Мальчики под ивой

26 июля 1977 На следующее утро Джеймс ушёл. Когда Регулус проснулся, рядом с ним место на кровати пустовало. На пару секунд он даже растерянно заморгал, боясь того, что всё, что было этой ночью — сон. Опасения его не подтвердились, поскольку подушка до сих пор хранила запах листвы, спал он без кошмаров, флакончик с клятвой был при нём, а на шее и ключицах красовались отметины, над которыми так усердно постарался один кудрявый парень. Интересно, у Поттера так же красиво разукрашено тело? Когда волшебник подошёл к столу, то увидел, что на нём лежала небольшая записка, написанная явно на скорую руку: «С Днём рождения, Регги». Блэк даже улыбнулся, смотря на это короткое поздравление, чувствуя, как внутри разливаются нежность и тепло по отношению к Поттеру. И откуда этот лис только узнал, что у него сегодня День рождения? Сам день проходил довольно медленно и мучительно. В памяти Регулуса до сих пор были свежи ночные воспоминания, поэтому ему иногда даже казалось, что кто-то водит руками по его телу, а на губах чувствуется лёгкое жжение, будто от покусываний. Наваждение спадало так же быстро, как и приходило, но это не мешало магу быть в приподнятом настроении, ожидая поскорее новую встречу с Джеймсом. Ему лишь оставалось надеяться, что пройдёт она наедине. Кроме Поттера, поздравления ему отправили несколько сокурсников с факультета, а вот подарки пришли лишь от трёх, но для Регулуса и это было уже довольно много, поэтому он не жаловался. Первый прислали родители — это оказались какие-то толстенные родовые книги по Тёмным искусствам, явно передаваемые по наследству. К подарку прилагалась короткая, но весьма информативная записочка, впрочем, ничего нового он из неё не узнал. «Дорогой Регулус, Смеем сообщить тебе, что собираемся вернуться, как и планировали, к середине августа. Наши личные дела с самыми благородными чистокровными семьями проходят прекрасно, многие очень лестно высказываются о тебе, поэтому мы бы советовали тебе уже начинать подумывать о женитьбе после окончания Хогвартса, достойных кандидаток сейчас немало. На твой шестнадцатый День рождения посылаем тебе эти замечательные справочники по Родовой магии рода Блэк и о различных наших секретах, упоминаемых в этих сборниках. Книги взяты из библиотеки Сигнуса, который, кстати, тоже поздравляет тебя. Надеемся, что ты и впредь будешь таким же достойным и примерным наследником, сын, помни, что мы тобой очень гордимся. Орион и Вальбурга Блэк». Регулус усмехнулся собственным мыслям. «Да, дорогие мама и папа, ваш сын действительно примерный наследник благороднейшего рода Блэк. О, и я непременно начну обдумывать ваше замечательнейшее предложении о такой скорой женитьбе! Конечно, не удивляйтесь, если я вместо воспитанной и аристократичной девушки приведу в дом парня, полного раздолбая, не имеющего понятия о том, что же такое хорошие манеры, любителя маглорождённых (я таким с недавнего времени, между прочим, тоже являюсь), а также лучшего друга вашего старшего сына, которого вы, кстати, ненавидите всем сердцем. Но вы не волнуйтесь, этот парень чистокровный, хоть что-то благое из этого списка, верно?» Следующий подарок был от его кузин (не беря в счёт Андромеду, которая уже давно не слала ему подарки, поскольку те, даже не открывая, моментально сжигала Вальбурга). Он был в чёрной коробке, перевязанной чёрной лентой — опять же, ничего нового. Внутри оказалось серповидное лезвие в форме клюва ястреба — или же когтей — с чёрной рукоятью, на которой был изображён ворон. «С Днём рождения, дорогой кузен! Мы с Беллой посылаем тебе этот скромный, но, надеемся, что принятый тобой подарок. Чисто по случайности от твоих родителей, когда те гостили у нас совсем недавно, мы узнали, что в последнее время у тебя появилось пристрастие к холодному оружию. Поскольку Беллатриса тоже питает нежные чувства к подобному и довольно хорошо разбирается в этом, мы выбрали для тебя этот клинок, который нам с радостью сделал на заказ один милейший джентельмен. По просьбам Рудольфуса, который тоже хотел принять активное