Wolfs bane

      Тэхён избегал ресторан над подвалом охотника, ему действительно нужно было придумать название для этого места, чтобы он мог перестать называть его так. Но у него заканчивались идеи. К тому же, ему было нелегко дожидаться окончания пар на следующей неделе, когда он узнал, где будет Чонгук. Вот как он попал в эту «ситуацию».       Хотя, нет. Он попал в эту «ситуацию» из-за своего длинного языка.       Дело в том, что семейный ресторан был единственным местом, где он когда-либо видел Чонгука. Кроме того, он также заметил там Джэя и Хосока, а это означало, что это определенно было важным местом для их банды. Он все еще понятия не имел, был ли Чонгук на самом деле охотником или просто тусовался с ними.       Он должен спросить, сможет ли Чонгук простить его. Идея фикс.       В руках Тэхена коробка конфет, он остановился у ресторана и посмотрел на вывеску. Он нервно выдохнул, расправил плечи и вошел внутрь.       Его окутал восхитительный запах, и он не мог сдержать слюнотечение. Заведение выглядело как стандартный небольшой ресторан, вероятно, принадлежащий обычной семье, но картины на стенах и еда за столиками выглядели и пахли божественно. Тэхёну пришлось подавить желание потратить деньги, которых у него не было, на миску с мандугуком, вместо этого он нервно осмотрел место. Он нигде не видел Чонгука.       На что он надеялся? Увидеть Чонгука в штатной униформе, выполняющего заказы, пока сам парень, развалившись за столом, запихивал бы еду в рот? Было бы странно извиняться перед оборотнем, пока он готовит заказы на кухне?       К счастью, Тэхёну не пришлось долго стоять в дверях. – Здравствуйте! Вы можете сесть где угодно, – веселый голос привлек его внимание, и Тэхён увидел знакомого официанта. Хосок моргнул в легком замешательстве, прежде чем что-то, казалось, щелкнуло в его голове, а глаза расширились. – Ах! Это ты… – Он быстро закрыл рот и оглядел ресторан, словно желая убедиться, что никто не слышал его. Клиенты за столиками продолжали болтать.       Взгляд Хосока снова вернулся к Тэхёну, и он приветливо улыбнулся молодому человеку. – Чем я могу помочь тебе? – Э… Мне было интересно, здесь ли Чонгук, – сказал Тэхён, желая, чтобы его голос оставался спокойным и ровным, а не писклявым, как у подростка. Он все еще был очарован Хосоком, потому что, черт возьми, это – настоящий охотник, но его нельзя было отвлекать. – Ага! – Утверждение Хосока заставило надежду закипеть в груди Тэхёна. – Ты хочешь поговорить с ним? Он на кухне. Я его позову, подожди здесь. – Хосок повернулся и пошел в дальнюю часть ресторана.       Тэхён отошел от входа, чтобы не мешать паре, входящей в ресторан. После некоторой заминки он нашел пустой стол и сел.       Хосок не заставил себя долго ждать, на этот раз с растерянным Чонгуком на буксире. Тэхён с надеждой вскинул голову, но, когда Чонгук взглянул на него, выражение его лица изменилось, а уголки его губ скривились. Он сказал что-то Хосоку, прежде чем отвернуться. – Нет, подожди, мне нужно извиниться! – Тэхён вскочил, едва не забыв взять коробку конфет. Хосок схватил Чонгука за руку, прежде чем тот успел зайти слишком далеко, но то, что он мягко сказал оборотню, не помешало Чонгуку вырвать руку из рук человека. Чонгук едва оглянулся на Тэхёна, прежде чем исчезнуть за дверью, из которой только что вышел. Его призрачный друг подпрыгнул, когда оборотень прошел сквозь него.       Сердце Тэхёна упало камнем в груди, плечи опустились. Хорошо. Он это заслужил.       Хосок извинился перед клиентом, стул которого Чонгук толкнул в спешке. Когда он повернулся к Тэхёну, в его глазах было смущенное извинение. – Извини, я не понимаю, что на него нашло. В последнее время он был в приподнятом настроении.       