Игры в твоей голове

      Первая фаза плана Драко состояла в том, чтобы Грейнджер чувствовала себя комфортно в его присутствии, чтобы у неё не было поводов увидеть в нём врага. Таким образом, она должна ослабить свою бдительность, прежде чем он сможет приступить к более активным этапам. Кроме того, было важно изучить свою цель, и Драко мог использовать первую фазу, чтобы узнать больше о Грейнджер. Она, безусловно, была человеком привычки, и Драко предстояло узнать о них больше.       Грейнджер проснулась около семи утра, приняла душ и оделась, прежде чем спуститься в Большой зал на завтрак. Он видел, какую еду она выбрала и как пьёт чай. Она хорошо питалась, это Драко оценил. Ей понадобятся силы, чтобы справиться со всем, что он для неё приготовил. Многие девушки, казалось, сидели на вечной диете. Драко не мог припомнить, когда в последний раз видел, чтобы Пэнси Паркинсон или кто-то из сестёр Гринграсс наполняли тарелки за слизеринским столом. Грейнджер всегда садилась с Поттером, Уизелом и Уизлеттой, Драко не считал это лучшим выбором компании.       Он наблюдал, как комфортно Грейнджер чувствовала себя со своими друзьями. Её улыбка была естественной и искренней. Она казалась менее напряжённой, пока кто-то что-то не ляпнул за их столом, после чего она снова вернулась в лекционный режим — возможно, о домашних эльфах, оборотнях или каких-то других угнетённых тварях. У Грейнджер была своя точка зрения, и она не стеснялась высказываться на самые разные темы: от ухода за магическими существами до отношений магглов и волшебников или самого верного способа подготовки к экзаменам. Она слегка напрягла спину, облизнула губы, готовясь заговорить. Последняя часть особенно понравилась Драко.       После завтрака Грейнджер отправлялась на занятия, она всегда старалась прийти пораньше. Но, учитывая все эти патрулирования и помощь ученикам, она приходила лишь вовремя, а не рано. Драко узнал её расписание занятий. Они вместе посещали Продвинутые зелья, Древние артефакты и Арифмантику. После занятий Грейнджер обычно отправлялась в библиотеку до обеда, что его нисколько не удивило. Похоже, у неё там был свой излюбленный стол. За ужином она спешила, чтобы поскорее приступить к вечерним занятиям. Это помимо обязанностей старосты школы. Ещё она, кажется, помогала с домашним заданием своим друзьям и проводила с ними остаток вечера. Драко понял, что её вечера были на удивление обычными, даже если учёба отнимала больше времени, чем у всех нормальных людей.       Грейнджер каждую неделю отправляла несколько сов и получала много почты. Когда он спросил её о письмах, она рассказала о каком-то приятеле по переписке, живущем в другой стране, и пустилась в мини-лекцию о развитии международных магических отношений. Драко не совсем понял, что она сказала, потому что через несколько минут перестал слушать и начал представлять себе другие, более грязные вещи, которые она могла бы сделать своим ртом. Ещё Грейнджер писала своим родителям еженедельно, объясняя, что они иногда чувствуют себя очень оторванными от неё и её жизни, потому что для них, как магглов, многие события остаются непонятными. Драко подумал, что это правильно, что она пытается сохранить тесную связь с родителями, и стал писать своим тоже раз в неделю. В конце концов, раз его отец был под домашним арестом, то лишняя почта ему не помешает, решил Драко.       Его план, казалось, работал. Когда они не были заняты как старосты и не находились на занятиях, то проводили значительное количество времени друг с другом или рядом. После случая в ванной Грейнджер стала аккуратнее в этом вопросе. Она всегда стучала в дверь ванной, даже утром, когда он ещё был в своей комнате.       Он постарался прекратить эту излишнюю осторожность, когда она в первый раз постучала в дверь их общей комнаты. Случилось это вечером на второй неделе сентября.       — Ты только что постучала, прежде чем войти? — растерянно спросил Драко, оторвавшись от лежащего перед ним сочинения по арифмантике.       — Ну да, наверное, так и было, — она пожала плечами.       — А зачем? — уточнил Драко.       Грейнджер на мгновение застыла, словно обдумывая то, что собиралась сказать.       — Ну, я не хотела чему-нибудь помешать, — наконец заявила она. Драко не смог сдержать улыбки.       — Моя жизнь — открытая книга, Грейнджер, — ухмыльнулся он. — Ты боишься, что снова увидишь меня голым?       — О, пожалуйста, — она закатила глаза. Это оказалось не совсем то запыхавшееся «О, пожалуйста», которое ожидал услышать Драко. — Как будто я никогда раньше не видела парня голым.       Ему не понравилось, как это прозвучало, ухмылка слегка померкла.       — Я провожу каждое лето с Уизли, одежда на Фреде и Джордже никогда надолго не задерживается, — продолжила она.       — Представляю, как, должно быть, трудно пройти мимо всех этих веснушек и рыжих волос, чтобы добраться до чего-то приемлемого, — пробормотал Драко. И она снова закатила глаза, но на этот раз с лёгким раздражением.       — Тут важнее, что это ты и какая у тебя репутация, — продолжила Грейнджер. Драко на мгновение растерялся. — Я не хотела бы зайти и застать… компанию.       — Понимаю, — Драко звонко рассмеялся после её заявления. Она посмотрела на него немного странно, как будто было невообразимо, что он умеет смеяться. Но, с другой стороны, она, вероятно, никогда раньше не видела, чтобы он по-настоящему смеялся. — Нет, Грейнджер, ты ничего не прервёшь. Я понимаю, что мы делим эту комнату и оставаться с «компанией» здесь было бы не очень по-соседски, не так ли?       — Это очень любезно с твоей стороны, — неохотно согласилась она. — Может быть, нам стоит установить какие-то общие правила на этот счёт, раз уж мы живём вместе.       — Например, никакой наготы в общей комнате? Или не заходить в ванную, когда она используется? — хмыкнул Драко. Он заметил, как при этих словах уголки её губ дрогнули.       — Эй, я же извинилась за это, — она подошла и села напротив него за столом.       — Да, — улыбнулся Драко. — И это очень мило.       — Значит, никакой наготы, — она достала перо и вытащила чистый лист пергамента.       — Грейнджер, нам действительно нужны письменные обязательства по этому поводу?       — А почему бы и нет? — ответила она, и настала очередь Драко закатить глаза.       — Отлично. Но нагота это только полная нагота. Я оставляю за собой право ходить без рубашки, — вздохнул Драко.       — Ладно. Правило номер один: никакой полной наготы в местах общего пользования. Правило номер два: если кто-то решит… принять гостей, делать это в своей комнате.       — Ну, я не собираюсь приводить ведьму сразу же в свою спальню, — запротестовал Драко. — Некоторое время нужно провести в общей комнате за беседой, прежде чем на самом деле разделить её общество.       — Как это по-джентльменски с твоей стороны, — она даже не оторвалась от записи пунктов. — Это даст ей время опомниться и убежать.       — О, очень забавно, — беспечно сказал Драко. Он не хотел показывать, что её заявление немного задело его, даже помня, что она не считала его подходящим партнёром — пока. Но он не мог позволить ей думать, что другие девушки разделяют её мнение. — Я прекрасно справляюсь с ведьмами. Ты бы удивилась.       — Нет. Я не буду удивлена, — она наконец оторвалась от Списка правил. — Как я уже говорила, у тебя есть определённая репутация. Слухи сообщают, что ты прошёл через большинство слизеринских девушек — ну, сносно привлекательных, в основном ровесниц или близких по возрасту. Ты развлекался с несколькими пуффендуйками и несколькими когтевранками — всё это по слухам. Но сплетни, как правило, бывают сильно преувеличены или попросту раздуты, так что я предполагаю, что ты не… гм… не работаешь, как отбойный молоток, сарафанное радио просто создаёт удобный образ.       — Собираешь сплетни, Грейнджер? Я в шоке, — Драко изобразил преувеличенное удивление, чтобы оно и выглядело «преувеличенным». Когда на самом деле она сбила его с толку своим — достаточно точным — отчётом о его завоеваниях. Он задумался о том, как это согласуется с его планом. Он не хотел, чтобы Грейнджер видела в нём общественную метлу, на которой может покататься кто угодно. В конце концов, у него были свои стандарты. На самом деле он не занимался сексом со всеми этими ведьмами. Чаще всего это не заходило дальше поцелуев и ласк. Но ей было бы полезно думать о нём, как о достаточно сексуальном человеке, предпочтительно с выдающимися способностями. Ведьмам нравятся мужчины, которые знают, что и как делать, верно?       — Знание — это сила, Малфой, — улыбнулась она и перешла в лекционный режим. — Даже сплетни — это информация. Фокус в том, чтобы найти достоверные факты среди преувеличений. Я обнаружила, что слухи обычно несут в себе крупицу истины, но её бывает трудно вычленить. Иногда маленькая деталь или незначительная вещь является правдой среди огромного количества лжи. Нужно помнить об этом, когда используешь такой источник. Чтобы понять суть, приходится исключать возможную личную выгоду для обеих сторон в каждой сплетне.       — Итак, если верить слухам, я хорош? — Драко улыбнулся. Она закатила глаза в третий раз, но Драко заметил лёгкий румянец. Это работало на его план.       — Судя по тому, что я слышала, ты… удовлетворителен, — да, она определённо покраснела. — Но, как я уже сказала, сплетни часто включают в себя преувеличения. Так что вернёмся к делу. Правило второе: компания, в которой будут поцелуи и всё остальное, должна располагаться в спальне.       — Согласен, — ухмыльнулся Драко. «Ещё посмотрим», — подумал он. Он не считал, что сейчас следует продолжать этот разговор и подталкивать её в этом направлении. Он всё ещё находился в первой фазе: наблюдение, расположение к себе, усыпление её бдительности. — Правило третье: принимать друзей — любого рода — в общей комнате следует с уважением к проживающим здесь. Я не хочу, чтобы мне пришлось сбегать из собственной комнаты, потому что гриффиндорцы решили устроить вечеринку.       — Да, — кивнула она, даже не улыбнувшись. — Я рекомендую использовать Заглушающие чары, чтобы не мешать. Кроме того, если один из нас действительно захочет устроить какую-то вечеринку или собрать друзей, было бы уместно уведомлять об этом заранее. Что ж — неплохо. Я оставлю список здесь, на полке, и мы сможем добавлять или редактировать правила.       Грейнджер встала из-за стола, оставив Драко с его учёбой. Она остановилась в нескольких шагах от него.       — Что-то ещё, Грейнджер?       — Я рада, что мы поговорили, — сказала она. — На этом всё. Это было на удивление цивилизованно.       — Знаешь, меня учили хорошим манерам, — вздохнул Драко. — Вопреки распространённому мнению.       — Я начала догадываться, что тебя им учили. Особенно после встречи с твоей матерью — такой прелестной женщиной. Я просто их раньше в тебе не замечала.              — Ну, знаешь, ты ещё многого во мне не замечала, Грейнджер.       — Да, конечно, потому что ты добавляешь много пены в ванну.       Драко всё ещё сидел, разинув рот после её прощального заявления, даже когда она уже закрыла дверь спальни. Грейнджер только что пошутила про член? Было ли это шуткой? Есть ли у неё чувство юмора?