участие в подготовке подарка, рукоятку решили сделать в виде ворона (в честь герба семьи Лестрейндж, с которыми, благодаря нашей старшей сестре, мы теперь связаны. А также я помню, что именно так выглядит твой патронус). С любовью, Цисси и Белла. P.s... и Руди!» После прочтения этой записки, на душе у Регулуса вдруг потеплело, и он даже позволил себе скромную улыбку. Когда же он распечатывал тёмно-зелёную коробку с белой лентой, Блэк даже подобрался в нетерпении, поскольку этот подарок был от Барти, от которого уже давненько не было никаких вестей. Открыв коробку и уставившись на содержимое, Регулус едва не выронил всё на пол, широко раскрыв рот. На дне лежали три ингредиента, что были весьма редкие и трудно доставаемые: печень, кожа и порошок из крови дракона. Блэк тут же схватился за записку, сканируя ту внимательным взглядом. «С Днём рождения, Рег! Придурок, аккуратнее, ты почему от шока коробки роняешь? Ха, я ведь вновь отгадал, верно? Надеюсь, всё, что было внутри, не пострадало при отправлении к тебе, иначе было бы действительно очень жаль. В общем, помнишь, я говорил, что хотел бы отвезти мать куда-нибудь подальше от всей этой суеты? Так вот, Калифорния, Турция и Египет отошли на второй план, поскольку оказалось, что мама просто обожает драконов! Ну вот и было решено отправиться в Румынию. Ты прости, что я так долго не писал тебе, надеюсь, ты там ещё не скис во всей этой скукоте. Ингредиенты очень редкие, я сам их еле как достал, поэтому, будь добр, дружище, не раскидывайся ими направо и налево! Буду рад, если отправишь ответное письмо, и покорми мою сову — она очень долго была в пути! Твой Барти». Регулус вновь улыбнулся, мысленно искренне благодаря Крауча-младшего за столь хороший подарок. Было приятно. Но опять же, скучной его жизнь в последнее время не назовёшь. Ещё месяц назад он жаловался другу о том, что в его жизни не происходит ничего нового, но теперь с уверенностью мог сказать, что его жизнь стала куда красочнее, чем у самого Барти. Записывая мысли в свой блокнот, чтобы все они не скапливались у него в голове одним непонятным потоком, Регулус проводил весь день в тишине и покое, но вечером его идиллию прервали. Из камина друг за другом вышли Марлин, Лили и Доркас, Регулус удивлённо посмотрел на них, никак не ожидая такого визита. В руках у них чего только не было: какие-то тряпки, смутно напоминавшие приличную одежду, какие-то украшения, а также, кажется, что-то похожее на разную косметику. — Ух ты! Всегда мечтала увидеть дом Блэков собственными глазами! — хмыкнула Доркас, осматриваясь по сторонам. — Вы что здесь делаете? — удивлённо спросил у них волшебник, привлекая к себе внимание. — С Днём рождения, Регулус! — торжественно провозгласила Марлин, пихая его в бок. Доркас с Лили повторили за подругой, заставляя Блэка смущённо и ошеломлённо оглядывать всех троих. — Парни решили устроить для тебя вечеринку у Марлин дома, — пояснила Лили, пожалев потерянного парня. — Нас отправили подготовить тебя. — Подготовить? — озадаченно переспросил волшебник. — Ага, — подмигнула Марлин. — Этим мы сейчас и займёмся. — Хочешь получить от нас подарок сейчас или при мальчиках? — перебила свою девушку Доркас, и Регулус благодарно посмотрел на неё, потому что открывать подарки при парнях было бы делом очень затруднительным. Лили протянула ему что-то, упакованное в крафтовую бумагу. Блэк осторожно развернул этот свёрток, а затем в удивлении уставился на три книги, имена авторов которых были, наверняка, маггловскими. Среди них были «Маленькие женщины» Луизы Мэй Олкотт, «Преступление и наказание» Достоевского и «Три товарища» Эрих Марии Ремарка. — Откуда..? — Джеймс рассказал, — пояснила Доркас. — Когда-нибудь я его убью, — буркнул под нос себе Регулус, а затем уже громче сказал: — Вы не были обязаны... — Брось! — отмахнулась Лили. — Нам не в тягость, а тебе приятно. — Спасибо... — смущённо отвёл взгляд Блэк, а затем, повинуясь какому-то неожиданному порыву, заключил трёх девушек в объятия. — Вот, надень-ка это! — бросила ему в руки одежду Марлин. — Что