Тэхен сглотнул и сжал губы в подобии улыбки. – А… все в порядке. Не мог бы ты... передать это ему от меня? – Он протянул коробку конфет. – И передай ему, что мне очень жаль.       Он хотел сам сказать об этом Чонгуку, но не сегодня, видимо…       Хосок осторожно взял у него коробку. – Конечно… – Спасибо. – Тэхен судорожно поклонился, затем повернулся и вышел из теплого ресторана, чтобы подышать прохладным воздухом. Он тихо фыркнул, пытаясь ослабить стеснение в горле, потер глаза и двинулся дальше по улице. – Эй, подожди!       Тэхён обернулся и увидел, что Хосок высунул голову из двери ресторана. – Да? – Пока не убегай, дай мне минутку. – Хосок снова исчез внутри, оставив сбитого с толку Тэхёна в одиночестве. Он ведь не собирался вытаскивать Чонгука за уши, не так ли?       Оказалось, что это не так. Через минуту Хосок вернулся с небольшим контейнером в руках и сел на скамейку возле ресторана. Он махнул рукой Тэхёну. – Джису сделала огромную партию чинманду. Хочешь немного?       Тэхён медленно сел рядом с охотником и пристально на него посмотрел. – Э… конечно. Сколько с меня? – Не волнуйся, за счет заведения, – Хосок одарил его легкой улыбкой в форме сердца, пока открывал контейнер. Аромат ударил в нос Тэхёна, и ему пришлось подавить внезапный прилив слюны. – Они действительно хорошо пахнут. – Это фирменное блюдо нашего ресторана, – ухмыльнулся Хосок, протягивая Тэхёну пару одноразовых палочек для еды, прежде чем щелкнуть собственную. – У нас есть шесть разных вкусов. Я имею в виду, что в нашем меню много разных блюд, но большинство местных приезжают за чинманду.       Тэхён протянул руку, взял одну и поместил угощение в рот. Вкус отменный, и он едва сдержал стон с рейтингом «NC-17». – Я понимаю, почему. Это так вкусно, – сказал он, закидывая еду в рот. Хосок просиял. – Ты выглядел очень расстроенным после ответа Чонгука.       Настроение упало, Тэхён покачал головой. – Нет… нет, он имеет право злиться на меня. Я облажался. Я просто не знаю, как исправить ситуацию, если он даже не разговаривает со мной. – Чонгук все делает… медленно, – сказал Хосок. – Дружба – одна из таких вещей. Ты не знаешь, сколько времени ему потребовалось, чтобы открыться мне и Джэю, а ведь мы практически его братья. Ну, я его сводный брат. Джэй – просто нахлебник.       Тэхён моргнул, сунул остаток чинманду в рот и стал медленно жевать. – Его брат? – Ага. Наша приемная семья управляет рестораном и… ну… семейным бизнесом, – Хосок показал пальцами кавычки. – Здесь есть пара детей-сирот. Семья принимает всех со сверхъестественными корнями, кому некуда деваться. Я – человек, но мои родители погибли. Русалки убили их. Дэниел нашел меня раньше, чем они. Я все еще боюсь больших водоемов. – Русалки? – Тэхён запищал, а затем быстро остановил себя. Неуместная реакция, Ким Тэхён. Подтверждение существования русалок может тебя испугать. – Я... мне очень жаль. Твоя потеря...       Хосок грустно улыбнулся ему. – Я смирился с этим очень давно.       Тэхён кивнул. Он хотел спросить смирился ли Чонгук с тем, что произошло с его семьей (ответ казался очевидным – «нет»), но он прикусил язык и сдержался. Он хотел услышать больше о Чонгуке от самого Чонгука. Отныне о вторичных источниках не могло быть и речи.       Поэтому он остановился на вопросе: «Как дела с вампирами?». На прошлой неделе он действительно не обращал внимания на новости. Он был слишком озабочен ситуацией с Чонгуком.       