Новый день
6 июля 2021 г., 20:33
Примечания:
11.12.2021 Всем привет от беты)) Последняя глава, и история закончена))) спасибо всем, кто интересуется работой))) Приятного прочтения!
Тэхен вспомнил остаток ночи по частям. Он не знал, сколько времени он пролежал внутри этого вентиляционного отверстия, дрейфуя в наполненном болью тумане и вылетая из него, когда смертоносный оборотень наступал ему на пятки. В какой-то момент он перестал слышать вздохи волка и царапанье когтей по металлу, что-то еще привлекло внимание Чонгука. В течение долгого времени царила блаженная тишина, и тут же уснуть было лучшей идеей, которую когда-либо приходил Тэхёну. Он даже не мог сказать, были ли его глаза открыты или закрыты, внутренняя часть вентиляционного отверстия в любом случае была черной как смоль.
Пальцы внезапно сжались вокруг его неповрежденной лодыжки, и Тэхён сопротивлялся, крича от полубессознательного страха и пинаясь, чтобы освободиться. И только когда он услышал два знакомых голоса – не только голос Кюхёна, но и голос, похожий на голос Даниэля, – он успокоился достаточно, чтобы позволить охотнику осторожно вытащить его из вентиляционного отверстия.
От этого движения у него закружилась голова, от потери крови углы поля зрения стали серыми, а кончики пальцев онемели. Наконец он успокоился, смутно осознавая, как его щека прижалась к воротнику Даниэля и как рука зацепилась ему за колени. Он снова услышал вой Чонгука, но оборотень был намного дальше.
Голос Даниэля успокаивал, охотник говорил ему, что с ним все в порядке, и Тэхен почувствовал, как облегчение глубоко проникает в его кости.
Он позволил Даниэлю поднять его на спину. Он не мог открыть глаза, чтобы увидеть, кто еще с ними, но он знал, что, по крайней мере, Кюхён был поблизости. «Потому что у меня есть его кольцо», – тупо подумал Тэхён, но его мозг не мог понять, почему это было так важно.
Даниэль вынес его со склада на ночной воздух, легкий ветерок охладил пот, покрывающий линию волос Тэхёна. Вокруг них бормотали другие голоса, но он не мог сосредоточиться на том, что они говорили. В воздухе висел дым и тяжелый привкус металла, хотя это могло быть только из-за застоявшейся крови во рту Тэхёна.
Все выстрелы прекратились. Во дворе было по большей части тихо, если не считать близких голосов и далекий вой. Даже боль в ноге чувствовалась далеко.
Тэхён закрыл глаза и поплыл.
* ~ * ~ * ~ * ~ *
Ему показалось, что он слышал голос Намджуна, но это должно было быть его воображение.* ~ * ~ * ~ * ~ *
Было тепло. Это было первое, что заметил Тэхён, когда он медленно, медленно поднимался из сна без сновидений обратно в мир живых. Казалось, его глаза скреплены клеем, язык отяжелел, а конечности прижаты к бокам. Но было тепло. Должно быть, это из-за мягкого матраса, на котором он лежал. Или, может быть, это было одеяло, заправленное ему под бока и щекочущее подбородок. Или, может быть, это было тело, слегка прижатое к его боку, голая рука касалась голой руки. Медленные, глубокие вдохи эхом отражаются в ухе Тэхёна, при каждом выдохе шевеля волосы у его виска. Время от времени раздавалось слабое сопение, как будто человеку было трудно дышать через нос. Сухие губы Тэхёна приоткрылись, вдыхая глоток воздуха. С повышенным содержанием кислорода его мозг смог обрабатывать больше вещей. В воздухе больше не пахло порохом и пылью. Вместо этого была нежная ваниль с оттенком апельсина, точный запах одежды одного оборотня. На самом деле запах всей его комнаты. Потому что ваниль была любимым ароматом Чонгука. Потому что это успокоило его. Тэхёну потребовалось больше минуты, чтобы открыть глаза. Когда он это сделал, слабый свет ночника осветил стены спальни, занавески были задернуты от палящего солнца. Его глаза блуждали по потолку, по маленьким трещинам в краске, образовавшимся со временем. Смочив губы, Тэхён снова глубоко вдохнул, прежде чем повернуть голову набок. Он был в постели Чонгука, в комнате Чонгука и Джэя. Судя по куску на другой кровати, с ними был Джэй. Тэхён видел, как одна его рука безвольно свисала с кровати, закутанная свежими бинтами. На мгновение беспокойство закружилось в его груди, гадая, что случилось и насколько серьезно ранен вампир. Но затем Джэй захрапел, и беспокойство несколько улеглось. Двигаться было трудно, и не только из-за истощения. Тэхён чувствовал тугую повязку на одной из своих ног, устойчивую боль, пробегающую вверх и вниз по всей ее длине, но уже не ту мучительную агонию, которая была раньше. Может быть, это было благословением, в этот момент он не чувствовал желания двигаться. Он сомневался, что сможет какое-то время стоять на этой ноге. Его глаза сосредоточились на остальном, что он мог видеть в комнате. Дверь спальни была закрыта, и он мог слышать слабый скрип шагов в другом месте дома. Небольшой блеск металла на прикроватной тумбочке привлек его внимание, Тэхён поднял глаза достаточно, чтобы увидеть кольцо Кюхёна. Самого призрака в комнате с ними не было. Но был кто-то другой, о чем Тэхену напомнило легкое дыхание на его затылке. Медленно, мучительно медленно он повернул голову в другую сторону. Чонгук лежал рядом с ним, спутанные мягкие волосы оборотня падали на