это? — скептически осмотрел наряд Регулус. — Помнишь, Сириус сказал, что хочет увидеть тебя в такой же одежде, какую носит он? В твой День рождения мы решили все так и одеться, — усмехнулась Лили, а Блэк только сейчас подметил, что наряды девочек действительно немного отличаются от их привычных образов, не считая Марлин, у которой с Сириусом были похожие вкусовые предпочтения. — О Мерлин... — простонал Регулус, направляясь в комнату, чтобы примерить свою одежду, уже не отнекиваясь, так как понимал, что просто так от него не отвяжутся. В зеркало ему смотреться не разрешили, пока его внешний вид не будет готов полностью, поэтому волшебник лишь нацепил на себя одежду и открыл двери, куда сразу же зашла Доркас и пояснила, что Марлин с Лили всё подготавливают. В руках у неё был поднос с четырьмя чашками чая, который ей помогла приготовить Смонки. Регулус вообще заметил, что все в компании Мародёров предпочитали готовить сами, не складывая всю работу на домовиков, и с каких-то пор Блэк тоже стал замечать за собой такую привычку, отчего Кикимер часто ругался на него. Конечно, он и раньше помогал домовикам на кухне, пока не видят родители, но сейчас почти всегда делал всё самостоятельно. Усевшись на край кровати, Доркас закинула ногу на ногу, оглядела каким-то странным взглядом комнату и вдруг спросила: — Как у вас с Джеймсом? Регулус от неожиданности даже поперхнулся чаем, закашлявшись. Она же не могла догадаться..? Но обратив внимание на обеспокоенный взгляд девушки, Регулус тут же понял, что это был лишь искренний интерес, поэтому расслабился. Хотя какая разница? Доркас ничего такого ему не скажет, кто угодно, но точно не она. — Всё хорошо, — коротко ответил Регулус, взмахом палочки убирая пролитый чай с джинсов. — Вы поговорили? — склонила в любопытстве голову Медоуз. — Ну, не то чтобы мы много говорили... — протянул Блэк, усмехаясь уголками губ. Доркас замерла, думая, не послышалось ли ей, а затем медленно протянула руку, отгибая воротник кожанки, что была надета на Регулуса, и прикрыла рот ладонью. Парень наблюдал, как в её голубых глазах сверкнули восторженные искры и еле подавил смешок. С первого взгляда становилось понятно, кто тут главный фанат их с Джеймсом дуэта. Сказать в ответ она ничего не успела, ибо в комнату зашли Лили и Марлин, таща с собой чёрный лак, косметику, какие-то украшения, разные замысловатые штучки и прочее, Доркас лишь заговорщически улыбнулась ему, всем видом показывая, как она рада за него и довольна сложившимися обстоятельствами. Когда Марлин приблизилась к нему с кисточкой в руках, потянувшись к его лицу, он осторожно отклонился назад, проговаривая: — Вы уверены, что не убьёте меня всем этим? Девушки рассмеялись, смотря на Блэка-младшего с озорством. — Постараемся, — кивнула ему Маккиннон, наконец приступая к работе. Регулус не знал, сколько он просидел в этой позе, пока они трудились над его внешним видом, но, судя по тому, как затекли его плечи и шея, довольно продолжительное время. Ему в нос уже успел усердно въесться едкий запах лака для ногтей, отчего у Блэка даже немного разболелась голова, покруживаясь, ибо он всегда был слишком восприимчивыми к любым ароматам. Лили даже предложила ему смастерить какую-нибудь причёску на голове, но Регулус отмахнулся, соглашаясь лишь на какую-то нелепую (по его подозрениям) укладку в стиле рок-звёзд. Когда они закончили, то попросили парня подняться для того, чтобы он смог взглянуть в зеркало и оценить свой вид. Блэк вздохнул, встал на ноги, подошёл к углу комнаты, вглядываясь в своё отражение. Первые минуты три он просто застыл, нечитаемым взглядом рассматривая того человека, что находится перед ним. Сложно было со стороны сказать о том, что волшебник думает, поэтому девушки даже немного напряглись, ожидая его реакцию. Сам Регулус же чувствовал что-то необъяснимое, смотря на свой внешний облик: волосы уложены назад, зафиксированные в «мокром» образе, но пара чуть более коротких прядей, выбивающихся из всей причёски, как и всегда были опущены на лицо, на котором, кстати говоря, были