Игры в твоей голове

      Через несколько недель после их ссоры Драко почувствовал, что вторая фаза плана «переспать с Грейнджер» скорее всего реализована. Он думал над её прощальными словами тем вечером, пока у него не закружилась голова. Она действительно сказала то, что сказала? Или это он добавил сексуальный подтекст там, где его не было. Только оттого, что хотел, чтобы она имела в виду именно это? Если бы он начал действовать в соответствии с тем, как понял её высказывание и ошибся в её намерениях, это стало бы серьёзным провалом. Лучше медленно, но верно. Он будет придерживаться плана.       Шла последняя неделя октября, а значит, времени было ещё много. Он делал всё возможное, чтобы она думала о нём в положительном ключе, и качественно выстраивал их взаимодействие как старост. Драко сосредоточился на мелочах. Он знал, что она с подозрением воспримет какой-нибудь широкий жест с его стороны, несмотря на подвижки в их отношениях.       Он оставлял на столе в гостиной книги, которые могли ей понравиться или пригодиться для докладов. Когда они оставались в общей комнате, он готовил чай так, как она любила. Он предложил обсудить некоторые из её идей и теорий. Драко даже нравились эти дискуссии. Её ум действительно был уникален. По отметкам Драко был следующим за Грейнджер в табеле успеваемости; не зря его назначили старостой школы. Когда они только начали работать вместе, Грейнджер удивлялась, что Драко делал проницательные замечания или предлагал интересные идеи. У него сложилось такое впечатление, что она сильно упрощала свою речь, когда разговаривала с людьми — особенно с Поттером и Уизелом. Грейнджер больше не выглядела удивлённой его интеллектом и, казалось, говорила более естественно, перестав подбирать слова попроще в разговоре с ним. После долгих споров о том, как можно усилить эффективность аконита и стабилизировать его в зельях, Гермиона сказала, что раньше считала его достаточно умным для слизеринца, но теперь считает просто умным.       Драко также увеличил влияние своей сексуальности на Грейнджер. Конечно, он всегда выглядел так, что его можно было хотеть. Но он приложил немало усилий, чтобы это оставалось приоритетным направлением. Он был хорошим соседом по комнате, способным напарником по учёбе, который мог поддержать любую беседу, и ответственным старостой школы. Это полностью закрывало все подпункты второго этапа. Но будь он проклят, если Грейнджер увидит в нём брата или просто друга. Хотя он не слишком беспокоился по этому поводу, поскольку эту роль уже играл Уизел в её жизни. Драко знал, что в отличие от рыжего, у него с Грейнджер слишком много химии, чтобы попасть в категорию «просто друзья». Конечно, они обычно направляли всю эту бешеную энергию на борьбу друг с другом, усложняя себе жизнь; но, тем не менее, она у них была.       В последние несколько недель Драко взял за правило по утрам выходить в гостиную без рубашки, если знал, что Грейнджер его увидит. Ещё он не снимал в раздевалке свою квиддичную форму, а приходил в ней в Башню старост и переодевался в спальне. Защита из драконьей кожи отлично подчёркивала его фигуру, плюс все эти пряжки и застёжки очень ему шли. Драко был уверен, что ощущал на себе взгляд Грейнджер, особенно когда потягивался, разминая мышцы после тренировки.       Драко также перешёл к прикосновениям — простые касания — чтобы она привыкла к нему. Он следил, чтобы его пальцы касались её, когда передавал пергамент или книгу. Он опускал руку ей на плечо, когда наклонялся над столом. Он сталкивался с ней в дверях и даже несколько раз на мгновение положил свою ладонь ей на поясницу, придерживая, если они одновременно выходили из комнаты.       Конечно, Драко взял за правило выглядеть очень беспечно во время этих стратегически запланированных физических контактов. Внутри он даже близко не был беспечен. Прикосновения к ней всегда возбуждали его собственную похоть, даже такие невинные. Всегда казалось, что, пытаясь усилить её влечение, он усиливал и своё собственное. Драко теперь дрочил дважды в день. Его предыдущие мысли, о том, чтобы найти какую-нибудь ведьму, которая помогла бы снять напряжение, были отброшены. Драко понял, что ему нужна не «какая-то ведьма», а Грейнджер. Если бы он был с кем-то ещё, то всё равно представил бы её. А так поступить он мог и в своей комнате или ванне.       