его лицо, а потрескавшиеся губы приоткрылись, пока он спал. Тэхён видел, насколько бледным и болезненным выглядел молодой человек. Под глазами ползли глубокие тени, щеки были бледными и сухими. Он выглядел так, будто ему нужно несколько месяцев сна. Но он был жив. Он был здесь, и он был в безопасности. Уголок губ Тэхёна дрогнул, слишком измученный, чтобы даже растянуться в правильной улыбке. Но от облегчения на его глазах выступили слезы, и медленно Тэхен придвинулся ближе на кровати. Его нос коснулся мокрой от пота челки, и он прижался призрачным поцелуем к переносице Чонгука. Чонгук фыркнул, слегка нахмурив брови, а ровные вздохи стали прерывистыми. Тэхён медленно выдохнул, соединив их лбы вместе и закрыв глаза, когда одна наполненная свинцом рука постепенно обвилась вокруг торса Чонгука. Просто лежал, прижимая его к себе. – Тэ? – прошептал Чонгук несколько минут спустя. – Ага, – пробормотал Тэхён в ответ, не открывая глаз и не двигаясь ни на дюйм. Легкие дуновения воздуха у его рта и щеки успокаивали. – Я здесь. Рука Чонгука нашла руку, обернутую вокруг него, ладонь медленно проследовала по ней до плеча и шеи Тэхёна. Его пальцы обхватили челюсть Тэхёна, большой палец скользнул по его щеке и поймал шальную слезу, которую Тэхён даже не заметил. – Я здесь, – повторил Тэхён. Чонгук издал болезненный, колючий смех, смущенное облегчение вырвалось из его груди, губы едва касались губ Тэхена. Они просто лежали так долгую минуту, почти не целовались, почти ничего не делая, кроме как впитывая друг друга и утешая. – Как ты… все в порядке? – наконец спросил Чонгук, оборотень явно изо всех сил пытался оставаться в сознании. Он через многое прошел. Тэхёну потребовалась минута, чтобы мысленно проверить всех, кто был вовлечен. – Я думаю… да? – Он действительно не имел ни малейшего понятия, его воспоминания о том, что было раньше, представляли собой расплывчатый туман звуков и запахов. Но Хосок вытаскивал Джина в безопасное место, а Юнги был там. Джэй был с ними в комнате, а это означало, что с Хосоком и Даниэлем все в порядке, верно? Вопросы без ответа собирались убить его с огромной скоростью, и Тэхён обнаружил, что вяло приподнимается на локте, неохотно выходя из рук Чонгука. Его тело двигалось, словно в патоке, протестуя покидать тепло постели. – Я найду кого-нибудь, спрошу… Боль пронзила забинтованную ногу. Тэхён схватился за нее через одеяло, чувствуя устойчивую пульсацию, пульсацию взволнованной раны, заставляющую его голову кружиться. Он, должно быть, ахнул, потому что Чонгук внезапно начал неуклюже запинаться, пытаясь сесть. – Тэ? Что ... – Он попытался сдвинуть одеяло, чтобы увидеть конечность, которую сжимал Тэхён, но Тэхён отбросил его руки. Каким бы ни было состояние его ноги, он не хотел, чтобы Чонгук ее видел. – Прекрасно, – сказал он, вдыхая и выдыхая с вынужденной устойчивостью. – Я в порядке… Дверь спальни открылась. Тэхён и Чонгук вздрогнули, подняв глаза и увидев знакомого восьмилетнего ребенка, который смотрел в комнату большими глазами. – Оппа, – прошептала Хару так громко, как только могла, все еще называя это «тишиной». Она вбежала в комнату и забралась вместе с ними на кровать, когда Хосок просунул голову в комнату. – Рад видеть, что вы оба проснулись, – сказал охотник. Боль в ноге Тэхёна медленно утихла, когда он перестал пытаться пошевелить конечностью. Улыбка Хосока в форме сердца успокаивала нервное раздражение Тэхёна, даже когда звук Чонгука, обнимающего Хару со вздохом полного облегчения, согрел его сердце. Тэхён мог сказать, что она изо всех сил старалась быть осторожной с все еще исцеляющимся телом Чонгука. В то же время она прижалась к своему брату, как маленькая обезьянка, и начала икать и плакать от облегчения. Чонгук прошептал ей в волосы извинения и заверения, оставляя поцелуи на мягких прядях. Он посмотрел на Хосока поверх головы Хару, широко распахнув глаза, когда мужчина присоединился к ним у кровати. – Все в порядке? – Все в порядке, – заверил их обоих Хосок. – Все вышло хорошо. Могли бы обойтись без незначительных травм, но это... Хорошо. Все живы. Все были живы. Тэхен выдохнул долго и медленно, прижимаясь плечами к изголовью кровати, позволяя ей выдерживать его вес. – Джин? – спросил он, потому что состояние ведьмы требовало перепроверки. – Вернулся в магазин и спит, – тепло улыбнулся Хосок. – Конечно, пока Юнги приглядывает за ним. Ему нужно много отдыхать, чтобы наверстать упущенное. Как и всем им. Но когда он почувствовал, что свободная рука Чонгука обвивает его торс, Тэхён подумал, что немного отдохнет. А пока он наклонился к своему парню, позволяя Чонгуку втянуть его в групповые объятия. Щека Хару лежала на одном из плеч Чонгука, ее тело свернулось между ним и стеной, а крошечная рука вцепилась в рубашку Чонгука. Хосок был теплым, обнадеживающим лицом рядом с ними, положив руку на плечо Тэхёна. И он знал, что Джэй был как раз в постели напротив, остальная часть семьи Ли прямо за дверью – возможно, с Чимином, просто ожидая своей очереди нанести им визит. Они были в порядке. Тэхён закрыл глаза, прижавшись носом к челюсти Чонгука. Он почувствовал улыбку Чона.* ~ * ~ * ~ * ~ *
2 года спустя.
