Без запаха

      Подсчёт лепестков роз оказался непреодолимым препятствием в сочетании с тем фактом, что Драко в это время пытался подслушать разговор в дальней части класса.       Тео, с которым он работал в паре, умудрился рассыпать полбанки жемчужной пыли и теперь матерился и пыхтел, создавая вокруг себя намного больше шума, чем, по мнению Драко, было необходимо. Щёлкнув языком и взмахнув волшебной палочкой, он убрал эту чёртову пыль с пола, стола и мантии Тео.       Его друг состроил гримасу и вернулся к разделке яиц пеплозмея.       — Честное слово, — фыркнул Тео. — Слизнорт ещё тот извращенец, если он считает хорошей идеей научить класс, полный семнадцатилетних и восемнадцатилетних волшебников, варить сильнодействующее любовное зелье. Я имею в виду, представляешь себе эту оргию?       Драко хмыкнул, начав палочкой медленно размешивать своё зелье против часовой стрелки.       — Будет забавно, — согласился он, снова отвлекаясь на приглушённый разговор за столом позади них. Его взгляд метнулся через всю комнату к двери, и он лишь краем глаза зацепил ворох каштановых кудрей, принадлежавших говорившей.       — …Как я и говорила тебе. Всё то же, что и два года назад, — тихо сообщала Грейнджер своей подруге. Драко снова перевёл взгляд на свой котёл. — Новый пергамент, свежескошенная трава и…       Драко застыл, ожидая продолжения её фразы, как приговора — той части, которую она не раскрыла два года назад, когда у Слизнорта стояло на столе три котла: с Амортенцией, с Жидкой удачей и Оборотным зельем. Эта мысль вызвала неприятное воспоминание — то самое Оборотное зелье, которое он стащил для Крэбба и Гойла, чтобы те следили за входом в Выручай-комнату.       Он сглотнул, задвигая эти мысли на задворки сознания, чтобы они не трепали ему нервы понапрасну.       — …и яблоки, кажется.       — Яблоки, — со скептицизмом в голосе повторила Уизлетта. Всё ещё было странно, что на занятиях присутствуют нынешние семикурсники. Но слишком мало «восьмикурсникиков» вернулось, чтобы закончить обучение и сдать тритоны. Да и расписание занятий полностью совпадало, так что не было никакого смысла выделять их в отдельную параллель. — А кто, по-твоему, может пахнуть яблоками?       В позе Драко появилась скованность, которая так быстро расползлась по его телу, что вскоре он не мог пошевелить даже рукой. И те повисли, как пара безжизненных щупалец. Ему пришлось приложить немалые усилия, чтобы сжать пальцы и тем самым снова запустить моторные функции.       В состоянии лёгкой, но неукротимой паранойи он толкнул ногой свою сумку, которая стояла под столом, — как он и предполагал, в ней обнаружилось два или три припасённых яблока. Он вдохнул и принюхался, размышляя, могут ли фрукты источать запах на весь класс? И насколько сильный аромат у его средства для волос.       Очевидно, Грейнджер уже сварила своё зелье и, скорее всего, успела усовершенствовать его. Драко почти чувствовал запах, доносящийся к их столику, но он и так знал, как оно будет пахнуть.       Книги. Плюмерия. Чернила.       Тот же аромат, что и на шестом курсе. Таким же бы он оказался и раньше, просто у него не выпадало случая проверить.       — Я не знаю, — ответила Грейнджер, и Драко представил, как её брови сошлись к переносице, губы изогнулись в сторону, а глаза зажглись сосредоточенностью, пока она размышляла. — Ты думаешь, это кто-то из Хогвартса?       — Может быть, — ответила Уизлетта, и Драко прилип к своему столу. — Но, разумеется, никаких гарантий. Это вполне может быть кто угодно.       — Ну, мы знаем, что это точно не Рон, — сказала Грейнджер, и обе рассмеялись над какой-то шуткой, известной только им обеим.       — И спасибо Мерлину за это, — фыркнула Уизлетта. — Вы абсолютно не подходили друг другу, Гермиона. Хорошо, что это не длилось долго.       — Это точно, — усмехнулась Грейнджер.        Драко с такой силой сжал челюсть, что та начала пульсировать, и ему пришлось помассировать её рукой.       