Драко подслушал, как Грейнджер спорила с Уизелом по поводу старостата, и её слова придали ему больше уверенности в том, что он действительно продвинулся вперёд. Рыжий нищеброд ныл по поводу предстоящего похода в Хогсмид в субботу, что, по мнению Драко, было не очень-то по-мужски. Тем более что Драко уже предложил Грейнджер патрулировать во время прогулки. Это был первый визит в Хогсмид в этом году. Таким образом, они могли приглядывать за младшекурсниками, идущими туда в первый раз, да и дать заслуженный отдых старостам факультетов. Грейнджер согласилась. Доводы Драко оказались логичными, но его главной целью было провести день с Грейнджер в Хогсмиде. Это идеально подходило для перехода к третьей фазе, когда она начнёт считать его другом.       — Но мы втроём всегда ходили в «Сладкое королевство», а потом в «Три метлы». Это традиция! — причитал Уизел.       — О, Рон, не стоит так драматизировать, — вздохнула Грейнджер. Хоть Драко не мог видеть их из-за угла, за которым он очень удачно расположился, мог поспорить, что она закатила глаза. — Я староста, и у меня есть обязанности. Это первый в этом году поход, нужно, чтобы всё прошло гладко.       — Но ты же проведёшь весь день с Хорьком! — возразил Уизел. Драко нахмурился. Ему никогда не нравилось это прозвище.       — Малфой не так уж плох. Он действительно очень умён, — защищалась Грейнджер. Драко улыбнулся. Да, он был умён и невероятно сексуален.       — Разве умно быть злым придурком? — проворчал Уизел.       — Да, но помимо этого, — рассмеялась Грейнджер, — ты же помнишь, что он помог победить Волдеморта, поэтому он не может быть абсолютным злом. Ещё он хороший сосед и староста.       Драко нравилось слушать, как она нахваливает его. И он представлял, как всё больше и больше надувался Уизел с каждой фразой Грейнджер.       — Кроме того, в этом году всё будет по-другому, — продолжала она. — Гарри и Джинни теперь встречаются, поэтому они захотят провести время вместе.       — Вот почему ты должна вырваться из лап Малфоя и провести день со мной! Тогда я не стану третьим лишним. И ты ведь обещала Фреду и Джорджу, что зайдёшь в их магазин.       — Конечно, я зайду! — в голосе Грейнджер появились нотки раздражения, которые Драко быстро узнал. Он улыбнулся. Рыжему лучше следить за языком, иначе он получит трёпку. Грейнджер в этом плане была очень рьяной, она не стерпит намёков на то, что пренебрегает дружбой или не окажет необходимой поддержки, если обещала. — Я просто возьму Драко с собой. Мы включим их магазин в маршрут нашего патруля.       — С каких это пор он Драко? — голос Уизела повысился по меньшей мере на октаву.       — Ты ведёшь себя невероятно незрело, Рон. Гарри поддерживает мои попытки оставить прошлое позади. Я не понимаю, почему тебе так трудно с этим смириться. Мы все будем в Хогсмиде. И сможем увидеться несколько раз за день. У нас будет масса возможностей зайти в магазин или бар. А если ты не хочешь быть лишним, пригласи кого-нибудь.       — Я и приглашаю кое-кого — тебя, — тихо сказал Уизел. Драко совсем не понравилось, как это прозвучало.       — И я уже говорила тебе, как высоко ценю нашу дружбу. Я люблю тебя. Вы с Гарри — мои лучшие друзья. Не знаю, что бы я без вас делала.       Драко улыбнулся. Ни один мужчина не захочет слышать о том, как ведьма, которую он хочет, «ценит его дружбу». Он почти сочувствовал этому рыжему придурку, почти.       — Но разве не было бы легче, если бы мы начали встречаться, Миона? — вздохнул Уизел. — Наконец-то ты свободна! Ни Крам, ни этот маггловский художник, ни аврор Уильямсон не встанут у нас на пути. Почему бы не дать мне шанс?       Драко гадал, кто же, во имя Мерлина, этот аврор Уильямсон. И к какому маггловскому художнику была привязана Грейнджер? Похоже, Блейз был прав: кроме Крама были и другие.       — Рон, нам не нужно этого делать, — Грейнджер говорила мягко, но твёрдо. — Просто у меня нет к тебе таких сильных чувств. А ты привязываешься всем сердцем. Если мы что-то начнём, а потом всё быстро закончится… Это только навредит тебе, а я не поступлю так с тобой. Давай, Рон, пойдём в гостиную Гриффиндора и потусуемся.