Игры в твоей голове

      Драко перегнулся через шахматную доску и схватил Блейза за ворот рубашки обеими руками.       — Блядь, тише! — прошипел Драко. — Единственное, о чём она просила, — это не устраивать шумихи. Если ты кому-нибудь расскажешь и всё мне испортишь, я заколдую твои яйца быстрее, чем ты успеешь моргнуть.       Блейз с трудом сглотнул, ясно видя, что угрозы Драко — не пустые слова. Отращивание яичек намного хуже, чем отращивание костей, и занимает гораздо больше времени.        — Я никому не скажу, — сёрьезно заверил Блейз. — Но ты должен мне что-нибудь рассказать. Как она?       — Впечатляюще, — усмехнулся Драко. Блейз был прав: он уже несколько недель ходил с видом восторженного болвана. Он действительно хотел бы поговорить об этом с кем-нибудь.       — Насколько впечатляюще? — деловым тоном поинтересовался Блейз, пододвигаясь вперёд. Он уже сидел на краешке стула.       — Очень, — Драко вздохнул и улыбнулся. — Она заводная, креативная и полна энтузиазма. Она — лучшее, что у меня когда-либо было. Клянусь, Блейз, я не могу насытиться ею.       — Как долго это продолжается? — выдохнул Блейз, явно завидуя.       — Месяц, — удовлетворённо ответил Драко. Это был лучший месяц в его жизни.       — Святой Мерлин! Сколько раз? — спросил Блейз.       — Я не знаю. Что за придурок будет вести подсчёт? — Драко закатил глаза, глядя на друга.       Двадцать пять. Драко точно знал, сколько раз он был внутри своей принцессы. Двадцать пять раз. Видимо, он был из тех придурков, которые умеют считать. Это не включало случаи, когда он оказывался лицом между её бёдер или когда она заглатывала его член.       Блейз хотел получить больше информации, больше подробностей. Драко не хотел никого посвящать в эти подробности. Она была его и ничья больше. Он не хотел, чтобы у Блейза появились какие-то фантазии; ну, хотя бы не новые.       — Она заинтересована попробовать с двумя волшебниками разом? — с надеждой спросил Блейз. Драко ощетинился и зарычал на друга. Подобные идеи были именно тем, что Драко хотел пресечь.       — Не будь идиотом, — усмехнулся Драко. — Этого не будет.       — Он всегда такой придурок, — вмешался высокий гнусавый голосок. Драко и Блейз обернулись и увидели стоящую рядом Асторию Гринграсс. Она явно только что подошла, и не могла слышать много.       — Чего ты хочешь, Тори? — Блейз усмехнулся молодой ведьме. Драко раздражённо вздохнул. Астория, младшая сестра Дафны, была именно тем типом ведьм, которые бросались на него всю неделю. На самом деле, Астория была хуже других ведьм, она же была только на пятом курсе.       — Я просто хотела сказать тебе, что Дафна с тобой порвала, Блейз. — Астория ухмыльнулась. — На этот раз по-настоящему. Она не пойдёт с тобой на Святочный бал, даже если ты пригласишь.       Блейз закатил глаза. Драко знал, что его друг поверит в это, только когда убедится сам. Драко надеялся, что Дафна воспримет их разговор серьёзно и пойдёт дальше. Грустно быть настолько одержимым другим человеком.       — Я же свободна, как птица, — Астория искоса взглянула на Драко. Она наклонилась к нему, заставляя Драко отстраниться и вжаться в спинку стула, чтобы сохранить дистанцию. Однако мелкая шмара продолжала наступать! Она практически забралась к нему на колени. — Мне бы очень хотелось, чтобы ты пригласил меня на бал, Драко. Я сделаю всё, что угодно… всё, что угодно, для тебя, Драко.       Эта тупица практически лежала на нём, её лицо было в дюйме от его. Фирменная ухмылка замёрзла на губах Драко. Он думал, что бы сказать ей, чтобы по-настоящему отрезвить эту шлюху. Драко был слишком раздражён, чтобы пощадить её чувства. Он уже собирался сказать, чтобы она убиралась, когда заметил кудрявую ведьму возле двери в общую комнату Слизерина, которая смотрела на него, подняв брови.       Драко мгновенно вскочил на ноги, сбросив глупую ведьму на пол. Не обращая внимания на её крики, он подошёл к принцессе. Что она подумала о нём?       — Грейнджер! — сумел выпалить Драко. — Я не ожидал увидеть тебя здесь.       — Очевидно, что нет, — холодно ответила она, скрестив руки на груди.       «Дерьмо!» — закричал внутренний голос Драко. Он даже ничего не сделал, но Грейнджер этого не знала. Комната, полная людей, была неподходящим местом для объяснений. Ему нужно было остаться с ней наедине.       — Вот моя комната, Гермиона, — сказал Нотт, беря её за локоть.       — Твоя комната? — Драко изо всех сил старался, чтобы его голос звучал ровно. Какого хрена Грейнджер пошла в комнату Нотта?!       — Мы пытались работать над нашим проектом по арифмантике в библиотеке, но там было слишком шумно, — улыбнулся Нотт, подмигнув Драко из-за спины Грейнджер.       — Тео любезно предложил свою комнату как тихое место, — прокомментировала Грейнджер, мило улыбаясь. — Ты готов, Тео?       — Конечно! — Тео выглядел чересчур радостным и услужливо предложил ей свою руку. — Проходи.       Драко беспомощно смотрел, как его ведьма исчезает в спальне Нотта, и ничего не мог сделать. Блейз прав. Нотт был извращенцем, похотливым извращенцем — и он был наедине с его принцессой и в спальне! А у Грейнджер сложилось ошибочное впечатление, что Драко, проводя время с ней, ещё макал перо в другие чернильницы. Дерьмо!       — Как она смела припереться сюда? — усмехнулась Астория у него за спиной. Драко не мог ещё сильнее возненавидеть эту ведьму, чем в тот момент.       — Она староста школы и может приходить, куда пожелает, — строго ответил он. — Она ещё и мой друг, так что я бы посоветовал тебе заткнуться, тупая шлюха.       Астория фыркнула и потопала прочь. Вскоре её место занял Блейз.       — Нотт ничего не добьётся, — успокаивал Блейз тихим голосом, который мог слышать только Драко.       — Он попытается, — процедил Драко сквозь стиснутые зубы.       — А Грейнджер отрубит ему яйца, если он зайдёт слишком далеко, — продолжал увещевать Блейз.       Драко не беспокоился о том, что Нотт сможет надавить на неё. Он беспокоился, что Грейнджер примет ухаживания Нотта. Прошёл уже месяц. Может быть, он ей наскучил. Может быть, увидев его с другой ведьмой, она решит двигаться дальше. Нотт тоже умел быть осторожным. Он никогда даже не целовался на виду и не трепался, в отличие от Блейза. Нотт был так же надёжен, как грёбаное хранилище гоблинов. Драко почувствовал, как его желудок сжался. Мысль о Грейнджер — его ведьме, его принцессе — с другим волшебником вызывала у Драко тошноту.       — Ого, она тебе действительно нравится, — тихо заметил Блейз. Драко только сжал челюсти и повернулся, чтобы смотреть на огонь, а не бессмысленно пялиться пронзительным взглядом в закрытую дверь.       Ну, конечно, Грейнджер ему нравилась. Она была ведьмой, с которой у него был лучший секс в жизни. Ещё она была чёртовой извращенкой, он не встречал ведьм, которым бы столько всего нравилось. Она была забавной, с её удивительным чувством юмора. Она была пиздец какая умная, вступая с ним в спор, она не пасовала, как и положено львице. Драко заметил, что с ней легко разговаривать, она понимающая и милая. Он чувствовал себя… Он был счастлив рядом с ней. Ладно, может быть, она действительно нравилась ему больше, чем он думал раньше.       Это была невероятно тревожная мысль. Драко знал, что Грейнджер любит заниматься сексом, но нравился ли он ей? Или она просто наслаждалась сексом без обязательств? Что за лажа?! Вдруг он, как Дафна, тоскует по человеку, которому он нужен, только чтобы потрахаться? Драко почувствовал, что его сейчас вырвет.       — Я не люблю, когда люди трогают мои вещи, — с трудом выговорил Драко. — Мне нужно идти.       Драко вылетел из общей комнаты Слизерина. Он бежал прочь от жалостливого взгляда Блейза, прочь от необходимости стоять под дверью Нотта и представлять себе, что происходит в комнате. Он попытался убежать от осознания того, что влюбился в Грейнджер.