Не забуду

stangeling — Evan Call a bit of sass — Evan Call debutante waltz/for piano — Evan Call

*** Утро было не солнечным. — Ваше высочество, вы уже встали? Слишком сложно оторваться от мягких подушек, тёплого, в меру большого одеяла, от мирного сна. Сложно вернуться обратно в реальность, посмотреть в окно и увидеть там проливной дождь, который бессовестно затапливает газон и глазурные лилии в саду. Сложно ощутить себя обычной, когда все на тебя возлагают великую ответственность, пока в эту же минуту ты, ещё не позавтракав, только отходишь от мира Морфея. Это действительно сложно — быть единственной наследницей на трон, но Нин Гуан справлялась. Сейчас такое время, что за всем постоянно приходилось поспевать. Сначала обидно и неприятно, когда приходится жить в чьих-то руках и двигаться так, как тебе скажут, как им удобно, и всё же с каждым годом подобного отношения, вне зависимости от нежелания и постоянных споров с матерью, чувства перестали быть проблемой. Нин Гуан просто привыкла жить так, чтобы больше никого и ничто не тревожить, но сама она в тайне ото всех сбегала ночью в сад с фонтаном и оставалась там, бывало, вплоть до самого рассвета. Нет, принцесса не была особенной. Так же, как и все люди её статуса, она не могла представить себя без золота, не могла не обращать, в первую очередь, на манеры собеседников, не могла не придерживаться семейных традиций, жертвуя своими приоритетами. В какой-то степени эти же убеждения причиняли ей вред, и Нин Гуан прекрасно понимала, почему. Просто так всё сложилось. Сегодня же принцессу, будущую и единственную наследницу, вызывали на переговоры в честь разгорающейся гражданской войны. Она, конечно же, не отказалась. Быть в курсе о судьбе своего королевства — никем неоспоримое качество хорошей правительницы. — Поняла вас. Скорее пришлю слуг, чтобы они подобрали вам одежду. Нин Гуан благородно улыбнулась и молча помотала головой. — П-простите, ваше высочество? — Можешь никого не звать, Элизабет. Я сама. Служанка выглядела слегка напуганной. — С огромным уважением к вашему высочеству, как прикажете… Если вам что-то понадобится, я всегда готова служить. Иногда в сознании Нин Гуан проскакивало чувство великой благодарности своим подопечным, однако каждый раз ей приходилось молчать. Таков этикет, что соблюдался из поколения в поколение. Да и, быть может, Элизабет лишь больше испугается, произнеси она такие слова. Дождь всё никак не прекращался. Даже когда принцесса закончила с утренней рутиной и уже, будучи в полной готовности начать эти треклятые переговоры хоть в уборной, бесцельно прогуливалась в холле на втором этаже и засматривалась в огромные панорамные окна по бокам. Работу, которую ей поручила матушка, она давно успешно закончила, пока все во дворце спали крепким сном. Что делать теперь? От посыльных до сих пор ни слуху ни духу, а у требовательной Нин Гуан совсем кончалось терпение. Возможно, от безделья, вся эта ситуация почему-то напомнила ей один давний случай. Хотя, возможно, появление собственнолично этого «случая» — и часа, как она одна, не прошло — и стало причиной замешательства Нин Гуан. Она снова… — Йо! Нин Гуан, так ты здесь? — работящая девушка, в мужских пышных штанах, в потёртой кожаной жилетке и довольно открытым по меркам приличия декольте в свободной на вид тунике, рукава которой были подвёрнуты и, похоже, отчего-то слегка намокшие, показалась принцессе из дверного проёма. Какая-то часть её длинных тёмных волос собрана, какая-то в случайном порядке лежала на её плечах, лице. — Что такое? Я шла сюда по делам. Та укоризненно промолчала. Через несколько