Хосок вздохнул и поморщился. – Все еще на свободе. Было еще одно тело, и мы совершили набег на их убежище и обнаружили, что они уже переехали. У Дэниела много друзей, которые утверждают, что нам не следовало предупреждать их вообще, но именно так работает Дэниел, понимаешь? Некоторые сверхъестественные не всегда понимают, что они делают неправильно, и им нужен толчок, чтобы они стали вести себя должным образом. И мы знаем пару вампиров, которые попали в клан Чуно из-за долгов и на самом деле не хотели там находиться. Те поняли намек и отделились, но остальные переехали в другое место. Мы их найдем. Мы всегда так делаем.       Тэхён кивнул. – Надеюсь, ты скоро их поймаешь, немного страшно ходить, зная, что мы с Чимином находимся в списке смертников какого-то вампира.       Хосок засмеялся и кивнул. – Да, сочувствую. Но, ведь у тебя есть святая вода? Носи ее с собой повсюду. – Как оружие? – В точности как оружие. Это твой репеллент от вампиров, твой новый лучший друг. – Звания Лучшего друга и второго лучшего друга уже забрали, – сказал Тэхён, похлопывая чехол с камерой. – Но я полагаю, он может согласиться на третье место.       Он и Хосок сидели на скамейке и болтали, Хосок даже дал Тэхёну свой номер телефона, пока девочка-подросток не вышла, чтобы отругать Хосока за исчезновение во время его смены. Охотник нервно засмеялся и помахал Тэхёну, прежде чем уйти, оставив парня. Несмотря на попытки Хосока подбодрить его, Тэхён не мог побороть мучительное чувство, что Чонгук действительно не хочет иметь с ним ничего общего.       Тэхен вернулся домой. Он бросил рюкзак на стул, вздохнул и плюхнулся на кровать. Намджун осторожно вытащил ноги из тела Тэхёна, не повредив книгу, установленную на изголовье кровати. – Привет, – призрак грустно улыбнулся ему. – Не повезло? – Нет, – вздохнул Тэхён, закрывая глаза. – Чонгук не сказал мне ни слова, но я попросил его друга-охотника отдать ему шоколадные «извинения». Думаю, сейчас это просто обычный шоколад. Поскольку, к нему не прилагаются извинения.       Намджун сочувственно посмотрел на него. – Может тебе стоит дать ему немного отдохнуть, Тэ? Ты искал его каждый день с тех пор, как расстроил. Когда он будет готов поговорить, он сам тебя найдет. – Но что, если он этого не сделает? Что, если он не понимает, как мне жаль, и продолжает думать, что я жалкий сумасшедший? – Тэхён уныло пробормотал. – Мне нужно как следует извиниться, Намс.       Намджун бросил свою книгу и сел на пол рядом с кроватью. Он оказался на уровне глаз Тэхёна, человек растянулся на животе, повернув голову, от чего челка упала ему в глаза. – Но если он не готов выслушать извинения, тогда для кого ты на самом деле это делаешь? – мягко спросил Намджун. – Ты пытаешься извиниться для него или для себя?       Это неприятно укололо. В основном потому, что Тэхён не мог дать четкого ответа. Он извинялся для Чонгука, верно? Но если Чонгук продолжал избегать его... не хотел видеть или разговаривать с ним...       Какая польза от этого? Он просто усугублял ситуацию? – Я гребаный идиот, – прошептал Тэхён.       Намджун покачал головой. – Нет... просто у тебя доброе сердце. Но тебе нравится идти напролом, а некоторым людям... нужно время. – И мне нужно это уважать. – Глаза Тэхёна закрылись. – Я понимаю. Я понимаю, что ты имеешь в виду. Это просто… – он тяжело вздохнул, все глубже погружаясь в матрас. – Думаю, я им завидую. Все они в этом ресторане... есть друг у друга. – Особенно после разговора с Хосоком Тэхен почувствовал зависть. Было глупо так думать, учитывая все, что они потеряли. Но он все еще чувствовал это. Они потеряли все, но нашли утешение друг в друге.       Больше всего на свете Тэхен хотел быть таким человеком для Чонгука.       Но если Чонгук не хотел того же, тогда все, что делал Тэхён, – это вскрывал раны, прежде чем они начинали заживать.