– Думай быстро! Чонгук поднял голову и чуть не приземлился лицом с задушенным воплем, когда тяжелое тело врезалось ему в спину. Он покачнулся вперед, раскачивая руки, как пьяный акробат, когда квадратная шапка с его головы упала на траву. Только безумная мышечная масса спасла его от некрасивого лица. – Ты пытаешься меня убить? – Проверяю твои рефлексы оборотня, – ответил Тэхён, цепляясь за Чонгука руками и ногами, как счастливая коала-мутант. Было немного сложно из-за того, что длинные черные мантии мешали ему передвигаться, но он справился. – Наш Гукки вырос, я так горжусь! Шаги, проносящиеся по траве позади них, сигнализировали, что Чимин наконец догнал своего друга. Он никуда не торопился, в отличие от Тэхёна, который побежал «удивить» своего парня, прежде чем Чонгук успел обернуться. – Знаешь, у нас тоже выпускной день. Чонгук выпрямился и повернулся к Чимину. Позади него раздался визг, когда Тэхён потерял хватку и бесцеремонно рухнул на траву. – Я видел тебя на сцене, хён, – спокойно сказал Чонгук. – Поздравляю. – Спасибо, – засмеялся Чимин, его сияющая улыбка превратила его глаза в полумесяцы. – Вы где-нибудь видели моих родителей? – Наверное, все еще пытаются пробиться сквозь толпу с нашими, – сказал Чонгук. Он оглянулся через плечо на Тэхена, все еще лежащего на спине, с дразнящей ухмылкой на губах. – Вставай. Не прикидывайся стариком. – Я сломал себе спину, – заскулил Тэхён, поднимая обе руки вверх. – Помоги мне встать. – Помоги себе сам. – Чонгук! – Нет. – Чон Чонгук, помоги мне встать, или ты можешь забыть об этом праздничном минете… – Ладно-ладно! – Чонгук прикрикнул на своего парня, его лицо стало таким же красным, как и его пояс, когда он поспешил поднять Тэхёна на ноги. Чимин скривился. – Как ни один из ваших родителей еще не выгнал вас? Тэхён поправил кепку, кисточка маятником покачивалась у него на лице, когда он непримиримо улыбнулся своему лучшему другу. – Мы практикуем регулировку громкости. – Как насчет пространственного осознания, потому что Джэй все равно не заткнётся, что вы двое почти задели его, пока он сидел прямо здесь… – Вся одежда была в… – Неважно, когда твои руки в его штанах… – Вот они, слава Гекате. – Чонгук перебил их, быстро направляясь к своей семье. Тэхён показал язык Чимину, прежде чем поспешить за своим парнем, на ходу выхватывая кепку Чонгука из травы. В любой другой день он сказал бы Чонгуку, насколько иронично с его стороны призывать божество по выбору Джина, избегая сексуальных тем. Джин и Юнги много трахались. Каждый раз, когда Тэхён и Чонгук посещали магазин, казалось, что у Джина была разная мозаика любовных укусов, каждая из которых уникальна, как отпечаток большого пальца. Чонгук обычно выглядел испуганным и готовым выколоть себе глаза. Тэхён похвалил Юнги за его искусство. Шаги Тэхёна замедлились, когда он увидел, как Чонгук достигает своей семьи. За исключением Джэя, они все пришли на его выпускной, даже Даниэль и Хосок, которые были в Японии буквально за день до выпускного. Чонгук сказал, что ничего страшного, если они не смогут приехать на церемонию, не то, чтобы у них не было очень веской причины – в конце концов, спасать невинные жизни от неистовых ёкаев. Но Тэхён знал, как много значит для его парня то, что Даниэль и Хосок были здесь. Хечжон сразу же заключила Чонгука в гордые объятия. Хару подпрыгнула в своем красивом небесно-голубом платье, ожидая своей очереди поздравить брата, пока остальные братья и сестры Ли собрались вокруг. Тэхён только усмехнулся, наблюдая, как Хосок взъерошивает волосы Чонгука, а Джису толкает его в плечо. Казалось, что за два года мало что изменилось, но, оглядываясь назад, можно сказать, что мир немного сдвинулся по своей оси. Тэхён по-прежнему фотографировал все и вся. Он все еще гнался за любым упоминанием о сверхъестественном, как голодный ребенок, и откладывал все занятия в пользу рыскания в даркнете. Он все еще заставлял Чимина отказываться от своей диеты месяца взятками в виде чая, молочных коктейлей и жирных гамбургеров. Но эти знакомые сцены были исправлены. Когда Тэхён сидел в своей комнате и читал статьи из Википедии вместо того, чтобы писать эссе, он был один. Иногда ему хотелось просто обернуться и увидеть привидение, сидящее на краю его кровати, оторвавшееся от книги с ямочками на щеках, а когда он обернулся в пустую комнату, что-то сломалось в его груди. Но... ему становилось лучше. Когда он обнаруживал что-то новое о сверхъестественном, он не просто сохранял это в своем компьютере, чтобы обдумать позже. Он распечатывал все и шел в Джангган Мандуджиб, где всегда был доступен кто-нибудь, чтобы их просмотреть вместе с ним. Иногда «зацепки» оказывались фальшивыми, иногда Тэхен передавал им ценную информацию, которая приводила к охоте и спасательным операциям. Однако лучшая информация, которую предоставил Тэхён, была получена непосредственно от самих духов. Он все еще изучал, что значит быть медиумом. Дневники, которые Джин передал ему два года назад, были перечитанными и потрепанными, а в последнее время Тэхён начал рыскать по библиотекам и независимым книжным коллекциям в поисках подобных им. Он сомневался, что другие медиумы не пытались задокументировать свой собственный опыт. Когда появится следующий медиум, возможно, у Джина останется больше, чем пара тонких дневников. Самое большое изменение за последние два года было в том, кто был рядом с ним. Конечно, у него все еще был Чимин, его лучший друг, который следил за всеми его выходками – связанными с духами или иными – и все еще делал все возможное, чтобы Тэхён остался в живых. Чимин никогда никуда не ходил без серебряного креста и бутылки святой воды, и, хотя его страдания от рук ковена Чуно оставили свои следы в периодической ночной сонливости и подергивании рядом с неизвестными вампирами, он казался более уверенным, чем когда-либо. Больше не боялся того, что таится в тени. Но с другой стороны Тэхёна… был Чонгук. Наблюдая за тем, как Чонгук разговаривает со своей семьей, Тэхён чувствовал, что его сердце не может увеличиться, не вырвавшись из его грудной клетки. Это было по многим причинам ... гордость за своего парня, дружба, любовь, волнение – потому что даже через два года все, что потребовалось, – это всего лишь одна зубастая улыбка, чтобы сердце Тэхёна начало скакать, как выставочная лошадь. – Поздравляю, Тэ. – Тэхён взвизгнул и, широко распахнув глаза, увидел… – Джин-хён! Почему