Почему я полюбила именно тебя?

— Только за эту неделю у нас 52 подтвержденных случая. — Все жертвы погибли от сердечного приступа: это были преступники, которых разыскивали или которых уже содержали в тюрьме. — Наверняка есть преступники, смерть которых не подтверждена. — Не исключено, что их уже больше сотни. На заседании Интерпола дискуссия шла полным ходом, и каждый возмущался по поводу «случайных» смертей злоумышленников. За одним из столов сидел Мацуда, работающий в японской полиции, и во всю ждал шефа, который как раз пришел. Но он опоздал, и парня это немного смутило: — Шеф, — сказал он, — заседание уже давно началось. — Да, — ответил Соитиро Ягами, шеф японской полиции, — мне звонили из штаб-квартиры. — В любом случае, все они были отъявленными преступниками, которых ждала смертная казнь, — констатировал факт один, продолжая обсуждать убийства. — Стоит ли за них беспокоится? — Глупости! — возразил другой, ударив кулаком по столу, — кем бы ни были эти люди, если они убиты, то это — убийство! — Может, это просто случайное совпадение? — все не унимался мужчина, начавший взбучку. — Более ста преступников умерли от сердечного приступа? — не выдержал его собеседник, — разумеется, это убийства! — Разве можно убить столько человек, находящихся далеко друг от друга, практически одновременно? — Мы считаем, что это хорошо спланированная операция, совершенная какой-то крупной организацией, — вставил третий. — Если принять во внимание масштаб операции, то лишь ЦРУ или ФБР способны выполнить что-то подобное. — Вы на что намекаете? — Хватит! — встал мужчина, до этого молчавший, — не время счеты сводить! Сначала мы должны выяснить: убийства это или просто совпадения! — Скажите, все результаты вскрытия показывают, что они умерли от сердечных приступов? — Результаты вскрытия в данном случае нам ничего не дают, причина смерти не важна. — Вот именно! Нам было бы намного легче, если бы их всех зарезали! — Тогда нам вновь придется прибегнуть к помощи агента Эл… — завершил дискуссию человек. Все присутствующие начали перешептываться между собой, а Мацуда, недоуменно посмотрев вперед, наклонился к Соитиро и тихонько спросил: — Скажите, а кто такой этот агент Эл? — А, очень хороший вопрос, Мацуда, — ответил ему шеф, — никто не знает ни как он выглядит, ни его настоящего имени. — Он выдержал короткую паузу и продолжил: — Известно, что Эл способен раскрыть даже самое запутанное преступление. На его счету множество дел, долгое время остававшихся нераскрытыми. Он берется лишь за трудные случаи, и он — наша последняя надежда или орудие. — Но как мы его найдем? — спросил первый мужчина. — Эл появляется только тогда, когда дело его чем-то заинтересовало. — Это верно, — поддержал его второй, — ведь мы не можем с ним связаться напрямую. — Эл уже согласился, — послышался голос со стороны двери. Все удивленно ахнули. В зал вошел дорого одетый мужчина, лицо которого скрывала шляпа. Он был одет в длинный плащ, черные классические штаны и натертые до блеска туфли. Пройдя в центр, тот проговорил: — Эл готов возглавить расследование этого дела. — О, Ватари, — удивился Соитиро. — Э, Ватари? — недоумевал Мацуда. — Он единственный может контактировать с Эл, — пояснил тому шеф. — Но кто такой Ватари — тоже никому неизвестно. — Прошу сохранять тишину, — сказал Ватари, — сейчас вы услышите голос Эл. — Эл, а ты уверен? — спросила Лерой, посмотрев на экран ноутбука и обняла мужа со спины. — Да, — ответил он и взглянул на жену. — Впервые мне попадается столь запутанное дело, а я дома сижу. — Все-таки этот преступник не вписывается в рамки стандарта, — пробубнила Шанэ. — Ему нужно знать лишь имя человека и его лицо, чтобы убить. — С чего ты решила? — полюбопытствовал детектив с неподдельным удивлением. — Помнишь мое видение? — спросила