательство в этом мире. — Он это… Совсем не сладкий.