ты здесь? Поднятая бровь ведьмы совпадала с его карими глазами, весело мерцающими. Он указал рукой на выпускную мантию Тэхёна. – Ты понимаешь, о чем я, – Тэхён сморщил нос. – А что на счёт магазина? – Я не собирался пропустить такой важный день, как этот, – сказал Джин, слегка пожав плечами. – Юнги может присмотреть за магазином пару часов. – Привет! – Их внимание привлек громкий голос Хосока. – Пора праздновать, давайте поедим! – Мы должны найти своих родителей, – сказал Чимин, обнимая Тэхёна одной рукой и утаскивая его на поиски. – Встретимся там! Час спустя они все были в Джанган Мандуджиб, ресторан закрылся рано, чтобы они могли поставить все столики в длинный ряд. Ужин был шумным и веселым, по столам были расставлены тарелки еды, а также несколько бутылок соджу и пива. Окна были закрыты, чтобы Джэй мог безопасно присоединиться к ним, вампир втиснулся между Джином и Хосоком на другом конце стола. К ним присоединилась не только семья Ли, но и пара охотников из клана, с которым Тэхён познакомился за последние два года, и даже пара знакомых из отделения полиции и больницы. Клан Ли был хорошо известен и уважаем в Сеуле как сверхъестественными, так и обычными людьми. Сам Тэхён сидел с Чимином с одной стороны, а Чонгук с другой, поочередно запихивая кусочки в рот своему парню (Чонгук терпел это с нежным раздражением) и наблюдая, как Чимин пытается поддержать разговор с Джису. Она отложила свой телефон, чтобы полностью сосредоточиться на Чимине, что было большим комплиментом. (Тэхен нашел это немного странным, когда Чимин дождался, пока она сядет, прежде чем буксировать Тэхена и, соответственно, Чонгука – вокруг стола, чтобы занять места рядом с ней. Если подумать, он был ужасно заинтересован, внезапно осознав, как использовать свой шар для гаданий.) Даниэль хлопнул в ладоши, чтобы привлечь их внимание. – Мне нужно сделать объявление, так что, пожалуйста, заткнитесь, – крикнул он через стол. Разговоры стихли, головы повернулись к лидеру клана Ли. – Прежде всего, поздравляю трех новых выпускников, – сказал Даниэль, поднимая бокал соджу в воздух. Вокруг стола раздались аплодисменты, несколько человек воспользовались случаем, чтобы выпить. Чимин просиял, и Тэхен почувствовал, что его лицо может расколоться надвое из-за этой улыбки. – Не выгляди таким взволнованным, – пошутил Джэй. – Это просто означает, что вам нужно присоединиться к реальному миру прямо сейчас. Добро пожаловать на крысиные бега. – Это не кажется таким уж страшным, – сказал Чимин. – Мы имели дело с работой хуже, чем с девяти до пяти. – Простите, нет ничего хуже, чем работа с девяти до пяти, – протянул Тэхен. – Тогда мы найдем для вас работу до без десяти шесть, – сказал один из полицейских, и раздался смех. – Я еще не закончил, – Даниэль приподнял бровь, глядя на них всех, спорадические смешки переходили в хихиканье. – В любом случае, поздравляю, и, Джэй был достаточно любезен, чтобы указать, что теперь, когда вы все закончили университет, произойдут некоторые изменения. Некоторые из них мы рассмотрим более подробно в другой раз, потому что они скучные. Но есть одно, на которое я хочу обратить ваше внимание. – Он встал. – Чонгук, иди сюда. Чонгук моргнул, выпрямившись, прежде чем встать. Тэхён смотрел, как его парень обходит их, протискиваясь мимо стульев, чтобы добраться до Даниэля, стоящего во главе стола. Медиум оглядел стол и увидел несколько любопытных взглядов, похожих на его собственный. Но некоторые из них, такие как Джин, Хосок и Хеджон, просто смотрели с улыбкой. – Ты выполнил свою часть сделки, – сказал Даниэль, вытаскивая что-то из кармана. – И не только с учебой. Ты сильно вырос за последние пару лет, и твоя преданность клану очевидна для всех. Независимо от того, что ты решишь, ты всегда будешь одним из нас, но пора дать тебе выбор, о котором ты просил. Он протянул открытую руку, и Тэхен увидел, как расширились глаза Чонгука, когда он заметил серебряную булавку в виде голубя на ладони Даниэля. Серебряный голубь был знаком клана Ли, единственная серебряная пуля плавилась и превращалась в символ мира. Символ того, что они олицетворяли, профессия охотника превратилась в опекуна и защитника не только людей, но и сверхъестественных существ. – Ты все еще хочешь этого, Чонгук? – Голос Даниэля был немного мягче. Чонгук выглядел так, будто разучился дышать. Его плечи задрожали, горло сжалось. – Да, – выдохнул он, глядя на Даниэля. – Я хочу. Губы его приемного отца скривились, и он кивнул. Даниэль протянул руку и закрепил булавку в воротнике рубашки Чонгука. – Добро пожаловать в клан, Чонгук. Вокруг стола раздались приветствия и громкие аплодисменты, раздались поздравления. Тэхён хлопал в ладоши, не в силах сдержать улыбку или отвести взгляд от Чонгука, когда оборотень обнял Даниэля и Хеджон, прежде чем вернуться на свое место в полном изумлении. Когда Чонгук упал рядом с ним, Тэхён схватил Чонгука за рубашку и поцеловал. Кто-то присвистнул, и Чонгук с задушевным смехом прижался к губам Тэхёна. Тэхён ухмыльнулся в ответ, на минуту не обращая внимания на всех остальных. – Поздравляю, – прошептал он в губы Чонгука. Большой палец Чонгука коснулся щеки Тэхёна, когда оборотень снова поцеловал его.* ~ * ~ * ~ * ~ *
– Ты готов к этому? Тэхён моргнул, глядя на Чимина рядом с ним, пока они шли. – Конечно, – усмехнулся он, засунув руки в карманы. – Я должен спросить тебя об этом. У меня легкая работа. Чимин жевал соломинку в чае, солнцезащитные очки закрывали ему глаза. – Что ж, если вы сделаете контракт должным образом, это значительно упростит нашу работу. – Эй, прошлый раз был счастливой случайностью! Откуда мне было знать, что он нашел лазейку? По крайней мере, я вспомнил о сроках. – Да, но Чонгук все еще был готов забрать наши головы к тому времени, когда ты снова стал контролировать свое собственное тело. А Бюлий весело стер все записи с камер наблюдения где-то за два квартала. – Мелкие детали. Чимин закатил глаза и тяжело вздохнул. – Что бы ты делал без меня? – Честно говоря, вероятно, упал бы в открытую канализационную яму, – усмехнулся Тэхён. Он не прикоснулся к чаю, который нес сам, потому что он не для него. Они прошли еще один квартал, прежде чем Тэхен увидел ее. Шестилетняя девочка сидела на ступеньках небольшой круглосуточной клиники. Она выглядела так, как будто снова плакала, большими красными глазами наблюдала, как взрослые входят