The demon inside the angel

- С чего я доверять тебе должна? - Однако хватит здесь стихов, я не намерена сегодня с тобою душу изливать, я лишь хочу сказать, что зла тебе я не желаю. - И снова тот же всё вопрос : с чего я доверять тебе должна? - С того, что не такая ты, Лалиса. Брюнетка переводит взгляд с туманного обрыва на томный, чёрный взгляд напротив. - Ты не такая, как они, ты не желаешь от жизни, Бога, Сатаны чего-то запредельного, ей Богу. - Ей Богу? Дженни, как же так, хозяин твой во гнев придёт. - язвит Манобан. - Ах, да, но мне плевать, я всё таки продолжу. Ты не такая, ты другая, ты столь невинна и легка, действительно как ангел Божий, что слишком мучает меня... - Что слишком мучает тебя? - как эхо повторяет Лиса и Дженни лишь кивает. - Ах, Лиса, знала б ты как я хотела бы с тобой дружить, общаться, говорить, но ты ведь дочерь Божья, тебе не велено, уж так устроено, прости. - С чего ты так решила, Ким? Мне выбор дан был кем мне быть, и лишь я решаю с кем мне общаться и дружить. Мне Дино говорил, что ты уж слишком хитрая, гнилая, как настоящий дьявол, право. - Он истину глаголит, Лиса, тебе не стоит свое внимание уделять такой как мне. Я строю из себя безжалостную тварь, что мне нет дела до кого-то, что лишь собою я увлечена, но так и было, если честно, пока ты не пришла на тот луг, где встретились впервые мы. - склонив голову вниз, слегка улыбается Дженни. - Ты правда хочешь измениться? - Ничуть. Лишь для тебя. Лишь для тебя хочу роптать, лишь для тебя хочу стараться, лишь для тебя хочу лететь с обрыва вниз, чуть скажешь ты разбиться, лишь для тебя хочу любить, лишь только для тебя готова превратиться из дьявола в святошу Божьего отродья... - Ты ранишь меня, Ким, не говори столь слов пленительных и нежных, я не могу тебе ответить, ты знаешь почему. - Я знаю, понимаю и душу я свою тебе вверяю... - Мне говорили тут, что ты пленяешь всех своим даром искушенья. Так почему бы не сочесть мне твои признанья одним из способов переманить меня? - Как скажешь, право, ты можешь сомневаться, ведь демону довериться... Архангел наказал тебе не создавать контакт с такими, а ты не слушаешь, но почему? И Лиса молкнет, ведь не знает почему она Гаврииловы слова столь быстро отпустила. Она не знает что сказать, не знает как вести себя, но знает точно, что хочет с Ким она общаться, лицо её искать в толпе всё тех же чёрных пятен, что демонами называют, хочет с нею почему-то быть... Но почему? - Мне всё равно до слов архангела, я знаю, что искушаешь ты меня, но я готова поддаться, лишь тебе отдамся я, во веки канув в воды греха. - Я дам тебе семь дней, лишь об одном прошу : подумай, подумай прежде чем ответ давать, ведь совершив однажды грех, ты навсегда из рая будешь изгнана тогда. И Лиса лишь кивает, а Ким уходит незаметно, что Манобан не замечает и лишь опомнившись потом, одна сидит она, припав к краю обрыва, в раздумья погрузивши мозг. Уж солнце бьёт лучи свои в окно, а Лиса всё равно не спит. Всю ночь она в раздумьях провела и что ж? Ким ей дала семь дней, а Манобан ответ готова дать сейчас, но может быть, она отвергнет всё же созданье адово к тому? - Лиса, ты встала? Я зайду? - раздался голос Дино. - Входи, я уж не сплю давно. - Готова? - К чему? - Хочу на луг тебя отвести, показать красоту этой местности. - Ах, пойдём, чего ты ждёшь. Примерно через пять минут блондин приводит девушку к карьеру, к тому, что несколько часов назад перед глазами Манобан стоял, к тому, где Ким ещё недавно в любви до вечности клялась, к тому, где Манобан дала обещание подумать в ответ на столь пленительное искушение... - Смотри, здесь так прекрасно... - садясь на самый край, вдыхает свежий воздух Дино. - Я была здесь. - садится рядом Лиса. - Как? - вдруг переводит взгляд мужчина. - Мне ночью не спалось, я вышла в сад и набрела сюда. - Ах, сюрприз не удался. - усмехается парень. - Будь спокоен, я не против побывать здесь ещё раз. - Спокойно