Право выбора

Меня сразу же и с неистовой мощью охватил страх, паника и ужас. — Адель, — подходит ближе, — не бойся меня. — Не подходи, — чуть ли не рыдаю, — пожалуйста. — Ну же, — протянул руку, — это я. Тебе не стоит меня боятся. — Я считаю наоборот, — попятилась назад. Не подумав, что позади меня может быть какой-то предмет, запнулась и повалилась назад. Разумовский моментально подлетел ко мне и схватил, с целью избежать падения, усадил на пол. Я начала рыдать и отбиваться. — Отпусти! Отпусти! — Послушай, — обхватил мое лицо руками, — во мне ничего не изменилось! Это всё ещё я! — Нет! Ты — убийца! А он — нет! — Я всегда был таким! И ты это знаешь! — Нет! Нет! Нет! — Посмотри на меня, — прошептал он, — посмотри на меня, Адель. — Не хочу… — Посмотри! Ты просто забыла. Взглянув в его глаза, голова закружилась и создалось впечатление, словно я переношусь в другую вселенную. Во вселенную воспоминаний.

Несколько недель назад Воспоминания Разумовского

      Прозвенел будильник. Время пить таблетки. Приняв препарат, который помогал мне справиться с приступами злодея, я подошел к зеркалу, чтобы поправить волосы. Глядя на себя, так и не заметил, как из носа потекла тонкая струйка крови. Обернувшись за платком на тумбе ванной комнаты, я понял, что нахожусь где-где, но точно не в ванной комнате. Я стоял на острове парящем в невесомости. — Чего так вылупился? — раздался голос за спиной. — Опять ты… Точная злобная копия меня стояла и сверкала ехидными глазами. — Опять я, — улыбнулся, — ты что, не рад мне? — Нет. — Прекрати быть такой букой, — вздыхает, — я уверен, мы сможем подружиться! — Никогда. — Зря, — закатил глаза, — знаешь, мне известно, что в последнее время тебя мучают догадки и сомнения по поводу твоего освобождения. — Конечно тебе это, — начинаю злиться, — ты у меня в голове. — Я всегда там был, — кладёт руку на плечо, — помогал тебе, оберегал и поддерживал. Я всегда был рядом с тобой. — Ты — убийца. — Да, но, — гордо поднял голову, — в этом есть и свои плюсы, мой милый друг. — Ха, — усмехнулся, — какие? — Люди больше не видят в тебе ангелочка и мальчика, которого можно использовать. Люди стали тебя бояться и уважать. К твоему мнению прислушиваются, ты имеешь авторитет и власть. Разве, это не прекрасно? Подумав над его словами, меня ужаснуло то, что он прав. — Ну вот, — махнул рукой, — я же говорил! Я прав! — Прав, — вздыхаю. — Чудесно! Давай заключим договор? — Моя душа и так Дьяволу продана, — поправил волосы, — тебе. — Это я кажусь таким, — надул щёки, — внутри я милый и пушистый. — И сжигаешь людей. — Началось, — закатил глаза. — Что за договор? — В твоей голове мне иногда скучно. Давай так, я буду твоим вторым внутренним голосом? — Ты меня с ума сведёшь, — усмехнулся, — нет. — Клянусь, — поднял руки, — без шалостей. Каждое действие мы будем обговаривать. — Нет. — Если я уйду, ты умрешь. — Почему это? — Мы с тобой как Инь и Ян, друг без друга существовать не сможем. А если честно, то, ты нытик. — Нытик? — злюсь. — В тебе нет стержня. Ты — милый, домашний и скромный мальчик, предел у которого — работа в офисе на двадцать тысяч рублей. А я — амбициозен, самоуверен и хитёр. Без меня, ты бы все еще работал в той конторе. Вместе мы — сила. — Из-за тебя, — ткнул ему в грудь, — мы чуть не сгнили в тюрьме. — Это виноват Гром! Мой план был идеален. Впредь такого не повторится. — Я не нытик. Олег и Адель любят меня. — Олег — твой лучший друг с детства, а Адель полюбила тебя когда была юной. Романтика, закаты и рыдания под Хатико. Сейчас, ей почти тридцать, она киллер и её давно не интересует подобное. Ей нужен мужик, который порвет за неё. — Я могу это! — Без меня — нет, — грустно вздохнул, — максимум, что ты можешь порвать — резинку для волос, — смеется, — или не для волос. — Плоские шутки. — Соглашайся. Будет весело. Вместе мы достигнем таких высот, которые и не снились обоим. — На моих условиях. — Валяй. — Ты не берешь контроль над телом, а если и берешь — без убийств. — У-у-у, — хнычет, — так неинтересно! Почему ты жалеешь их? Людей, которые портят жизнь обычным людям. Пожалей их. Разве, смерти совершенные мной — напрасны? К примеру — Зинченко. Я его убил. Ты выкупил свалку и утилизировал. В городе не воняет дерьмищем, а парк около бывшей свалки — зацвел. — Верно. — Я