II. Вольная

***

–Позволите, Мария Антоновна, Вас пригласить на танец? Она ослышалась? Граф Аракчеев стоит напротив неё, чуть склонив голову в церемонном поклоне. –Вы приглашаете меня на танец? -переспросила она. –Да, если позволите. Дмитрий Львович нервно улыбается и кладёт руку на обнаженное плечо жены. –Ну что же, Маша...ммм… Как смеет он подходить к ней с подобным предложением? –Не знала, что Вы танцуете. –Я не так искусен в танцах, но ласкаю себя надеждой, что столь изысканная дама, как вы, не сочтёт за наглость мою просьбу. Играет музыка. Она видит в глазах мужа безмолвную мольбу и вкладывает свою ладонь в протянутую руку. Если она откажет в танце, граф решит, что она его боится. Играют вальс. Насколько неуместный танец в этот момент! Аракчеев привлёк ее к себе, чуть ближе, чем дозволено приличием. На губах его, тонких и поджатых, хищная улыбка. Он кажется ей самым непривлекательным на свете-начиная от густых, всегда чуть сдвинутых на переносице бровей, и заканчивая блестящими носками сапогов и накрахмаленными до хруста воротниками. Самая дорогая одежда на нем сидит колом. Сухопарая высокая фигура напоминает выпь. Он, как всегда, гладко выбрит и аккуратно причёсан, и эта вычурная педантичность отвратительна ей. Alex тоже щепетилен к внешнему виду, он модник и любит красоту и чистоту в одежде, но все же у него присутствует естественная небрежность, которая определяет человека живого. А этот за мятый воротник наверняка посадить может на гауптвахту. Они танцуют, и к ее досаде и одновременно удивлению граф оказался танцором вполне сносным. В нем нет легкости и движения его резки, но техникой он владеет вполне. Она ни разу не видела его танцующим на балу и недоумевала: где же он научился? Ей, впрочем, близость его тела так неприятна, что это заметно по ее лицу. –Мария Антоновна, вы верно опасаетесь, что я оттопчу вам ноги, что так дрожите...- усмехнулся он. — Доставьте мне такое удовольствие, как вашему партнеру, хоть на пять минут …расслабьтесь.Я сегодня за место государя вам кавалером буду с его согласия. Он издевается верно. Пользуется отсутствием Александра, чтобы над ней посмеяться. В последний момент Alex прислал ей записку, где рассыпался в извинениях и нежностях, ссылаясь на срочные дела. Последний год они виделись совсем уж редко, но она никак не ожидала, что он пропустит бал в честь ее дня рождения. Аракчеева она, конечно, не приглашала. Теперь, однако, не ей это решать. «Деточка, никак нельзя не пригласить Алексея Андреевича! -оправдывался муж.- Такого влиятельного сановника при государе и проигнорировать.Может счесть за оскорбление! Он человек жёлчный и обидчивый. Я сам не рад его видеть, но что поделать! » Как зла она была на всех! Не так давно все эти люди, министры и князья презрительно при виде графа поджимали губы, а теперь гнут спину, льстят. «Ах, Алексей Андреевич то, ах Алексей Андреевич се.» Сильнее всех, конечно, зла она была на Александра. Аракчеев в отставке пробыл две недели. После чего вернулся в Петербург с повышением таким, что все притихли. –Аракчеев мне необходим в делах! Я просто вынужден держать его на службе! Сейчас не время для симпатий или антипатий личных! Грядёт война! — оправдывался Alex. «Ты лжёшь! ЧТО он для тебя? ЧТО он для тебя такое на самом деле?»— хотелось закричать ему в лицо, но она смолчала. А недавно ей стало известно, что в имении у графа,в Грузино, куда сам Alex ездил неприлично часто, гостила Великая княгиня Екатерина Павловна. Любимая сестра посещает Аракчеева так же по долгу «службы?» Так,может, Alex с графом будет ходить в театр и танцевать и пускай Аракчеев играет ему на пианино и читает вслух? К черту приличия! «Как вообще хоть кто-то может испытывать к этому чудовищу симпатию? Не говоря уже о чем-то большем.» — она смотрела на графа и пыталась представить себе это лицо в минуту нежности или любовной страсти. Смотрящее с теплотой, с улыбкой. И не могла представить. –Мария Антоновна, ведь мне давно хотелось с вами поговорить открыто. Позвольте использовать момент… Она не хотела вести с ним разговор, но теперь ясно поняла, что граф не случайно пригласил ее на танец. Она вопросительно подняла на него глаза. –Вы очаровательнейшая дама и несомненно оказываете государю величайшие услуги своими ласками, однако, меня удручает, что вы пытаетесь влиять на его расположение ко