она, усевшись рядом. Тот неуверенно кивнул. — Так вот, я считаю, это все его рук дело. — Но почему именно сердечный приступ? — А вот этого я действительно не знаю, — пожала плечами девушка и поцеловала своего спутника жизни в щечку. — Ладно, удачи тебе, — и одарила обворожительной улыбкой. — Спасибо, милая, — усмехнулся Лоулайт в ответ и повернулся к экрану компьютера. Лерой отошла от мужа и направилась на кухню, чтобы приготовить тортик. Она очень сильно волновалась за Эла, ибо случай и вправду непривычный. Шанэ почему-то считала, что в этом замешан тот рыжеволосого парень, который подобрал Тетрадь Смерти. «Хм, забавно звучит: Тетрадь Смерти, — подумала она и достала из холодильника творожный сыр, три яйца и сливочное масло. Также из шкафчика потом взяла сахар, какао, муку и черный шоколад. — А вдруг людей можно действительно убивать на расстоянии, лишь записав их имена? Звучит как бред, но после 52 «случайных» смертей от сердечного приступа буквально за пять дней все вполне может быть. Тем более, он убивал лишь преступников. Наверняка возомнил себя каким-то Богом и будет вершить правосудие. Мыслит не здраво и по-детски. Как будто всю преступность вмиг уничтожишь… Абсурд просто! Тем не менее, нам с Элом грозит огромная опасность. Нужно придумать, как бы уберечь его. Ничего нового: все ложится на мои хрупкие плечи, но ведь на кону жизнь величайшего детектива столетия… И моего мужа, черт возьми!». Тем временем Лоулайт прочистил горло, вздохнул, и когда Ватари прислал сообщение, что ему можно говорить, начал свою речь: — Господа из Интерпола, я — Эл. — Он выдержал весьма выразительную паузу, кинул мимолетный взгляд на дверь кухни и продолжил: — Дело беспрецедентное. Оно не соизмеримо по сложности со всеми предыдущими делами. Эти жестокие серийные убийства ни в коем случае нельзя оставить безнаказанными. Чтобы быстрее раскрыть это дело, мне понадобится помощь Интерпола. Нет, — передумал Лоулайт и тут же исправился: — Все организации, призванные бороться с преступностью, должны оказывать мне всестороннюю поддержку и содействие. Особенно японская полиция. Мацуда от удивления аж встал, его примеру последовал и господин Ягами. — Но почему именно японская? — выпалил Соитиро. — Я практически на сто процентов уверен в том, что преступник по национальности японец, — пояснил Эл, потерев переносицу. — Ну а если не японец, то находится в Японии. — Откуда ты знаешь? — строго спросил шеф. — Он скорее всего японец, и я смогу вам это доказать, когда войду с ним в прямой контакт, — заверил его детектив. — В контакт с преступником? — переспросил с прищуром мужчина. — Я хочу, чтобы штаб-квартира расследования была в Японии, — проигнорировал его вопрос Лоулайт, на что тот лишь фыркнул. На этом заседание Интерпола подошла к концу, Эл отключился, а все остальные побрели по делам. — Как все прошло? — полюбопытствовала Лерой, войдя в гостиную. — Относительно нормально, — ответил детектив и улбынулся. — Ты там тортик готовишь? — Ага, — усмехнулась в ответ девушка и села рядом, — с клубникой и манго. Тот недоуменно на нее посмотрел, а она рассмеялась: — Ну я ж шучу, — пропела Шанэ и поцеловал мужа в щечку. — На самом деле, я приготовила чизкейк «Брауни». Уверяю, он тебе понравится. — Вмиг она помрачнела. — Ну а если серьезно, что сказали в Интерполе? — Никто даже ничего толком и не говорил, — пожал плечами Лоулайт, — говорил лишь я и шеф японской полиции, Соитиро Ягами. Мужчина посмотрел в пол, а после медленно перевел взгляд на кольцо. Лерой же раздумывала, как народ прозовет этого «Бога», и как они начнут искать этого преступника. «Как же это иронично звучит: преступник карает преступников, — промелькнуло у неё в голове. — Он точно сбредил. Ну ничего, мы с Элом обязательно поймаем его и отправим на эшафот — туда, где ему и место».