и выходят из клиники, даже не замечая ее. Тэхён сел рядом с ней, и она подпрыгнула, глядя на него снизу вверх. В ее глазах расцвело признание. – Тэхён-оппа! Молодые духи всегда разбивали Тэхёну сердце. Так много нерастраченного потенциала и энергии. Он не был уверен, легче ли было, когда они поняли, что с ними случилось, или нет. Это был шестой раз, когда он заглядывал к ней, чтобы поговорить, с тех пор как впервые обнаружил, что она сидит на этих ступенях в одиночестве. Первые пару раз было много слез и криков, потому что она была просто напуганной девушкой, которая хотела увидеть свою маму. Камешки катились, когда она топала ногами, и это беспокоило его, потому что она была новым духом и не могла так быстро влиять на свое окружение. Если оставить ее в покое, она очень быстро превратится из одинокого духа в опасный полтергейст. Таких и так было достаточно. Поэтому он взял за правило заходить каждый день, даже если он не добивался успехов в ее желании, даже если все, что он мог делать, это говорить и слушать, как она плачет. Он хотел, чтобы медиумы могли обнять духов, но это, очевидно, было невозможно. И она не позволила бы ему привести ее домой, чтобы она, по крайней мере, не стояла здесь на улице одна, ее дух был привязан к грязному чучелу, которого Тэхён спас из мусорного бака и спрятал под лестницей, но Есыль отказалась уходить, потому что, если бы она это сделала, ее Мама никогда бы ее не нашла. У Тэхёна было мягкое сердце, и все, что он мог сделать, это не начать плакать, когда он слушал это маленькое недоумение души, почему ее мать так долго не возвращалась. Но сегодня было хорошо. У него сегодня хорошие новости. – Привет, Есыль-а, – широко улыбнулся Тэхён, не обращая внимания на то, как проходившая мимо пожилая женщина бросила на него настороженный взгляд. – Сегодня я привел с собой друга. Его зовут Чимин, он моего возраста. – Чимин шагнул вперед, когда Тэхён произнес его имя, присел рядом с Тэхёном и задвинул солнцезащитные очки в волосы, чтобы выглядеть менее устрашающе. Есыль пристально посмотрела на него поверх колен, юные глаза были равнодушны. – Он меня не видит, – фыркнула она, глядя в сторону. – Нет, он не может тебя видеть, но он знает, что ты здесь, – сказал Тэхён. – Он действительно хороший. Чимин улыбнулся на это, слегка помахав пустому пространству, на котором было сосредоточено внимание Тэхёна. – Привет, Есыль-а. Тэ сказал мне, что у тебя красивое голубое платье с белым кружевом. Синий твой любимый цвет? Есыль фыркнула и не повернула головы, но ее нижняя губа медленно выступала все дальше и дальше. – Зеленый, – сказала она через минуту. – Зеленый? – Тэхён оживился. – Тогда я выбрал соломинку подходящего цвета, – он постучал по большой соломке лаймового цвета в чае, который он нес. – Зеленый – приятный цвет, – сказал Чимин. – Он тоже мой любимый. Есыль посмотрела на Чимина краем глаза. Она наклонилась к Тэхёну, и Тэхён сделал то же самое, чтобы она могла шептать ему на ухо. – У него красивые волосы. – Правда? – Тэхён усмехнулся, подняв обе брови, глядя на Чимина. Чимин моргнул. – Что она сказала? – Твое лицо похоже на рыбу-иглобрюха, – сказал ему Тэхён, и Есыль подавила хихиканье своими крошечными ручонками. Губы Чимина надулись, точно такие же, как у маленькой девочки всего мгновение назад. – Ага, это нехорошо. – В любом случае, – Тэхён снова повернулся к Есёль, которая теперь выглядела немного более заинтересованной. – У меня хорошие новости, Есель. Сможешь угадать, что это? Есыль нахмурилась, руки обвились вокруг ее колен. Затем ее большие глаза снова полностью открылись. – Вы нашли мою куклу? – Именно, – кивнул Тэхён, и Есыль начала выжидательно оглядывать улицу. – Где она? – Ой… ее здесь нет. Но мы отвезем тебя к ней, хорошо? – быстро сказал Тэхён, видя, что слезы уже уходят. – Как тебе предложение? Есыль выглядела обескураженной. Одна рука погладила лестницу, на которой она сидела. – Но если я уйду, и сюда придет Мама… Мать Есыль сюда и близко не подходила. – Эй… я знаю, это страшно, – мягко сказал Тэхён. – Но именно поэтому сегодня я взял с собой Чимини. Он знает, где находится твоя кукла, и может взять тебя за руку и отвести туда. Маленький дух сразу понял, в чем проблема. – Как? Он не может держать меня за руку. Я призрак. – Помнишь, когда я сказал тебе, что делает меня особенным? – спросил Тэхён, и она кивнула. – Что ж, у меня есть способ держать его за руку, так что уйти отсюда не должно быть так страшно. Хочешь попробовать? Нижняя губа Есыль дрожала. Тэхён надеялся, что первым делом Чимин обнимет бедную девушку. Тэхён тепло улыбнулся, слегка кивнув Чимину, прежде чем снова обратить внимание на нее. – Хорошо, вот что мы будем делать…* ~ * ~ * ~ * ~ *
Внутри магазин соков выглядел таким же ярким и теплым, как и всегда, солнечный свет струился через окна длинными лучами, освещая полки, заполненные диковинками. Поскольку время закрытия только что прошло, в магазине не хватало смеха и болтовни многих покупателей, которые в нем обычно были. Но Джин был там, как и всегда, вытирал свою стойку и с улыбкой смотрел вверх, когда вошел Тэхён. – Тэхён, не ожидал увидеть тебя сегодня. Тэхён только застенчиво ухмыльнулся, автоматически оглядывая полки в поисках новых безделушек. По правде говоря, ему все еще иногда было трудно оставаться одному после того, как он переправлял духов, особенно тех, к которым он привязался за то короткое время, когда узнал их. После того, как дух уходил, он наполнял его как чувством выполненного долга, так и пустотой, как будто что-то важное теперь было навсегда вне досягаемости. В такие моменты сидеть в своей комнате было слишком трудно, даже музыка или его собственная болтовня не помогали. Оно подавляло все, давя на его чувства, пока он не утонул в этом. Он должен был быть среди людей, которые могли напомнить ему, что в мире есть еще жизнь. Неожиданная поездка в магазин обычно не входила в его список, чтобы побороть это чувство, но Чимину нужно было подготовиться к собеседованию, а Чонгук вместе с Хосоком и Даниэлем отправился за вампиром в Инчхон. Итак, он был здесь, шарил по полке и поздоровался с той маленькой куклой вуду, которую назвал Дюймовочкой. – Думал, что зайду и посмотрю, над чем ты работаешь. Есть какие-нибудь классные зелья? – Когда он заметил знакомую черную кошку, наблюдающую за ним с верхней полки, Тэхен усмехнулся и помахал рукой. – Привет, Люцифер. – Он