#amoredroghe

      Растушёвываю пальцем помаду на губах и расчёсываю напоследок волосы. Дамиано ждёт меня на кухне минут десять. Ну да, ну да, я проспала. Совсем немного, буквально на тридцать три минуты (он сам считал лично и предъявил мне, когда я заспанная стояла на кухне и варила ему кофе в счет морального ущерба). — Я готова, — говорю ему, выходя из ванной. — Ща, — ответил он… уже из гостиной. Что, блин? Неужели я так долго была в ванной? Захожу в гостиную. Сидит Дамиано на полу, значит, листает книги и… черт, откуда у него мой дневник? Подхожу и забираю личную вещь, пряча в шкафу на верхней полке. Не думала я, Дамиано, что мне нужно в своём доме теперь прятать от тебя вещи. Нет, я не против, пожалуйста, бери, что хочешь. Но только не личное. — Ты ведёшь дневник? — Уже нет. А сесть, кроме как на пол, больше некуда было? — Так удобнее. — Ах, ну да. Пойдём уже. — Можно взять эту книгу? Почитать. Смотрю на обложку. Не помню, чтобы читала эту книгу. Откуда она вообще? Перевожу взгляд на глаза Дамиано и снова на женщину с обложки. Много раз киваю и бросаюсь к косметичке на туалетном столике. Долго роюсь в большой сумке в поисках чёрного карандаша. Черт, утром же использовала его. Хватаю то, что так долго искала и подхожу к Дамиано. — Что ты делаешь? — Пока ещё ничего. Подними глаза наверх, не опускай и не закрывай, пока не скажу, хорошо? — Это плохая идея, малышка. Поднимаю бровь, как бы спрашивая «уверен?». Он поднимает руки вверх, будто бы сдаётся и, тем не менее, поднимает глаза, как я и просила. Улыбаюсь, снимаю колпачок с карандаша. У Дамиано очень красивые, глубокие глаза. Их нужно подчеркнуть. Так, он будет выглядеть взрослее, брутальнее и сексуальнее (!). Заканчиваю, немного растушёвывая под веками подушечкой мизинца. Дамиано смотрит мне в глаза то ли с недоверием, то ли с испугом. Толкаю его к зеркалу, уверяя, что получилось «шик и блеск». Я была абсолютно права. Теперь передо мной не просто смазливый подросток, а безбашенный, сексуальный рок-н-рольщик. Чувствую, как даже кровь в нем забурлила по-новому. Пока он ещё долгое время рассматривал себя в зеркале, я успела убрать карандаш на место и сделать пару фотографий с ним на телефон. Отправляю одну в Facebook с подписью “il futuro del rock” . Кажется, в нем проснулась новая личность. Уверенная в себе до жути и творящая такой беспредел, что с ума сойти можно. В следующее мгновение он кидается на меня с крепкими объятиями. — Ну а я что говорила? — Смеюсь ему в шею. — Это действительно очень круто. Выходим наконец-то уже из дома. Погода сегодня была отличной. Но не мешал бы и ветерок, спасающих простых смертных от невыносимого пекла солнца. Идём рука за руку по площади святого Павла и разговариваем о всякой всячине. Вчера его едва не выселила мама за то, что Дамиано так поздно вернулся домой, а на ее звонки не отвечал, потому что телефон остался в комнате дома. Я ощущала, что мы такие взрослые. Словно нам по двадцать, мы занимаемся сексом с утра до ночи, до безумия любим друг друга, а сегодня в выходной вышли гулять. Мне нравилось чувствовать это с ним, нравилась свобода и независимость. Смотрю на него… на нового Дамиано и теряю голову. Какой же он стал… необыкновенный. Ему ещё над прической бы поработать и был бы мега-горячий-сексуальный-итальянец. Пока я в голове строю планы, как его «переделать», Дамиано останавливается и здоровается, скорее всего, со своим другом. Догоняю их. — Что это у тебя с глазами? Братан, надо больше спать, чтоб таких синяков не было. — Неприятно смеётся он, но заметив меня, умолкает. — А вы, юная леди, …? — Виктория. — Скалюсь, желая побыстрее избавиться от него. Он не понравился мне до чрезвычайности. — Вообще-то он хорошо спит. А вот тебе бы не помешало поесть как следует и научиться не высовывать свой язык, когда не просят. — Какая ты дерзкая, — заигрывает он. — Эй, я здесь вообще-то. Нам пора. — Решает за всех Дамиано. Мне было что ещё сказать этому типу, но взгляд друга убедил меня, что действительно нам пора. — Ещё увидимся. — Давай… те. Он идёт дальше, а я требую объяснений. Мне почему-то казалось, что Дамиано отреагирует порезче. То есть, когда не нужно, он строит из себя такого дерзкого аля-я-лучший-секс-в-твоей-жизни-детка, а тут голову в песок. Нет, так не пойдёт. Пока мы идём дальше и уже покидаем