секунд напряжённой тишины служанка решила заговорить первой. Неловкость внезапной встречи захлестнула её с головой. — Э… в любом случае, ты занята. Я прекрасно понимаю и поэтому ухожу. Ладно? Я больше не помешаю. Она снова за своё, эта бесстыдница. — …”Ваше высочество?» — Что ты здесь забыла, да и ещё в таком виде? — Нин Гуан, не ответив на вопрос девушки, свирепо сложила руки на груди. Взгляд её тёмно-алых глаз прожигал насквозь, и собеседница досадно понурилась, в попытке избежать худшей участи. — Я же сказала, что… — Объясни. — На кухне закончилась чистая ткань… Босс попросила меня сбегать в кладовку. — И, постояв ещё несколько секунд под пристальным надзором принцессы, «бесстыжая» служанка стала понемногу продвигаться вперёд, обходя Нин Гуан стороной, но не намного сокращая расстояние между ними. — Я пойду, хорошо? И она правда ушла в сторону кладовки. Без всяких связей, вещей и денег эта девушка появилась тут относительно недавно. Представившись, как Бэй Доу, в тот день она не вставала на колени перед Нин Гуан, как это должно было быть. Совершенно беспрецедентно и фамильярно улыбаясь, она, стоя посреди сияющего королевского зала в неопрятном одеянии, сразу же обратилась к принцессе по имени. И в принципах королевы, и в принципах прислуги, охранников, которые привели Бэй Доу, с трудом сдерживая её, подобное поведение было недопустимо. Поэтому сначала негодующая королева велела запереть нарушительницу в темницу на неопределённое время, с питанием раз в два дня, наказаниями в случае чего и прочими ограничениями, которые сломали бы любого. Но, как потом оказалось, с ней не сработала и целая неделя заключения. Нин Гуан, размышляя про себя, думала, что всё закончится как обычно: извинения, мольбы о пощады, просьбы отпустить. Однако и этого, к сожалению или счастью, не произошло. Нет, Бэй Доу не была исключением. Просто даже после этого она всё ещё имела смелость лукавить матери Нин Гуан, а ей самой тщетно пытаться объяснить абсурдные вещи, о которых никто и никогда не слышал. Ли Юэ, группировка Цисин, Тейват. Не бред ли? В итоге принцесса приняла сложное решение, но вполне справедливое. Его было достаточно, чтобы королева успокоилась, хоть после слов Нин Гуан в тот момент, Бэй Доу, возможно, решила, что это было проявлением своего рода милости. — Если на ней не работает темница, я заставлю её работать на кухне под контролем моих подопечных. Будет жить в поместье прислуг рядом, но с утра до ночи отмывать посуду за всеми, кто питается в замке. Наказания за непослушание очевидны. Вот что тогда она сказала. На удивление, для всех, кто присутствовал там, подобный исход оказался приемлемым. А Бэй Доу, облегченно выдыхая, решительно уставилась на свою спасительницу, как, в принципе смотрела, на неё всё то время, что провела тут. Даже когда Бэй Доу отчитывалась перед королевой в первый раз, а Нин Гуан просто стояла рядом и наблюдала, не проявляя никакой инициативы, в упрямых глазах девушки принцесса не сумела разглядеть и капли сомнений. И ты правда довольна таким исходом? Довольна быть на цепи, унижаясь изо дня в день, не имея выхода к свободе? Что с тобой, чёрт возьми, не так? Хотя бы в мыслях во всём идеальная, изысканная и всеми любимая принцесса позволяла себе выругаться. Ведь, как бы то ни было, временами просто не хватало терпения, чтобы переварить происходящий с ней вздор. Нин Гуан простояла несколько мгновений в пустом холле, наполненном звуком дождя, звонко ударяющегося об окна. Слушать его можно бесконечно, и вскоре она решила, что пора с этим заканчивать. Посыльные должны скоро прибыть. Даже в холодном