почти видел, как Юнги закатил глаза. – Это зелье было усовершенствовано несколько десятилетий назад. Мы продаем его в концентрированных каплях, которые наносят на залысины один раз в сутки в течение недели. Есть даже варианты оттенков, чтобы полностью изменить цвет волос, пока вы это делаете. – Джин вышел из-за стойки. У Тэхёна было ощущение, что Джин знает, почему он на самом деле здесь, но, благослови его сердце, ведьма не вызвала его из-за этого. – Сегодня вечером мы займемся чем-нибудь повеселее. Чары невидимости. Даже два года спустя глаза Тэхёна все еще искрились от любопытства и восторга при мысли о новом магическом заклинании или зелье. – Чары невидимости? – Ммм… в основном в помощь клану Ли. С каждым днем мир становится все меньше, и им придется действовать средь бела дня – лишь вопрос времени. Итак, чары невидимости, но более того. А не приготовить ли его нам? – Джин бросил тряпку в мусорное ведро перед тем, как подняться по лестнице. Тэхён бросился за ним. Несмотря на все его мольбы и лучшие щенячьи глаза, Джин на самом деле не позволял ему сильно помогать с зельями или заклинаниями, за исключением редких случаев. Эти случаи обычно проявлялись в крошечных, человеческих задачах, и Тэхен не мог напортачить. Может, Джин решил, что сегодня одна из тех ночей. Или, может быть, он просто собирался дать Тэхёну кусок дерева, чтобы он сточил его под предлогом «он снова понадобится для ярлыка с пожеланиями к Лунному Новому году», занятой Тэхен не мог случайно превратить внутреннюю часть мастерской в ярко-розовый, когда ведьма не смотрела. – Что ты имеешь в виду больше? Мол, это скроет их голоса? – Внешний вид, голос, запах, все вышеперечисленное. Не только от людей, но и от сверхъестественного и электронного оборудования. Никому не пойдет на пользу, если они появятся в поиске Naver. Тэхен подумал, что он ведет себя хитро, но, когда они достигли площадки второго этажа, Джин взглянул на него и недовольно нахмурился. – Твоя нога снова тебя беспокоит. Это не было вопросом, спрашивать не было смысла, потому что Тэхену не удалось полностью скрыть свою хромоту. Медиум скривился, опираясь всем весом на здоровую ногу, чтобы облегчить боль. – В моем теле несколько часов бегал шестилетний ребенок, это было вполне ожидаемо. Ничего страшного, только немного больно. Джин покачал головой, уже переходя к полкам. – Тогда сядь, я сделаю тебе чай. – Но чары невидимости… – раздраженно заскулил Тэхён, уже прокрадываясь к столу. – Мы займемся чарами, как только ты перестанешь испытывать боль, – сказал ему Джин со всем терпением воспитателя детского сада, схватив коробку с полки и отправившись в путь. – Помнишь, что я говорил тебе об отрицательной энергии? – Влияет на качество чар, – фыркнул Тэхён, садясь. Несмотря на его протесты, он потянулся, чтобы помассировать свое колено и голень, чувствуя себя стариком. Джин сотворил чудо с ногой после того, как Чонгук разорвал ее два года назад. Но травма была серьезной. Только намного позже Тэхен узнал, насколько он был близок к смерти в ту ночь, когда его спасли незадолго до того, как он полностью истек кровью. Джин спас ему жизнь и ногу, когда любой врач-человек смог бы только ампутировать. Но даже если не обращать внимания на слабый след оставшихся белых шрамов, мышцы и нервы этой ноги никогда не будут прежними. При беге или даже ходьбе в течение длительного времени он прихрамывает и ощущает тупую боль, которая проносится от пальцев ног прямо до мозга. В течение долгого времени он изо всех сил старался скрыть, насколько это больно, потому что Чонгук выглядел так, как будто он может плакать, когда видел Тэхёна. Оборотень был омрачен чувством вины за то, что он сделал, даже если это была не его вина. Даже сейчас Тэхён мог видеть эту тень в глазах Чонгука всякий раз, когда они вместе растягивались на его кровати, и Чонгук смотрел на шрамы, как будто видел их впервые. Знание о боли, которую он причинял, будучи оборотнем, было бременем, которое Чонгук нес каждый день точно так же, как Тэхён нес на себе вес каждого духа, которому он помогал. Эти боли никогда не исчезнут ни для кого из них. Но они с этим справились. Чонгук справился, став охотником, помогая другим уравновесить проклятие, находящееся вне его контроля. И Тэхён никогда не забывал никого из тех, кого встречал, как бы быстро их пути ни расходились. Ему нравилось думать, что все эти маленькие моменты и дружба помогли ему стать тем человеком, которым он был сегодня. Джин вернулся с подносом с дымящимся чаем и, поставив его, настоял на том, чтобы взглянуть на ногу Тэхёна. После некоторого раздражения (все это было шарадой, Тэхен любил, чтобы его обожали), медиум закатал штаны и позволил ведьме осторожно прижать пальцы к длинным, слегка приподнятым шрамам. Он понятия не имел, что делает Джин, но через минуту ведьма запела и откинулась назад. – Вы просто немного перестарались. Допивай чай и расслабляйся остаток ночи, с тобой все будет хорошо. – Спасибо, хен, – сказал Тэхён, снова опуская штанину. Он заметил засос на внутренней стороне запястья Джина. – У Юнги новый способ измерения пульс? Джин только пожал плечами, с игривой ухмылкой на губах, когда он откинулся на спинку стула и сделал глоток чая. – Почему бы тебе самому не спросить его? – Потому что я не хочу новых шрамов, спасибо, – со смехом сказал Тэхён, беря свою чашку. Он подул на поверхность жидкости, наблюдая, как мелкая рябь подпрыгивает внутри чашки. – Эй, хён? – Хм? – Я в порядке? Я имею в виду, как медиум. – Не то, чтобы у Тэхёна было очень много каких-либо… точек для сравнения. Все, что у него было, – это несколько старых дневников и воспоминания Джина о медиумах, которых он встречал в разные моменты своей долгой-долгой жизни. Шли годы, и Тэхён старался изо всех сил. Он действительно это сделал. К настоящему времени о нем знала большая часть сверхъестественного сообщества Сеула, включая некоторых… менее чем дружелюбных персонажей, которым клан Ли наносил очень суровые визиты, когда они пытались приставать к Тэхёну, чтобы он сделал для них что-то не самое хорошее. Он тесно сотрудничал с кланом Ли, когда в него были вовлечены духи. Теперь вместо того, чтобы идти к Джину, когда полтергейст создавал проблемы, они сначала поговорили с Тэхёном. Было приятно быть полезным и желанным. Но не всегда это были забавы и игры. Некоторых духов он не мог спасти, пока они не обратились в