Cerise ivre.

      Следующим утром Чонгук просыпается от лучей солнца, что светят прямо в глаза. И его это даже не бесит — просто он лёгок на подъём, да и просыпаться пораньше давно вошло в привычку, потому что так день длится дольше. Парень потягивается на тёплой кроватке в своей комнате, которую ему выделил Тэ, зевает и поднимается, идя в сторону ванны. По пути понимает, что хозяин отсутствует — скорее всего решил выпустить своего тигра погулять.       Чон всё ещё простой оборотень, поэтому путается во всех новороченных кнопках в душе, включая то слишком холодную, то слишком горячую (дома они просто грели воду в бочке), но с горем пополам смывает с себя неприятный осадок вчерашнего дня, после чего надевает одну лишь футболку и выходит. Проходя мимо гостиной, он замечает Тэхёна в одних штанах, который что-то тыкает в, если он не ошибается, телефоне. — Доброе утро, — тихо произносит омега, смущаясь своего внешнего вида. Мужчина сразу же откладывает гаджет, коротко улыбаясь, и берёт лежащий на барной стойке букет, подходя к своей паре. — Доброе. Это тебе, — и протягивает перевязанные нитью гладиолусы, гортензию, белокрыльник, ромашку и фрезию. Если бы младший знал язык цветов, то определённо бы умилился, но ему и без этого приятны ухаживания. Он принимает букет, находя глазами вазу, чтобы налить туда воды и поставить цветы. — Спасибо, — неловкое покашливание. — Откуда они? — Здесь неподалёку живёт мой знакомый, у которого свой собственный сад, — Ким радуется искоркам счастья в чужих глазах, невольно перемещая взгляд на красивые светлые ножки и сразу же отводя. Сейчас не время, но он обязательно ещё ими налюбуется. — Что хочешь на завтрак? — Я не привередлив — съем всё, что дадут. — Что насчёт оладушек? — Обожаю. — Не хочешь вместе приготовить? — интересуется старший. Бытовые дела определённо сблизят их с Гуком. — Хочу, — мгновенно соглашается омега (кажется, кто-то за любой движ), но тут же сдувается как шарик. — Только я плох в готовке. Прям очень плох.       Становится очевидно, что его этот факт тревожит, если заметить явное желание уменьшиться. Стыдится? А вот и зря. — Мы же вместе будем готовить, так что всё будет прекрасно, — обещает Тэхён, замечая, что энтузиазм снова вспыхивает в тёмных заячьих глазках. — Хорошо, тогда я пойду переоденусь, то есть... ну, ты понял, — сдаётся Чонгук, уходя к себе.       Альфа за то время, что парень приводит себя в порядок, достаёт все необходимые продукты, выкладывая их на стол, и улыбается образу, что всплывает в мыслях: влажные после душа волосы, красные щёчки, на одной из которых видно небольшой шрамик, пухлые губки, а под нижней даже скрывается родинка. Ну что за прелесть?       Поначалу всё идёт нормально: пока Ким просеивает муку, Гук вбивает яйца и смешивает их с сахаром и солью. Дальше мужчина постепенно вливает в смесь кефир, пока омега это всё размешивает. И вот после начинаются трудности. — Я же говорил, плох в этом, — раздражённо вздыхает Чон, оставляя венчик в миске. Когда в неё сыпали муку, то в недо-тесте начали образовываться комочки, что и стало причиной плохого настроения младшего, который просто не хотел позориться перед своей парой. — Хэй, хэй, спокойно, не надо переживать, — Тэ достаёт из ящика часть от миксера, в которую надо вставить венчик. Подходит к бедному парню, что готов выть от неудачи, и по инерции целует того в макушку, чтобы приободрить. За самовольность он уже хочет извиниться, но омега оказывается не против. — Ручной замес лишь в начале, дальше всё сделает техника.       Старший всё подключает, и когда миксер начинает гудеть, то Чонгук убегает и прячется за диван. Точно ребёнок. Однако стоит тому понять, что штука эта безобидная, то он возвращается, смотря с любопытством на процесс. — Прости, — Гук наблюдает за тем, как Тэхён переворачивает оладьи. — Тебе в пары достался не самый хозяйственный омега. — Ну, во-первых, это можно легко исправить, если ты захочешь, а во-вторых, ты не обязан готовить, убирать, стирать и растить детей только потому, что ты омега, — отвечает альфа, кидая взгляд на поникшего парня. — У всех равные права, что бы тебе ни пытались привить с детства. — Правда? — Конечно. — А ты меня научишь готовить? — перед младшим ставят тарелку с горячими оладушками, банку с клубничным вареньем и с мёдом. — Спасибо. — Если захочешь, то научу, — Ким выключает печь и садится напротив Чона, начиная есть. — Ты когда-нибудь был в городе? — Не-а. — А хотел бы? Мне сегодня придётся поехать туда за продуктами и одеждой для тебя, — старший закрывает баночки и убирает их обратно в шкафы, а оставшиеся оладьи накрывает полотенцем. — Можешь остаться дома, а можешь поехать со мной. — Лучше с тобой.       