мне. Я знаю, что вам не нравлюсь. Это Ваше право. Однако прошу не пытаться плести интриги против меня. От наглости такой она буквально задохнулась. До какой степени должна была дойти самоуверенность этого мерзавца, чтобы он смел с НЕЙ так говорить? И снова ярость подступила к горлу. Она едва сдержалась, чтобы не вырваться из его рук прямо во время танца. –Я Вас не понимаю, граф. Я против вас не строю никаких интриг. –Мне известно, что вы всячески стараетесь государя убедить отстранить меня от службы. Ваших друзей вы подговариваете меня не приглашать к обеду и распускаете обо слухи весьма пошлого содержания, вроде того что я шантажом от императора добиваюсь каких-то привилегий. Мне это весьма обидно, ведь я в своей преданности к нему ничем себя не уронил…в отличие от других… Я не использовал его доверенность ко мне себе во благо. Она, вдруг, поняла… Так он вздумал шантажировать ее?! –Я не понимаю ваших намёков и мне оскорбительно их слышать! — и не выдержав добавила.- Ведь это вы от императора стараетесь всех отдалить! Вы, кажется, никого не можете выносить, кто ему близок! –Так ведь достойных людей мало. Мария Антоновна, я не имею намерения Вас оскорбить.- он понизил голос.-Но все же я заклинаю вас: перестаньте пытаться влиять на то, на что влиять Вы не можете. –Вы забываетесь! Кто вам дал право так говорит со мной? Мало того что вы преследуете меня, выслеживаете, чтобы Александру Павловичу докладывать о том, с кем я провожу время, так вы теперь ещё и угрожаете? — они остановились посреди зала. Танцующим парам пришлось их обходить. Мария высвободилась из его объятий и не скрывая своей злости повышала даже голос. Пусть слышат! –Я место своё знаю, сударыня. В отличие от Вас.- Он перестал улыбаться. -Я против Вас ничто не делал. Вы значите так ничтожно мало, что было б странно вас рассматривать мне как врага. И все же Ваше упорное желание бросить тень на мое имя, требует объяснений. Ваш статус не даёт вам на это право. –Мой статус? –Вы первая дама государя…-он наклонился к ее уху.- Первая среди шлюх, которая вообразила себя Бог знает кем. Ваша репутация оставляет желать лучшего и не вам учить кого бы то ни было морали. Я думаю, что вы ничтожнейшая из женщин, но не в моих правилах совать нос куда меня не просят до тех пор, пока на меня не начинают нападать. Я думаю, что вы пусты, развратны, тщеславны и не умны. Вы не умеете ценить ни себя, ни привязанности к вам императора и от тоски, похоти и скуки пихаете в себя мужчин, чтобы заполнить пустоту в вашей душе. Мне известно каких гостей вы принимаете в момент отъезда государя. Если вы не перестанете порочить мое имя, я приложу необходимые усилия, чтобы уничтожить Ваше. Секунду она стояла неподвижно, глядя ему в глаза. Потом резко замахнулась, чтобы влепить пощёчину, но Аракчеев перехватил ее руку, сжав запястье. –Не надо этих дешевых бабских сцен. Я все сказал вам. Он отпустил ее и отошёл, чтобы скрыться среди гостей. Музыка замолкла. Мария стояла, оглушенная его словами, видя, как люди вокруг в смущении отводят взгляд. Все видели…никто вмешаться не подумал. –Деточка! Что стряслось? — к ней спешил Дмитрий Львович. Он взял за руку жену и обнимая отвёл в сторону. -Ты плачешь? Она не заметила сама, как слёзы, струящиеся по щекам, стекали ей на шею, капали на платье. Она внутри горела вся… –Дмитрий Львович! Вы обязаны вызвать графа Аракчеева на дуэль! — хрипло прошептала она. –О Господи! За что? Что он сделал? –Он оскорбил меня! Унизил, он говорил такие вещи…вы обязаны теперь к нему пойти и вызвать его на дуэль. Нарышкин стоял столбом, растерянный. Он достал из кармана белый платок и принялся вытирать слёзы с лица жены. –Машенька, ну успокойся, расскажи мне. –Вы сделаете это? Вы обязаны! Это ваш долг…он оскорбил через меня и вас…- она умоляюще вцепилась в воротник его. –Но как я могу его вызвать, если я не знаю, в чем заключалось оскорбление? Расскажи мне, и мы решим этот вопрос… –Вам недостаточно моих слов и слез? Вы не видели, как он схватил меня за руку? — она показала на красный след на кисти. –Я видел да…но мне почудилось, что это ты хотела его ударить. Она смотрела на Дмитрия Львовича и неожиданно ей стало смешно. На что она понадеялась? Дуэль? Он не способен был бы вызвать Аракчеева, даже если бы тот прилюдно изнасиловал ее. К ним подошёл князь Гагарин и Голицын. Они все