Но в этот момент Тео укололся шипом розы и, побледнев, с ворчанием схватился за кровоточащий палец.       — Что за хрень ты без конца творишь? — нахмурился Драко, качая головой. Тео часто был довольно неуклюж, но сегодня это перешло все границы.       Тео сердито всплеснул руками.       — Блядь. Будь я проклят, если знаю, в чём проблема этого чёртова дня!       — Я думаю, если это кто-то из Хогвартса, ты должна попытаться найти его, — сказала Уизлетта с лёгким девчачьим хихиканьем.       Драко незаметно обошёл свой стол, словно он убирал ингредиенты, но на самом деле он получил лучший обзор на стол гриффиндорок.       В результате ему пришлось ещё больше напрячься, чтобы расслышать их слова: его лицо вытянулось, а голова склонилась набок. Тео поднял бровь и бросил на него странный взгляд. Драко сделал вид, что внимательно смотрит на баночку с лепестками роз, которая была самой обыкновенной, из кладовки Слизнорта перед входом в кабинет, и старался не издавать шума, даже дышал очень тихо.       — Но как? — со смешком спросила Грейнджер. — Как будто я могла бы подойти к каждому парню от шестого курса и старше и понюхать его!       Обе девушки снова разразились хохотом. Драко не мог припомнить, чтобы Грейнджер так по-девичьи вела себя раньше — возможно, трудно вести лёгкие беседы и хихикать с Поттером и Уизли, но с его сестрой всё по-другому.       Взгляд Драко скользнул вверх от склянки с лепестками к двум ведьмам: рыжая вытирала слезинку в уголке глаза, а Грейнджер смеялась, качая головой, и разливала своё зелье по флаконам. Её глаза искрились радостью, и Драко спешно отвёл взгляд.       — Наверное, не самая лучшая идея, но это было бы забавно! — отозвалась Уизлетта. — Я уверена, что мы сможем придумать более изящный способ.       — Ёбаный соплохвост! — воскликнул Тео, его зелье начало извергаться и со взрывом выплеснулось на стол.       Драко отскочил в сторону, опасаясь, как бы его не забрызгали чужой Амортенцией. А то начнёт он томно вздыхать по своему приятелю или что-нибудь похуже. Если зелье вообще было действенным, учитывая, сколько ошибок Тео допустил при варке.       Он встретился взглядом с испуганными карими глазами Нотта; одежда волшебника была насквозь мокрой от зелья. Драко раздражённо покачал головой.       — Просто свали отсюда нахрен, — он вздохнул и провёл рукой по волосам. — У Помфри найдётся что-нибудь для тебя. Я сам здесь приберусь.       — Вот блядь, — жалобно простонал Тео, растягивая слова, прежде чем повернуться и выбежать из класса.       Драко снова поднял глаза и заметил, что внимание Грейнджер и Уизлетты было приковано к ужасному представлению, которое устроил Тео, и на краткий миг её шоколадные глаза остановились на нём.       Он опустил взгляд на стол, позволив губам изогнуться на манер нерешительной усмешки.       — В любом случае, — сказала Грейнджер, и её голос снова стал тише. — Сомневаюсь, что это того стоит. Даже если мистер Яблоко-Трава-и-Пергамент ходит в нашу школу, он уже, скорее всего, с кем-то встречается.       — Да, — вздохнула Уизлетта. — Или, может быть, он гей — не то чтобы в этом была особая проблема. Или, может быть, его зелье пахнет тобой, и, честно говоря, что ты теряешь?       Драко вдохнул запах собственного готового зелья и разлил его по склянкам так быстро, как только смог, его кожу покалывало от ошеломляющего ощущения.       — Отлично, — сказала Грейнджер, и он понял, что она улыбалась. — Думаю, оно того стоит, но я не собираюсь выслеживать беднягу.       — Пожалуйста, имейте в виду все, — крикнул Слизнорт, прерывая сеанс подслушивания Драко, — что все флаконы с Амортенцией должны быть сданы, а не использованы для ваших личных целей!       — С хуя он верит, что так и будет, — пробормотал Драко себе под нос. Он уже видел, как три человека прикарманили флаконы с зельем.       Грейнджер усмехнулась и бегло взглянула на него, прежде чем отвернуться, но он успел заметить, как её щёки слегка покраснели. Очевидно, он говорил громче, чем намеревался. После этого он не отрывал взгляда от стола.

