Per dolorem ad astra

Реестр Станция медленно распадалась от сотрясающей её цепочки взрывов, не слышимых в вакууме. Огненные бутоны расцветали во мраке космоса, окутывая очертания астероида. Осколки конструкций и камня грациозно проплывали в пустоте, врезаясь в соседние космические валуны и завлекая в свой последний танец.       Оранжевые сполохи плясали по лицу Макса. Его губы неслышно шептали литанию Защиты, а правая рука поглаживала аквилу висящую на цепочке — за годы, уже ставший привычными ритуал. За шесть долгих лет слишком много его заданий кончались подобным образом. Слишком часто приходилось бросать тех, кого еще можно было спасти, но риск, что они уже подверглись порче хаоса, был слишком велик.       Милосердие было слабостью, и Великий Враг был готов ей воспользоваться для победы над человечеством. Поэтому люди вырвали его из себя и положили на алтарь выживания, но можно ли было назвать себя после этого людьми? На этот вопрос ответа не было. И Номад очень не хотел, чтобы этот ответ пришлось искать обитателям этой версии Млечного Пути.       Человек отвернулся от этого зрелища и посмотрел на Тавра. По протоколу его следовало зачистить, читай положить рядом с теми заблудшими, кто подвергся тлетворному влиянию Врага. Все инстинкты кричали об этом, но Номад постарался заткнуть их усилием воли. Сам кварианец, не подозревая о своей удаче, сидел и с энтузиазмом копался в своем инструментроне. Скорее всего он инстинктивно пытался занять себя, чтобы не думать о пережитом.       — Макс… — узкая девичья ладонь Тали скользнула по левой руке Номада, сжала его пальцы и тут же отпустила, почувствовав твердый метал.       — Прости, — мужчина виновато улыбнулся и отсоединил клапан перчатки, демонстрируя грубо выглядящий металлический имплант на месте левого предплечья –Но моя рука и нога остались на Цитадели, всё никак не было времени забрать.       Девушка, замершая в нерешительности, улыбнулась и обняла его за протезированную руку. Её маска мягко ткнулась в его плечо.       — Пропадаешь на шесть лет, потом внезапно возникаешь из ниоткуда, посреди сошедших с ума шахтеров, а после всего этого шутишь как ни в чем небывало, — её голос тихо дрожал, а руки сжимали предплечье Макса, словно она была не в силах поверить, что он настоящий.       — Человеческая привычка борьбы со стрессом, ты же знаешь. — человек подтянул её к себе и неловко погладил по капюшону покрывающему шлем.       — Есть!       Выкрик Тавра с одного из сидений на обзорной палубе оторвал влюбленных друг от друга. Молодой инженер радостно воздел руки вверх и победно смотрел на смущенную парочку, уже забывших что он тут был. Сам Тавр тоже немного поумерил свою радость, почувствовав что его вспышка была излишней.       — Мнгм, эм, вот — кварианец замялся, но подошел к Максу с Тали и показал какой-то список на голоэкране — Я скачал бэкап базыданных станции пока мы спешно эвакуировались и вот что я нашёл — грузовой реестр.       Он перелистнул экран и выделил определенную строчку, ближе к концу списка.       — Здесь записаны все суда и грузы прибывавшие на станцию за последние два месяца. Обычно это завоз продовольствия и вахтовиков и отгрузка руды и сменившихся вахтовиков. Обычно это был один и тот же корабль, «Аурикс», даже я прилетел сюда на нем. Однако есть запись, что за две недели до начала моей вахты, сюда прибыл корабль вне расписания, «Долор». Довольно большой корабль, с нетипичным строением.       — Отличная работа, — похвалил того Номад, но лишь нахмурился — Изначально я думал что источник нашли сами шахтеры. А эта информация усложняет дело.       — Это не все, — по экрану вновь замелькали цифры и слова — Здесь так же есть записи о маршрутных точках этого судна. Он следовал с окраины систем, со стороны Чёрного Космоса, посетил несколько других станций, а следует…       — На Раннох… — ахнула Тали — Кила, да как давно он посетил вашу станцию? Мне нужны точные цифры!       — Двадцать восемь дней, — осипшим голосом сказал Тавр.       Кварианка в шоке отошла от Тавра с Максом и нетвердо ступая оперлась о поручень. Лицо Макса помрачнело еще сильней, а в глазах, только загоревшихся от радости встречи с возлюбленной, вновь появилась сталь.       — Да поможет нам Император.