видели, несомненно, эту сцену и теперь встревоженно пытались успокоить ее, и одновременно увести подальше от гостей, в другую комнату, где было тише. Князь Гагарин принёс ей бокал вина, усадил в кресло и с трогательной заботой присел рядом, держа за руку. Дмитрий Львович же топтался вокруг жены и с виноватым видом все повторял, что ему надобно знать в чем было оскорбление, а лучше всего рассказать об этом Александру Павловичу. При этих словах Мария едва сдержалась что бы громко не расхохотаться. –Вы полагаете, что графа на дуэль обязан вызвать он? — с сарказмом обратилась она к мужу. –Дуэль бессмысленна. Аракчеев не примет вызов. Ещё и с вас взыщет…он законник…- встрял в разговор князь Голицын. — Да, на него управу имеет только император.Марии Антоновне надо непременно рассказать ему при случае. –Да, Маша, тебя он точно послушает. Какой же все же он негодяй…ноги его не будет больше в моем доме! Вот прямо сейчас я попрошу его уйти! Сейчас же! С этими словами Нарышкин отправился к двери. –Я думаю, всем надо рассказать, что он вам нахамил. Он это часто делает, но знаете ли, так оскорблять даму в ее же доме! Нужно найти на него управу…нужно давно что-то такое придумать…- князь Голицын возмущённо рассуждал, ходя туда сюда. В этот момент дверь комнаты открылась,и на пороге появились Дмитрий Львович и Аракчеев. Все вздрогнули, кроме Нарышкиной. Она же молча встала, сжимая в руках бокал с вином,и думая, что хорошо бы содержимое плеснуть графу в лицо. –Вот… Дорогая…Андрей Алексеевич….Алексей Андреевич…-поправился Нарышкин нервно переминаясь с носка на пятку.-Хочет объясниться. Аракчеев подошёл к ней. В его глазах была едва ли не безмятежность. И не было в них ни тени сожаления. Она,вдруг,понимает отчетливо: он знает, что ей все ИЗВЕСТНО. И он не боится. А значит… –Мария Антоновна, я прошу прощение, если неосторожным словом или выражением вас обидел. Я человек в светском обществе не частый, и с дамами, общаться не привык. Право не знаю, какая именно фраза...-он вздохнул. -Вас так задела. Но я искренне прошу меня простить! -он повернулся к ее мужу.-Дмитрий Львович, и перед вами каюсь как перед хозяином! Сморозил глупость какую-то должно быть! Нарышкин пробормотал что-то невразумительное и отвёл взгляд. Мария стояла молча, не двигаясь. –Я, право, готов встать перед вами на колени, сударыня…- Аракчеев подошёл к ней и к смущению всех спокойно совершенно опустился на колени, карикатурно сложив руки в мольбе.- Простите дурака! –Граф, я Вас прошу уйти…- тихо произнесла она и отвернулась. Аракчеев встал с колен, отвесил ей поклон и вышел в сопровождении князя Голицына и ее супруга. Она осталась наедине с Гагариным, который с хмурым видом смотрел в окно. –Мерзавец знает, как отвечать. Он не стыдиться никакого унижения ради цели..стелется перед императором… Она смотрела на огонь в камине, смотрела как языки его пламени сжигают уголь и что-то сгорало у неё самой внутри в этот момент. –Машенька, — услышала она голос мужа сзади.- Ну как это тебе? Я его выпроводил, конечно,и ещё сказал, что доведу до сведения государя эту сцену. Он сокрушался, что это ты к нему не расположена, но он всю вину за вашу ссору берет на себя. –Мужчин нет. Все боятся Аракчеева. Вы Дмитрий Львович, с ним, несомненно, хорошо простились? Теперь я вам всем пророчу: он далеко пойдёт. Намного дальше, чем можете себе представить. На что способен он…я знаю. И он всеми вами будет управлять. Вы ещё увидите. И ей, действительно,вдруг,захотелось, чтобы они увидели. И ужаснулись. Каждый говорит тут о достоинстве, чести, но не боится их потерять. Им всем надо у Аракчеева поучиться. И раз они с такой вот лёгкостью под него прогнулись, то пусть. Им бы знать, за какие на самом деле заслуги этот человек получил столько власти. А впрочем, хоть и узнай они, разве что-то изменилось? Они бы продолжили ему руку жать. Слёзы высохли. Мария посмотрела на князя Гагарина и улыбнулась. Он на ее улыбку ответил, так же улыбкой –Мария Антоновна, — обратился к ней Гагарин.- Все же будь я такой же прекрасной дамой на вашем месте, я бы рискнул употребить своё влияние на государя. Ну в самом деле, поставьте ему ультиматум! Пусть выбирает вы или Аракчеев!- он явно сказал это в шутку. –Увы, боюсь, он выберет Аракчеева. Граф для отечества полезней. И дешевле ему обходится. Она выплеснула остатки вина из бокала в камин.