об этом же! Мы отличная команда. Я все равно никуда не денусь, просто, работать и существовать в мире и согласии — более комфортно. — Ладно, — протягиваю руку, — я согласен. — Отлично! Только, цвет глаз оставим мой, — улыбнулся, — прости мне мою шалость. — Ладно. — Занимайся своими приютами и благотворительностью. А я займусь более масштабным проектом. — Без свидетелей. — Разумеется. Мы пожали руки. Я подписал контракт с Дьяволом. — Что, — прошептала, глядя ему в глаза, — что это было? — Наша история с Птицей. — Птица?! — Он так называет себя, — сел на пол, — мы живем в гармонии. Я — это я. Новая версия, но, — взял мою руку, — это ничего не изменит, — целует её, — каждая моя личность, — усмехнулся, — любит тебя. — Я… — Ты боишься меня, я знаю, — вздохнул, — мне очень жаль, что напугал тебя тогда и чуть не убил. Я помню это. Останься со мной, — голос дрогнул, — без тебя все будет ужасно. — Это говоришь ты, или, — замялась, — Птица? — Мы оба так думаем, — улыбнулся, — правда. — И что вы хотите делать? — Секрет, — подмигнул, — все будет по справедливости. — Не знаю… Я в шоке. А, — замялась, — Олег знает? — Да, — вздохнул, — он и нашел меня в ванной комнате после этого. — И что Волков сказал? — Ничего конкретного, но, если я выйду из-под контроля — он меня остановит. — Убьет? — Может быть, — пожал плечами, — Птица говорит, что до такого не дойдёт. — Отлично… — Стань моей королевой в новом мире, — протянул руку, — в мире, где нет насилия, коррупции и лжи. Молчу. — Блестеть твоя корона будет. На моем троне тебя никто не тронет. Клянусь. — До первого косяка, — вложила в его ладонь свою. — Хорошо. Подняв меня с пола, он крепко, вдыхая аромат тела обнял меня. — Ты не представляешь, как я тебе благодарен, — усмехнулся, — спасибо. — А я вас везде ищу! — завалился Волков, — включи новости! На экране появился экстренный выпуск новостей. — В Санкт-Петербурге участились случаи краж молодых девушек. Каждая из пострадавших заявляет, что похититель завязывает им глаза и насилует, а после совершения акта соития снимает повязку с лица и отпускает жертв. Создается впечатление, что преступник ищет кого-то, какую-то определённую девушку. В связи с этим, в городе вводится комендантский час. Клубы и рестораны станут работать до полуночи, а у заведений будут ожидать машины такси, чтобы каждая из девушек в целостности и сохранности добралась до дома. Все жертвы маньяка побывали у него от 2 до 12 дней в плену. Девушки имеют схожесть: симпатичные, длинные темные волосы и глаза, среднего телосложения. Каждую из них маньяк выкрал. Дамы, будьте бдительны. — Ну, — Волков сложил руки на груди, — ничего не напоминает? — Например? — Разумовский сел на диван. — По описанию идеально подходит Адель, — смотрит на меня, — волосы, глаза и фигура. — Бред, — усмехнулась, — кому я нужна? — Мало ли, — Олег вскинул бровь, — в свое «золотое время» ты успела делов наворотить. — Минуточку, — рыкнула я, — на все дела я перекрашивалась или надевала парики. Линзы, волосы, макияж или грим. Это исключено! — Значит, — Сережа отправился к рабочему столу, — ищет тот, кто видел тебя обычную. — Волосы отрастила еще в Лондоне, — начинаю думать, — до отъезда ходила с короткой стрижкой. — Вариант друзей из прошлого отпадает. — Следует, — нервно сглотнула, — меня ищет тот, который либо познакомился со мной в Лондоне, или же здесь, — оглянулась, — в Санкт-Петербурге. — Найдем и убьём его, — зловеще улыбнулся Разумовский. — Серёжа! — хором с Олегом. — Я пошутил, — поднял руки, — кстати, об убийствах, что будем делать с Гречкиной и её ресторане? — В пятницу у меня в восемь вечера с ней встреча, — встаю с дивана, — думаю, мы сможем уладить этот вопрос. — А если, — рыкнул Олег, — нет? — Убьём её? — Разумовский. — Нет! — хором. — У-у-у, — вздохнул, — ну, хоть припугнем? — Возможно? — И случайно убьем! Швырнула в его сторону пульт. Поймал на лету. — Я ж шучу, — улыбается. Молча смотрим на него. — Правда! Тишина. — Гречка сгорела, — заржал во весь голос. — Это не смешно. — Да бросьте, — не может успокоиться, — Гречка сгорела! Ну типа она Гречкина и я её, ой, — махнул рукой, — вы такие злые. — Серый, — буркнул Олег. — Понял, — улыбается, — чую, я допизжусь и вы меня в подвале закроете. — Ладно, — зевнула, — я спать. Чао! — Пока! — хором.

