Данго
5 июля 2021 г., 23:08
Километры пути в тишине — невыносимо скучно, девчонка оказалась неразговорчива. Молчала даже во время привалов, когда беседы оставались единственным развлечением у костра — дурацкое парное одиночество. Но Кисаме лишь чувствовал больший задор: и не таким развязывали язык. Впрочем, это молчание ей даже шло, придавало загадочность, что ли. Учиха вся целиком стала тайной для Хошигаки, и ему страшно хотелось её разгадать. Глаза, чёрные-чёрные, словно бездна, сочились необъятной печалью и таили глубокую муку. Шиноби в женщинах не разбирался, но чувствовал всё, до мурашек, хоть ничего и не понимал.
Итами не давала шанса понять.
В своих грехах и трагедиях они были похожи, но в ней крылся какой-то подвох. На протяжении долгих недель не убить никого, кроме тех, кто был целью Акацуки, — слишком странно для безжалостного убийцы, коим её рисовали. Учиха и ему разгуляться не позволяла, всегда завершая бои даже раньше, чем тот успеет достать самехаду. Почти без криков, без крови, без лишних смертей, хотя из глаз потом текли реки крови. А когда всё же не удавалось, наступали бессонные ночи: куноичи просто смотрела во тьму, без слов, без единой эмоции на лице. Слишком сильная, чтобы дать себе волю, но Кисаме был твёрдо уверен, что нематериальные слёзы градом стекали по бледным щекам.
И дело было не только в случайных убийствах — было что-то ещё.
Вот и теперь, после разборок с одной крупной шишкой, когда пришлось убрать всю охрану, та же картина: гостевой домик, веранда и взгляд в пустоту под светом заката.
«Сам черт не узнает, что у неё в голове».
— Я тебе тут принёс кое-что, — сказал Кисаме, плюхнувшись рядом, и протянул напарнице данго, купленный в ближайшем ларьке.
— Спасибо, Кисаме, — ответила девушка со слабой улыбкой. — А я ведь действительно люблю сладкое.
И они ели сладкие шарики в тишине, опять в молчании, зато рядом, по-настоящему.
В мире шиноби появится неудержимый охотник за данго, и Хошигаки не раз вытащит продавцов из постелей посреди ночи с бодрым оскалом острых зубов, предварительно разбудив полдеревни в поисках нужного человека:
— Данго или жизнь!
