Я буду твоим рассветом

      У Хошигаки Кисаме всё было хорошо. Ярко светило летнее солнце, зеленела трава, а лёгкий ветерок приносил приятнейшую прохладу. Стоя на пороге своей новой жизни, шиноби явственно ощущал, что всё просто отлично. И хоть больше не было дома, хоть позади осталось столько дерьма, что запах преследовал до сих пор, хоть он и получил клеймо позорного ренегата, наконец оказался среди своих. Своих: искалеченных миром шиноби, но отчаянно ползущих вперёд, преследуя не то общие, не то личные цели. А у Кисаме цель была лишь одна — залечить глубокие раны, нанесённые Кровавым туманом. Уж в Акацуки-то лжи не должно быть. И он будет пробивать себе путь если не к счастью, то к приемлемой жизни, прорубать своей самехадой, а кто рискнет воспрепятствовать — отправится на тот свет. Что-что, а проливать кровь он умел и любил. Организации это и нужно — что ж, замечательно. Да и плащ классно сидит.       Оставалось познакомиться с новой напарницей, которой предстояло делить его радости и невзгоды. Хошигаки нравилась эта система — не один ведь. Не просто не один — с женщиной! Лучше и быть не может. «Надеюсь, что симпатичная, — думал Кисаме, радуясь, что ему выпала привилегия работать с представительницей прекрасного пола, хоть слухи о ней шли достаточно мрачные. — А, ладно, уж точно не страшнее меня». Из-за деревьев наконец выплыл стройный силуэт, одетый в такую же форму.       — Учиха Итами, — представилась черноволосая девушка поразительной красоты, с глазами темнее ночи.       — Хошигаки Кисаме, Кровавый туман, — ответил шиноби. — Это ты что ль свой клан перерезала? — недоверчиво спросил он, смотря на отступницу, ещё совсем юную, хрупкую, хоть и довольно высокую.       Куноичи не ответила, лишь обожгла Кисаме пронзительным взглядом бездонных глаз, от которого наёмника бросило в дрожь.       — Я слышал, Учиха прокляты, — продолжил он, стараясь не поддаваться.       — А сам ты разве не проклят?       — А я-то чего? — усмехнулся отступник.       — На твоей одежде кровавые облака. Это как раз знамя проклятых.       Итами больше ничего не сказала. Девушка развернулась и медленно двинулась по тропинке в сторону леса. «А у розочки шипы ого-го, — вынес вердикт Кисаме, вполне довольный подобным раскладом, и последовал за напарницей. — Новая жизнь обещает быть интересной».