Пятница

      Мысль о том, что Разумовский — 50% Чумного Доктора (Птицы) и 50% Разумовского, немного пугала. Но, каких-то сильных изменений я не увидела, наоборот, Серёжа стал нравится мне лишь больше. В нем появилась дерзость, страсть, характер правителя и хитрость. Он вызывал бурю эмоций, хотя, и раньше было это же, только сейчас намного сильнее. — Я нашел идеальное место для свадьбы! — Разумовский ввалился в комнату, когда мы с Юлей обсуждали оформление зала. — Ого, — она удивилась, — показывай! — Правда, — засмущался, — ехать далековато. — Куда? — отпиваю чай. — Южные Альпы, — почесал затылок. — Что?! — хором с Юлей. — Я тоже охуел, — Олег зашел. — И как же мы перевезем всех гостей? — спросила я. — На самолёте! — А у тебя он есть? — Пчелкина усмехнулась. — Ну-у, — смотрит в экран флагмана, — только что купил. Думаю, около двухсот человек поместиться. — Господи, — выдыхаю, — показывай свое идеальное место. Передав изображение с телефона на экран офиса, мы были поражены той красотой, которую увидели. Большая многоуровневая площадка где-то среди холмов или гор, с цветами и растениями, готовка и бар с танцполом под шатром. Волшебно. — Удивил, — целую в щёчку, — очень красиво. — Я и сам в восторге. Уже ближе к дате поселимся там и станем контролировать процесс подготовки. — Отличная идея, — улыбаюсь, — а теперь, встаю с дивана, — мне пора. Гречкина ждет. Разумовский заржал.

Офис Ольги Гречкиной

      Я вошла в кабинет слишком уверенно, так, словно мой муж не убил её сына и супруга. Все мы не без греха. — Добрый вечер, — она поднялась со стула, — присаживайтесь. Чай или кофе? — Спасибо, — села в кресло, — ничего не хочется. — Боитесь, — поправила белые короткие волосы, — что отравлю вас? — Нет, — улыбаюсь, — просто, не думаю что у вас в арсенале имеется зеленый чай с мятой и южным лаймом. Кофе я не пью. — Хорошо, вы убедительны. Вы о чем-то хотели поговорить. Верно? — Да. Я на счет приюта, который вы планируете сделать под ресторан-казино. — Интересно, — блеснула карими глазами. — Таить не стану, — закинула ногу на ногу, — есть два варианта развития событий: первый вариант. Мы с вами за определённую сумму договоримся; второй вариант. По-хорошему не получится, придется действовать иначе. — Сожжете меня? — смеется, — прошу. — Оставьте это для журналистов, — прорычала, — следствие доказало, что мой муж невиновен в смерти вашего сына и супруга. — Вы просто дали денег! — ударила по столу. — Как и Кирилл! Пьяный в хлам он сбил девчонку! Суд его оправдал, — усмехнулась, — потому что папа — прокурор, мама — сидит в думе Санкт-Петербурга. — И? Она сама выскочила на трассу. — А ваш сын и муж сами превратились в ублюдков, — улыбаюсь. Она закипала с каждой секундой. — Я не продам вам приют, — выдохнула, — наоборот, буду портить и разрушать то, что Сергей Разумовский сделал. А после, — улыбнулась, — уничтожу и его, — пауза, — вместе с вами. — Посмотрим, — смеюсь. — Не пытайтесь запугать меня. Вы — всего лишь его жена и не более того. Сирота. Не имеющая чего-либо. — Поверьте мне на слово, — встаю с кресла, — самый безобидный, — подхожу к ней, — в нашей паре, — улыбаюсь, — он. Не хамите мне, иначе, окажетесь с дочкой там, где ваши сын и муж. Всего доброго, — улыбаюсь. — Гореть вам в Аду, — сквозь слезы прошептала она. — И вам! — смеюсь. Жестко. Неправильно. Мерзко. Но, так надо. Либо ты, либо тебя. Спускаясь по лестнице на выход, передо мной возник силуэт человека. Незнакомец что-то воткнул мне в шею. Всё, что я успела сделать до того, как мир поплыл и сознание помутнело — ударить под дых. Когда тело обмякло и я почти теряла сознание, будто под наркозом, незнакомец закинул меня на плечо и понёс.