И вот таким образом Чонгук оказывается сидящим на переднем сидении машины, с неподдельным интересом разглядывая высотки зданий, что загораживают обзор на небо. Это странно, потому что он привык видеть верхушки деревьев, что лишь немного скрывают бесконечную небесную синеву. Здесь целый поток спешащих людей, куча ярких вывесок, неизвестный длинный железный ящик на колёсах, в котором так же много людей и мигающие штуки около белых полос на асфальте.       Они останавливаются около какого-то магазина, как позже объясняет Тэ. В помещении настолько много одежды, что омега пугается и прячется за спиной мужчины, хватая того за рукав кофты. — О, какие люди, — говорит неизвестный омега, кожа которого своей бледностью напоминает фарфор. Они с Тэхёном обнимаются, о чём-то переговариваясь. — Познакомишь нас? — Это Чонгук, — он указывает на Гука, однако статус их отношений называть не спешит. Может, негласно они и приняли друг друга, но вот полноценно ещё не встречаются. — А это Юнги, мой двоюродный брат. — Здравствуйте, — немного склоняясь в поклоне, говорит тот. — Его нужно приодеть, — обращается к Мину старший. — Чонгук-и, я пойду встречусь с моим знакомым, ладно? Я буду на втором этаже в двадцать пятом кабинете, если что. — Хорошо, — Чон бы вообще не отлипал от Кима по возможности, пока они находятся в городе, но отвлекать того от дел он не намерен. Стоит им с другим омегой остаться наедине, как тот сразу же набирает гору одежды разных цветов и размеров и тащит его в раздевалку. — Так вы встречаетесь с хёном? — спрашивает Юнги, рассматривая чёрные брюки, что очень красиво подчеркнули талию младшего, и заправленную в них белую блузку с рукавами-фонариками. — Что? Нет, — Гук критично рассматривает свой образ. Он, конечно, очень красив и элегантен, но вот надевать-то его некуда. Только если красоваться перед лесными жителями? — Думаю, не стоит подобную одежду подбирать. — Почему? — Мне её некуда носить, мы ведь в лесу живём. Лучше побольше футболок и толстовок. — А Тэхёну нравится деловой стиль, — ухмыляется Мин, заметив, что Чонгук сразу же посмотрел на него с интересом. — Ну если нравится... — бурчит парень, решая остаться в этом. В голове вспыхивает мысль, что старший омега сможет рассказать что-нибудь про его пару. — Можно узнать ещё что-нибудь насчёт него? — Тэхёна? — согласный кивок. — Мы с ним не так много времени в детстве проводили вместе, но он точно обожает прогулки, фильмы и когда люди с ним честны. — А ты тоже.. оборотень? — Да, — на этот раз они рассматривают пижаму с принтом морковок. Иронично. — Впредь не будь столь наивен, потому что люди к нам относятся со скептицизмом — всякое могут выкинуть, потому что закон не защищает наши права. — Почему ты живёшь в городе? — Гук рассматривает стеллаж с носками, останавливая выбор на жёлтых, красных и с каким-то странным рисунком. — Здесь условия более комфортные для меня и моего мужа, Хосока. Кстати, именно к нему и ушёл Тэхён, — Юнги пробивает ценники, делая скидку своему братцу. — Но мы раз в месяц стараемся выезжать в лес, обычно живём у хёна пару дней, скоро приедем к вам в гости.       В итоге около кассы стоит много пакетов, из-за чего Чону становится неудобно, но поделать с этим он ничего не может, поэтому решает как можно быстрее научиться готовить, чтобы хоть так отплатить тигру за всю возню с собой.       По возвращении Тэхён не может налюбоваться своим омегой, который стал ещё красивее в новом наряде, но остался всё таким же милым с этими своими розовыми щёчками, большими глазками и чуть выпирающими передними зубами. Ну точно заяц. — Ты прекрасен, — мужчина целует тыльную сторону его ладони. — Сходишь со мной на свидание? Чон понятия не имеет, что такое свидание, поэтому с мольбой в глазах смотрит на Мина, который яростно кивает, мол, соглашайся. — Д-да.       Когда они заходят в помещение, именуемое рестораном, Чонгуку становится неуютно от здешней роскоши и людей, которые прожигают его своим взглядом. Но вот они садятся за столик у окна, скрытый от зала перегородками, и он выдыхает от облегчения, что не ускользает от зоркого глаза Кима. — Прости, я не должен был подвергать тебя стрессу, — говорит он после того, как сделал заказ. — Всё нормально, — говорит младший, улыбаясь. — Пока ты рядом, мне спокойно. — Чем бы ты хотел заняться, когда мы приедем домой? — альфа старается не выдавать того, насколько рад слышать это. — Было бы круто посмотреть эти, ну... — парень усердно напрягает мозг, пытаясь вспомнить необходимое слово. — Фильмы? — подсказывает Тэ, в сотый раз умиляясь с Гука, который забавно выдаёт «о» и качает головой. — Юнги тот ещё засранец. — Нет-нет! Я сам его спросил, — защищает Мина Чон, откровенно паникуя. Он не хочет подставлять старшего омегу. — Какой ты всё же милый, — посмеиваясь с чужой реакции, выдаёт Тэхён. — Если хочешь узнать что-то про меня, то смело спрашивай. Только тогда будь готов к тому, что я тоже буду задавать тебе вопросы. — Угу.       Мужчине греет сердце то, что его пара интересуется им. Всё же этот омега золотце, и плевать на то, что они разных видов — так даже лучше.