Геи тоже счастливы

— Парни! Привет! — как только заходит в кабинет Пак, он улавливает взглядом толпу болтающих гопников. Те отреагировали и обернувшись, заулыбались. — Чимин, привет. Чимин быстренько подходит виляя бёдрами, и, приобняв одного из них, глянул на Мина. Юнги в шоке уставился на него, а после оглядел всех улыбающихся, лицо сморщилось сразу. Пак кусает губу, и резко хватает конкретного за талию, прижав к себе, как доминирующий пассив. — Знаете парни, я чувствую с вами себя таким защищенным, — Пак оглядывает заробевших гопников, и кокетливо закусывает губу. — Фу блять… — Мин пятится, и указывает на всех пальцем. — Он вас заразил нахуй! — Ты чего? — хмыкает Хохол. — Просто стали братанами. Юнги закрывает рукой рот, и чуть ли не блюет на парты, выронив с руки банку, когда спотыкается о стул.

***

Чимин взял поднос с едой, оглядывая заполненные столы, и занятые скамьи. Вдруг заметил, как ему машут гопники, а довольные лыбы можно было различить из всех в толпе. Пак с улыбкой подходит и подмигивает Джуну с Джином, что тоже ехидно заулыбались, сидя за соседним столом. — Сядь со мной, — предлагает симпатичный гопник с кепкой на голове. — Не пизди. Со мной, — парень с шрамом хлопает рядом. Тот гопник недовольно хмурится на него, и даже пинает под столом. — Мальчики, ну не ссорьтесь, — шуточно цедит Пак, и садится посередине — между Хохлом, и с довольным парнем с привлекающим шрамом. Начался разговор. Юнги словно удаленный из чата, облокотился об спинку скамьи, и пил тихо пиво, недовольно оглядывая банду, и засиявшего в радости Чимина, не влезая в болтовню. — О прикинь, Юнги, он в Нью-Йорке был, — толкает его в бок Крюк. — Как думаешь, там охуенно? — Я думаю, что этот пидорас вас наебывает, — рявкает Мин, и сжав жестяную банку, агрессивно выпивает. Тот проигнорировал недовольного друга, и продолжил слушать Пака. Чимин закончив с рассказом, глянул на Мина, ухмыльнулся, и съел виноградину. — И почему это тебя так волнует? — спрашивает Пак. — Потому что ты ебаная роковая ошибка, — шипит Мин. — Пиздишь как дышишь. Чимин почему-то расплывается в ехидной улыбке, и взгляды остальных гопников забегали друг к другу, а кто-то даже улыбнулся. — А мне кажется… Что… Ты как-то заглядываешься на такую роковую ошибку, — Пак хитрит и улыбается, а после отпивает из стакана сок. — Я пошёл, скоро урок… — Взяв пустой поднос, Пак вышел из-за стола. Все гопники повставали, и последовали вслед за ним, хватая свои пустые подносы. Юнги разбушевался, и принял нормальную позу сидения. — Ниче я не заглядываюсь! Пидор! Придумываешь на свою пустую башню! Сволочь! — рявкает Мин, и бегает теряющими глазами по удаляющих друзей, что даже не отреагировали на него. — Куда вы мать вашу?! Вы будете дружить с этим хуесосом?! Я вас спрашиваю, остолопы хреновы! — уже не сдерживал себя Мин, и кинул полупустую банку в сторону, от чего он прилетает в затылок одного студента, заставив заскулить от боли.

***

Весь учебный день проходит, а внимание гопников было словно посвящено Чимину. Это только бесило Юнги, ведь его давние друзья как-то отстранились, найдя себе быстро собеседника поинтереснее. — Мы проводим тебя! — заявляют чуть ли не все гопники, толкаясь. И плевать что Чимин парень, Пак оказался довольно интересным человеком. — Я живу в районе у супермаркета, далековато… — Так мы тоже там живем, — улыбается весело Хохол. — Ты согласен? — Ну пойдёмте, — улыбается Пак, и направившись из колледжа, за ним потопала банда, даже Крюк чуть выпрямился.