* ~ * ~ * ~ * ~ *

      В следующий раз Тэхён увидел Чонгука совершенно случайно.       Была пятница, и он бездельничал под деревом в кампусе, ожидая, пока у Чимина закончатся пары. Его камера была включена, он лениво фотографировал пейзаж и студентов, чтобы отвлечься. Чимин пообещал потом отвести его в зал игровых автоматов, потому что в последнее время Тэхён не был веселым, и это «действительно было чертовски странно». Чимин знал, что это плохо, ведь, когда он шутил о том, что Тэхён был заменён двойником, Ким даже не потрудился поправить его, что двойник был просто призраком, приносящим неудачу, а не буквально злым близнецом.       Сфокусировав камеру, Тэхён сделал снимок кроны дерева наверху и вздрогнул от холодного бриза, пролетевшего по кампусу. Была середина апреля, поздняя весна, переходящая к лету, но сегодня был особенно пасмурный и холодный день. Это был хороший повод, чтобы переместиться внутрь, может быть, выпить чашку кофе, чтобы избавиться от дрожи, пробегающей по его телу.       Было немного жутко фотографировать предметы в помещении, так как труднее оставаться незамеченным среди толпы студентов. Но все равно ничто не вызывало интереса, все его фотографии получались скучными и посредственными. Тяжело вздохнув, Тэхён поднялся на ноги, перекинул камеру через плечо и направился к универу.       Именно тогда он заметил Чонгука, когда оборотень вышел и пошел в его направлении с одноразовым стаканчиком в одной руке и телефоном в другой.       Потребовалось все самообладание, которым обладал Тэхён, но он справился. Он незаметно обошел группу, чтобы не оказаться на пути Чонгука, который мог заметил его. Ярлычок чайного пакетика торчал из стакана, и Тэхён узнал, что он из кафе, где Ким купил чай Чонгуку в прошлое полнолуние.       Он задумался, пил ли сейчас Чонгук тот же чай.       Сдерживая вздох, который пытался вырваться, Тэхён оторвал взгляд и встретился глазами с духом подростка. Он нахмурился, глядя на привидение, призрак тупо уставился на него, прежде чем повернуться, чтобы последовать за Чонгуком.       Боже. Они оба поклонники ледяного принца.       Тэхён покачал головой, заходя в дверь и вздохнул с облегчением, когда здание защитило его от ветра. Он оглянулся через плечо, чтобы в последний раз взглянуть на парочку, голова Чонгука исчезла за стайкой студентов, шедших за ним. Не в первый раз он задавался вопросом, в чем проблема этого духа. Почему он вообще хотел, чтобы Тэхён последовал за ним и узнал секрет Чонгука? Тэхён знал, что никогда бы не узнал, что Чонгук был оборотнем, если бы дух не заманил его в тот подвал и не помог ему спрятаться в кладовке.       Но Тэхён не знал почему.       Зачем духу посвящать Тэхёна в эти тайны? Тэхён видел его много лет и знал, что призрак знает об этом. Другого объяснения постоянного пристального взгляда не было. Тем не менее, призрак ничего ему не говорил. Он ничего не говорил, с этих губ не сорвалось ни малейшего звука.       Тэхён фыркнул, замедляясь, когда он подошел к очереди в кафе. Почему дух не мог просто сказать Тэхёну, чего он хочет? Разве это сложно? Призраки любили разговаривать. Уборщица в здании Literal Arts никогда не затыкалась, когда Тэхён приходил к ней в гости. Намджун любил делиться своими идеями и помогать Тэхёну с проблемами любого характера.       Если только этот призрак действительно не хотел разговаривать по какой-то причине. Не хотел или просто не мог. Почему призрак не может говорить? – Чувак, ты знаешь сухву?       Почему кто-то не может говорить? – Мой брат был немым.       Ой!!!       Тэхен не осознавал, что остановился посреди очереди, пока женщина позади него не издала нетерпеливый звук. Он подпрыгнул, как испуганный олень, и извинился, полностью выходя из кафе.       