***

1813

–Маша, что значит твоё письмо? Alex у неё. Явился сам, с утра, один, без сопровождения. Лицо напряжённо и даже на высоком, гладком лбу проступила вена. О, она не часто видела его рассерженным, но ей это теперь было приятно. –Ты вынудил меня. Мне нужно как-то защищаться. Он подошел и схватил ее за плечи. Не больно, но непривычно жестко. –Я вынудил? Ты бросила меня сама! Ты решила все разрушить! Я посчитал…по срокам…твои беременности…часто совпадали с моим отъездом из города. Я хочу знать! Соня моя дочь? Или я все эти годы содержал..детей Нарышкина?! Ей почему-то это кажется смешным ужасно,и она едва сдерживает себя, потому что ее улыбка может стоить слишком дорого. Она оттолкнула его. –Так это все-таки имеет значение? Раньше тебя это не волновало и таких вопросов ты мне не задавал. Но раз уж ты решил все посчитать… Она встала и подошла к столу, открыла сервант и достала оттуда заранее подготовленные шкатулки с драгоценностями. Открывая каждую, она доставала украшение и клала на стол. –Здесь все что ты дарил мне за эти годы. Можешь их забрать. Пусть носит Аракчеев. –Если ты хочешь обидеть меня ещё сильнее, то не старайся. После твоего письма я до сих пор не могу прийти в себя. И черт возьми, при чем здесь Аракчеев?! –Я вас видела. - Спокойно произнесла она. - Я ВСЕ видела…ты можешь говорить мне что угодно. Что он спасает Россию или ты через него спасаешь ее...Я не поверю ни одному твоему слову. Неужели ты сейчас мне солжешь, что нет ничего? Или у вас…любовь?! -у неё вырвался смешок. –Ты с ума сошла…конечно нет…ты все поняла не так…- она увидела в его глазах стыд и страх, и ее охватило отвращение. Последние сомнения отпали. –То, что ты написала про …рога оленя..это правда? –Да! - она произнесла это с вызовом. И на секунду показалось, что он ее сейчас ударит, таким страшным на мгновение стало его лицо. Она закрыла глаза. Александр быстро вышел из комнаты. Он несомненно шёл оценить теперь «ущерб». Да, все кончено.       Спустя пару часов князь Нарышкин возвратившись домой,застал в прихожей погром невероятный. На полу лежали сорванные со стены оленьи рога и пол осколками усеивали разбитые игрушки, которые венчали ветви. У входа его встретила жена. Мария улыбалась, держа в руках бокал с вином. –О Господи! Маша!Что здесь было? –К нам император заходил, Дмитрий Львович. Надеюсь, в последний раз.О, вы не переживайте…- она с безмятежным видом вздохнула и прислонялась к косяку.- Мы с ним договорились обо всем. *** Ваше Величество! Ваше нежелание говорить со мной, а так же отставка князя Гагарина и то обстоятельное письмо, которое вы прислали моему мужу, вынуждают меня пойти на крайние меры. Вы сами не раз упоминали, как много для вас значит наша связь, а значит, я вполне могу требовать,чтобы при расставании вы проявили больше уважения ко мне. Я прошу вас не преследовать Григория Гагарина и не уничтожать его карьеру из чувства уязвлённой гордости, ведь ревности там нет. Не преследовать меня, моего мужа и сохранить прежнее содержание моим детям, как вы обещали. Для себя я не прошу ничего, но поступать так по отношению к ним, - некрасиво и несправедливо. В случае если вы откажете мне в этих скромных просьбах, то весь Петербург узнаёт, что за порочная и отвратительная связь есть между вами и графом Аракчеевым. В моей прихожей, как ты знаешь, висят оленьи рога - твой