радушии и полном здравии, несмотря на бессонную ночь, путанница в её сознании оставляла за собой странные чувства, которые Нин Гуан не думала себе позволять прежде. — Ваше высочество, уже время! — где-то из гостинной наконец прозвучал голос стражи. Что ж, пора. И она благородной походкой, едва спеша, отправилась вниз. Звуки непрекращающегося дождя понемногу растворялись позади. Шаг в сторону лестницы. Ещё один шаг. Ничего не предвещало беды. Принцесса даже не смела думать о том, что следующее движение может привести её к настолько позорному исходу. — Ваше высочество? Ваше высочество, что с вами?! Кретины, вы чего стоите, приведите лекаря, живо! А вы…! … Непривычно яркий свет из окон спальни вынудил девушку нехотя открыть глаза. Размытые фигуры, маячащие возле Нин Гуан, долго возвращали себе чёткость. Хоть туман в её сознании всё никак не хотел расходиться, она нашла в себе силы попытаться понять, что произошло. По невыносимой боли в правой руке и тупой в левой ноге принцесса пришла к весьма очевидному выводу: нелепая случайность, допущенная по её же вине, на долгое время оставит Нин Гуан прикованной к постели. — Х…! — провалившаяся попытка двинуться, пока в комнате царствовала суета. — Ваше высочество! Если это возможно, делайте как можно меньше движений! У вас… сломана рука и подвёрнута нога! А… я не знаю, что и делать. Господи, за что же ты так с её высочеством?! — знакомый жалобный голос служанки донёсся совсем рядом, поэтому принцесса сразу постаралась взять себя в руки, чтобы не упасть лицом в грязь перед подданными. Даже в таком, казалось бы, крайнем случае. И всё же, как же больно. Такое чувство, что эту несчастную руку просто разорвёт, если она позволит себе хоть одну лишнюю манипуляцию. — Элизабет, успокойся, — Нин Гуан выровняла голос, как могла. — Всё в порядке. — Прошу прощения, ваше высочество! Это всё моя вина! Я с-самая жалкая и неспособная слуга! Я заслуживаю казни! Постепенно зрение принцессы вернулось. Жутко бледное лицо женщины, сидящей на пуфике возле кровати, вот-вот зальётся слезами, а сама она чуть ли не задыхалась от беспокойства, настолько потрясло её это происшествие. — Эли… — Мисс Элизабет, — другой умиротворенный голос девушки прозвучал со стороны напротив. Нин Гуан не смогла увидеть её. — Не говорите так. Разве вы причастны к тому, что лекарка на данный момент в другом городе? Никак нет. Вы сделали всё, что было в ваших силах. Принцесса в безопасности, и пока она восстанавливается, не сходите, пожалуй, за водичкой? Обещаю, я буду внимательно следить за тем, чтобы её высочество было в порядке. «Мисс?» Такая утончённая речь. Немного было тех из прислуги, кто мог так высказываться, чтобы только привести кого-то в чувства. Испуганная Элизабет, прерывисто выдыхая, на мгновение задумалась, но вскоре собралась и с трудом кивнула. — Хорошо, тогда я откланяюсь. Прошу, позаботься об её высочестве. Женщина неуверенно отправилась к выходу, тихо всхлипывая и причитая о случившемся про себя. Повисла тишина. Она больше не разбавлялась отголосками дождя снаружи. Поклявшись себе, что обязательно, несмотря на формальности, поблагодарит эту незнакомую новенькую подчинённую за помощь, принцесса всё же заговорила первой, кое-как сохраняя всю утончённость своей речи: — Сколько я спала? Служанка, которую Нин Гуан безрезультатно пыталась разглядеть, знакомо усмехнулась и нагло, словно назло, уселась на её кровать. Чёрт его дери, только не это. Никто не мог себе позволить подобное из её подопечных, кроме… — Ты «проспала» почти сутки, если так можно выразиться. Ну даёшь! Я даже испугалась поначалу, хотя