подведены глаза чёрной чуть растушёванной подводкой; на нём были обтягивающие чёрные джинсы с дырками на коленях, в них была заправлена тёмная футболка с не особо ярким красно-синим принтом, а поверх накинута чёрная кожанка, снизу же красовались высокие увесистые ботинки — кажется, мартинсы; образ дополняли тяжёлая серебряная цепочка на шее и кольца на пальцах, взятые из его собственной коробочки. — Ну как? — осмелилась спросить Лили, выжидающе глядя на парня. — Это не я... — он хитро обернулся на девушек и позволил себе довольную улыбку. — Но мне нравится. Я выгляжу куда горячее, чем чёртов Сириус. Девочки согласно засмеялись, начиная прибираться. Как только они были полностью готовы, то по очереди отправились через камин в дом Маккиннонов. Регулус шагнул последним, рассыпая Летучий порох, а затем оказываясь в незнакомой гостиной. Откуда-то с кухни послышался беспокойный голос Питера: «Слишком рано!» Младший Блэк усмехнулся уголками губ, понимая, что тот, как всегда, паникует больше всех. В ответ послышался громкий вздох Джеймса: «Блять». И вновь Регулус не сдерживается от улыбки. Голос этого парня в последнее время действует на него так, будто он намазывает бальзам на душу. С кухни слышатся голоса Лили и Доркас, которые явно взяли ситуацию в свои руки, а Блэк-младший просто прислоняется к стене, ожидая, когда к нему присоединятся остальные. Он осматривает те детали дома, которые может увидеть. В целом, здесь нет ничего необычного и дорогого, но опять же, всё тут выглядит весьма уютно, и он должен признать, что обстановка довольно красиво оформлена — к этому делу явно подходили серьёзно. Наконец, ребята выныривают из кухни в гостиную, за ними следуют наколдованные огоньки, Сириус с Марлин взрывают какие-то разноцветные хлопушки, Лили и Доркас несут торт, от которого у Регулуса чуть ли не текут слюнки, поскольку это был его любимый — сметанный, с бисквитом, украшенный сливками и клубникой. Замечая довольное лицо брата, он сразу понимает, кто же оказался зачинщиком этой идеи. Сзади остальных шествуют Джеймс и Ремус с коробкой в руках, которая явно является подарком. Питер прыгает впереди всех, стараясь как можно лучше запечатлеть всё на фотоаппарат, делая снимки. Блэку уже доводилось видеть фотографии, сделанные Петтигрю, и он с уверенностью мог сказать, что у парня получалось просто блестяще. Они напевали поздравительную песенку, сверкая улыбками, все одетые под стать Сириусу, который в свою очередь копировал маггловских музыкантов. Под громкие аплодисменты и заявления о том, чтобы Блэк открыл подарок, Регулус протискивается мимо всех, смущённо улыбаясь им и крадя одну дольку клубники с торта, тут же пихая её себе в рот, а затем останавливается около Ремуса и Джеймса. Он сверкает им своей белоснежной улыбкой, благодарно кивает Люпину, а затем переводит взгляд на Поттера. И, ох, это было его главной ошибкой! То, как Джеймс смотрит на него, чуть приподняв бровь и закусив губу, заставляет парня вспомнить о том, что происходило в его комнате ночью. Он еле сдерживает себя от того, чтобы не засмущаться, а потом медленно протягивает руки к коробочке, открывая её. Совершенно изумлённый и сбитый с толку, он пару секунд хлопает глазами на часы внутри, что были хорошенько отполированы и ярко сверкали платиной. Он осторожно достаёт их, приподнимает, рассматривая в воздухе, крутит в разные стороны, а затем переводит взгляд на стрелочки, что размеренно тикают, заставляя все посторонние звуки затихнуть вокруг него для того, чтобы волшебник просто мог отдаться ощущениям. Из своих мыслей его вернул в реальность голос Сириуса: — Мы долго думали с Мародёрами, что подарить тебе, и в итоге решились сделать что-то собственными руками. Заранее заказали у мастера часы, максимально похожие на те, что достались мне от дяди Альфарда, но решили вдобавок наложить на них чары. Когда носителю будет угрожать что-то незначительное: враньё, ложь или какие-то угрозы – часы будут выявлять потенциально небезопасного человека, они замрут. Когда же наступит смертельная опасность, стрелки