Дождливый день

      Маленький кухонный закуток. Тэхен стоит и ждет пока чайник закипит. Кто-то подходит к нему со спины и нежно обнимает. Он поворачивает лицо и видит перед собой Чон Чонгука. Он улыбается.       - Ты такой теплый, - шепчет Чонгук и прижимает Тэ к себе. – Хочу тебя.       Он подхватывает его и сажает на маленький столик. Целует, растягивая, заставляя желать большего. Тэхен зарывается в его волосы. Ему хорошо. Невероятно хорошо.       - Только вот… хочу я тебя, только в твоих снах, - уже другим, совершенно твердым, холодным, змеиным голосом шепчет Гук и толкает старшего. Тот летит в темную пропасть.       Тэ бьется о пол и стонет. Кажется, он что-то сломал. Медленно, стараясь не повредить еще больше возможно сломанные ребра, парень перевернулся на спину и зло посмотрел на двухэтажную кровать.             - Блядь, - прошипел он наконец и осторожно встал. Чимин спал как убитый. Кажется, его совершенно не побеспокоило то, что его сосед только что, с громким грохотом, свалился со второго этажа кровати. А может он просто не хотел со всем этим разбираться.       Певец поплелся в кухонный закуток сделать себе чаю. Все равно завтра важные пары начинаются с четвертой, а первые три можно пропустить. Он включил чайник и стал дожидаться. И тут вдруг чьи-то руки его мягонько так обняли. Тэхен резко расцепил эти руки, подпрыгнул и отлетел в другой угол маленького закутка.       - Ты чего? – удивленно спросил Чима. У него был заспанный вид.       - Х-хен… ты меня до смерти перепугал, - тяжело вздохнув Тэ поднялся с пола. – Ты же вроде спал?       - Ну, я решил, что тебе нужна моя помощь. Больно ударился? – в этот раз он просто погладил его плечу.       - Ну, нет, - Тэ почувствовал себя виноватым, поэтому отвернулся к чайнику. – Чай будешь?       - Давай, - Пак кивнул и сел за столик. – А чего ты так шуганулся, когда я тебя обнял?       - Это… ну… Так, просто… Испугался я, - невнятно пробормотал Тэхен.       - Да? Уверен?       Певец только молча разлил чай по кружкам и встал напротив. Им обоим было не уместиться за маленьким столом, поэтому Тэ приходилось стоять. Некоторое время они молча пили чай.       - Я нашел его, хен.       - Что? – Чимин чуть чаем не подавился. Ему не понадобилось объяснять кого именно он нашел. – Где?       - Он к нам перевелся. На мой факультет, - парень отставил чашку с чаем и стал нервно теребить свои пальцы. – Я вчера ему экскурсию проводил. Он… очень и очень красивый. А еще у него такой голос… Я влюбился еще больше. И, знаешь, я подумал, что… ну может стоит ему намекнуть про зонт и ту остановку, - Тэхен всхлипнул и вытер бегущие по щекам слезы. – Но он просто… просто… сделал вид, что ничего не понимает! Но я уверен, что это он!       - Ну-ну! Не нужно плакать, - Чимин встал и подошел к ревущему взахлеб Тэ. – Ну пожалуйста, не нужно плакать. Ты же знаешь – я не могу смотреть на твои слезы.       - Прости, просто… никак не могу успокоиться, - сквозь рыдания сказал тот и прижался к теплому хену.       - Ладно… Тут нужна помощь. И желательно очень умная, - Пак довел рыдающего друга до кровати и достал телефон. Ему нужно было позвонить одному очень умному и доброму другу. Намджуну. И плевать, что было почти половина пятого утра. В конце концов у него тут младший захлебывается, а это значит, что он должен быть рядом с ним!       - Алло, хен. Да, я знаю, что сейчас глубокая ночь, точнее утро, - Чимин раздраженно выдохнул. – Пропустишь один раз занятия – не страшно. Тут Тэхену плохо, а ты о занятиях! Да, ему плохо, он плачет и вообще у него истерика. Так что поднимай свой внимательный и сосредоточенный зад и иди сюда! Сейчас же!       Он закончил вызов и погладил Тэ по голове. Тот все еще плакал.       И, пока они ждут Намджуна, я расскажу, что случилось после того, как Тэхен понял, что Чонгук – нужный ему бог.       - Эм, хен, что-то не так? – спросил растерявшийся Гук, когда рука Тэхена, так и не дошла до его. тот потряс головой и немного натянуто улыбнулся.       - Нет-нет, все в порядке. Просто… ты немного похож на одного человека. Впрочем, это не так важно, - Тэ пожал теплую руку Гука и подошел к нему поближе. – Ну что, прогуляемся? Наш корпус не такой большой, как у техников, но тоже есть на что посмотреть. Вон там вот, например, есть очень классная статуя, а там…       Так Тэхен провел новичка через весь корпус хореографического факультета. Он показал все аудитории, которые могли бы понадобиться Гуку в будущем и все самые короткие пути. Так же рассказал пару тайн и секретов университета. Ну, то есть все, что было положено знать новенькому студенту.       - Ну вот, кажется, и все. Деканат тебе, наверное, уже показали?       - Ну да. Показали. Тогда, спасибо. И… это… увидимся завтра.       - Ага. Увидимся, - Тэхен улыбнулся и, ему вдруг показалось, что Чонгук залился краской от его улыбки. Но в этот момент он, как на зло, отвернул голову поправить лямку сумки на плече. Потом он и вовсе отвернулся и пошел по дорожке. Но, так как Тэ решил, что случая лучше ему уже не представится, далеко он отойти не успел – его окликнули.       - Подожди! – певец подошел к нему поближе. – Мы точно никогда не виделись? Например, на остановке?       - Нет, - Гук пожал плечами и опять поправил лямку своей сумки. – Я не понимаю, про какую остановку ты говоришь.       - Ладно… - Тэ просто развернулся и пошел в сторону кампуса.       Всю дорогу он напряженно думал. Ну не мог он так ошибиться! Не мог! Он запомнил каждую черточку, каждую складочку лица его божества, и это точно был Чонгук! Но он говорит, что ничего не понимает… Может, у него амнезия?.. Да ну, бред какой-то. А еще татуировки. Ну не могут у двух парней быть одинаковых татуировок. Не могут. Тогда почему же Чон ничего не понимает?..       Тэхен потряс головой и схватился за нее же. У него вопросов было еще больше, чем раньше. И вроде бы все хорошо, но что-то внутри ворочается и злиться. Он больше уже не может думать. Ему уже плохо от мыслей.       Намджун тихонько зашел в комнату младших и прикрыл дверь. Чимин сидел на диване с Тэхеном на коленях. Первый легонько гладил второго по голове, пока тот всхлипывал и все еще тихо рыдал, только уже без слез.       - Ну наконец-то! Я думал, что тебя машина сбила, - проворчал Чима и чуть подвинулся, чтобы Джуну хватило места.       - Ну извини. Ты меня вообще-то из постели выдрал. Плюс автобусы в это время не ходят, - шепотом ответил ему парень, положил сумку рядом с диваном и сел. Он стал ласково гладить Тэхена по спине. – А что случилось-то?       - Он любовь свою нашел. Только вот та немного забывчивой оказалась – она его не помнит.       - Она или все же он? – уточнил Джун.       - Он, конечно же, - Чима вздохнул и приподнял голову Тэ. – Они встретились в дождь на остановке. Он отдал Тэхену свой зонтик и скрылся в автобусе. А сегодня явился в университет. Они теперь на одном факультете и в одной группе учатся, прикинь!       Они говорили шепотом, чтобы не слишком докучать Тэхену, но тому было, собственно, по барабану. Он полностью отдался своей печали и не обращал внимания на окружающий мир.       - Да уж… досталось ему. Нужно ему таблетки дать и пусть спит. А нам нужно это как следует обсудить, - последнее Намджун добавил тихо и только на ухо Чимину.       - А ты притащил с собой какие-то таблетки? – Чима заинтересованно оглядел старшего. – Не зря я тебя из постели вытащил!       - Иди лучше воды принеси, - Намджун переложил Тэхена к себе на колени. Он уткнулся ему в живот и обнял.       - Интересно, а Сокджин бы меня за это убил? – пробормотал парень и засмеялся. Истерически так. Этот смех вскоре перешел в рыдания.       - Ну вот. Ну что ты плачешь? – Джун поднял Тэ со своих колен и взвалил на плечо. Тэ схватился за его рубашку на спине и стал рыдать в плечо. – Разревелся-то. Хватит плакать из-за какого-то парня! Может ты еще лучше встретишь?       - А может и не встречу! И вообще, мне он нужен, а не кто-то встречный! – рыдая ответил певец и еще громче захныкал. – Он – красивый! Еще красивей, чем Сокджин-хен!       - Да быть не может! Я не верю.       - Станиславский что ли? Не верю! Не верю! – наша «истеричка» шмыгнула носом и села на диван. – Я тоже не верю. А приходится.       - О, успокоился. Ну слава Богу, - Чимин поставил стакан и таблетки на стол и сел рядом с Тэ. – Пей и иди спать. Ты мне всю рубашку слезами своими залил!       - Сам виноват. Че газетку не подстелил? Я бы тебе временный принт «типография» организовал, - Тэхен взял стакан и положил таблетку в рот. После чего выпил воду. – Эх… жизнь моя… не помню, как дальше.       Он зевнул и положил голову на плечо Чимина. Его слегка клонило в сон. Но, то ли от таблеток, то ли он естественных причин, минут через пять он уже сопел.       - Давай, бери его за ноги, а я за руки. Нужно его в кровать запихнуть, - прошептал Пак и подхватил Тэ подмышки. – Тяжелый какой! Вот Чонгуку счастья привалило.       - Чонгуку? – Намджун подхватил тушку с другой стороны. – Это этот самый?       - Ага. Он, пока мы тебя ждали, все про него рассказать успел. И как познакомились и как он ему экскурсию провел, ну и прочие подробности, - говорили они строго шепотом. Несмотря на то, что Тэхен скорее всего уснул от таблеток, осторожность им не помешала бы.       - Ну значит ты мне все перескажешь. Мне тоже, знаешь ли, интересно, - кряхтя как старый дед прошептал Джун, и они с Чимой закинули тушку Тэ наверх, на кровать.       - Фу-х! И зачем только кровать там делать? – Намджун прошел обратно на диван и растянулся на всю длину. – Как только вы тут живете? Да еще и с кем-то!       - Ну, нам просто повезло. Два гея в одной комнате – это, конечно, страшно, но когда эти геи знакомы с детства и в принципе-то не во вкусе друг друга, то все нормально.       - Я не понимаю, с какого перепуга Тэхен тебя еще терпит?       - Не поверишь, я тоже этого не понимаю, - Чимин сел на свободную часть углового дивана и оперся о спинку. – Но, но! Теперь давай будем серьезными дядьками в возрасте.       - Каком? Тебе двадцать два, мне – двадцать семь. У тебя неполное образование на хореографическом факультете. У меня одно высшее и одно незаконченное высшее. Какими серьезными дядьками мы можем быть? Мы в армии-то даже не служили. В отличие от нашего влюбленного младшего. Так что брось эту фигню. Давай нормально рассуждать. Как всегда.       - Ну, как всегда мы так рассуждаем: первые три-четыре дня – свободный полет; следующие три-четыре дня подпольные заседания клуба старших; еще неделя и заседания перестают быть подпольными и в них уже участвует еще и Тэхен; а там уже мы втираемся к объекту в доверие и прокладываем дорогу. Так что по логике нам еще рано вмешиваться. Вот пройдет еще дня три-четыре – тогда начнем заседать. А пока лучше ничего не делать. Еще напортачим чего.       - Тут ты прав, - Намджун махнул рукой. – Но, если вот такие вот истерики будут продолжаться, - он многозначительно обвел пальцем круг, - нам придется принять экстренные меры.       - То есть взять академ и уехать домой. Я правильно понимаю?       - Да. А что еще остается? Это лучше, чем просто смотреть. Так он, может, отдохнет. Воспоминания восполнит и можно будет спокойно все начать с чистого листа. Надо будет еще в случае применения мер телефон отобрать и отключить.       - Ага. А то в прошлый раз нихуя у нас именно из-за этой фигни с кнопками не вышло.       - Ну теперь уже с сенсорным экраном.       Чимин только фыркнул и встал с дивана. Притащил Намджуну подушку и одеяло со своей кровати и пошел спать. В скором времени послышалось мерное сопению уже двоих парней. А Джуну вот не спалось. Почему? Ну, ответ прост – бессонница. Всеми любимая и всем знакомая душегубка бессонница. Откуда еще у него могли появиться эти чертовы таблетки? Да вот из-за этой самой заразы ему их и прописали.       - Блин, - раздраженно прошептал парень и вскочил. – Опять.       Он схватил блистер со стола и пошел в кухню-закуток. Там он выпил таблетку и лег обратно. Уже вскоре его сознание подернулось серой дымкой. А потом он и вовсе провалился в забытье. Но это совершенно несравнимо со сном. Это было то самое забытье, после которого просыпаешься с комом в горле и пустой головой и в которое совершенно не хочешь возвращаться. И, черт возьми, он был бы рад, если бы он мог просто выбросить эти проклятые таблетки, но если он их не примет, то все мысли радостно возвращаются к…       - Сука! – он подорвался и опять потянулся к таблеткам. В эту ночь что-то одна не очень помогает.       Даже не запивая он проглотил злосчастную пилюльку и лег обратно. Оставалось только подождать, пока она начнет действовать.       Но, как говориться, Бог ведь любит троицу? Так что третья таблетка так же была принята Намджуном. Вот после этого-то ему наконец и удалось заснуть. Точнее отключиться. Перестать думать.       Ох… если бы он знал, чем это для него обернется…       На следующее утро раньше всех проснулся, как ни странно, Тэхен. Он потянулся, протер глаза и спрыгнул с кровати. Вообще он планировал проспать до четвертой пары, но что-то не срослось.       - Н-да… - пробормотал Тэ и зашел на кухоньку. – Блин, нужно Намджуна разбудить. Ему же на пары надо!       Он мигом подлетел к парню на диване и стал его тормошить. Тот никак не реагировал довольно долгое время. Певец даже испугался – не случилось ли чего с его старшим. Но вот медленно Джун начал шевелиться. Сначала он что-то простонал, потом поднял руку, а после вообще свалился с постели.       Еще минут пять ему понадобилось на то, чтобы подняться на руках и оглядеться по сторонам. Тэ сидел рядом с ним и взволнованно придерживал его за плечи.       - Тэхен? Это ты? – как-то скомкано спросил Намджун.       - Я-я. Что-то ты, хен, не в форме. Тебе бы это… В больницу что ли. Ну или просто дома полежать. Может не пойдешь сегодня никуда?       - Нет-нет. У меня сегодня занятия с практикантами. К тому же я ведь выпускной. Мне нельзя прогуливать, - бормоча себе все это под нос, Джун поднялся и протер лицо. – Сейчас я умоюсь и буду бодрячком. Сколько времени, кстати?       - Так, у тебя пары уже через час. Я поэтому и будил тебя.       - К-как? Уже через час? Черт! – парень подхватил сумку и побежал к двери. Кое-как он разобрался с замком и выбежал в коридор. – Пока ребята!       - Что-то я за него волнуюсь… - пробормотал Тэ и посмотрел на блистер таблеток на столе. – Ну-ка, ну-ка…       Он взял его и повертел в руках. Чувство беспокойства за старшего заставило его взять телефон и вбить в поиск название таблеток.       - Сильнодействующее снотворное?!.. Продается только по рецепту… Не принимать больше одной таблетки… Опасно для жизни… Вызывает привыкание, депрессию, бессонницу, периодичную апатию… О, Господи! Чимин! Хен!       Тэхен бросил таблетки в угол и подбежал к кровати хена. Тот уже начал ворочаться.       - Ну что тебе? Бестия!       - Читай! – он подпихнул сонному Паку под нос телефон. Он какое-то время бегал глазами по строчкам, но, кажется, все равно не понял почему его разбудили так рано. Тэхен раздраженно выдохнул и пошел за таблетками. После чего подсунул их под нос другу. Тот какое-то время посмотрел на них тупым взглядом, а потом наткнулся на название…       - Так Намджун их принимает?! Где он? – он подскочил и сразу посмотрел в сторону дивана.       - Он ушел. И вряд ли мы его догоним. Что делать-то? – Тэ забрался на кровать к хену и сел со стороны лестницы. – Скажем, что это неправильно? Ну, а толку-то?       - Знаешь, что – я пойду наведаюсь к старому знакомому. И нет мы с ним не спали. Я у него лечился когда-то. Дай-ка мне эти таблетки, - Чимин сам схватил блистер и ловко спрыгнул на пол. – А ты пока иди покарауль Джуна на качелях.       - Ладно, - Тэ пожал плечами и начал одеваться. Через десять минут они оба вышли из комнаты. После чего разошлись в разные стороны – Тэхен в сторону корпуса где учились педагоги, то есть к западному выходу, а Чимин на остановку автобуса, то есть к южному выходу.       Придя на качели, Тэхен первым делом воткнул наушники в уши, а уже потом начал качаться. Никто доподлинно не знает, зачем там вообще поставили эти качели – у гуманитариев нет времени и несерьезности для того, чтобы на них качаться, но они там были, поэтому у корпуса гуманитариев чаще всего можно было найти студентов с творческого корпуса. Типа Тэхена. Еще иногда туда захаживали технари; реже – спортсмены.       Качели мерно раскачивались. Тэ периодически подталкивал их ногой. Небо смешивалось с землей и снова разъединялось. Как будто… как будто пенка на супе. Или на варенье…       - Так… гоним мысли о еде прочь! – студент потряс головой и стал сильнее раскачиваться. Но предательские мысли о супе и варенье все продолжали лезть в голову.       - У тебя старший в беде, а ты все о еде, да о еде! – возмутился парень сам на себя и отвесил себе щелбан.       Не помогло. Еще и живот начал предательски урчать. Тэ нужно было чем-то отвлечься от нарастающего голода. Вот был бы тут тот, с кем можно поговорить…       Тэхен захотел – Вселенная сделала.       - Хен, а чего ты тут делаешь? – сзади к певцу подошел обладатель прекрасного голоса и не менее прекрасного лица. – Пары же через десять минут уже начинаются?       - Как это через десять минут?! – он так испугался, что даже не отметил то, как офигенно выглядит Чонгук. – Разве они не начались десять минут назад?       С этими словами он достал телефон и показал Чону время. Тот со странным ступором посмотрел на цифры, потом перевел взгляд на руку и чертыхнулся.       - Завести забыл… в первый день и опаздывать! Что с тобой, Чон Чонгук? – он потер переносицу и о чем-то задумался.       - Ты реально собираешься идти на занятия? – Тэхен старался не засмеяться.       - Ну да… А ты нет? – Гук оглядел Тэ с головы до ног.       - Нет. Я собирался прийти только к четвертой паре. Посидеть на ней и на пятой, с шестой свалить и прийти к седьмой. Я всегда примерно так делаю.       - А почему именно так? Не легче просто прийти к двум последним?       - Ну… конечно же легче. Но четвертая пара – современные танцы с Сокджином-хеном, пятая – вокал, седьмая – народные танцы также с хеном. Поэтому у меня все рассчитано. Плюс после четвертой пары обед задарма.       - Понятно… - Чонгук задумчиво посмотрел в сторону своего корпуса. – Как думаешь, мне стоит туда идти сейчас?       - Точно нет. Первая пара – философия. Преподаватель по ней просто зверь. На нее лучше вообще не ходить. Я так всегда делаю. Зачет по ней легче легкого сдать, так что смысла нет. А если припрешься с опозданием, то он из тебя душу вместе с оправданиями вынет. У меня так было один раз.       - Тогда ты не против, если я тут посижу? До второй пары?       - Качели общие: хочешь – сиди. Я против не буду, - Тэ повернул голову в сторону входа в корпус гуманитариев и постарался сделать вид, что слушает музыку.       Чон какое-то время задумчиво потоптался на месте, потом все же сел на соседние качели. Так они и качались – молча. Только изредка, втихаря, смотрели друг на друга. Как школьники.       Молчание между ними с каждой минутой было все более натянутым и каким-то… осязаемым? Казалось еще минуты две-три и его можно будет ножом резать и на хлеб намазывать.       - Слушай… - начал наконец Тэхен.       - Да? – тут же активизировался Гук.       - Ну это… Может, ну их, эти пары? Ну то есть не совсем ну их… я имею в виду… - парень закусил губу, додумывая свое предложение. В голове оно как-то звучало лучше.       - Ты хочешь прогуляться?       - Только, если ты не против прогулять первые три пары. Точнее уже две. Одну ты практически прогулял.       - Что ж… если уж пускаться во все тяжкие, то по полной. Пошли.       Тэ улыбнулся во все тридцать два и встал. Чонгук следом. Так они и пошли – Тэхен направляет, а Чон идет рядом. С разговорами та же история – Гук оказался на редкость хорошим слушателем. А певец был не прочь поговорить. Не то, чтобы он был через чур уж болтлив, нет, просто ему нравилось рассказывать о чем-то, да и делал он это не плохо.       - Слушай, ты не против, если я… - Тэхен указал рукой на круглосуточный магазин и неуклюже потер шею.       - А, нет, конечно. Я тут подожду, - Чон улыбнулся своей чистой и яркой улыбкой. Сердце певца пропустило удар. Он сглотнул и слишком поспешно скрылся в магазинчике. Гук только недоуменно склонил голову на бок. но потом он заволновался, что сделал что-то не так. В конце концов не стал бы старший убегать от него без причины, верно?       Тэ вернулся через каких-то пять-десять минут и стал недоуменно оглядываться – Чон Чонгук куда-то пропал.       - А может у меня просто крыша поехала? – спросил сам себя парень и медленно пошел в сторону от магазина. Неподалеку, на скамеечке в аллее, сидел задумчивый Чон. Тэхен облегченно выдохнул и ускоренным шагом подошел к нему.       - Ты куда пропал? Я думал ты в Сеуле недавно. Еще потеряешься, - он впихнул очнувшемуся парню пачку чипсов с уксусом и открыл свою. – Что ты так смотришь то на меня, то на пачку. Я тебе тоже купил. Я может и не лучший хен, которого ты мог встретить на своем пути, но я заботливый. Иногда.       Он запихнул в рот сразу горсть чипс и принялся довольно ими хрустеть. На фоне его голода, даже странные чипсы с уксусом, которые были по скидке, показались райскими.       - Приму к сведению, - Гук осторожно открыл пачку и не менее осторожно запихнул в рот пару чипс. – Господи, они такие соленые! И… кислые? – у него явно был небольшой вкусовой ступор.       - Ну кофешно! Они ве с усусом! (Ну конечно! Они же с уксусом!) – невнятно пробормотал Тэ и запихнул себе в рот еще порцию. Он был не любитель такого угощения, но и цена и голод сыграли свое. А вот Чонгук уже явно начал входить во вкус.       - В принципе они не так плохи, - пробормотал он, выбрасывая пачку. – Куда пойдем?       - А зачем вообще куда-то переться? – пробормотал Тэхен и зевнул. – Тут тоже хорошо. Солнышко. Ветерок. Только бы дождя не было.       Он облокотился о дерево, стоящее за скамейкой и закрыл глаза. Его клонило в сон. Это, наверное, потому что он встал очень рано, хотя заснул поздно. Ну, примерно поздно.       В голове начали кружиться странные мысли, обрывки воспоминаний, фразы, невысказанные предложения, желания.       Голова Тэхена упала на плечо к Чонгуку. Тот вздрогнул и посмотрел на спящего парня. Он тихонько сопел и мягко улыбался. Гук поправил волосы хена и легонько коснулся его лица. Спящий поморщился, он тут же отдернул руку.       Так они и сидели, обдуваемые легким ветерком, который приятно пах летом. Чон задумчиво смотрел на проезжающие машины и думал. О чем он думал, он и сам не особо-то понимал. Сумбурные мысли кружились в хороводе дум и сплетались в тугие комки. Распутаешь один – вот уже и другой появился.       - Тяжело быть человеком… - тихо прошептал парень и вздохнул.       Их идиллию нарушает телефонный звонок. Певец недовольно морщит носик и открывает глаза. Тут же он обнаруживает, что спал на чужом плече. Резко садится, потирая шею – привычка, проявляющаяся при смущении.       - У кого телефон? – спрашивает он и понимает, что это у него в кармане звенит. – А, ну конечно.       Он вздыхает и берет трубку. Слова, сказанные человеком на том конце провода, заставляют его мигом окончательно проснуться и подскочить со скамейки, спугнув стайку голубей.       - Намджун попал в больницу. Передозировка успокоительных.