***

Юнги отстраненно шёл сзади от кучки, ведь тоже живет в том районе, и ссутулившись, закуривал которую сигарету, недовольно глядя на шумную, и развеселую толпу исподлобья. — Ну ладно, спасибо вам парни, — Чимин доходит до места и машет им, и идет к третьему подъезду. Гопники направились за ним. Сначала Пак недоуменно останавливался, и оглядывался на притормозивших гопников, что ни слова не проронив, глядели на Пака. После Чимин снова идет и заходит в подъезд, направляясь к лифту, так как живет на шестом этаже. Вдруг гопники чуть обдумали, и заходят толпой внутрь. — Э бля! — возмутительно рявкает Мин, так как его толкают в лифт. Некоторые не поместились, и им пришлось идти по лестнице на нужный этаж. — А мы оказывается в одном подъезде живём? — нервно хихикает Чимин, и ерзает в тесноте. Обычно гопники забираются по лестнице, выбирая удобные ступеньки для щелканья семечек. Но сейчас все неловко засмеялись. — А, подождите, извините, — ерзает Пак, и лифт тяжко едет на шестой этаж. Но вдруг лифт резко замирает, чуть покачнувшись. Свет замигал и с хлопком вырубается. Кто-то из гопников вскрикивает. — Твою мать, застряли! — Это всё ваши тяжелые жопы, лифт же старый! — А я говорил чтобы я один поехал с ним, — спорили гопники, пока нервный Чимин ерзал, и наконец к кому-то прижался спиной, и не так его давили с разных сторон. Юнги молча отворачивает голову, когда чувствует манящий запах земляники у носа, и поджимает сильно губы от того, что к паху прижимается что-то упругое, но в тоже время мягкое. Началась неописуемая паника в тесном помещении. — Спокойно! — рявкает Мин, и все затихают. — Нажмите… Там… На вызов… — нервно кашляет Юнги, стараясь меньше дышать сладким, офигенным ароматом. — Какая кнопка, я не вижу и не вдупляю, — началась разборка где нужная кнопка находится. Мин дышит агрессивно, ведь с этими балбесами здесь они пробудут дольше. — Блять, пидр, отойди от меня, — голос был обиженным и отстраненным, сам Мин вжимался в холодную стену. — А да, извини, — Чимин иногда издавая невольно звуки по подобию сладких вздохов и мычаний, пытался в темноте и от тесноты отстраниться и развернуться, но внезапно разворачивается лицом, и прижимается грудью о вздымающую грудь гопника. — Оу, прости, — шепчет Пак и было слышно, как Чимин козырно ухмыляется. И продолжая тяжело вздыхать, упирается рукой сверху от плеча Мина. Юнги кажется начнет залазить на стену, чувствуя, как Пак ерзает пахом о пах. — Твою мать, хватит ерзать, — рычит Мин, и отворачивает к стене голову, чуть ли не щекой прижимаясь к ней. — Что это мне в бедро мягкое упирается? — недоуменно произносит Крюк, и его рука скользнула по заду Пака. — Эй, это моя задница в тебя упирается, — хмыкает Чимин, и шлепает одной рукой о другую. Тот заахал когда до него наконец доперло, и убирает с ухмылкой руку. — У меня же есть телефон, — один гопник начал ковыряться в кармане. — Три процента, ай пох, нам чисто посветить на кнопки. — Врубай скорее свой ебанный фонарик! — рявкает недовольно Мин, и продолжает тяжело дышать, тяжело перенося близость с пидором. — А ты перестань стонать мне в ш-шею! — обращается к Чимину Юнги. — Извините Месье, но здесь слишком тесно, я пока что к вам очень далеко стою, или хотите чтобы я встал — так? — Пак расслабляется, и гопники кажется облегченно выдохнули от прекращения напряженности, и