знала, что ты и не такое переживёшь. И звонкий смех, ловко разрушающий всякие ожидания принцессы. Её уже пробивала мелкая дрожь, только в голову напросился образ той, которой она точно ни при каких обстоятельствах не ожидала увидеть здесь, у себя на кровати, с закинутыми ногами и невообразимой словесной бесцеремонностью. В личных покоях самой Нин Гуан, единственной наследницей на трон и надежды всей нации. — Споткнуться на лестнице с таким важным лицом — и выжить! Нин Гуан, да тебе ещё повезло, считай, отделалась лёгким испугом. Сомнений не оставалось. Это действительно была она. Но ещё до того, как Нин Гуан успела выразить хоть тень своего бесконечного возмущения, на её волосы опустилось нечто мягкое и, казалось бы, совсем невесомое. Что-то приятно пахнущее и нежное. …Что? — Постой, у меня для тебя небольшой презент в качестве извинений за… ну знаешь, за что, — располагая венок из глазурных лилий так, чтобы ничего не закрывало глаза принцессы, Бэй Доу довольно улыбнулась. — Я подумала, они тебе больше идут. Больше, чем все эти странные украшения. … У Нин Гуан совсем не осталось слов. — Я не шучу, очень идут. Эта… — Так вот, что о тех самых гостях. Они правда приехали, но, увидев твоё состояние, сказали, что временно откладывают переговоры. Порядок в городе будет под контролем и они постараются не разглашать ничего из того, что видели. Что-то в роде того. Ясно? Казалось, принцесса потеряла дар речи. Напряжённая до предела, но с другой стороны уже уставшая испытывать это всё на себе, она лежала, изнемождённо пронзая потолок взглядом. Может, это испытание, которое Нин Гуан обязана преодолеть? И что тогда, если не оно? Что ей делать с этой нахалкой? — Ты… — М? — Ты сорвала их в саду? Впервые, наверное, за всё их знакомство, принцессе удалось заставить Бэй Доу умолкнуть. Подобная реакция говорила сама за себя, и всё же, зная служанку, Нин Гуан повторила дотошный вопрос, вызывающий наглядную панику у другой, ещё раз. — Бэй Доу, ты сорвала их в саду? — Да. — Прозвучал в один миг дрогнувший, но всё равно привычно самоуверенный ответ девушки. Нин Гуан, конечно, поняла всё с того момента, как увидела голубые лепестки. По правде говоря, здесь не было бы ничего катастрофического, если бы эти прекрасные глазурные лилии не выращивала Элизабет, самая близкая служанка принцессы. И, возможно, Бэй Доу получила разрешение, так как её положение на данный момент вызвало бы необратимые последствия, привлеки она чуть больше внимания. Сад, как никак, находится у всех на виду. Но всё же столь опрометчивый поступок непростителен, и Нин Гуан уже думала, как бы наказать Бэй Доу позже. Так или иначе, это рано или поздно случилось бы. Лучше строгий выговор от принцессы, чем порой сумасшедшие порицания от её матери, доводящие до слёз каждого зрителя этого карательного шоу. В своих убеждениях принцесса была непоколебима, ведь ей уже приходилось переживать такой инцидент. Может, лучше промолчать? Наперекор обычным мыслям, в сознание Нин Гуан приходило всё больше и больше несуразицы, однако она старалась не подавать тому вида. — Ты же знаешь, что за это королева выпорола бы тебя при возможности? — Вроде того. Хотя, если честно, я считаю это странным. — … Что тут действительно было странным, так это сама Бэй Доу и её никому непонятный повод оставаться в этом месте после такого отношения к ней. В какой-то момент задумываясь о причинах и следствии, принцесса совсем прекратила разговаривать и пытаться достучаться до служанки. Всё это бессмысленно. Бэй Доу также молча согласилась с решением её высочества и без позволения откинулась на мягкие, обтянутые