оригинальный дар моего мужу. Украшения на них - это каждая моя измена тебе за эти годы. Не думаю, что они тебя заботят, но подумай, что скажут люди, если эти рога «поедут по Петербургу» и каждый будет наблюдать количество их украшений на голове Вашего Величества. Ты скажешь, что никто мне не поверит? Возможно. Но даже слуха будет достаточно, чтобы репутация твоя была бесповоротно уничтожена. Я не хочу объявлять тебе войну и надеюсь на мирное соглашение между нами. Со своей стороны я обещаю никогда более ничем тебя не беспокоить. Твоя Chouchou. *** Неделю спустя Мария шла по коридорам Зимнего дворца и улыбалась. С каждым, кто ей встречался, она здоровалась с этой улыбкой, не скрывая прекрасного расположения духа. Несомненно все уже были в курсе. И,несомненно, её осуждали. Как обычно. Графиня Эдлинг упрекнула ее при встрече: «Ах как вы могли с ним так поступить? Вас никто не понимает!» Она всегда не понята. Как грустно! Ее судили за связь с женатым мужчиной. Теперь осуждают за разрыв. Воистину переменчива душа и мысли Петербургской публики. –Зато я теперь свободна! Свободна! Уговор хоть и скреплён ими на словах, она уверена: Alex не нарушит слова. В таких вещах он человек чести. И хотя ей не удалось отстоять Гагарина,но Григорий и правда вёл себя так мелко, что черт бы с ним…Alex ведь для приличия обязан «наказать» соперника.       Снаружи ждала карета. Все вещи упакованы. В карете спала, как зайчик, прижимая к себе куклу Соня. В корзинке рядом урчал персидский кот. Alex даже не стал настаивать, чтобы Соня осталась в Петербурге, не стал прощаться. Сомневается? А ведь она его копия. Голубоглазый белокурый ангел.. Рядом сидела няня с Эммануилом на руках. –Ксюша, достань шампанское! Я просила не паковать бокалы..Мы празднуем!- она радостно засмеялась. Внезапно внимание привлекла высокая фигура, которая вышла из только остановившейся у здания кареты. Какое совпадение! Уехать и не попрощаться с ним? Мария отдала ребёнка няне и быстро подбежала к Аракчееву. –Граф! Постойте! Он явно был не в настроении, задумчивый и хмурый, но,увидев ее, тем не менее остановился. Почему-то ей подумалось, что он совсем мало помнит тот их разговор. –Ваше Сиятельство! Вас увидела…решила проститься лично. –Уезжаете? –Да, за границу. С детьми. Она достала из сумочки бумагу.-Вот распоряжение императора. Я получила вольную.. Он в недоумение смотрит на неё. –Я вам сказать хотела, что ТАМ теперь свободно. Располагаетесь поудобнее. Но все же…- она улыбнулась.- Не слишком обольщайтесь. Меня освободили, потому что я не представляю такую же ценность…как вы. Вы сами знаете, зачем вам это. Не думаете же вы всерьёз, что он вас любит? Я вот на свой счёт подстраховалась. Чего и вам рекомендую. Прощайте! –Куда вы едете?- он выглядел усталым и смотрел как-то безучастно. –В Европу. Путешествовать. –Счастливого пути. Он направился во дворец, а она с удовлетворением вздохнула. Какая прекрасная погода! Солнце, голубое небо…золотая осень! Чудесный день чтобы насладиться новой жизнью. Она, кажется, никогда не была ещё такой счастливой, хоть ее счастья не поймут. Граф добровольно выбрал это рабство? Несчастные мужчины, а ведь у них есть возможность в этом мире хоть что-нибудь выбирать. Мария забралась в карету и взяла бокал с шампанским, поднимая тост. –За свободу, Ксюша! Свобода всего ценней! Карета тронулась.