Дом там, где ты

Кэйя стоял, тяжело дыша. Его лицо было залито кровью и казалось, что она забирает из него остатки тепла и здравомыслия. Он смотрел на огненный глаз бога, что перестал светиться. Смотрел и не мог понять — неужели это сделал он? Ноги подкосились и он упал на колени, разглядывая черное одеяние человека, что лежал перед ним. Рыжие волосы сливались с пролитой кровью, вызывая жуткое отторжение где-то внутри. Нет, это не мог быть он. Он просто не мог вот так просто?.. Но окровавленный меч в руках говорил об обратном. Застывшее тело говорило об обратном. Глаз Бога говорил об обратном. Он резко закашлялся, пытаясь перебороть этот стойки аромат крови. Прийти в себя, вспомнить, как до этого дошло. Но он не мог. Он ощутил, что улыбается, но почему? Почему внутри так больно, однако при этом он счастлив? Это походило на безумие, но когда же он успел сойти с ума?.. Ответов не было. Ничего не было. — Кэйа, — он вздрогнул от тихого голоса того, кого только что убил. Он посмотрел на тело, поймав взгляд пустых глаз и впервые за долгое время испугался. Рука потянулась вперед, едва касаясь холодной кожи и все еще пытаясь вспомнить хоть что-нибудь. Внутри зародилось сомнение, которое давало толику надежды. — Кэйа, — снова проговорил голос, но казалось, что он звучит откуда-то извне. Губы брата не шевелились, он лишь смотрел. А затем резко схватил за руку, притягивая как можно ближе к себе и обжигая дыханием. — Ты будешь виноват. Кэйа резко дернулся, поднимаясь и сталкиваясь лбом с Дилюком. Тот сдавленно проматерился, смотря на брата и не понимая, что с ним происходит. Рагнавиндр работал за столом, когда услышал, что Кэйа что-то шепчет во сне. Он казался таким несчастным, поэтому недолго думая Дилюк решил его разбудить. Присев на край кровати, он внимательно разглядывал брата, что укрыл свое лицо руками и кажется, пытался прийти в себя ото сна. — Кошмар приснился? — в голосе Дилюка слышалось легкое беспокойство. Кэйя же все никак не мог перестать видеть картину мертвого брата перед глазами. И все же он вздохнул, посмотрев на Рагнавиндра, стараясь улыбнуться как можно невозмутимее и веселее. Он прекрасно умел натягивать нужные маски, но сейчас это у него получалось крайне плохо. Сон задел что-то глубоко внутри и не собирался отпускать его так просто. — Да, я увидел братика в одежде Фишель. Это было поистине ужасная картина… — Не паясничай, — коротко сказал Дилюк, — мы слишком хорошо друг друга знаем, чтобы не купиться на такие шуточки, — Кэйа немного нервно улыбнулся. Рассказывать об истинной причине своего кошмара он не хотел. Рагнавиндр решил не настаивать. — Я еще поработаю, а ты попытайся уснуть, — Кэйа слегка кивнул, вновь падая на подушку и закрывая глаза. Но он понимал, что сегодня сон к нему вряд ли вернется. Ты будешь виноват — звучала фраза в голове, которую он услышал во сне. Фраза, сказанная его собственным голосом. *** Дилюк молча наблюдал за Кэйей, который веселым козликом резвился на просторах, буквально заставляя преследовать себя. Стоило ему увидеть какие-то проблемы, как он рвался к ним, с явным желанием то ли огрести по самое небалуй, то ли просто развлечься. Рагнавиндр не одобрял оба эти стремления и всеми правдами и неправдами старался остановить это стихийное бедствие. — Ох, как же не повезло этим похитителем сокровищ… братик, пошли скорее, пошли, пошли, — Дилюк списывал такое поведение на недавнее сотрясение мозга, но чем больше он наблюдал за братом, тем сильнее сомневался, что тот и правда полностью восстановился и его не стоит снова запереть на винокурне. Да, это было для него сродни испытанию, но все же хотя бы там он был в относительной безопасности. Даже если от самого себя. — Куда ты так спешишь? Они никуда не исчезнут, — Дилюк вздохнул, но все же направился следом. В голове все еще продолжали бродить некоторые мысли, но ему все никак не удавалось вновь поговорить с Олберичем. Тот будто стал уходить от любого разговора, отшучивался, исчезал, но отказывался думать. Однако в этот раз Рагнавиндр не дал ему уйти. Разобравшись с похитителями он буквально прижал брата к стене, не сводя с него недовольного взгляда. — Ты заметил, что в списке появились новые задания? — прямо спросил он, не позволяя отвести от себя взгляда. Кэйа немного раздраженно повел плечом, испытывая некий дискомфорт. Он не любил, когда Дилюк снова становился вот таким. Серьезным. Желающим получить ответы здесь и сейчас и не давал возможности