***

— Ты это видел, Рюк? — спросил у Бога смерти тот самый парень, недавно подобравший Тетрадь. — Обо мне даже появились сайты в интернете! — восторженно произнес он и кликнул на какую-то ссылку. — Легенда о спасителе Киры, — прочитал шинигами, — ничего себе, неужели это ты? — Да, — спокойно ответил Лайт Ягами, — имя Киры возникло от слова «киллер», — он едва заметно сощурился, — мне это не очень-то нравится. Но всему миру я уже известен как Кира. — Парень кликнул мышкой на другую сслыку и добавил: — Можно нажать на слово «Кира» — и ты найдешь кучу подобных сайтов. Газеты и телевидение все еще назвают это серией странных смертей жестоких преступников. Но люди чувствуют закономерность. Что повяился тот, кто восстановит справдливость, — самозабвенно заключил тот и откинулся на спинку стула. — Люди обычно не выражают свои мысли открыто. — Да? — подозрительным тоном спросил Рюк. — Например, если бы у нас в школе подняли тему, стоит ли убивать прступников без суда и следствия — поверь, все, как один, встали бы на защиту этих монстров. «Никого нельзя убивать!» — другого ответа не может быть. И, конечно, он абсолютно правильный. Находясь в общественных местах, разговаривая друг с другом, они скажут именно это. Но их настоящие мысли здесь, — он посмотрел на экран. — Может, им страшно поверить в то, что я действительно существую, но на анонимных интернет-форумах меня обсуждают во всю. — Эл, смотри! — воскликнула Лерой, указав пальцем на экран ноутбука. — Люди создали форумы поддежки Киры! — Боже, какие же они идиоты, — хладнокровно произнес тот. — Кстати, ты уже решил, где будет ваш штаб расследования? — невзначай спросила девушка. — Да, но пока что это секрет, — Лоулайт поднес указательный палец к губам и глупо усмехнулся. — А пока наш штаб строится, мы будем перемещаться с одного отеля в другой. — М-да, это будет кошмарно. Как я переживу? — улыбнулась Шанэ и поправила волосы. — Я как раз хотел с тобой об этом поговоить, — серьезно заявил детектив и сел ближе к жене. — О чем? Как я буду переживать переезды из одного отеля в другой? — засмеялась она. — Нет, Лерой, — отрезал ее муж, — ты прекрасно понимаешь, к чему я веду… — Та лишь недоуменно уставилась на Эла. — Вкратце: ты не будешь принимать участие в расследовании. — Что?! — выпалила девушка. — Скажи, что ты шутишь. — Лерой, я не могу рисковать твоей жизнью. Ты очень часто мелькаешь в журналах, где написано твоё имя и где есть твоё лицо. Ты понимаешь, что если каким-нибудь образом станешь против Киры, он убьёт тебя! — Эл, а как же ты? — не унималась та, сдерживая слезы. — Я знаю, на что иду, — процедил мужчина. — И если придётся отдать жизнь, чтобы… Он не успел договорить, как вдруг Шанэ замахнулась и влепила ему пощечину. — Соберись, тряпка! — прокричала она. — Какая к черту жизнь?! Эл чертов Лоулайт, ты не должен рисковать своей жизнью ради какого-то расследования! Я понимаю, что у тебя иногда просыпается чувство справедливости и долга перед народом: ты же что-то наподобие полицейского! Я все понимаю, Эл, но как же я? Что будет со мной, когда ты меня… покинешь… — Эмоции взяли вверх, и Лерой уже не могла сдерживать плач. После она заметила, что Эл уже давно её обнимает, поэтому обняла детектива в ответ. — Со мной все будет хорошо, — прошептал тот на ушко жене. — Я обещаю. — К-как я м-могу б-б-быть уверенной, что ты мне не врешь, чтобы облегчить мое состояние, — ее голос прерывался. В этот момент она чувствовала слишком много эмоций: гнев, волнение, обеспокоенность, капельку облегчения, но больше всего ее мучила одна эмоция — страх. Страх перед будущим. И в этот момент она осознала, что волнуется до чертиков и сейчас у нее может случиться видение. Она насторожилась и приготовилась к мучительнм сценам из будущего. Лерой ненавидела свой дар сколько себя помнила. С того момента, как маленькая девочка увидела смерть родителей, она больше никогда не имела никакого желания видеть будущее. Лучше пережить все события в положенное время, чем ходить с этим в голове до того рокового момента. Каждый раз, когда Шанэ начинала нервничать, она молила Бога, чтобы на сей раз видений не было. Иногда они отступали, но это случалось крайне редко. «Прошу, мне не нужны лишние нервы сейчас!» — умоляла Лерой. Ей так тяжело было смриться с