будут быстро вращаться. Вернулась к Регулусу возможность говорить только тогда, когда он наткнулся на мягкий взгляд Джеймса, который тут же вернул его в равновесие. — Это... спасибо, — тихо выдыхает волшебник. Он знает, что брат точно понимает, какую ценность для него несёт эта вещь, пусть и не сами часы Альфарда, но что-то невероятно похожее. С этим у него связаны, конечно, и плохие воспоминания, но всё же хороших, что так отчаянно грели его сердце, было куда больше. — Нет, честно, спасибо. Всё, что вы для меня сегодня сделали... — он обводит всех собравшихся взглядом, в который раз благодаря Мерлина и Моргану за то, что оказался рядом с ними. — Вы... Вы потрясающие. Он видит, что девочки едва сдерживают себя от умиления, и ещё в начале этого месяца Регулус бы вспыхнул от такого проявления эмоций к себе, но сейчас он лишь с радостью ныряет в объятия Джеймса, который притягивает его к себе, и он чувствует, как остальные тоже прижимаются к ним со всех сторон. Он еле сдерживает подступающие слёзы, в мыслях коря себя за это. Нет, не за то, что он проявляет очередную «слабость», а за то, что такими темпами он точно размажет свои накрашенные глаза. Из этой идиллии их вырывает голос Сириуса, который взвизгивает от того, что Марлин чуть было не замарала его тортом, что держала в руках. Затем он расталкивает всех и довольно облизывает губы, проговаривая младшему брату: — Сколько тебе там исполнилось, Реджи, шестнадцать? Готовь свои уши! Регулус недоуменно замирает, а после хотел было дать дёру, но Сириус его быстро перехватил и кивнул радостной Марлин. Та перегнулась через плечо старшего Блэка, а после взялась за уши младшего, довольно потягивая их. Регулус смеялся, извиваясь в руках брата, пока Доркас взлохматила ему волосы. Он смотрел на светловолосую девушку, ища от той поддержки, но та помогать ему явно не собиралась. Последние моменты Питер запечатлел на камеру, после чего Марлин и Сириус отпустили Регулуса, пока тот, недовольно бурча себе под нос, потирал горящие уши. Все тут же рассмеялись, чувствуя лёгкость, а затем принялись за празднование. Они ставят торт на стол, наливают чай, заранее заваренный миссис Поттер, уплетают за обе щеки наготовленную еду. Оказалось, что готовить вызвались Сириус и Джеймс, но разрешили им это делать только под внимательным руководством Лили. Мародёры рассказывают, что в Хогвартсе они каждый раз устраивают своим знакомым самые грандиозные вечеринки на Дни рождения, на что Регулус усмехается, отвечая, что будто он сам этого не знал. Ремус жалуется, что те всегда кричат на завтраке на весь Большой зал три раза поздравления, вгоняя его в краску. Блэк-младший может только посочувствовать ему. После они щёлкают пультом, направляя его на телевизор, просматривают маггловские фильмы, играют в настольные игры, включая музыку и танцуя. Регулус веселится. Он тронут тем, что они делают это для него. И он мечтает, чтобы это лето никогда не заканчивалось. Именно это он загадывает, когда задувает свечи на торте. Он прекрасно осознаёт, что любое лето рано или поздно подходит к концу, но искренне надеется, что именно это никогда не исчезнет из его жизни. — Эй, а что тебе подарили эти трое? — Питер указывает рукой на Лили, Марлин и Доркас. Регулус закусывает губу, смотрит на них, те подмигивают ему, и волшебник оборачивается к Петтигрю с загадочным выражением лица. — Меньше знаешь, дорогой Питер, крепче спишь, — и расслабленно улыбается. Джеймс, сидящий в подушках на диване, усмехается. Очевидно, для него это никакая не загадка, но остальным знать об этом не нужно. Так они и сидели, подпевая, фальшивя, под игру Поттера на гитаре, а Регулус всё не мог оторваться от рук, пальцы которых ловко перебирали по струнам музыкального инструмента. Ближе к четырём утра, когда в головы уже знатно ударил выпитый алкоголь, они разбрелись по комнатам, кто куда — где упал, там и заснул. Блэк-младший специально выбрал себе местечко поближе к Поттеру, но не успел он поудобнее устроиться, как кудрявый парень вырвал его из уютных объятий сна, проведя рукой по