от них увильнуть. Мало кому понравится быть прижатым к стенке во всех смыслах. Рагнавиндр по одной только реакции понял, что данный факт о списке все же не ушел от взгляда Кэйи. И нахмурился еще сильнее. Олберич что-то темнил и это довольно сильно раздражало. Он в целом привык к тому, что чтобы получить какую-то дельную информацию от капитана кавалерии, того надо или связать и пытать, или напоить до беспамятства, что возможно лишь при наличии большого количества алкоголя. И то не факт, что хоть один из этих способов подействует. Поэтому Дилюк решил выбрать третий, самый действенный способ, но возможный лишь для него. Как однажды выразился Кэйя — брат давил харизмой. — Хрен с ним, со списком. Мы уже сейчас видим, что проклятье постепенно спадает и ты уже более менее в форме. Но вот что с тобой твориться, — Дилюк снова поймал взгляд Кэйи, нахмурившись, — в последнее время ты крайне плохо спишь. Тебе что-то снится, но ты явно не собираешься мне рассказывать, — рыцарь вздохнул. Он может был бы и не против поделится своими чудесными кошмарами, однако язык не поворачивался. Почему-то ему было довольно сложно с привычными шутливыми нотками рассказать о том, как он по ночам убивает собственного брата не понятно с чего и непонятно зачем. — Я просто отоспался на годы вперед пока лечился — Дилюк вновь вздохнул, нахмурившись, — поэтому мне и спится плохо. Я не устаю, ты не даешь мне устать, — он почти по лисьему сверкнул глазом, приобнимая брата и мягко проведя рукой по его талии. Рагнавиндр среагировал мгновенно — отступил на полшага, невольно оглядываясь по сторонам. Все же сейчас их мог увидеть кто угодно, а это было бы не очень хорошо. Кэйа улыбнулся. Он всегда знал, что нужно делать, чтобы умело уйти от разговора. Только вот он не ожидал, что братик тоже знал, как получить то, что ему было необходимо. Стоило им вернуться в поместье, как Кэйя снова был безжалостно зажат, в этот раз, правда, в кровати. ОТступать тупо было некуда и Олберич признал свое поражение по всем фронтам. — Итак, твои сны, — Кэйя закатил глаза к потолку, в очередной раз поражаясь твердолобости и упертости Дилюка. — Что ты к ним привязался, — он даже немного злобно огрызнулся, особо не впечатлив при этом брата. Тот продолжал сверлить его взглядом, прижимая к матрасу и не желая отпускать. — Они тебя не касаются, сны — это просто сны… — Я почему-то сомневаюсь, что они меня не касаются. По утру ты даже смотреть на меня нормально не можешь, — Дилюк склонился ниже, заполняя собой все предоставленное пространство. Кэйа сглотнул, отводя взгляд куда-то в сторону. И вот где, спрашивается, его привычная надменность? Почему его собственный брат временами так хорошо обводит его вокруг пальца? И что с этим делать? Говорить не хотелось. Слова застревали где-то в горле, мешая дышать и соображать. — Тебе так хочется услышать, что каждую ночь я убиваю тебя? — холодно спросил Кэйа. Дилюк принял данную информацию спокойно. В целом что-то подобное он и подозревал. Вздохнув, он прижал брата к себе, ощутив, как тот невольно напрягся. Кэйе не хотелось этого говорить, но все же бороться с Рагнавиндром было гораздо сложнее, чем с любым стражем руин или магом бездны. Хотя бы потому, что брат куда больше умел, мог и знал. Даже сейчас он давал немного времени на осознание того, что рыцарь только что сказал. Пусть под натиском, пусть на эмоциях, и все же ему стало чуточку легче. И страшнее. — Спи сегодня спокойно, я посторожу твой сон, — Дилюк мягко провел рукой по волосам брата, будто успокаивая. Тот лишь усмехнулся, закрывая глаза. В голове все еще не было ни одной дельной мысли, поэтому Кэйа перешел в свой обычный режим — в шутки. Видимо это был способ защиты от собственных мыслей и опасений. — Братик решил побыть рыцарем, это так мило… если бы он точно так же настойчиво и нежно ухаживал за девушкой — она бы отдала ему свое сердце не задумываясь, — Дилюк снова вздохнул. Опять Кэйю куда-то не туда понесло. И ведь если сейчас их разговор продолжится, то Олберича и вовсе унесет в прекрасные дали словесных перепалок. Вовремя он останавливаться не умел видимо. По крайней мере не с Рагнавиндром. — Заткнись и спи, — сказал Дилюк напоследок, позволяя брату устроиться рядом с собой поудобнее. Он действительно исполнил свое обещание. В эту ночь Кэйя спал спокойно. *** И все же всему хорошему рано или поздно приходит конец. Олберичу вновь пришлось возвращаться на службу. Сказать честно, он уже привык