высококачественным шёлком, королевские подушки. Также дерзко улыбаясь и также беззастенчиво располагаясь в её постели. — Ах, как тут мягко! Нин Гуан на секунду перевела осуждающий взгляд на девушку рядом и тогда же удручённо вздохнула. Её состояние попросту не позволяло большего. Сейчас принцесса впервые задумалась о том самом неизвестном месте, будто намеренно упомянутом девушкой, когда её держали два крепких охранника за обе руки, а она умудрялась при этом хамить и не терять надежду на прямой разговор с Нин Гуан одновременно. Казалось, больше никто в этом мире не интересовал её больше, чем Нин Гуан. И принцесса заметила тогда блеск в глазах Бэй Доу, пускай не придала ему особого значения. У неё просто не было времени на раздумья, ситуация оказалась слишком запутанной: среди белого дня, разрубив огромным мечом-саблей все деревянные двери в королевском дворе и вскоре принимаясь за каменные ворота, девушка в неистовстве ворвалась во дворец и потребовала, чтобы Нин Гуан сей же час явилась к ней. О том, что было дальше, принцесса размышляла ещё не раз. Этот день не стал исключением. Что за… Ли Юэ, про который с таким усердием и столь бесконечной преданностью распиналась ей Бэй Доу в тот день? А Тейват? Это Имена? Сколько бы Нин Гуан не задавала себе вопросы, с тех пор не дающие покоя, она не получала ответов. Сколько бы книг не искала в своей огромной библиотеке, сколько бы не стояла перед покоями матери, чтобы спросить, сколько бы не ломала голову, с важным видом, но без какой-либо цели наблюдая за утренним фонтаном в одиночестве, всё тщетно. Между порывами она мельком замечала, насколько же в комнате стало тихо. Поистине… — Слушай, Нин Гуан, — Бэй Доу заговорила почти шёпотом, хрипло и, казалось, слегка неуверенно. — Могу я хотя бы сейчас, этим утром, побыть собой? …всё это очень и очень странно. — И что это значит? Принцесса не могла разглядеть лица девушки в тот момент, но отчётливо понимала, что на этот раз она была довольно серьёзна. Едва слышно: учащённое сердцебиение и прерывистое дыхание — так близко, что Нин Гуан, вероятно, готова была провалиться сквозь землю. Всё это выдавало тревогу Бэй Доу с головой. Непривычно. На вопрос, что же это всё-таки значит, девушка так и не ответила. — Помнишь, что я тебе говорила… ну, про Ли Юэ? Я там жила, про тебя, всякое такое. — … — Возможно, ты никогда не слышала про него. Точнее будет сказать, никто здесь не слышал про него. Но, слушай, я клянусь, он существует. Нин Гуан не знала, что ответить на такое. Впервые за девятнадцать лет королевской отшельнической жизни она слушает ту, что без всяких сомнений говорит о вымышленном городе. Что он существует. Бэй Доу, девушка с сильным характером и стальной выдержкой, пускай и опустившаяся по каким-либо причинам до того, чтобы прислуживать в низах слуг двора, на полном серьёзе говорит о подобной чуши. Это похоже на сон. — Да, я пробиралась в вашу библиотеку и каждый раз приходила в тупик. Его нет на картах мира, его не упоминали в старых записях, его как будто бы реально не существовало. Но… — на мгновение её голос замер. — Что же мне делать, Нин Гуан? Я столько лет жила в месте, которого нет? Откуда у меня эти воспоминания? Неужели я правда всё это время спала? Вопросы свалились на принцессу ледяным шквалом. Какого, мать его… Мало того, что она… Да чёрт с этой библиотекой! Что происходит в её голове?! — В любом случае я вижу, что ты определенно не понимаешь. Можешь ничего не отвечать и не верить, правда. С тех пор, как я здесь, мне пришлось привыкнуть, поэтому после этого разговора хоть отправляй к своей матери или