от этого Пак прижимается всем телом к гопнику, чуть ли не уткнувшись носом в ключицу. — Эй, эй, эй, я понял, отъебись, — затараторил нервно гопник, и резко качает головой. — Тогда не капризничай, — вздыхает Чимин в шею, и снова слабо отстраняется. — Свети нормально! — Где ты? — крутившийся вокруг приглушенный фонарик ударял всем в глаза, что уже привыкли к темноте. — Крюк, ты заслонил кнопки своим задом, отойди. Крюк цыкает, ведь и так тесно, а после прижимаясь пахом о зад Чимина, прислоняет его сильнее к Мину. — Крюк, пожалуйста, не упирайся в меня… — робко шепчет Пак. — Вы блять, потрахайтесь ещё здесь, сука! — не выдерживает Юнги, и начинает дискомфортно двигаться, готовившись от безысходности заплакать. Ведь пидр дышит ему в шею, так еще половина гопников по мнению Юнги оказались пидорасами. — Я сказал — не капризничай, — бархатный чиминов голос чуть ли не у уха прошелся, от этого Мин сглатывает, и сильно морщится, боясь руками коснуться тела Пака, так как брезгует тела геев. Юнги чувствует напряжение между Крюком, Чимином и собой. — Здравствуйте, чем могу помочь? — женский голос наконец прошелся из динамика. Все хором начали галдеть, что слова не разобрать. Женщина теряется, и не может перекричать их. — Тихо! — кричит Пак, и все послушно замолчали. — Здравствуйте девушка, мы застряли в лифте, и уже… — Пак горячо вздыхает и вновь ерзает, слушая еле слышимый скулеж от Юнги. — И уже полчаса точно стоим. В трубке облегченно вздыхают, так как присутствовал адекватный человек. — Сейчас сделаем всё, что сможем, подождите пожалуйста. — Спасибо… — вздыхает облегченно Чимин, и потирает теплый лоб. Фонарик вдруг потухает. — Разрядился… — беспомощный голос прошелся по темному лифту. — Ничего, сейчас всё включат, и снова поедем, — Пак дышит в горячую, с напряженными жилами шею, улавливая запах сигарет и сильного пива, и мимолетной нотки бензина. — Отверни свою дыхалку в сторону, — шипит Мин, отрывисто дыша носом. — Я чувствую как ты покрываешься мурашками наслаждения от моего дыхания… — специально чуть стонет Пак у уха, и это стало последней каплей для гопника. — Включайте быстрей свой гребаный блять лифт, пока я блять не съебашил тут всё нахуй!!! — кричит во всё горло Мин. Женщина испуганно заявляет что уже скоро, и в лифте врубается яркий свет. Довольный Пак впритык глазел на красное, но в тоже время хмурое лицо Мина, что отвернулось в сторону. Лифт поехал вверх, и все облегченно вздыхают.

***

Чимин с неловким смехом прощается со всеми, а Юнги хмуро и спешно убегал вниз. — Ну и тебе пока, — бросает шепотом с ухмылкой Пак, провожая взглядом Мина, и легкое эхо прошлось по этажу. Заходя в дом, Чимин устало вздыхает, и закрывает глаза, снимая с себя одежду, шагая в ванну.

***

— Ай! — Крюк хватается за затылок, и вопросительно смотрит на Мина. — За что?! — За то, что ты уебан! — Юнги начинает угрожающе приближаться. — Че это было вообще нахуй?! — Н-ничего… — гопник начал нервно теребить семечку пальцами. Мин поджимает губы, и дает больной шлепок по макушке, а после разворачивается, собираясь уходить в свою квартиру. — Сказал бы что нравится он, я не прижимался бы так силь… — Юнги оборачивается к нему как к попаданцу, и бежит к нему быстро. — Я пошутил! — Крюк подрывается с места и бежит прочь наверх. Чимин даже услышал мимолетный топот и скулящие маты.