полтергейсты. В первый раз, когда ему пришлось фактически изгнать полтергейст, он спрятался в своей комнате на следующий день, чувствуя себя полным неудачником, охваченным удушающим чувством потери и отчаяния. Он старался изо всех сил. Джин только приподнял бровь. – Что это за вопрос такой? Тэхён моргнул. – Э ... очевидный? – Это очевидно только для тебя, – ответил Джин, немного смягчив ухмылку. – У тебя все хорошо. – Даже если я не смогу помочь всем? – Даже самое лучшее из существующих средств массовой информации не может помочь всем. В сутках не хватает часов. Ты помогаешь тем, кому можешь, и это главное. Тэхен не был уверен в этом, и, вероятно, это было заметно. Джин покачал головой. – Что сказал сегодняшний дух? – Хм? – Вот почему ты здесь, да? Другой дух ушел. Что он сказал перед уходом? Тэхен подумал о Есыль, стоящей перед ним, изо всех сил пытающейся призрачно обнять. – Она сказала «спасибо», – сказал Тэхён глубоким мягким голосом. – Тогда… это и есть твой ответ, не так ли?* ~ * ~ * ~ * ~ *
Несмотря на то, что теперь он официальный охотник клана Ли, Чонгук все еще нуждался в подработке. Конечно, он мог бы присоединиться к Хосоку в укомплектовании персоналом семейного ресторана, но не в этом его таланты или интересы. Вместо этого он подал заявку на работу в небольшой тренажерный зал неподалеку, в качестве личного тренера. Тэхён оторвался от ноутбука, когда дверь спальни открылась и вошел Чонгук. Выражение лица оборотня прояснилось, когда он увидел, что Тэхён сидит на кровати, ожидая там, где его парень оставил его. – Привет, – Тэхён закрыл свой ноутбук, музыка оборвалась. – Как прошло? Легкая усмешка Чонгука рассказала обо всем. – Они сказали, что у меня есть пара недель тренировок, прежде чем я начну работать с людьми. – Но ты согласился? – Я согласился! Тэхен сиял ярко, как солнце, протягивая руки и ноги в сторону своего парня. Чонгук поднялся на кровать, поцеловав губы Тэхёна, когда медиум крепко обнял его. – Я так горжусь тобой, – хмыкнул Тэхён, поцеловав его в ответ и уткнувшись носом в челюсть Чонгука. – Помнишь, что я сказал? Они должны быть сумасшедшими, чтобы отвернуться от кого-то с таким телом. Чонгук тихо фыркнул, усаживаясь на кровать рядом с ним. Они были наедине. Джэй проснулся и ушел около часа назад, а остальные члены семьи были в ресторане до закрытия. – Знаешь, личный тренер – это не только хорошая физическая форма. Я не был уверен, что получу работу, я не так уж хорош в общении с людьми. – Да, – Тэхён сморщил нос, врезавшись в бок Чонгука. – Когда ты перестанешь сомневаться в себе? Ты фантастический. – Ты просто предвзят. – Может быть, но очевидно, что я не совсем сошел с ума, если ты получил работу. – Я не знаю, у тебя есть такое прозвище неспроста, – поддразнил Чонгук. Тэхён проворчал, но его протесты были недолговечными, поскольку Чонгук снова и снова прижимал мягкие поцелуи к уголку его губ, каждый из которых немного растапливал сердце. Он радостно напевал, наклоняя голову, чтобы ответить. Их губы медленно сдвинулись вместе, рука Чонгука скользнула по его талии и притянула ближе. У них обоих были большие и дружные семьи, поэтому такими моментами наедине они дорожили. Может быть, в какой-то момент они переедут на свое место, но пока они довольствовались мягкими поцелуями (и более) за закрытыми дверями с одним открытым ухом для внезапной атаки брата или сестры. И было ясно, что в этот момент Чонгук имел в виду нечто большее, чем просто поцелуи, его теплые губы спускались к челюсти и горлу Тэхёна. Тэхён вздохнул, повернув голову набок, прежде чем его мозг догнал руку, пробирающуюся под подол рубашки. – Подожди, – фыркнул он, хлопая Чонгука по руке и груди. – У меня есть кое-что для тебя. Чонгук хмыкнул, не обращая внимания на слова, исходящие изо рта его парня. Его внимание было гораздо больше сосредоточено на коже, которую он зажал между зубами, заставив Тэхёна резко вдохнуть. – Да, так что подожди минутку, – Тэхён оттащил Чонгука и успокаивающе поцеловал нос оборотня. Медиум наклонился над кроватью, чтобы схватить свой рюкзак и притянуть его ближе. – У меня есть подарок. Я собирался показать его на прошлых выходных, но там болталась Хару, и я действительно не хочу, чтобы Даниэль задушил меня, если она начнет задавать вопросы и ... а-а! Тэхен торжествующе вытаскивает сумку из рюкзака и протягивает ее Чонгуку. Подняв бровь, Чонгук сел прямо и взял сумку, просунув руку внутрь. Первым, что он вытащил, была бутылка смазки. Маленькая бутылочка в его ладони вызвала легкий румянец на щеках Чонгука, но он просто кивнул в знак одобрения, прежде чем вернуться в сумку и вытащить… – Тэ, что это? – Наручники. Чонгук уставился на них. Они были розовыми. – Почему ты купил наручники? Тэхён улыбнулся нервно. – Ну, я подумал, что мы сковываем тебя цепью по понятным причинам, но это не совсем честно, так что… эээ… ты мог бы… захотеть… связать меня когда-нибудь? Ради мести? Чонгук недоуменно посмотрел на него. На мгновение Тэхен задумался, был ли это один из тех моментов, когда он действительно должен был обдумать то, что он делает. Он видел их в Интернете, и в то время это казалось фантастической идеей. Но через мгновение уголок рта Чонгука задрожал, и он испустил долгий, протяжный выдох смирения. – Ты… невозможный… Тэхён оживился. – Это «да»? – Нет, – сказал ему Чонгук и ухмыльнулся, когда Тэхён тут же сдулся, как удрученный щенок. – Не прямо сейчас. Прямо сейчас я просто хочу любить тебя, чтобы у всех были свободные руки, хорошо? – Хорошо, – сказал Тэхён, наблюдая, как Чонгук аккуратно заворачивает сумку и засовывает ее в рюкзак Тэхёна, где любознательные души – Хару – с меньшей вероятностью найдут его. – Значит, тогда «позже». Плечи Чонгука задрожали от веселья, когда он отодвинул рюкзак в сторону и снова полз по коленям Тэхёна. – Прибереги это на другой раз, – сказал он, целуя медиума. – Чудак. – Но я же твой чудак, – ухмыльнулся Тэхён, откидываясь на подушки и обнимая Чонгука за шею. Он встретил поцелуй оборотня, одобрительно напевая. – Ты хотя бы позволишь мне устроить тебе настоящий танец на коленях? Я все еще… – он бесстыдно застонал, когда руки Чонгука скользнули по его рубашке, – все еще расстроен, что у меня не было возможности сделать это по-настоящему. – Не знаю, – пробормотал Чонгук, зажимая нижнюю губу Тэхёна зубами, прежде чем отступить, чтобы как следует прижать своего парня к себе. – Мне нравится этот вид. Тебе придется убедить меня, что это того стоит. – Это вызов, Чон? – Если хочешь, Ким. О, это было сейчас. (Они заметили, что Джэй вернулся, только когда вампир издал предсмертный звук в дверном проеме. – Ребята, хоть носок на дверь наденьте, что ли!)* ~ * ~ * ~ * ~ *