к наличию брата под боком, поэтому по началу ощущал его острую нехватку. Было непривычно вновь остаться наедине с самим собой и не иметь какой-либо поддержки со стороны. Поэтому к некоторым вещам он оказался не готов. Например к преследователю, что прицепился к нему не хуже клеща, постоянно выкал и просил отправится с ним на родину. Кэйа огрызался, посылал его вдали дальние, но Дайнслейф напоминал тупого и упертого барана. Он преследовал Кэйю при любой возможности и начинал свою шарманку стоило только капитану кавалерии остаться одному. — Вам пора вернуться, — снова заладил он. Олбери не выдержал, выхватив меч и желая разрезать надоедливого пополам, но тот довольно быстро оказался за его спиной, поймав руку в замахе и с тихим упреком проговорив: — Вы еще не пришли в себя, поэтому не способны нанести мне какой-либо вред, — в голосе слышалось самое настоящее сожаление. Кэйа же продолжал закипать, выдернув руку и резко развернувшись, чтобы снова столкнуться лицом к лицу с сородичем. Тот продолжал излучать спокойствие и раздражал тем самым еще сильнее. — Катись к черту, я не собираюсь никуда возвращаться, — Олберич отчеканил каждое слово, создавая ледяную волну и заставляя Дайнслейфа вновь отступить хотя бы физически. Само его наличие рядом почему-то дико раздражало, только вот сделать с ним ничего не получалось. — Скоро вас ничего не будет здесь держать, — после этих слов он буквально растворился в воздухе. Кэйа так и замер с оружием в руке, осмысливая сказанное сородичем и испытывая легкий страх в глубине души. Его итак мало что здесь держало. Точнее это что-то вообще существовало лишь в единственном экземпляре и находилась сейчас в таверне. Да, он любил Монштад, его жителей, не собирался в ближайшем будущем что-то менять, но все же держал его здесь именно Дилюк. Резко развернувшись, Кэйа поспешил на рабочее место брата. *** Дилюк нашелся на своем положенном месте. Он невозмутимо протирал стакан и довольно сильно удивился, увидев на пороге брата. Он даже кинул короткий взгляд в сторону часов, чтобы убедится, что рабочий день еще не закончился, а следовательно данной личности тут делать просто нечего. И ладно бы он просто пришел — он ворвался, все еще продолжая держать меч в руке. — Какая нелегкая принесла тебя на этот раз? — как можно спокойнее проговорил Дилюк. Вместо ответа Кэйа лишь тяжело вздохнул, убирая оружие и наплевав на все, двинулся в сторону барной стойки. Сев на стул он буквально развалился на стойке, спрятав собственное лицо за волосами. Рагнавиндру оставалось лишь ждать дальнейших объяснений. — Если я скажу, что просто соскучился — ты поверишь? — Кэйа все же взял себя в руки, приподнимаясь со стойки и поднимая взгляда на брата. Тот продолжал сохранять невозмутимое выражение лица, но в глазах мелькнуло легкое раздражение. — Если ты и дальше собрался вешать лапшу на уши, то лучше бы тебе убраться, пока мне не захотелось сделать что-нибудь, — Кэйа невольно улыбнулся. Убедившись, что с Дилюком все в порядке он и сам собирался было уйти, но все же что-то его удерживало. Он понимал, что поступил слишком импульсивно, понимал, что стоило хотя бы спрятать оружие, входя в данное заведение, но в тот момент им двигал осознанный страх потерять то самое, что держит его в этом городе. Да, орден Ордо Фавониуса можно было назвать домом, но все же этого было недостаточно, чтобы удержать его здесь. — Меня настигает мое прошлое, — тихо сказал Кэйа, смотря в глаза брата. Тот чуть заметно кивнул, как бы говоря, что принял данную информацию к сведению, потом поставил перед ним стакан с, что не удивительно, виноградным соком и продолжил выполнять свою работу. Олберич же понимал, что как бы он не хотел провести свои оставшиеся дни вот здесь, ему так же стоит вернуться к своим прямым обязанностям. Тем более, что диалог они явно не будут продолжать именно здесь. Не то место и время и с этим приходилось мириться. *** Только поговорить спокойно у них больше не получалось. Работы становилось все больше, а времени проведенного наедине меньше. Их бы можно было назвать крайне разношерстной компанией. Две девушки, одетые в довольно легкую одежду, Эмбер и Фишель. Кэйа, одежда которого как всегда выглядела скорее как вызов для окружающих. И Дилюк, который единственный из всей компании, кажется, знал куда они идут. Погода на Драконьем хребте никогда не проявляла милости к своим посетителям. И если Олберич в целом привык к холоду, так как сам был тем