площадь, я учу его, как нужно таких придурков ставить на место. Дамиано знатно поржал с меня и сказал, что сам разберётся. Окей, посмотрим. Мы шли черт знает какой километр, уже давно полдень. Рассказывали друг другу какие-то истории из детства, школы и смеялись. У нас образовывался склад шуточек, которые понимали мы. Вот это я понимаю, дружба… у каждого же такое есть, правда? Но чем чаще мы встречались взглядами, тем чаще он съедал меня глазами, чем чаще улыбался, обнажая белые клыки, тем быстрее я сходила с ума. То, что он красавчик было понятно давно. Но именно сейчас Дамиано раскрывался по-другому. Я чувствовала в нем ту самую перчинку, которую так хотела вытащить, когда решила накрасить его карандашом. Он действительно оказался тем, кем я представляла его вчера перед сном. Оу, ну скажите, что все так делают, ха-ха. Мой телефон был завален сегодняшними фотографиями: 1) Дамиано залез в фонтан и позирует в стиле «я богиня этой вселенной»; 2) я залезла вместе с ним и мы смеёмся, корчим рожицы для фото, высовываем языки; 3) тут за нами погнались копы, мы драпали, что были силы. Дамиано был в шоке от моей выносливости и скорости. Я обещала все до единой перекинуть ему на страничку. Он по-прежнему катал меня на своей спине. Я тоже пыталась поднять его на руки, но, видимо, ещё не доросла. Мы нашли во дворе две большие палки и сражались, как настоящие фехтовальщики. Я поразила его ударом в сердце. То, как Дамиано изображал смерть, надо было видеть! Потом зашли в секонд хенд. Он нашёл круглые чёрные очки и шляпу садовника. Я смеялась, как ненормальная и снимала его на телефон. Потом одела его в фиолетовый женский пиджак, на шее повязала зелёный, полупрозрачный шарфик. Он ходил, как модель по подиуму, а я убеждала его, что ему очень идут женские штучки. Дамиано послал меня куда подальше, заставляя обуть мужские ботинки сорок третьего размера. Я расхаживала в них, как крокодилиха в поисках нужного платья для моего друга. Чтобы нас не выгнали, нам пришлось купить мне белую винтажную блузу с бантом на шее, а Дамиано брюки с широкими низами. Мы выглядели как фейковые участники Queen. Орали песни в переулках, катались на лодке в парке, гоняли детей с качелей и катались сами. Кормили друг друга мороженым, пачкая носы. Я слизывала мороженое с его носа. Тогда он испачкал губы, а я ответила, что с этим он справится сам. На очередной площади, где толпилось много народу, мы провели остаток дня. Играли уличные музыканты, а мы танцевали. Многие даже умудрялись снимать нас на видео. Но нам было не до этого. Мы были увлечены лишь музыкой и друг другом. Подарили друг другу значки из сувенирной лавки, нарисовали детским фломастером на щеках друг друга сердечки. Много-много-очень-много селфи и видео. В конце рядов сидел одинокий художник - пожилой мужчина с отменными седыми усами и шикарным чувством юмора. Мы долго позировали, пока он нас рисовал, а потом попросили у него краски и кисти. Я нарисовала Дамиано огромные усы и те самые очки из магазина, а он соединил мои брови в одну и подрисовал чудовищную шляпу. Старик-художник посмеялся на славу и отдал рисунок бесплатно. Всю дорогу мы спорили друг с другом на счёт собственных дополнений. Следующая наша остановка была у тату салона. Я очень давно хотела сделать татуировку, но на счёт эскиза и места, где ее можно набить в голове было пусто. Тогда Дамиано предложил мне, чтобы мы нарисовали дома друг другу эскизы, когда немного отдохнём и придём в себя, а на следующей неделе придём и набьём их. Мы продолжали гулять, даже когда стемнело. За весь день мы жутко устали и уже еле держались на ногах. Но Дамиано не унимался, бегал вокруг меня, прыгал, танцевал и пел. Сколько же в нем энергии! Подплясываю вместе с ним, даже получилось немного тверка. Но когда я увидела тверк Дамиано, все кардинально изменилось. Да он просто профессионал, черт возьми! Так искусно владеет телом, когда танцует, что моя челюсть отвисает до пола. Новый фонтан - новый прыжок туда Дамиано. Я решила не прыгать, очень устала. Он плавал по кругу, изображая уточку, а я все ещё снимала. Прошу его пойти домой, начинаю замерзать и жутко хочу есть. — Ну ты, конечно, слабачка, — бубнит он, выжимая свою футболку, — я бы ещё погулял. — Я слабачка? А кто скулил «Вик! Вик! Остановись!» через сто метров, когда за нами