тут однако. - нежнейший голос раздаётся. - Чеён, ты здесь? - улыбается Лалиса. - Не помешаю? - Вовсе нет, я оставлю вас, мне всё равно повидаться с другом нужно. - встаёт Дино, оставляя девушек наедине. - Ты в раздумьях? Кто тому причиной, Лиса? - вдруг выдаёт Чеён. - Не спрашивай, не надо... - Скажи, прошу. - Я... Скажу простыми словами, не буду стихами глаголить, я влюбилась, Розэ, сама не знаю как. Не знаю, возможно ли, чтобы ангел чувствовал какие-то любовные чувства, чувства, что трепещут внутри, но так оно и есть... - Чего стыдишься ты тогда? - Того, что в демона влюбилась... И Розэ замирает в миг. - Нет, скажи, что шутишь ты, подруга. - И вовсе нет... Хотя хотелось бы сказать, что это шутка, что не всерьёз всё это, но однако, я не могу лгать ни себе и ни тебе, я говорю тебе открыто, я демона люблю, она клялась тогда мне ночью, у этого обрыва, что канет в воду для меня, что станет самым святым ангелом, лишь чтобы быть со мной, а я сказала, что нельзя... Не знаю что случилось, но дала ответ я тут же, сказав, что здесь отдамся прям, на что она семь дней дала мне на раздумья, а у меня ответ ещё вчера готов был... Ты можешь отказаться от меня, от дружбы нашей, ведь я Бога предала, но отказаться от неё не в силах я, уж так мне суждено... - Не смей. И Лисе кажется, что вот, вот те самые слова, что ожидала она. Два заветных слова, которые и стоило ожидать от набожного ангела, но нет. - Не смей отказываться от чувств столь страстных и желанных, не думай ты о Боге, рае, ещё о чём-то, нет, не надо. Отдайся воле сердца своего, оно лишь лучшего тебе желает. Я не хочу тебя бросать и по всему не откажусь от дружбы нашей, но к Сатане я не примкну и не проси, я здесь нашла покой, что долго так искала, я не хочу всех этих явств, забав, утех и пиров страстных, я лишь останусь здесь, но знай, что будь с тобой беда иль счастье, я тут же рядом окажусь. И Лиса убедилась тут же в своих недавних мыслях. Она настроена решительно отдаться Ким сполна, ведь искушенье велико. Возможно, Дино прав был, говоря, что никому не удалось ещё от чар её освободиться, возможно бросит Лису Дженни, когда поддастся ей она, но ей плевать, ведь так желанье велико в руках той дьяволицы оказаться. Прошло семь дней и в ночь, когда Лалису что-то понесло в тот самый сад, как тогда, она пришла на тот карьер, где вновь сидела Ким. - Я знаю, это ты, Лалиса. - раздался низкий голос. - Да, я. - Я жду решенья твоего, но знай, что если ты откажешь, я испарюсь, исчезну для тебя и не увидишь никогда ты персоны моей вновь. От этих слов сердце вдруг зажгло, душу будто растоптали. Тогда то Лиса поняла, что даст ответ единственный. Она не хочет, чтобы та дама в красном исчезала, она, как я и говорила, хочет видеть её каждый день, хочет отдаться ей, хочет всю себя ей подарить, наверно, это и есть тот искушенья дар, коим обладает Дженни. - Я не откажу тебе, уж не дождёшься, я вся твоя, я кану в грех и погрязну в нём навеки, не будет Божьего прощенья мне, но мне с тобой хоть на край света, возможно бросишь ты меня после того как соблазнишь и будет больно мне далече, но я хочу тебя сейчас. Сейчас, всегда, везде и всюду. И Ким лишь усмехается победно. Нет, ни в коем случае ты не подумай, что использует её она. Она влюбилась, право слова, впервые за такой огромный срок. Уж тысяч пять так лет она живёт в сим царстве и соблазняет лишь для собственных утех. Она утянула за собой сотни тысяч набожных девиц и юнош, но ни один из них не пробуждал в ней чувство страсти и влеченья. Она желает, стонет, мечет, но хочет чувствовать в себе столь милое созданье Божье. Её возбуждает каждый сантиметр кожи невинной девушки сией. Она лишь жаждет "да" из уст младого ангела, что пробудил в ней чувство столь забытое давно. Она подходит медленно и нежно, касается шелковых локонов и за ухо их забирает. Та вздргаивает, понимая, что ей не скрыться никуда, что отдала она себя во руки дьявола страстного.