тем, что она может увидеть нечто ужасающее. И в этот миг в глазах потемнело, а далее она увидела следующее: — Что это значит? — удивился Мацуда, разглядывая ослепляюще красные мониторы. — Замыкание? Бог Смерти Рэм стояла позади Ватари с Тетрадью Смерти в костлявых руках. Там было написано имя Квилш Вамми. Ватари упал на стол, его рука потянулась к какой-то маленькой красненькой кнопочке, а Эл тихо спросил: — Ватари? Ему все-таки удалось дотянуться до той кнопки и, нажав на нее, на экранах компьютеров в штабе расследования высветилась зловещая фраза — «данные удалены». — Данные удалены? — прочитала Лерой. — Что это значит? — С Ватари беда, — чуть ли не дрожащим голосом произнес детектив, а позже пояснил: — Я попросил удалить его все данные, если с ним что-то случиться. Шанэ была в шоке. Она подбежала к самому большому монитору и чуть ли не со слезами на глазах все перечитывала и перечитывала надпись. — Что могло случиться? — сказал Айдзава. — Всякое, — нотки волнения прозвучали в ответе Мацуды. — Где Бог смерти? — обескураженно спросил Эл, посмотрев на жену. — Нигде не видно, — с толикой страха откликнулась та. А потом ее осенило: Рэм нету поблизости, потому что она… — О Боже мой! — заорала девушка и вылетела за дверь искать Богиню. Рэм не было поблизости, ибо она записывала Эла в Тетрадь. Это предположение будто ударило девушку током, а глаза блестели от слез, которые Лерой попутно вытирала, пытаясь не заистерить сейчас. Моменты, проведенные с ее мужем, невольно начали всплывать в ее голове один за другим. Они в доме Вамми, их первых поцелуй, предложение Эла, их свадьба… — Нет, нет, нет, нет, нет! — шептала будто в бреду Шанэ и отчаянно пыталась искать Рэм. Имя Эл Лоулайт красовалась на страницах Тетради Смерти. Рэм только что вписала его, и ровно через сорок секунд должен был последовать сердечный приступ. Поняв, что искать ее больше нету смысла, Лерой пулей полетела в зал, где были все остальные, распахнула дверь и закричала: — Эл! — И побежала к спутнику жизни, который застыл на стуле. Серебряная чайная ложка будто в замедленной съемке летела вниз, а за ней последовал и сам детектив, падая с седения. Девушка сама застыла, но, собравшись, тут же подхватила мужа, а по щекам невольно потекли слезы. — Нет… — прошептала она, заправив волосы возлюленного, и издала ироничный смешок. — Ты не можешь умереть! Ты е можешь умереть! Ты не можешь… — Лерой, — прервал ее Лоулайт и скорбно улыбнулся. — Спасибо тебе за лучшие годы в моей жизни. Без тебя я был бы никем. И я безмерно рад, что именно тебя я видела каждый день. Твою обворожительную улыбку, твои прекрасные глаза, — он попытался вытереть рукой слезы жены, но тщетно: неиссякаемый поток никак не прекращал литься, да и сил у него особых-то не было, чтобы все это вытереть. — Я тебя люблю. — Эл, дурачок ты мой, — девушка прижала его к себе и скривилась. Она с трепетом слушала каждый удар сердца. — Я тебя тоже люблю. Они никогда не говорили друг другу вот так вот, что любят. Лишь каким-то образом давали понять, что испытывают, но никогда этого не говорили. У Лерой сжалось от этого сердце, а вскоре она услышала последний удар сердца своего самого любимого человека. Это был конец. Вернувшись в реальность, она тяжело задышала. Ей хотелось кричать, биться головой о стенку и рыдать как ненормальная, но, вместо этого всего, девушка лишь вырвалась из стальных объятий Эла и ушла к себе в комнату. У них дом был довольно-таки большой, двухэтажный. Поэтому и комнат в нем было нехилое количество. И вот у каждого из них была своя отдельная, в которой они могли сидеть в тишине и работать в полном одиночестве. И у Лойлайта была такая, и у Шанэ. Заперевшись там, Лерой не рыдала, как планировала, нет. Она просто села за стол и поджала под себя ноги, как это любил делать Эл. Заметив это, девушка сиюминутно села по-человечески, чтобы лишний раз не думать о муже. Но получалось это у неё, откровенно говоря, не очень. С таким же успехом Лоулайт мог бы отказаться от сладкого. Попытавшись отогнать от себя мысли о нем, она достала телефон дрожащими руками, набрала номер, и через минуту на том конце провода послышалось глухое «алло?». — Мэделин, — едва ли произнесла Лерой, сжав кулаки, чтобы не закричать в трубку, а после добавила: — Ты мне нужна.