Призрак был немым. Призрак был немым и был привязан к Чонгуку, не мог или не желал покидать его. Мертвый брат Чонгука был немым.       Он такой идиот.       Кроссовки Тэхёна заскрипели о полированный пол, когда он развернулся и чуть не врезался в какую-то девушку. Почему ему понадобилось столько времени, чтобы понять это? Сколько немых людей знал Чонгук? Сколько людей будут преследовать его после смерти, постоянно наблюдая? Как старший брат-защитник…       Этим призраком был Чон Чонхён. Чонгук должен был знать, он должен был знать, что его брат...       Холодный воздух, ударивший в лицо Тэхёна, когда он выскочил из дверей здания, снова привлек его внимание, и на мгновение Тэхён задался вопросом, что он делает. Он пообещал предоставить Чонгуку время, в котором он нуждался. Чонгук не хотел его видеть, и Тэхён сомневался, что он был бы признателен, если бы ему снова напомнили о его мертвой семье. В прошлый раз все прошло не так хорошо.       Но какая была альтернатива? Знать, что призрак был братом Чонгука, и ничего не делать с этим? Не помочь им обоим найти контакт?       Может, со стороны Тэхёна было жестоко снова указать Чонгуку на смерть Чонхёна…       Но Чонхён не мог уйти по какой-то причине. И Тэхён делал это не для удовлетворения своего бесконечного любопытства или собственного желания сблизиться с кем-то, кто видит мир таким же, как он. Он делал это не для того, чтобы извиниться.       Он делал это для Чонгука и Чонхёна.       Собравшись с силами, Тэхён побежал по кампусу. Чонгук направлялся не к воротам, а дальше в глубь территории. Может быть, в другой корпус? Прошло не больше пяти минут, он не мог уйти далеко.       Тэхён подумал, что опоздал. Он пробежал между зданиями по дорожкам. Он как раз собирался признать свое поражение (потому что он был чертовски неспортивным), когда увидел знакомую копну черных волос, Чонгук сидел на скамейке. Тэхён сдержал облегченный смех, воспользовавшись моментом, чтобы перевести дыхание, прежде чем подойти. – Чонгук! Чон Чонгук!       Голова Чонгука резко поднялась, и выражение его лица изменилось, когда он заметил Тэхёна. На этот раз Тэхёну было все равно, даже когда Чонгук встал и взвалил на плечи сумку. Призрак-подросток – Чонхён – бесстрастно наблюдал за Тэхёном. – Ты, блин, не понимаешь? Ты действительно настолько глуп? Оставь меня в покое! – Я сделаю это, клянусь Богом, сатаной, дьявольским котом Джина и всем остальным, чем ты хочешь, чтобы я поклялся, что я оставлю тебя в покое, – задыхаясь, проговорил Тэхён, преграждая дорогу Чонгуку, когда молодой человек попытался пройти мимо него. – Но ты должен выслушать меня. Одну минуту, это важно. Это о твоем брате. Твоем настоящей брате.       Голова Чонхёна поднялась так быстро, что Тэхён подумал, могут ли призраки получать травмы, и удивленно уставился на Тэхёна. Выражение лица Чонгука изменилось до неузнаваемости, и Тэхен увидел, как его «панцирь» увеличивается в размерах. Это будет непростой бой. – Я не хочу этого слышать, Ким. – Чонгук попытался протиснуться. Тэхён не позволил ему. Он видел эту маленькую искорку в глазах Чонхёна, и призраку не нужно было говорить ни слова, чтобы Тэхён понял. – Нет, правда. Слушай, я вижу призраков. Твой брат сейчас здесь, он болтается с тобой много лет и... – Перестаньте врать! – Чонгук крикнул ему в лицо, заставляя Тэхёна заткнуться, с широко открытыми глазами и разинутым ртом. – Ты не видишь ничего. Ты просто сумасшедший, который понятия не имеет, каково это, когда у тебя никого нет! – Он протиснулся мимо. Тэхён инстинктивно протянул руку и схватил его за запястье, потянув назад.       Чонгук повернулся и ударил Тэхёна в челюсть.       