в темницу, без разницы. Есть лишь одно, чего я прошу, Нин Гуан. Думаешь, ты действительно в том положении, чтобы просить? — Ты единственная, кого я знаю из тех, кто были в моей прошлой жизни. Поэтому… позволишь мне остаться? Здесь, в замке. — … Нин Гуан с трудом повернула голову в сторону Бэй Доу и ещё раз смерила её недоумевающим взглядом, только искренне. В этот раз принцесса действительно давно потеряла понимание, о чём её попросили прямо сейчас. Ведь её попросили о унизительном заключении, изматывающей ежедневной работе, издевательствах и пренебрежительном отношении из-за положения и прочей ерунды. Стать рабыней и на протяжении долгого времени подвергаться ужасам жестокого иерархического общества. Бэй Доу попросила лишить её свободы. — Ты хоть понимаешь, что буквально подписываешь себе приговор? — доселе молчавшая Нин Гуан заговорила. От внезапного наката эмоций ей стало тяжело держать себя в руках. — Твоя правда. Правда, что я не понимаю, что могу не поверить. Но ты серьёзно думаешь, что это тебя осчастливит? Ты с ума сошла?! Никогда не видела, чтобы чёртово заточение кого-то спасало. И всё равно каждый раз, когда мы встречались взглядом, ты смотрела так, словно знаешь меня всю свою жизнь. Что это всё значило? Мы и разговаривали редко, я тебя совершенно не понимаю и не знаю. Я вижу, что я для тебя никто. Тогда как ты можешь… Как такая, как ты, можешь забыть про свободу?! Под конец голос принцессы совсем сорвался, но она, упрямо уставившись на девушку перед собой, добавила: — Убирайся прочь. Больше ничего не объясняй мне и не смей обращаться на «ты», особенно, когда рядом есть кто-то из прислуги. С каждым словом принцессы Бэй Доу словно забывала дышать. — С этого момента ты больше не моя прислуга. Забудь про это. Возможно, последующее молчание продолжалось бы вечно. Стало быть, слышалось, как шелестят занавески под дуновением летнего тёплого ветра, как в спальню медленно проникают солнечные лучи, а снаружи все суетятся, торопясь по делам. Девушки были посреди всего этого и обе не верили, что то, что сейчас было, в конце концов произошло. Невообразимо. Признаться, Нин Гуан также впервые вспылила подобным образом, и впервые перед кем-то. Слишком много «впервые» в последнее время. — Пожалуй, я не повинуюсь, ваше высочество. …Что? Бэй Доу повернулась к принцесса лицом — вроде бы, она улыбалась — и вдруг бесцеремонно навалилась на неё, крепко сжимая в объятиях и ребячески утыкаясь носом в плечо, будто всё это время девушка сдерживалась. Так, чтобы не задеть травмированные руку с ногой, но при этом и так, чтобы одним этим жестом заставить Нин Гуан в миг забыть обо всём, о чём она думала. И, напоследок оставив нахальную ухмылку, глядя прямо в поражённые глаза принцессы, Бэй Доу также тихо, но уже более уверенно сказала: — Не смогу забыть. Что бы её высочество не говорило, я не смогу забыть. Да что она… себе позволяет?! — Слезь с меня! Я запру тебя на месяц в темнице, если не слезешь прямо сейчас! Бэй Доу! И она правда оторвалась от принцессы и даже встала с кровати. Возможно, Бэй Доу сама в какой-то степени не ожидала, что это сбылось, поэтому она по своей воли отстранилась. Пусть и с таким же решительным блеском в глазах, которые при всём при этом смотрели на Нин Гуан спокойно, с толикой нежности и бесконечной привязанностью. Последнего принцесса, наверное, никогда не поймёт. — Э… прости за это. В любом случае, я останусь. И слушай, сыграем как-нибудь на деньги? Знаю, что тебя это заинтересует. Или ты боишься снова проиграть? Нет, Нин Гуан не особенная, да и Бэй Доу не была исключением. Просто так всё сложилось.