По крайней мере, раз в месяц Тэхён возвращался сюда. Тэхён всегда старался посещать могилы всех духов, которым он помогал. Из уважения, чтобы держать их в курсе о мире живых, может быть, из-за какой-то давней надежды, что они смогут услышать его, куда бы они ни пошли… может быть, в основном для него самого. Какова бы ни была причина, он не забыл ни одного духа. Были ли это те, кому он помог в первые месяцы своего пребывания в качестве официального медиума, как Дахён и Кюхён, который, как и было обещано, был доставлен в Китай и чье кольцо теперь находилось на попечении его парня, или духов, которых он встретил в последнее время. Он помнил их всех и нашел время, чтобы почтить память каждого из них. Но по мере того, как список призраков, которым он помогал, становился все длиннее и длиннее, Чонгук предложил объединить их всех в одну неделю в году, а не пытаться вспомнить все годовщины их смерти, а затем паниковать, если он будет занят в неподходящий день. Это предложение сработало намного лучше, особенно когда Тэхён начал заниматься внештатными фото-проектами и становился все более и более занятым. Гораздо легче было уйти в отпуск на целую неделю, чтобы должным образом почтить память духов, чем на отдельные дни в году. Но были исключения, места, которые он посетил вне этой недели. Семья была одним очевидным примером, но другим была семья Чонгука. Чонгук навещал их каждый год в годовщину нападения… на следующий день после Хэллоуина. Обычно у него была компания в виде Даниэля, Хеджон, Хару и Хосока, но в последние годы Тэхен присоединился к ним. Он хотел поблагодарить людей, которые вырастили его парня раньше клана Ли, пожелать им счастья и мира. Он всегда обращал особое внимание на то, чтобы напрямую разговаривать с фотографией Чонхёна, чтобы старший брат Чона знал, что Тэхён по-прежнему следит за Чонгуком. Но помимо этого... когда у него было время или даже когда у него не было – когда он чувствовал себя потерянным и сбитым с толку, когда его ноги несли его туда, не задумываясь – он обнаруживал, что стоит в другом зале колумбария, глядя на фото Намджуна. – Привет, хён. – Он облизал губы, глядя на книгу в своих руках. – Принес тебе кое-что новенькое, чтобы почитать. Ты всегда хорошо владел английским, поэтому я решил, что ты захочешь прочитать в оригинале, а? – Он осторожно поставил «Алису в стране чудес» на стекло. – Я нашел ее в магазине подержанных книг в двух кварталах отсюда, и подумал о тебе. Коснувшись большим пальцем выцветшей золотой фольги, тисненной на обложке, Тэхён снова посмотрел на фотографию Намджуна. Это был Намджун, которого он знал, но на самом деле никогда не встречал, одетый в старомодную школьную форму, толстые очки на носу и с застывшей во времени улыбкой с ямочками. Рядом с ним за хорошо вымытым стеклом стояла другая фотография: Намджун без очков, но в окружении своей семьи. Его мать наградила ямочками на щеках его и Кёнмин, в то время как у отца было то же худощавое тело, за которое Тэхён всегда дразнил Намджуна. Прорезь в стене с фотографиями Намджуна и урной была одной из многих, ряды которых тянулись по всему колумбарию. Тэхён был далеко не единственным здесь человеком: семьи и одинокие люди шли или стояли перед местом отдыха своих любимых. Он мог видеть живые цветы, украшающие стену вдоль и поперек, оставленные теми, кто приезжал недавно. Кёнмин, должно быть, тоже была здесь, она всегда оставляла Намджуну букет розовых и белых орхидей. Тэхён провел большим пальцем по мягкому лепестку. – Думаю, у Кёнмин все хорошо, – сказал он после небольшой паузы. – Ее магазин процветает. Иногда мы заходим… я, Чимин и Хосок. Она милая. Я рад, что мы с ней познакомились. У нас тоже все в порядке. Чонгук был официально принят в качестве охотника, а не просто помощником, когда им нужно было дополнительное тело. Он действительно счастлив. У нас все отлично, я имею в виду – мы вместе. Я все еще жалею, что у тебя не было возможности поговорить с ним по-братски. Прокашлявшись, Тэхён только долго смотрел на фотографию Намджуна с легкой улыбкой. Он думал о том, как далеко он продвинулся с тех пор, как переехал в Сеул и встретился с духом, и насколько все это произошло благодаря Намджуну. Конечно, он не мог дискредитировать ни одного человека в своей жизни – Чонгука, Джина, Юнги, Хосока, Чимина, Джэя, Даниэля. Все они помогали ему по-своему, и до сих пор помогают. Может быть, он мог бы заявить, что тоже немного помог им, когда мог. Он по-прежнему считал, что Джин и Юнги наконец-то собрались вместе и стали супружеской парой, которой они всегда были. Но он без сомнения знал, что человек, оказавший наибольшее влияние на направление его жизни, был Намджун. Старший брат, которого у него никогда не было. Он не знал, когда снова увидит Намджуна. Но он знал, что однажды он это сделает. А к тому времени у него будет целая жизнь историй, которыми он может поделиться. Тэхён поклонился урне с закрытыми глазами. Затем он выпрямился и повернулся к выходу. И остановился. У двери, прижав ноги к груди, сидел молодой человек с пустым и потерянным лицом. В таком месте траур не был чем-то необычным, но что-то в том, как он упал и как никто не обращал на него внимания, заставило Тэхёна задуматься. Наклонив голову, медиум некоторое время просто наблюдал. Когда чья-то нога прошла сквозь молодого человека, это подтвердило его подозрения. Этот человек был новым, в последний раз, когда он был в этом колумбарии, не было никаких духов. Тэхён подождал, пока небольшая группа людей выйдет из комнаты, направляясь в остальную часть здания. Затем он подошел к странному духу, остановившись перед другим мужчиной. Он присел, положив руки на колени. Дух моргнул, остекленевшие глаза снова сфокусировались и поднялись, чтобы увидеть квадратную улыбку Тэхёна. – Привет, меня зовут Тэхён. А тебя?КОНЕЦ.
Примечания:
Ну вот и подошёл к концу этот замечательный фанфик. Поделитесь своим впечатление в комментариях и если вы хотите, чтобы я что нибудь перевела то пожалуйста напишите в комментариях название и вставьте ссылку на этот фанфик, чтобы я смогла его быстрее найти и конечно же перевести.