Сила удара чуть не сбила Тэхёна с ног, он отшатнулся. Боль распространилась по его челюсти, и он прижал руку к месту удара, чувствуя, как оно пульсирует. Краем глаза Тэхён заметил, что Чонгук посмотрел на него удивленно. Затем он развернулся, чтобы снова уйти.       Лицо Чонхёна, его отчаянное выражение, когда он протянул руки, чтобы остановить брата, который не мог его видеть, заставило Тэхёна снова схватить Чонгука за запястье. – Помоги мне, – умолял Тэхён, глядя в глаза Чонхёну. – Дай мне что-нибудь, что угодно, чтобы показать ему, что ты настоящий.       Чонхён выглядел потерянным. – Покажи мне, что сказать!       Маленькая искра вспыхнула в глазах Чонхёна, и он поднял руки, руки и пальцы, образовывая фигуры и жесты перед собой. Тэхён проигнорировал боль в челюсти и влажность рассеченной губы, чтобы обойти Чонгука, не давая оборотню сбежать. Чонгук уставился на него.       Тэхён не оглядывался. Его руки были подняты перед ним, и он уставился на Чонхёна. – Еще раз. Сделай это снова, медленно.       Чонхён сделал. Его правая ладонь скользнула вниз по верхней части его левой руки, чтобы сжать обе руки в кулаки перед грудью, затем он положил правый кулак поверх левого, вытянув оба указательных пальца, а большой палец правой руки направил вверх. Тэхён скопировал действия, не осмеливаясь отвести взгляд от рук Чонхёна, чтобы не пропустить что-то. Но Чонхён остановился, ожидая взгляда Чонгука.       Взгляд Чонгука был прикован к рукам Тэхёна. – Итак, ты выучил сухву, – наконец сказал он хриплым голосом. – Ну и что? – Я не знаю сухву, – покачал головой Тэхён. – Я копирую твоего брата.       Он видел, как глаза Чонгука бегали по нему. – Чушь собачья, – слабо прошептал он. – Перестань дурить меня, Ким.       Тэхён снова посмотрел на Чонхёна. – Дайте мне что-нибудь еще. Дай мне то, чего бы я не знал, но знал бы только Чонгук.       Брови Чонхёна нахмурились в задумчивости, нижняя губа прижалась к зубам. Затем его руки снова начали двигаться, призрак, казалось, сделал сознательное усилие, чтобы двигаться медленно ради Тэхёна.       Несмотря на это, то, что он говорил, было длинным, и Тэхён не раз возился, используя не ту руку или отставая, чтобы просто тупо смотреть на Чонхёна. Каждый раз, когда он путался, Чонхен останавливался и повторял, немного медленнее, его зоркие глаза наблюдали за руками Тэхёна. Наверное, чтобы убедиться, что Тэхён случайно не сказал что-нибудь другое.       И Чонгук просто смотрел. Медленно враждебный холод покинул его лицо, и когда его челюсти сжались, он попытался остановить дрожь губ. Если бы Тэхён наблюдал, он мог бы точно увидеть момент, когда Чонгук понял, что Ким говорит правду. Но все, что он видел краем глаза, это то, что Чонгук наконец прикрыл рот дрожащей рукой, слезы выступили в его невероятно больших глазах.       Наконец, вырвалось хриплое слово… – Хён.       Чонхён улыбнулся, опустив руки по бокам. Тэхён позволил себе сделать то же самое, медленно выдохнув.       Чонгук просто стоял, полностью осознавая, что происходит. Он раскачивался с ноги на ногу, тяжело дыша. Тэхён ничего не говорил, просто ждал. Он провел языком по своей пульсирующей нижней губе, прежде чем втянуть ее в рот, не обращая внимания на привкус железа.       Чонгук медленно посмотрел на него. Вся борьба исчезла, он выглядел потерянным и скорбящим. – Он здесь?       Тэхён кивнул. – Он никогда не покидал тебя. – Его взгляд упал на Чонхёна, который смотрел на профиль своего брата, держа одну руку над рукой Чонгука. – Я действительно не могу его понять, потому что я не... ну... я не знаю сухву. Но он не должен идти дальше.       