еще холодильником, то вот дамы явно недооценили погодные условия. Первой сдалась Фишель. — Как же тут холодно… — голосом полным страдания проговорила девушка. Она буквально стала покрываться корочкой льда и смотрела на теплый плащ Дилюка с такой завистью, что тот не выдержал и все же отдал его девушки. Наблюдавший за этим действием Кэйа невольно усмехнулся, отводя взгляд куда-то в сторону. Он еще не настолько лишился разума, чтобы начать ревновать из-за такой мелочи. Или настолько?.. Он спустился к ним, переводя взгляд с одного попутчика на другого. Потом подошел к Дилюку и с привычной шутливой манерой поинтересовался у того: — А если бы я замерз, то ты тоже отдал бы мне свой плащ? — Рагнавиндр провел по нему оценивающим взглядом, будто раздумывая над ответом. Он слишком хорошо знал рыцаря, поэтому не собирался вестись на его провокации просто так. — Нет, — Кэйа хотел было возмутится, но не успел, так как брат продолжил, — тебя бы ждал другой способ, чтобы согреться, — и смотрел так пристально, в самую душу. Кэйа фыркнул, тут же отводя взгляд куда-то в сторону. Дилюк же, довольный своей маленькой шалостью, решил продолжить играть и приблизился вплотную к капитану кавалерии. — Ты же знаешь, каким я могу быть, — и мимоходом коснулся руки Олберича. Тот возмущенно посмотрел на него, а потом тихо рассмеялся. — Кажется, я на тебя плохо влияю, ты уже даже шутить начинаешь как я, — Дилюк лишь слегка приподнял бровь. — А кто тут шутит? — братья снова посмотрели пристально друг на друга. Девушки ушли слегка вперед и пришлось их все же догонять, хотя Кэйа не был уверен, что хотел бы этого. По правде сказать, он хотел несколько иного… продолжения. Но работа никуда не исчезла, а вот после выполнения задания он мог бы напомнить Рагнавиндру об интересных способах согреть друг друга. Чем выше они поднимались, тем холоднее становилось. Кэйа в некоторой задумчивости остановился около одной из ледяных скал, поймав в ней собственное отражение. Каких-то секунд хватило, чтобы он испытал странное оцепенение во всем теле. Мотнув головой, он двинулся вперед, не прекращая преследовать красную макушку брата. Тот же в свою очередь приглядывал за двумя спутницами, но что-то ему подсказывало, что в данный момент его внимание должно быть обращено в иную сторону. Он заметил, что Кэйа начал немного… зависать. Он вставал напротив скал и с каким-то отуплением смотрел на собственное отражение. Дилюк не выдержал, приблизившись к брату и схватив его за запястье, потянул за собой. И тут он понял, что что-то не так. Кэйа смотрел на его грудь пустым, безжизненным взглядом, затем протянул руку вперед, касаясь того места, где Рагнавиндр хранил этот чертов список с заданиями. — Отдай, — тихо проговорил Кэйа выпуская облачко пара из-зо рта. Дилюк чуть сощурился, почувствовав колкий холод исходящий теперь не столько от брата, сколько от списка. И все же непонятно по какой причине — подчинился. Стоило достать его, как глаза Кэйи слегка округлились и он поспешно выхватил его руками, кинувшись куда-то в сторону. Дилюк с некоторым запозданием направился за ним следом, но он никак не ожидал такой выходки со стороны брата. Тот нашел ближайший источник огня и засунул туда руку вместе со списком. Дилюк только и успел, что подбежать как можно быстрее и дернуть Олберича на себя. Стоило огню перестать касаться ладонь, как Кэйа буквально повис на Рагнавиндре, не подавая какие-то мгновения признаков жизни. — Совсем с ума сошел? — гневно проговорил Дилюк, не сводя обеспокоенного взгляда с рыцаря. Он взял его руку, желая осмотреть на наличие ожогов, но видимо времени прошло мало и та была в целом в порядке. Список, к удивлению Дилюка, тоже. — Что на тебя нашло? — уже спокойнее спросил он, продолжая поддерживать брата. Тот все еще смотрел пустым взглядом куда-то вперед себя, но продолжал крепко держать проклятый список. — Не знаю… — честно и тихо признался Кэйа, постепенно возвращаясь в норму, — тело меня не слушалось. Еще я слышал свой собственный голос, который говорил, что от списка надо избавиться пока не поздно. Забавно, правда? — Олберич тихо усмехнулся, все же выпрямляясь и уже более менее твердо стоя на своих двоих. Дилюк лишь нахмурился от таких признаний. — Черт с ним, с списком, руку ты зачем туда потянул? — продолжал негодовать Рагнавиндр. Кэйа в ответ лишь слегка пожал плечами. — Просто так он не сгорит… — Ты идиот, — констатировал факт Дилюк. Кэйа сейчас не стал с ним спорить.