кромке уха. — Сбежим ненадолго к иве? — шепнул он, лукаво наблюдая за тем, как тело Блэка невольно подалось навстречу этим касаниям. Так они и сбежали из дома Марлин, пока остальные сладко посапывали, сморённые усталостью, и оказались около любимой ими ивы, устроившись под боками друг друга, наблюдая за занимавшимся рассветом. Трава была мокрой от утренней росы, оставляя сырые потёртости на одежде. Джинсы Регулуса слегка прилипли к его ногам, обтягивая их, а уложенные волосы чутка спутались, но он уже не обращал на это никакого внимания, чувствуя тепло от тела Поттера рядом с собой. Пахло уже знакомым запахом листвы, делая атмосферу по-своему родной. Джеймс достал из-за пазухи бутылку явно дорогого эльфийского вина 1968 года, которую он схватил со стола, когда парни удирали из дома, хранившего сонную идиллию. Регулус усмехнулся, наблюдая, как Поттер взмахнул палочкой для того, чтобы в воздухе материализовались два стеклянных бокала, после наполнил их, протягивая один Блэку. — Как романтично, — хмыкнул парень, отпивая вина и чувствуя приятную теплоту в горле. — Всё для вас, мистер Блэк! — подмигнул Джеймс, устраивая голову на плече Регулуса. Было мирно, где-то в высокой осоке слышались стрекотания кузнечиков, а также быстрые хлопанья крылышек стрекоз. Кажется, чуть поодаль крякнула утка, а затем взлетела ввысь, наводя шума в стоящей тишине. Спустя несколько минут Регулус чуть повернул голову к Джеймсу, улыбаясь ему и произнося: — Ты позвал меня сюда только ради того, чтобы вновь выпить? Поттер ухмыльнулся, но всё же покачал головой, затем медленно отстранился и вынул что-то из кармана своих штанов. Он протянул на раскрытой ладони небольшой синий бархатный футляр. Регулус удивлённо приподнял брови, отставил бокал в сторону и медленно раскрыл коробочку, после чего насмешливо взглянул внутрь. — Джеймс, ты никак предложение решил мне сделать? Внутри на миниатюрной подушечке лежали два золотых колечка. Несмотря на странную ситуацию и лукавый взгляд Поттера, Блэк не мог не отметить то, насколько эти кольца выглядели завораживающе. Довольно широкие, они имели бугристую форму с шершавой поверхностью. Приглядевшись, Регулус отметил, что это не просто неровность, а замысловатые формы переплетённых ветвей, на которых аккуратно были изображены листочки с прожилками. Кольца были выполнены так, словно мастер пытался изобразить… ветви ивы. — Нет, Рег, предложение я тебе не делаю… пока, — усмехнулся Джеймс, забавляясь реакцией Блэка, когда он вскинул бровь, задаваясь вопросом, насколько у Поттера поехала голова. — Я просто решил, что хочу сделать тебе два отдельных подарка… Это должно было быть что-то оригинальное! Поэтому теперь ты видишь перед собой два кольца, как ты уже догадался, одно для меня, второе для тебя. А теперь надень, — попросил парень, сам надевая одно из колец на средний палец, а далее дожидаясь, пока второе окажется на большом пальце Регулуса (кольца были одинаковые по размеру, поэтому они были чуть великоваты волшебнику, оставляя единственный вариант — надеть своё кольцо на противопоставленный остальным палец). — Чувствуешь? — спросил Джеймс, а второй маг лишь кивнул, обнаруживая, что может ощущать лёгкую пульсацию на том месте, где было надето кольцо. — Это парные кольца, которые могут чувствовать пульс второго носителя. Пока человек жив, кольцо на руке второго носителя будет передавать ему ритм сердца этого волшебника, — Блэк уставился широко распахнутыми серыми глазами в карие, на миг прекращая дышать. Регулус чувствовал что-то, что пленительно растекалось по всему его телу, согревая. Этот подарок был каким-то особенно близким, доверительным жестом. Он давал почувствовать себя особенным. Ранее Регулус заключил у себя в мыслях, что, в меру своих шуточных кривляний, Поттер является довольно непостоянными человеком, но сейчас же он видел обратное. Тот зацикливался лишь на одном предмете обожания, полностью отдавая ему своё внимание. Шутки шутками, но истинная его концентрация принадлежала лишь одному. И это безмерно согревало холодное сердце Регулуса. Джеймс