Чонгук тяжело сглотнул. Его дыхание перешло в мягкое рыдание. – Хён… я скучаю по тебе. Мне жаль. Мне жаль, что мы не ладили. Мне жаль, что я потратил так много времени, пытаясь превзойти тебя во всем. – Он поднял руку, чтобы вытереть глаза, выражение его лица изменилось. – Мне жаль, что я не показывал тебе… Мне жаль, что я не сказал, что сильно люблю тебя. Прости… Прости... – его слова превратились в тихие рыдания, слезы текли по его щекам, прежде чем он закрыл лицо обеими руками, тело согнулось.       Тэхён просто наблюдал, как Чонгук разваливается на части, видя, как слезы затуманивают его взор. Он хотел бы обнять Чонгука. Шмыгнув носом, оборотень вытер глаза тыльной стороной ладони, прежде чем взглянуть на Чонхёна.       Собственные глаза Чонхёна были заметно влажными. Значит, призраки все-таки могут плакать. Беззвучный вздох вырвался, прежде чем его руки поднялись, он ждал.       Тэхен дал Чонгуку еще минуту, чтобы собраться с мыслями. – Чонгук, – наконец сказал он, и мягкий голос привлек внимание молодого человека. Чонгук снова взглянул на Тэхёна, который посмотрел на Чонхёна, кивая.       Чонхён снова начал показывать жесты, медленно двигая руками из стороны в сторону. Тэхён старательно копировал движения, не обращая внимания на все остальное, сосредоточившись на своей задаче. Он даже не посмотрел на Чонгука, чтобы проверить его реакцию. Что бы Чонхён ни говорил сейчас, это было длиннее, чем две предыдущие фразы вместе взятые. И Тэхён несколько раз ошибался, ему приходилось делать паузы и начинать с начала. Чонхён, похоже, не терял терпения, повторяя жесты столько раз, сколько было нужно Тэхену, чтобы сделать все правильно. – Хён… – Тихо сказал Чонгук, но Тэхён по-прежнему не смотрел на него.       Часть его хотела спросить, что говорит Чонхён.       Но это было не для Тэхёна. Это было только для Чонгука и Чонхена, брата с братом. Он был просто посланником.       Наконец, руки Чонхёна замерли по бокам, и Тэхён медленно выдохнул, закончив последнее действие, прежде чем опустил руки. Когда он взглянул на Чонгука, лицо оборотня блестело от слез, щеки покраснели, а выражение лица было окрашено печалью.       Он фыркнул, глубоко вздохнул и кивнул. – Я понимаю, – прошептал он. – Мне все еще жаль. Обещаю, у меня все получится.       Чонхён печально улыбнулся и еще раз показал несколько коротких жестов. Когда Тэхён скопировал их, Чонгук кивнул и закрыл глаза. – Все будет хорошо. – Его тело немного покачивалось на ветру, прежде чем он открыл глаза и поднял их к лицу Тэхёна. – Со мной все будет хорошо, так что тебе не нужно больше обо мне беспокоиться. Я сдержу свое обещание. Так что передай от меня привет маме и папе, ладно? Скажи им, что мне тоже жаль.       Тэхён скопировал знак Чонхёна в ответ. Губы Чонгука дрожали в шаткой улыбке. – Ты по-прежнему раздражаешь, как всегда. – Он сдержал рыдание, прежде чем поднял обе руки, пальцы сформировали несколько собственных знаков. Его движения были медленными. Но по тому, как взгляд Чонхёна смягчился, он все понял.       Чонхён дал несколько заключительных знаков. Затем он посмотрел на Тэхёна, прежде чем поклониться, опуская верхнюю часть тела почти под углом 90 градусов. Дыхание Тэхёна немного перехватило.       А потом вот так... Чонхёна не стало. Место, на котором он стоял, теперь было пусто. – Он ушел, – прошептал Тэхён. Он снова посмотрел на Чонгука, который выглядел в равной степени подавленным и понимающим.       Чонгук судорожно вздохнул. Он встретился глазами с Тэхёном, открывая и закрывая рот, прежде чем, наконец, решил, что сказать. – Спасибо.       Тэхён покачал головой. – Мне не нужны благодарности. И... и это не было извинением. – Еще нет. Чонгук попросил оставить его в покое. Тэхён мог подождать.       Он мог подождать.       Глубоко вздохнув, Тэхён отпустил все это, прежде чем одарить Чонгука улыбкой. Затем он повернулся и пошел прочь, медленно возвращаясь к универу.