___

      Восьмой год обучения Драко был интересным опытом — если под словами «интересный опыт» понимать мучительный, ужасный и унизительный. Он был изгоем для подавляющего большинства школы, но, по крайней мере, у него был Тео.       А Грейнджер, несмотря на всё своё высокомерие и надменность, была наименьшим из зол. Она не была жестокой, даже если он этого и заслуживал, но, по большей части, ей нечего было ему сказать.       В первый раз он увидел её, когда шёл на собрание старост после праздничного ужина — её назначили старостой школы, а ему по непонятной причине предложили должность старосты Слизерина — он так стремительно отскочил в сторону с её пути, что опрокинул кубок тыквенного сока на проходившего мимо третьекурсника.       Всё, о чём Драко мог думать в тот момент, так это о том, как Грейнджер чуть не истекла кровью на полу его гостиной. Как эхо её криков всё ещё нарушало его сон и то, как он стоял и ничего не сделал, чтобы помочь ей. И о том, как она давала показания в суде. Он был крайне озадачен, увидев её там, считая, что она по ошибке попала не в тот зал суда.       Увидеть её в Большом зале Хогвартса такой же, как до всего этого, словно никакой войны не было, — это совершенно сбивало с толку. Она сузила глаза и уставилась на него, но потом пожала плечами и отошла. Он не мог оторвать от неё взгляда на протяжении всего собрания старост. И, прежде чем убраться в подземелье, он повернулся к ней, чувствуя холод и пустоту в животе.       Грейнджер с удивлением посмотрела на Драко, и он, ещё не полностью осознавая, что делает, шагнул к ней и выпалил:       — Прости, — глядя в её широко распахнутые глаза, на её приоткрытые губы, он едва дышал, проклиная себя за отсутствие самообладания. — Я знаю — это ни к чему не обязывает, и, очевидно, я не жду, что ты примешь мои извинения, но я в какой-то момент жизни понял, что вся чепуха, которую я нёс, была действительно чепухой, но тогда это всё казалось…       — Малфой, — перебила Грейнджер. Она выглядела так, словно в чём-то его подозревала.       Его рот захлопнулся быстро и выразительно. Он убрал прядь волос, которая лезла в глаза.       — Спасибо, я ценю это, — всё, что она сказала после небольшой паузы. Она уже выходила, но остановилась в дверях и добавила: — Теперь всё закончилось. Только это важно. А мы все делаем всё возможное, чтобы двигаться дальше, да?       — Верно, — он задохнулся, чувствуя, как воздух со свистом вырывается из его лёгких следом.       И больше она ничего не сказала, а Драко смотрел, как она уходила, и в горле у него одновременно горчило и пекло.

___

      Он проследил за её движениями, её пальцы управлялись быстро и ловко, пока она убирала лишние ингредиенты. Гермиона захлопнула баночку с лепестками роз; её ногти были коротко подстрижены, но ухожены и покрыты прозрачным лаком.       Его интересовало, как изменились её привычки теперь, когда она больше не воевала. Иногда его удивляли, казалось бы, самые обычные вещи в ней.       Грейнджер вышла из-за своего стола и направилась в его сторону, Драко в панике схватил банку с лепестками роз и ринулся в кладовку, чтобы оставить ту в шкафу Слизнорта.       Но, к его ужасу, Гермиона последовала за ним со своей баночкой лепестков в руке. Драко оказался в ловушке в кладовке, когда она появилась в дверном проёме, отрезав ему все пути отступления. Он не смог бы проскочить в класс, не задев её, поэтому замер.       Она вряд ли почувствует его запах, если он не будет двигаться.       Грейнджер оставила свою банку на нужной полке, но она смутилась, когда её взгляд остановился на нём; Драко принял более непринуждённую позу. Он изогнул бровь и стремительным шагом направился к выходу.       Но сбежать у него не вышло, она шла прямо за ним, её шаги были размеренными и быстрыми.       — Внимание! — провозгласил Слизнорт, когда они вдвоём прошли мимо его стола. Драко остановился, повернувшись лицом к профессору, и Грейнджер оказалась снова рядом. Он незаметно отодвигался от неё мелкими шажками. — Следующий урок мы начнём с интересного — парного проекта! — Слизнорт довольно хмыкнул, а Грейнджер очень скептично фыркнула, скрестив руки на груди.       Драко почувствовал, как его губы растянулись в ухмылке; без сомнения, Грейнджер не любила групповые проекты, опасаясь, что ей достанется кто-то очень слабый в зельеварении.       — И для пущего шика, — продолжил Слизнорт, выглядя при этом ещё более довольным собой, — вашим партнёром станет тот, кто в данный момент окажется ближе всего к вам!       Драко сделал ещё один шаг вправо, но единственным человеком поблизости всё ещё оставалась Грейнджер. Он почувствовал, как с его губ сорвался обречённый вздох, она бросила на него сердитый взгляд. Драко мог поклясться, что видел, как Слизнорт рассматривал их пару.       — Отлично, — отрезала она. — Но если ты всё испортишь…       — Я ничего не испорчу, — усмехнулся Драко. Его взгляд упал на изгиб её губ, и он быстро отвёл его, чувствуя, как учащается сердцебиение. Он набрался смелости и на мгновение встретился с ней взглядом. — Могло быть и хуже — ты могла бы стоять рядом с Тео.       Грейнджер выдала ему яркое, одинокое «ха» за его старания.       — Тогда благодари Мерлина за то, что он добр к тебе.       Ну и как это понять?       Слизнорт взмахнул палочкой, и на доске появилось задание. Оно потребует дополнительного изучения и подготовки перед варкой зелья — в конкретном случае, противоядия.       — Хорошо, — повторила она, скорее для себя, чем для него, как будто готовилась к самой большой несправедливости в мире. Затем её острый взгляд метнулся к нему. — Встретимся в библиотеке, чтобы подготовиться. Сегодня вечером?       Драко сглотнул, чувствуя, что его язык прилипает к нёбу и плохо слушается.       — Квиддич.       — Тогда завтра, — сказала Грейнджер, снисходительно опустив подбородок. Он слабо кивнул в ответ.       — Отлично.       Он снова смотрел, как она уходила.