Поттер оказался верным. Приятно было осознавать, что всё это внимание уделялось именно тебе. Вся энергия и безудержные всплески эмоций оставались словно где-то в нереальном, другом, параллельном мире, а здесь и сейчас было лишь спокойствие. Джеймс Поттер был словно бродячий кот, дикий лис, который был волен и сам по себе, но в родных руках становился ручным, внимательным, ласковым. Парень лишь смотрел в глаза Поттеру, намереваясь одним лишь взглядом передать всё то, что скопилось у него внутри, поскольку выразить что-то словами здесь было невероятно трудно. — Стоп, погоди, ты сказал два отдельных подарка? — вдруг осознал сказанное Блэк. Джеймс как-то уж очень странно улыбнулся, слишком широко и слишком коварно, заставил Регулуса подняться на ноги, после чего прижал его к стволу ивы. У Блэка от этого перехвалило дыхание, а после он и вовсе забыл делать вдохи, когда Поттер вдруг тихо шепнул: — Третий подарок… Тебе понравится… Он вдруг медленно снял кожанку с плеч второго мага, чуть приподнял край футболки. Регулус наконец отмер и тоже принялся расстёгивать молнию кожаной куртки на Поттере, но замочек не поддавался дрожащим рукам, а Джеймсу хотелось лишь разорвать всё к чёрту, но всё же он не переступал грань. Оба могли чувствовать, как их сердца стучат в груди, отдаваясь глухими стуками по всему телу. Как только ненужные элементы одежды полетели в сторону, парень припал к груди Регулуса, оставляя на ней следы, а после прикусил розовый сосок, отчего Блэк вздрогнул, цепляясь пальцами в плечи Поттера, а затем издавая низкий протяжный стон. Джеймс чуть не поперхнулся воздухом от того, как же завораживающе это прозвучало. — Ещё, — хриплым голосом попросил Регулус. Джеймс повторил свои действия, прикусывая теперь уже второй сосок, вновь вызывая дрожь Блэка и ловя второй стон ртом, которым он накрыл мягкие губы аристократа. В порыве эмоций Регулус сильно прикусывает нижнюю губу Поттера, оттягивая её на себя, отчего не сдерживается уже Джеймс, тихо постанывая: «Рег...» Регулус в ответ проводит длинными пальцами по животу Поттера, нащупывая там кубики пресса. О Мерлин, как же он давно мечтал это сделать! Продолжая изучать тела друг друга, Джеймс опускается ниже, проводя языком по полоске волос на животе Блэка, что начиналась от пупка, а заканчивалась ниже. Тот выгнулся дугой и подался на встречу, когда пальцы гриффиндорца зацепились за пряжку ремня брюк парня, чуть отодвигая его в сторону. — Ты точно хочешь? — тихо спросил Поттер, выжидающе глядя на второго парня. Было понятно, что без явного согласия с обеих сторон Джеймс не зайдёт дальше. — Расстегни уже этот чёртов ремень, — шикнул сквозь зубы Блэк. Ловко расстегнув ремень, Джеймс дразнящими касаниями начал водить вдоль паха, никак не продвигаясь в процессе, отчего Регулус запрокинул голову, прижимаясь затылком к дереву, и дрожащим от нетерпения голосом попросил: — Джеймс, пожалуйста... Рука парня отдала неожиданной тяжестью между ног Блэка, крепко сжимая. Тот даже всхлипнул — настолько непередаваемые эмоции он сейчас испытывал. Джеймс специально дразнил, водил по всей длине слишком медленно, словно провоцируя. И у него получалось. Регулус, сам того не осознавая, рычал сквозь сжатые челюсти, притягивая Поттера ближе. Почувствовав губы Джеймса на себе, а потом и приятную влажность, слизеринец не выдержал и вновь застонал, закатывая глаза. Он крепко вцепился пальцами в кудрявые волосы второго парня, надавливая на голову того, чтобы он взял глубже. И когда к его совету прислушались, Регулусу показалось, что мир вокруг потемнел, сужаясь до одной единственной картинки. Джеймс был одновременно и нежен и до невозможности страстен — Регулус не мог понять, как всё это связывалось между собой в одном-единственном человеке. Через несколько минут Блэк едва успел прошептать его имя, когда кончил, чувствуя как подкашиваются ноги. Всего несколькими движениями Поттер довёл и себя до пика, а затем подтянулся вверх, жадно накрывая губы Регулуса своими для глубокого поцелуя и сквозь улыбку шепча: — С днём рождения, Рег.