копы бежали, м? — Вообще-то это другое. — Смеётся он. Вода с волос капала на его голый торс и быстро испарялась. Я старалась не смотреть на это, ибо внутри все сжималось, и накрывало возбуждение. Да, именно сейчас, здесь, в темноте, где мало людей. А не днём, когда он так же свободно расхаживал передо мной с голым верхом. Дамиано заметил это и специально шёл впереди меня и тряс перед моим лицом голым торсом. Тогда я не выдержала и ущипнула его за сосок. Он отскочил и скрутился пополам. Я громко смеялась, тоже сложившись пополам. Дамиано подбежал сзади, схватил меня и посадив себе на колени, наклонил вниз. Придерживая одной рукой за талию, чтобы я не свалилась, второй нырнул под кофту и повторил за мной. — Вообще-то это другое, — передразниваю его некогда сказанную коронную фразу и смеюсь. Кое-как доходим до района, в котором находился мой дом. Вспоминаю, что в холодильнике пусто. Говорю это Дамиано. Он тут же хватает меня за руку и перебегает дорогу. Нам сигналят водители, поливают нас отборными матами, а мы смеёмся. Забегаем в небольшой круглосуточный магазин и набираем полную тележку еды. Дамиано сам расплатился. «Ух ты, миллионер, а можно мне немножко денег?» – пошутила я. «Ну ты же знаешь, красивым женщинам я оставляю деньги, только засовывая их в полупрозрачные стринги. Вот наденешь их, когда мы будем дома, может быть отсыплю немножко», – ответил он с такой серьезностью, что я застряла в дверях магазина. Он громко засмеялся, возвращаясь за мной. При выходе из магазинчика мы сунули монетки в автоматы и выиграли друг другу игрушки. Ну как мы… Дамиано сам нашёл в моих, блин, карманах монетки, сам их вставил, сам выиграл. Но я стояла рядом и поддерживала его морально, в шутку говорила «про-и-грай!», как делала это всегда в детстве. В общем, дома мы были где-то в час ночи. Понятно, что возвращаться домой ему уже слишком поздно, поэтому я заверила его остаться у себя. Он предупредил родителей и сказал: «так уж и быть, остаюсь». Пока я переодевалась и умывалась в ванной, Дамиано раскладывал в холодильнике продукты и что-то искал в моем ноутбуке. Я убеждала его, что он не найдёт там ничего компрометирующего. Но он заинтриговал меня, когда сказал, что кое-что нашёл. Я поправила платье, закрепила волосы на затылке заколкой и вышла. Дамиано включил какую-то итальянскую попсу и играя пальцами на столе на воображаемом пианино, разглядывал фотку. За его спиной было не видно, поэтому толкаю его в бок. Черт. Шок и стыд свалились на меня разом. На весь экран была включена моя обнаженная фотка. Как-то недавно сделала ее в пьяном угаре, когда меня оставили дома и скинула на ноутбук. Захлопываю крышку. Тут же выключилась музыка, и Дамиано остановился в недоумении. — Чего я там не видел? — Захохотал он, подходя к холодильнику. — Это твоя любимая фраза? — Теперь да. — Блин, нельзя тебе такие вещи доверять. — Отношу ноутбук в гостиную и возвращаюсь с зарядкой для телефона. Не помню, когда он разряжался до тех пор, что даже выключился. — Ну нормально, блин, сама себе тут фотосессию в стиле «ню» устроила, а я виноват. Смеюсь, хватая яблоко со стола. — Эй, деточка, а ну не перебивай аппетит. — Отбирает у меня яблоко и кусает сам. Наигранно вздыхаю, мол расстроилась, и он вернул мне фрукт. — Сейчас шеф-повар Дамиано Давид что-нибудь приготовит. Он снова снял футболку, с насмешкой посмотрев на меня (я отвернулась) и открыл какой-то пакет. Дамиано надел на голый торс белый, тканный фартук, а на голову высокий, пышный колпак. Когда он успел его взять? Берет в одну руку кулинарную книгу, в другую лопатку. Я тут же сфоткала его, подписывая в инстаграм: “Cuciniamoli. Indovinate chi di noi è Ratatouille?” . — Эй, я тоже хочу инстаграм. — Обиделся Дамиано. — Приготовьте пожалуйста сначала завтрак-обед-ужин, и потом, так уж и быть, создадим тебе страничку. Что будем готовить? Дамиано обаятельно улыбнулся, подкрутил невидимые усы шеф-повара и начал листать книгу. Я включила рандомную песню и подошла к нему. Он вопросительно глянул на меня. — Я тоже хочу готовить. Если ваш пирог, уважаемый месье, сгорит, то хотя бы сохранится мой гарнир. — Женщина, да я приготовлю вам такой пирог, что у вас случится оргазм, и не только гастрономический. — Обещаете, шеф? — А то! — Он, как солдат перед генералом отдал мне честь, мы засмеялись.